moon beloved

— ликси, — ночную тишину нарушил мелодичный голос, а затем последовало тихое «м», — как думаешь, почему именно хенджин моя родственная душа? — сынмин рассматривал свои руки полностью усыпанные маленькими звёздочками. парни лежали на полу в комнате феликса, которую освещала лишь тусклая новогодняя гирлянда. — потому что ты самый идеальный ангелочек. — эй, — тыкнув друга в бок и, немного смеясь, сынмин приподнялся на локтях, — и всё же. почему я? — знаешь, очень жаль, что ты не мой соулмейт, я даже завидую хвану, — лицо младшего засияло самой яркой улыбкой, — но, наверное, так суждено? думаю, что это судьба, — феликс посмотрел прямо в глаза, которые так и светились в ночной темноте, — все-таки родственные души должны быть вместе, вселенная шутки шутить не будет. — не думаю, что у нас есть что-то общее, — сынмин укрылся одеялом, что стащил с кровати друга, — давай спать, — зевая произнёс он. — сладких снов, минни. с детства мама сынмина говорила ему о том, что соулмейты не всегда бывают вместе, но самая заветная мечта кима по сей день, чтобы его родственная душа влюбилась в него. он хотел так же, как у родителей, что являлись соулмейтами и любили друг друга самой крепкой любовью, но к сожалению мир не настолько идеален.

***

— звезды на руках выглядят красиво, — лёжа на кровати и рассматривая свои руки, произнёс хенджин, — хочу ли я найти его?

***

— феликс, феликс, — кричит в трубку мин. — звездочка моя, что случилось? — ли всегда придумывал своему лучшему другу различные прозвища, сынмин уже привык, потому не обращая внимания, продолжил тараторить в трубку. — он только что прошёл мимо меня и улыбнулся мне, понимаешь? именно мне. — ох, ты как маленькая влюблённая школьница, — голос феликса звучал с некой насмешкой. — ликси, он такой весь прекрасный, хочется обнять его, — продолжал ныть младший, в трубке послышался тяжёлый вздох. — можешь обнять меня, я уже почти дошёл до тебя. — ты знал что ты самый лучший? люблю тебя. — я тоже люблю тебя, минни.

***

— ты пробовал говорить с ним? — парни сидели на скамейке в каком то парке около университета, — может, хотя бы «привет» скажешь? а то постоянно только глупо улыбаешься. — мне бы твою смелость, — сынмин опустил взгляд на свои руки, что крутили какую-то палочку. — ну, вы можете попробовать стать друзьями, — с надеждой в глазах феликс взглянул на мина. последний ничего не ответил, лишь поднялся со скамейки и жестом показал: «идём». слова друга не покидали голову сынмина, слишком много мыслей снова навалились на него. «можно ли стать друзьями, когда у одного уже есть чувства? это как то не правильно?»

***

— здравствуйте, — после пар сынмин зашёл в маленькое кафе напротив университета. практически каждый день он заходит сюда, садится за самый дальний столик, включает любимый плейлист и делает много много маленьких набросков. — о, сынмин, здравствуй, — парень, что стоял за барной стойкой, помахал своей большой ладонью вошедшему, — ты сегодня без феликса? — да, ему нужно сдать долги. — мог бы ты попросить его, — парень неловко улыбнулся, — позвонить мне? — конечно. — спасибо, — сынмин заказал свой любимый латте с карамельным сиропом и направился к самому дальнему столику возле окна, украшенному одиночным растением. в наушниках играли песни day6, карандаш плавно скользил по бумаге, изображая различные линии, которые складывались в силуэты людей. сынмин так часто приходит рисовать сюда, так как тут достаточно много народу. ему не нравится придумывать образы из головы, намного интереснее изобразить кого-то реального. сынмину нравится рассматривать чужие звезды и находить соулмейтов, чьи полумесяцы соединились в одну луну. на салфетке, что лежала рядом со скетчбуком, красовалась надпись, выделенная очень красивым и аккуратным почерком: «не забыть сказать феликсу, чтобы он позвонил чану» колокольчик, что висел над дверью еле слышно прозвенел, оповещая работников о том, что в кафе вошёл новый посетитель. парень был высокого роста, на нем была чёрная толстовка, а светлые волосы были собраны в неаккуратный хвостик. — мне, пожалуйста, карамельный латте, — он оглядел кафе, будто ища кого-то, его взгляд остановился на самом дальнем столике возле окна, — спасибо, — парень взял свой напиток и направился прямиком туда. — привет. — привет, — сынмин, не поднимая головы и продолжая что-то рисовать, поздоровался с парнем. — сегодня ты выглядишь всё так же прекрасно, — запястье кима начало немного жечь. на том месте, где был полумесяц, начала появляться еле заметная луна. парень быстро натянул рукава как можно ниже и поднял голову. перед ним стоял самый-прекрасный-какой-то-нереальный хван хёнджин, который улыбался наверное самой яркой улыбкой, которая может быть в этой вселенной. — могу ли я сесть тут? — спросил светловолосый, после чего последовал положительный кивок, — я вижу тебя тут достаточно часто, тебе так нравится это место? — медовый голос хенджина эхом разносился в голове сынмина. — да, тут очень даже уютно, и работает мой друг, — ким указал на чана, который разговаривал с одним из посетителей, — ты ждёшь кого-то? — да, — хенджин сделал первый глоток своего кофе, что уже успел немного остыть, — друга. так прошло около получаса, наполненные пустыми разговорами. хотелось бы, что бы время проведённое с хенджином, длилось вечно, ведь с ним было нереально комфортно и уютно. складывалось ощущение, будто они были знакомы с самого рождения, и какая бы тема не была затронута во время разговора, мнения парней были практически идентичны., но мир не идеален, и всему приходит конец. в кафе зашёл парень не очень высокого роста. — хей, хёнджин! — джисон подошёл к их столику. — думаю, мне пора, — хван встал со своего места, снова улыбаясь киму, — ещё увидимся, минни, — парень помахал на прощание и вместе с ханом вышел из кафе.  — минни, он назвал меня минни, — сынмин смущённо улыбнулся, перебирая пальчиками края толстовки.

***

с того дня прошло достаточно много времени, каждый день хенджин с сынмином встречались в кафе напротив университета, каждый день они разговаривали обо всем на свете. последний не заметил, как быстро пропало его смущение перед старшим, он не боялся показаться странным, говорил только то, о чем действительно думает, но каждый раз с языка чуть не слетали заветные слова, что могли либо все испортить, либо сделать их жизнь только счастливее. «стоит ли спросить его?» — хей, минни, — хенджин подошёл к столику младшего, — у меня к тебе очень серьёзный вопрос. — хван уселся напротив, — ты хочешь быть со своим истинным? сердце сынмина было готово выпрыгнуть из груди, глаза немного забегали и на минуту наступило молчание. — да, думаю, я хотел бы, — наконец-то ответил темноволосый. — оу, в любом случае, спасибо за ответ. — а ты? — хенджин сделал первый глоток своего напитка и не задумываясь ответил, — я хочу быть с тем, кому принадлежит моё сердце, даже если он не мой соулмейт. я все равно был бы рад, ведь я люблю его, — хван пожал плечами.  — вау, это разбивает мне сердце, — признался сынмин, — ты нереальный, знал? — он посмотрел на время, — агх, мне пора бежать, увидимся! сынмин помахал своей маленькой ладошкой старшему и удалился из кафе. — на моем запястье только что начала появляться луна? — уже в куда-то в пустоту произнёс хенджин, рассматривая свою руку и ухмыляясь.

***

за окном было уже достаточно темно, сынмин погасил экран телефона, и комната за мгновение утонула в темноте. перед сном всегда приходит много мыслей, и зачастую они не самые приятные, но сегодня хочется помечтать. по квартире разнёсся звук дверного звонка, сынмин с удивлением посмотрел на часы, которые показывали пол первого ночи. «кто мог прийти так поздно?» ким неохотно вылез из-под тёплого одеяла и поплёлся к двери. — хенджин? — я могу войти? — парень неловко улыбнулся и по привычке облизнул потрескавшиеся губы. — да, конечно, — сынмин несколько раз кивнул и отошёл немного в сторону, чтобы хенджин смог наконец-то переступить через порог, — будешь чай? немного времени спустя парни уже сидели на крохотной кухне. на подоконниках стояли горшки с комнатными растениями, а рядом висела гирлянда, что светила тусклым светом. никто не пытался начать разговор, потому было слышно тиканье часов. одну из кружек с ароматным чаем сынмин поставил напротив хвана, а сам сел на стул, что стоял рядом. — зачем пришёл? — смущения давно не было в их общении, как будто они знакомы уже миллион лет и это обычное дело, что хенджин приходит так поздно. — я. — хван сделал небольшую паузу, — просто хотел увидеться с тобой, — он мог соврать, придумать какое-нибудь глупое оправдание, ведь он сам не знал, что сподвигло его. хёнджин немного опустил голову и провел пальцами по запястью, где виднелась тусклая луна. — мы же виделись не так давно, уже успел соскучиться? — лицо сынмина засияло яркой улыбкой, — что, так нравлюсь? — что? — хван посмотрел первому прямо в глаза, в которых отражались звёзды с рук хенджина. — я просто пошутил, не бери в голову, — кончики ушей кима немного покраснели. — очень даже нравишься, — уже почти вслух сказал старший, но вовремя остановился.  полуночную тишину первый нарушил хенджин, все это время они сидели молча, время от времени поглядывая друг на друга. — минни, могу ли я кое-что проверить? — хенджин посмотрел на парня кошачьими глазками, которым было просто невозможно отказать, сынмин кивнул, — можешь, пожалуйста, загнуть рукава толстовки? — темноволосый не совсем понимал что происходит, но просьбу выполнил. хёнджин встал со своего места и подошёл к киму взяв его за руки. — ты знал, что ты самый лучший мальчик на свете? — сынминову руку начало приятно жечь, и на запястье начала появляться еле заметная луна, маленькие звёздочки, что сияли вокруг, стали ещё ярче и отражались в глазах хвана как в зеркале, — я так и знал, — хенджин опустил руки сынмина, подойдя почти вплотную, — ты мой соулмейт, — уже шёпотом произнёс старший и, взяв своими большими ладонями красные щёчки кима, оставил на губах лёгкий поцелуй. — но ты ведь хотел быть с тем, кому принадлежит твоё сердце. — это тоже ты, минни, — парни смотрели друг другу прямо в глаза, никто из них до конца не понял, что только что произошло, осталось ещё ужасно много вопросов, но они ответят на них позже. сейчас оба хотят, чтобы этот момент остался в памяти, как самое лучше воспоминание. — люби меня сейчас, — младший крепко обнял парня, зарываясь носом в хенджинову толстовку. — я буду любить тебя вечно.