12
29 декабря 2020 г., 09:03
Он лежит навзничь на диване, закрыв глаза и очевидно задремав, откинув голову чуть в сторону, так, что становится видна очаровательная родинка на шее.
Лежит, согнув одну ногу в колене, закинув одну руку за голову и расстегнув до конца рубашку.
Вторая рука покоится на бедре, большим пальцем зацепившись за шлевку джинсов, которые чуть сползли (почти открывая лобок, на минуточку) и обнажают две абсолютно потрясающие косые мышцы живота и вызывающе выпирающую тазовую косточку.
На груди волос нет, и красиво очерченные грудные мышцы сменяются рельефными кубиками пресса, от которых вниз бежит узенькая тропка черных кучерявых волос, скрываясь в паху.
А мальчишка-то шикарно сложен..
И тебя кроет.
Кроет не по-детски, кроет так, что дышать трудно, это слышно по судорожному вздоху. Ты, как завороженная, делаешь шаг и осторожно присаживаешься на диван рядом, не имея сил оторвать взгляд от этой безумно чувственной картины.
Забывая про всё, про то, что это чужой, про то, что только имя и знаешь, и то не факт что его.
Про то, что на километры вокруг нет ни единой живой души, про дождь за окном, про суп на столе, даже про треклятую чашку, что до сих пор в руке.
Даже придурки в голове молчат, затаив дыхание.