Партия в шахматы

      Саша проснулась от стука в дверь своей комнаты. Села и разрешила войти. — Там тебя к телефону, — сказала мама, уходя обратно. Девушка встала и вышла в гостиную. Взяла трубку. — Ломоносова. — «Александра Сергеевна, это Олег Афанасьевич. Мы приносим глубокие извинения и в понедельник ждём вас в моем кабинете готовой к работе.» — Ага… д-да. Спасибо, Олег Афанасьевич! Обязательно!

Двумя часами ранее…

      Костенко стоит возле кабинета Никольского. Тут как раз подошёл мужчина в возрасте. Оба поздоровались и Никольский впустил Костенко в кабинет, сев на своё место. — Капитан КГБ СССР Костенко, — показал удостоверение. — Вы присаживайтесь, — сглотнул и встал Никольский. — Нет, спасибо, — с невозмутимым лицом стоял Костенко. — К вам вчера приходила гражданка Ломоносова. Я видел, что заявление было готово, но так и не подписано. Не без сил товарища Гаврилова. — Да, я уже разговаривал с Иваном Александровичем. — Хотел бы знать причину отказа. — Ну… я, честно, и сам не понял. Я видел работы гражданки Ломоносовой и они меня удовлетворили. Но наш бригадир лучше видит. И решил, что оставлю последнее слово за ним. Все же Александре пришлось бы работать с Гавриловым. — Вы успокойтесь и не переживайте. — все стоял с непоколебимым лицом капитан. — И позовите сюда товарища Гаврилова. — Д-да, конечно.

***

— Мам! Меня взяли на работу! — воскликнула девушка, выбегая на кухню. — Ну вот и отлично. — не отрывалась женщина от плиты. — Сегодня приготовим небольшой праздничный стол. Дождёмся отца и хорошенько отужинаем. А ты пока сходи в магазин и купи все это. — протянула список женщина. — Можешь ещё Сергея позвать на ужин. — Да, мама, — кивнула девушка и побежала умываться и одеваться. — «Только вот как же я найду Сергея? Ни адреса ни телефона… Так. Ладно. Надо в магазин бежать.»       Девушка выскочила из дома и пошла в сторону магазина. Заняв очередь, она надеялась, что там будут все продукты, включая и дефицитный торт. — Саша, — раздалось сзади. Она обернулась и увидела Сергея. Сегодня он был все в том же костюме, но без пиджака. — Доброе утро, — улыбался мужчина. — Доброе, Сергей, — кивнула смущенно Саша. — у нас сегодня небольшой праздничный ужин по случаю того… ну в общем меня приняли на работу… и мама передавала, что ты приглашен. Отказы не принимаются. В семь вечера ждем. — все смущалась девушка, продолжая вызывать улыбку у мужчины. — Да, конечно, — кивнул Сергей. — Прошу прощение за каверзный вопрос… — подбирал слова Сергей. — А какие цветы нравятся Наталье Петровне? — У неё аллергия на пыльцу, — тяжело вздохнула девушка, подойдя к кассе. Начала диктовать список продуктов. — Торта нет, девушка. — протянула пакет женщина. А сказанные слова немного расстроили ее. В последний раз она ела торт на пятнадцатилетие. — С вас пять рублей пятнадцать копеек. — Девушка протянула купюры и вышла. — Саша, подожди меня, — сказал в догонку молодой человек, расплатившись за молоко и хлеб. — Давай помогу, — не дожидаясь ответа, Сергей взял пакет у девушки. — О чем вы все-таки вчера общались с моим отцом? — Нейтральные темы были… образование, работа, сколько лет… служил-не служил… — вспоминал вчерашний разговор с теской молодой человек. — Сергей Александрович рассказал о своей службе. — Фух… ну слава тебе господи. — облегченно выдохнула Ломоносова. — Лешка вот мне вчера после твоего ухода весь мозг ложкой чайной выковыривал! — Да? И чего же такого случилось? — Да он сказал, что вчера подслушал ваш разговор. О том, что ты отцу сказал про КГБ. Я просто уши закрыла и ушла. Этому мелкому явно внимания не хватает. — Не обращай на это внимание. Думаю, тебе просто нужно проводить больше времени с братом. — Наверное ты прав… я довольно долго не видела семью. А тут ещё сразу же бегу устраиваться на работу и ухожу гулять «днями напролёт», как выразился Лешка. — Ну вот и пришли. — Сергей увидел среди травы ромашку и нагнулся, сорвав. — Тогда до вечера. — До вечера, — кивнула Саша, приняв ромашку и смущенно опустив глаза.       Забрала пакет и медленно пошла в подъезд. А как скрылась с глаз, сразу же побежала в лифт. Оставив продукты на кухне, она постучалась в комнату брата и слегка приоткрыла. Парень сидел за столом и писал. Видимо, уже посыпались первые домашние задания. — Лесик, можно с тобой поговорить? — парень отложил ручку и повернулся к сестре, выпрямившись. — Лёсь, прости меня. Мы четыре года не виделись, а я с тобой почти времени никакого не провожу… я сама очень сильно соскучилась по тебе. — она подошла и села на кровать, протянув мизинец. Тот смотрел также непоколебимо. — Ты из-за Сергея? Но он ведь неплохой человек! Да даже если он и КГБшник! Пусть! Он ведь ничего не сделал… — Он избивал на допросе невиновную девчонку. Она говорила ему правду. Он не верил. Избивал ее. — Ты говоришь о… — Костенко. — А этот Сергей — Игнатьев. — Ладно. Пёс с ним. — хмыкнул младший брат, скрестив мизинец с сестрой. — Пошли мамке помогать.       Дети вышли и застали женщину в гостиной, разговаривающую по телефону. — Да… Ага… да, конечно… — женщина держалась за сердце, положив трубку. — Серёжа в больнице… — Боже! — подскочила девушка к матери. — Папа хоть живой?! — Он на операции… — Так, я в больницу к отцу, а ты останься с матерью! — подскочила Саша, открыв полку с родительскими вещами. — Накапай ей корвалол. — Нет, Саш, все в порядке, — пришла женщина в себя. — Тогда езжайте к отцу. Я на всякий случай дома буду. — кивнул Алексей.       Мать с дочерью сразу же собрались и побежали в больницу, которая, к счастью, была в пяти кварталах от дома. Их привели в реанимацию к операционной, где оперировали мужчину. Как сказала медсестра, произошёл несчастный случай. На мужчину упал какой-то тяжелый прибор. Придавило ноги с рукой. Женщины просидели весь день, ещё и после операции, ожидая, когда впустят к мужчине. Врач сообщил, что жить будет. Ходить тоже.

***

      Сергей бежал сразу же из магазина с коробкой торта в руках в сторону шестнадцатиэтажки. Приближались семь часов и опаздывать не стоило. Так ещё ведь пригласили, по сути, на семейный ужин. Подойдя к подъезду, мужчина увидел на скамейке Алексея, докуривающего сигарету. — Ни рано, пацан? — усмехнулся Сергей, смотря на парня. Поднял глаза на окна квартиры, в которой жила семья Ломоносовых, но не увидел горящего света. — А тебя касается? — хмыкнул Алексей, затушив окурок и бросив в урну. Встал и приблизился к мужчине, посмотрев в глаза. — Тебя здесь никто не хочет видеть. Тем более Саша. Поэтому проваливай. — Передашь сестре. — Поставил торт на скамью. — Она семь лет торт не ела. — и ушёл в сторону дома.       Сергей задумался. Судя по словам Саши, он произвёл хорошее впечатление на ее семью, хотя на деле не стремился к этому. И самой девушке было как-то радостно общаться с ним. Скорее всего мальчишка сам не желает, чтобы молодой человек появлялся рядом с сестрой. — «Ревнует.» — с усмешкой подумал мужчина. — «Но стоит быть осторожнее. Он в курсе про существование некого Капитана Костенко. И про случай с теми подростками. Они, похоже, знакомы хорошо.»       Начался дождь и для приличия нужно бы ускориться, да только как-то особо и не хотелось. Сергей и сам не знает, чего хочет в последнее время. В сумерках у какого-то подъезда показалось копошение. А после раздался женский крик. И он показался знакомым.

***

      Александра шла из больницы по просьбе матери. Да и нужно было все же нормально вздремнуть к воскресенью, чтобы на понедельник быть готовой к работе. Да, врач сказал, что с отцом будет все хорошо, но волнение девушки никуда не пропало. А вместе с тем и настроение портил начавшийся дождь. Девушка достала сигарету, чтобы закурить, но та быстро промокла. Быстро забежала под козырёк какого-то подъезда и уже собиралась снова закурить, но промокшая сигарета не хотела этого. Психанула и швырнула в сторону. Рядом пробегал мужчина в спортивной одежде, остановившись и попытавшись закурить. Но не нашёл спичек. — Мужчина, — позвала девушка того. — У вас не найдётся сигареты лишней? — она показала спички. — От чего же не найдётся? — хмыкнул человек, встав рядом и достав две сигареты. Пара закурила в тишине. — Такая молодая и курит… — Да я редко. Если только настроение ни к черту. — Красивые у тебя серьги… небось, богатая. — Да откуда? — невозмутимо ответила Саша, но внутри забурлил страх. Не надо было звать. Надо было бежать домой. Пусть промокнет. Пусть заболеет. Но не пострадает от рук неизвестного. — Может все-таки заплатишь? — мужчина начал приближаться, бросив сигарету в сторону. — Давайте я дойду до дома, возьму деньги и принесу вам. В залог могу паспорт оставить. — пыталась отдалиться девушка от мужчины, но тот прижал ее к стенке. — Либо плати сразу, либо не живи вообще! — мужик схватил Александру за кисть и потянул к себе, развернув спиной и схватив под руки. Попытки девушки вырваться не увенчались успехом. А долгое отсутствие тренировок дало о себе знать. Ногу резко свело, от чего девушка норовила упасть, но мужик также держал под руки и схватился за серьги, обеими ладонями, резко дёрнув. — ААААААААААААААА! — Руки за спину! Мордой в стену! — девушку отпустили, от чего она упала и прижала руки к ушам. По плечам белого платья расплескалась кровь. Рёв разносился по всей улице. В окнах повключался свет. — Саша! Сюда! Быстро! — целился Костенко в нападавшего. Девушка кое-как поднялась и подошла к Сергею, целившегося в нападавшего. Тот быстро протянул ключи девушке. — Беги в тот дом. Второй подъезд шестой этаж 45 квартира. Быстро!       Девушка побежала в указанную сторону. Она отказывалась понимать происходящее. Весь день для неё казался каким-то адом. Она уже жалела о том, что переехала в Припять. Ссоры с братом, оскорбления, нападение и ложь. В Москве бы такого не было. Там ее бы сразу с руками оторвали. Не было бы каких-то ссор. И этого «Игнатьева» она бы там не встретила больше. В голову ударили воспоминания о рассказе брата, в котором присутствовал рыжеволосый мужик в коричневом костюме с фамилией Костенко и званием Капитана КГБ.       Она поднялась в квартиру и села на тумбе в прихожей, спрятав лицо в ладонях и разревевшись. Мало того, болели уши, так ещё потерялись ее любимые серьги, которые ей подарил отец на пятнадцать лет. Она их никогда не снимала. Это было ей напоминаем того, что у неё есть главный мужчина в жизни. Что он всегда придёт и защитит ее. Что обогреет в самый трудный момент. Но его сейчас не было, как и тех серьг.       Вдруг, входная дверь хлопнула. Ее рук коснулись и убрали. Сквозь слёзы показалось лицо Сергея. Он аккуратно взял за подбородок и повернул в обе стороны головой. Ушёл куда-то и пришёл с аптечкой и бутылкой водки. Открыл, достав вату, и сделал глоток, после намочив напитком вату. Взгляд Сергея был взволнованным и обеспокоенным. Саше вспомнилось, как на неё точно также смотрел отец, когда та упала с велосипеда и ободрала колени с локтями и подбородком. — Я бы в больницу повёз, но нужно быстрее обеззаразить. — протянул бутылку девушке. — Выпей. Получше анестезии будет. А от неё ты бы ещё час отходила. — всхлипывая, Саша сделала пару глотков и зажмурилась, закрыв нос. Костенко забрал бутылку и отставил. Обеззаразил и прочистил обе мочки. Зажег спичку и начал нагревать иглу. — Ч-что ты делаешь? — Сейчас зашивать буду. Не бойся. Пришлось практиковаться, так что опыт имеется. Себя приходилось зашивать. — Вдев нитку, он начал аккуратно зашивать мочку правого уха. Действовал аккуратно. Девушка не сдерживала плач, но старалась не дергаться, доверившись мужчине. Пальцы больно впивались в края тумбы. Но дергаться нельзя было. Костенко же перешёл на вторую мочку и также зашил ее. Собрал все и отнёс обратно. После ушёл в комнату и принёс сложенные вещи. — Сходи пока в душ. Сегодня заночуешь у меня, а завтра отвезу домой. Можешь позвонить через мой.       Саша слабо кивнула и скрылась за дверью в ванной. Встала под душ, смывая с себя всю тяжесть. Дышать стало легче, а в теле появилась легкая нега. Разум покрыла легкая сонливость. Она думала о том, как на неё в подобных случаях смотрели отец или старший брат. Не хватало лишь одной важной детали. Двое любимых мужчин всегда обнимали ее. Но сейчас обнять некого. Или же…?       Выйдя из душа, она натянула какие-то спортивные штаны с растянутой футболкой и принялась отмывать кровавые пятна с плеч платья. Кровь смылась, но слабые розовые следы останутся. — «Мама будет ругаться…» — думала девушка, вспоминая, как долго они с мамой выбирали платье и сколько денег женщина тогда потратила.       Вышла из помещения, оглядев квартиру. Она была простой, но довольно свободной. Гостиная была совмещена с кухней, а справа от двери запертая комната. В самой гостиной у кухни Сергей расстилал раскладушку. Прошла к окну и нашла рядом на столе телефон. Стоит позвонить домой и узнать, заодно предупредить, что сегодня не вернётся. Набрав номер, через полминуты раздался голос брата. — «Алексей Ломоносов.» — Леш, это Саша. — «Ты в больнице? Как там отец? Мать рядом?» — А… нет. Я шла домой, но… на меня напали. Я сейчас у Сергея. Он помог. Если домой кто-нибудь вернётся, передай, что со мной все хорошо. — «Какого черта ты забыла у этого рыжего пса?! Ты где сейчас?! Я приду за…» — Нет, Леш! Все в порядке. Я завтра утром вернусь. Не беспокойся. С отцом тоже все в порядке. Мама с ним. — трубка с той стороны оборвалась. — «Не стоило говорить Леше, что я у Сергея…» — Что-то случилось? — подошёл Сергей. Саша не сдержалась и расплакалась, норовившись упасть, но за ее плечи схватились крепкие ладони и удержали на ногах. Молодой человек подставил своё плечо, позволив девушке выплакать все слёзы в ткань его рубашки. Девушка почувствовала тепло больших ладоней на своей спине и позволила себе расслабиться, выпустив все слёзы наружу. Она ничего больше не желала. Только эти успокаивающие объятия. Но вскоре до неё дошло, что сейчас ее жалеет не Пашка или отец, а мужчина, о котором она совершенно мало знает. Да и Александра прежде никогда не позволяла мужским глазам видеть ее слёзы. Будь то это какой-то парень или мужчина, все видели в ней стойкую и непоколебимую особу. — «С твоей стойкостью хоть на войну тебя отправляй.» — как-то сказал ее научный руководитель.       Девушка решила, что пора заканчивать этот цирк. Не могла она больше позволить, чтобы кто-то видел ее слёзы и слышал плач. Но Сергей был готов вечность вот так стоять и жалеть хрупкую девушку. Лишь бы она скорее улыбнулась и показала свои смешинки в глазах. Она оторвалась от Сергея и утёрла слёзы. Молодой человек же не сразу был готов разорвать прикосновение своей ладони от нежной кожи женского хрупкого плеча. — Не расскажешь, что произошло? — голос, что недавно был командным, стал тихим и выражал беспокойство. Не было тех военных ноток, которые так и не могла узнать в этом голосе ранее Саша. Она все это время яростно отметала мысль о том, что Сергей действительно мог оказаться военнообязанным. — Отец на станции попал в несчастный случай… сегодня его прооперировали. Я как раз из больницы шла. Дома Лешка остался. — утерев всю оставшуюся влагу с лица и выровняв голос, ответила Ломоносова. — Ясно… — тяжело выдохнул мужчина. Вдруг, телефон зазвонил. — Костенко. … Да. … Через десять минут буду. — он положил трубку. — Мне нужно уехать ненадолго. Ложись здесь. Меня можешь не ждать.       Мужчина вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь. Саша же легла на раскладушку, чтобы хоть немного вздремнуть, но сон в миг пропал. А на его месте появилась куча вопросов. Хотелось, наконец, узнать, почему он так яростно скрывал о своей работе и почему столько врал про работу психолога. Хотелось узнать и про тех знакомых Леши, которых брат так яростно защищает.       Она увидела балконную дверь за шторами, напротив которой ей постелили. Аккуратно вышла и прикрыла, сев на мягкий стул боком и обняв ноги. Окно было приоткрыто, впуская свежий воздух после дождя. Он успокаивал, позволяя девушке привести мысли окончательно в порядок. Она старалась также ответить сама на свои же вопросы, но понимала, что ответы будут не те. Хотелось закурить. Но последнюю сигарету она истратила. Зато рядом стоял столик с пепельницей и спичками. А вот сигарет не нашлось. — Ну и черт с ними! — рыкнула девушка, крепче обняв ноги.       Время шло. Сон все не появлялся, как и Сергей. Но ночная тишина успокаивала девушку. Вдруг, дверь на балкон открылась. У окна, облокотившись об стенку, встал Костенко. Протянул раскрытую пачку. Девушка взяла сигарету и закурила. Следом те же манипуляции проделал мужчина. — Почему ты не сказал сразу? — Это не должно распространяться. Официально сообщить об этом я имею право только на работе. — А я все думала, как это меня так легко согласились взять после такого отказа! — с сарказмом прорычала девушка, выдохнув табачный дым. — То есть, ты также спокойно можешь избить подростков… а я все не верила Леше, думая, что он просто ревнует. — Это моя работа. Если надо, я должен допросить так, как это требуется. — А те подростки? Ты тогда даже девчонку не пожалел. — Те четверо? Их должны были вообще в детскую колонию отправить за употребление наркотиков. У троих в анализах были замечены наркотические вещества. Одну девчонку я не трогал. Она созналась. Но и наркотики не употребляла. Не спорю, она была вместе с ними, поэтому тоже должна была получить свой срок. И вообще. Откуда ты знаешь? — Лешка рассказал. Это его одноклассники. Они ему и поведали о тебе. — По идее я не должен был встревать в работу милиции. А те сразу должны были закрыть детей. Встрял я лишь для того, чтобы, наконец, узнать, кто поставщик наркотиков. Мы уже два месяца не можем выйти на него. — То есть, детей не закрыли? — это удивило девушку. Она всегда верила тому, что милиция добросовестно выполняет свою работу. По крайней мере, это ей вдалбливали ещё в школе. Но и удивляло то, что даже малолетних за нарушение закона ждёт полное наказание без каких-либо поблажек. — Получается, что нет, раз твой брат узнал. За это всех, кто дежурил в отделе, под… — он рыкнул, снова затянувшись. — под трибунал. — снова затянулся. Девушка мало слышала баек про «трибунал», но точно могла представить происходящее на суде. — Как раз благодаря сегодняшнему случаю мы наткнулись на человека, который оставил закладку. По его словам, их каждый раз меняют. Сами «доставщики» не видели лично поставщика. Таким же способом и забирали закладки в Киеве. — стряхнул пепел и снова затянулся. — Кстати, твоего брата тоже стоило бы проверить. Ты говорила до этого, что они хорошо знакомы. Не беспокойся. Просто проверить. — А если он окажется причастным? — подняла глаза на мужчину. Больше всего она не хотела, чтобы ее младший брат тоже получил своё наказание. Это не скрылось и от мужчины. — Тут уже я не помощник. Может быть, каким-то образом и удалось бы замять дело с ним, но это будет уже не в моей компетенции. Милиция должна была все проверить, а не отпускать их. Завтра как раз поеду разбираться с этим. — затушил окурок. — Ты ведь понимаешь, что все, что произошло на балконе, должно остаться здесь? Каждое слово. — Да. — Ну вот и отлично. Не засиживайся. Спокойной ночи.       Саша так больше и не прикоснулась губами к медленно тлеющей сигарете. Дождалась, когда дверь в комнату закроется и затушила, выйдя на кухню. Легла на раскладушку, но сон отказывался появляться. Сегодня произошло слишком много событий для целого дня и для хрупкой девушки. Именно сейчас ей захотелось в отцовские объятия. Чтобы он был полностью здоров. Да даже пусть не будет этих объятий. Хотелось услышать его грубоватый голос с военными нотками. Такой же тон, как и у Сергея, когда он заикнулся про трибунал. По щекам снова полились слёзы. Но в этот раз без всхлипов и вздрагиваний.       Стоявший позади Костенко, тихо вышедший за стаканом воды, не решился пройти дальше. Сейчас ему хотелось подойти к девушке, сесть и пожалеть. Крепко обнять и прижать голову девушки к своему плечу, как он это сделал тремя часами ранее. Сейчас ему хотелось чувствовать её тепло и слышать спокойный голос с веселыми нотками. Видеть эти чертовы смешинки в голубых глазах, зрачки которых обрамлены рубиновым отблеском. — «Словно Чёрное Море под закатными лучами солнца…» — неожиданно для себя подметил Костенко.       Он и сам не понимал от чего появилось такое желание. Но подойти он боялся. Впервые у Капитана появилось чувство страха за последние лет десять-пятнадцать. А чего именно боялся? Оттолкнёт? Или же расплачется сильнее? Ни того, ни другого мужчина не хотел. Оставалось лишь охранять сон девушки, который так и не хотел появляться.

Продолжение следует…