Игра вслепую

Наблюдать за людьми, перенимать что-то из их характеров, манер; быть рядом с ними, идти шаг за шагом, ногу в ногу; любить этих людей, как себя, жить их жизнью. Я давно следил за этой троицей. Раньше, чем кто-либо заподозрил что-то неладное. Раньше, чем они нашли мой ДОМ.. У каждого свой характер, у каждого свои особенности, у каждого свой стиль и почерк. Все они зацепили меня по-своему. Мэй - своим дерзким нравом, своим острым словом. Эмма - своей целеустремлённостью, а Джош... о Джош, ты просто великолепен. Твои кудрявые рыжие волосы, твои веснушки, твои прекрасные карие глаза, в которых я так хочу утонуть... Я это уже давно решил… Джош, ТЫ будешь моим НОСИТЕЛЕМ. У меня много имён. У меня много личностей, много жизней. Везде я разный. Везде уникальный. Единственное, что всегда оставалось неизменным сквозь века моего существования, это ужас, который нагоняла моя тень на людей. Круговорот жизни.. Многие подразумевают это понятие, как рождение, жизнь, смерть и перерождение. Но для меня этого нет. Точнее нет того, что обычно имеют в виду люди. Я родился много лет назад в Лондоне, весной 1649-го года. При мне сменилось очень много правителей. Я пережил всех своих родственников. Когда мне только исполнилось шестнадцать лет, случилась одна из самых страшных пандемий за всю историю человечества. Великая чума проникла в сердце Лондона в 1665 году. Наша семья не принадлежала к числу богатых, и мы, как и все бедные люди, были встревожены распространившейся заразой, из-за чего некоторые наши знакомые покинули город; однако в иных местах людям негде было разместиться, у многих не было средств на существование.. Так что, пугаясь неопределённого будущего, мы остались в городе. К сентябрю смертность заболевших в неделю достигла пика. По мере увеличения количества жертв вырывались всё новые и новые ямы для трупов. Денег не было, но нужно было прокормить семью, так что я отправился на эту ужасную работу. По городу ездили тележки и собирали трупов, а вскоре их перестало хватать, и трупы начали складывать вдоль домов. Смердящий запах смерти заполонял все улицы Лондона и просачивался в дома. От смерти негде было скрыться. Я и другие рабочие копали рвы по пятнадцать метров в длину, в то время, как трупы складывались уже в готовые ямы. Люди умирали на месте. А мы все копали и копали, хороня при этом себя и наших близких. Нигде нельзя было спрятаться, нигде не укрыться. Люди умирали на улицах. И я не смог укрыться. Не смог спрятаться. Я болел и копал. Вырывал яму для себя, чтобы потом лежать с остальными гниющими телами. Это мучение не продлилось долго. Я умер в ноябре. А мое тело просто взяли и выкинули в эту яму, делов то… Иногда чудеса случаются. Но я не думаю, что мою ситуацию можно назвать чудом. Скорее проклятьем.

Я ОЖИЛ,

но больше не чувствовал себя человеком. Единственное, что я чувствовал, так это потребность в новом теле. Мне НУЖНО было избавиться от МОЕГО трупа. Времени не было - тело начинало разлагаться все сильнее и сильнее с каждым днём. Тогда у меня ещё не был выработан мой ПОЧЕРК, по которому меня можно было выследить. Я встал на ноги. Мое тело было искажено несколькими днями времяпровождения в трупной яме. У меня просто не оставалось выбора. Я подошёл к работнику. К моему другу. — Здравствуй, Джон. - произнёс я хриплым голосом. — Привет, Салем, - сначала Джон не понял, что произошло, - давно тебя не видел. - а потом до него дошло. Он вспомнил, что я умер пять дней назад. — Кто ты ТАКОЙ?! - не успев что-либо ещё сделать, кроме того, как развернуться, завопил Джон. А я его обнял. Не знаю зачем, просто повиновался своим НОВЫМ ИНСТИНКТАМ. И тут произошло нечто странное. МОЕ ТЕЛО втянуло Джона в себя. БОЛЬНОГО ДЖОНА.

больного бубонной чумой...

Мое тело втянуло его в себя, а после из моей спины вырвался шквал НЕЧТА. Это нечто было моим СТАРЫМ телом.

и после всегда так было...

Это нечто было похоже на переваренную массу. В принципе так и было. Переваренная масса с кровью.

***

На Лондон наплыл кровавый туман, а я брел по пустынным улицам домой. Я приставил руку к губам и закашлялся. А когда перестал, то на мой руке осталась кровь, смешанная с красной массой. Мое тело отторгало тело Джона. Мне нужно было выбрать НОВОГО носителя. Я чувствовал, что у меня было не очень много времени, мне нужно было найти подходящего человека. Но сначала - слиться с тенью. Слиться с тенью, чтобы следить за людьми, чтобы меня никто не видел. Ни тогда, ни сейчас.

***

Круговорот моей жизни заключается в НАХОЖДЕНИИ нового носителя и ПОГЛОЩЕНИИ его. И так каждый раз… В основном моя память - только моя, это память Салема Уайта. Но мне также передаётся память некоторых носителей. В основном самых активных. Я помню несколько лет из жизни Джеральда Крейга, года два Миссы Рен и ещё парочки ребят. Из-за того, что мне особо нечего делать, после нескольких недель (а то и месяцев) я начинаю себя проявлять. То показываюсь, то как-то взаимодействую со своей ЖЕРТВОЙ. А изменять сознание человека, вообще самая забавная вещь. Я могу заставить человека подумать, что реальность это сон или, наоборот, что сон это реальность. Самое обидное, что когда люди понимают, что они находятся во сне, то они совершают необдуманные действия, а ведь иногда сон - реальность. А мне не нужен труп. Мне нужен ЖИВОЙ носитель, чтобы он прожил дольше, чем мертвец. Иногда люди живут во мне месяцами, но чаще это продолжается лишь пару недель. Иногда дело доходило и до нескольких лет. Это было самое лучшее время в моем существовании, ведь я мог функционировать, как абсолютно нормальный человек. Мог работать, влюбляться, ходить на свидания. Но рано или поздно это заканчивалось. Тело, в котором я находился начинало умирать. И мне было необходимо найти нового носителя. Иначе никто не знал, что бы произошло. Но думаю, жизнь после смерти, МОЯ ЖИЗНЬ, была бы похожа на сущий ад. Это было бы моим наказанием за столь многочисленные "убийства", которые не смог разобрать ни один, даже самый лучший детектив. Ведь всё, что оставалось после выброса - кровавая масса, по которой максимум, что можно было сделать, так это узнать, кто был моей прошлой жертвой. У меня нет отпечатков, меня невозможно узреть на камерах, мои шаги беззвучны, а все ходы в своем ДОМЕ я знаю превосходно. Я могу прыгнуть с девятого этажа и не умереть. Я словно кошка, только у меня не девять жизней, а бесконечное множество с каждым годом приумножающееся в геометрической прогрессии. А благодаря тысячам прожитых лет, моя история слилась с мифами и историями, которые дети рассказывают в лагерях ночью. В разных кругах меня звали по-разному, но самое распространённое имя - Сталкер. Когда я из Салема Уайта стал Сталкером? Уже не помню. И это делает меня идеальным убийцей...