Кир'ам

На полигоне зажглись прожекторы, наконец освещая огромное пустое пространство, что совсем скоро изменит свой вид. В ложе, защищенной стеклом, находились наблюдатели – с пятиметровой высоты люди будут следить за испытанием. Некоторые из них имели белые халаты. – Тестовый запуск, окончательная фаза проекта, – прозвучал голос учёного из динамика. Дверь в стене отъехала в сторону, и на держателе появилось механическое тело девушки, пока что спящей. – Чакаар Креш Кир'ам Ка'рта, – её позвали по полному имени и глаза киборга открылись. Желтоватые, они даже выглядели естественно - если не вглядываться в них. В противном случае можно увидеть кружок из точек на радужке, фокусировку и сегментированные круги. Нос, губы, скулы… Они были сделаны из подвижной и прочной ткани слегка оранжевого цвета, не пробиваемой обычным зарядом бластера или тяжёлого повторителя, хотя последнее всё же могло навредить. Остальное тело киборга состояло из такой же защиты, но по большей части встречались уже жёсткие конструкции, повышенной прочности - на груди, запястьях и плечах, бедрах и голенях. Спина была покрыта подобием крупной чешуи из полужестких пластин, что обеспечивало и гибкость, и должной прочности броню. При пробуждении - а Креш почти никогда не была "выключена", лишь находилась в состоянии, подобном сну, дремоте – на её интерфейсе замелькали данные о помещении, о находящихся сверху учёных, чьи лица видела, и переговоры при желании могла расслышать, пусть и не полностью. Обычный человек не смог бы услышать вообще что-либо. – Нач..и, – донеслось до её сенсоров слово куратора проекта и едва Креш сделала шаг-другой в саму комнату, сбоку от неё выдвинулась турель в стене, открывая огонь. Однако, рыжий луч энергии не сумел достичь цели: Креш оттолкнулась от пола и перескочив через огненную линию, перекатилась за укрытие. Прижавшись спиной к квадратной колонне, она осмотрела помещение. Каждый раз испытательные комнаты были разные, со своими ловушками, секретами и врагами. Иногда её предупреждали о содержании, иногда оставляли в неведении, как, например, сейчас. Колонна, что закрывала Креш от одной из турелей, въехала в пол, заставляя испытуемую оперативно менять местоположение и укрытие. Этих колонн было много – с разной высотой, они позволяли добраться до определенных точек: на стенах были закреплены небольшие выступы с находящимися на них стеклянными небольшими капсулами, что нужно было достать для выполнения задания. Перпендикулярно первой турели из стены появилась вторая, так же открывая огонь. Теперь Креш подскочила на ноги и запрыгнула на самую нижнюю колонну, открывая себя боковой турели, но будучи быстрее неё в движениях, она запрыгнула на более высокий блок, затем сразу – на следующий и уже от него, оттолкнувшись, она долетела до первого повторителя, приземляясь на его ствол ногой, а от удара частично сгибая его. Сорвав электронный глазок прицела и наведения, киборг сделала сальто назад, прижимаясь к стене и уходя от угла обзора второй турели. Вместо одной огневой единицы одна за другой с небольшим перерывом появились две новые турели, точно так же быстро захватывая цель и атакуя её. На этот раз Креш использовала одну из них как турник, чтобы почти что удачно смяв глазок рукой, раскачаться на стволе и прыгнуть на вторую, что находилась выше. Затем, аккуратно и по возможности быстро взобравшись на неё с ногами, киборг оттолкнулась и прыгнула к первой капсуле, на лету схватив её и перегруппировавшись, падая на колени и делая перекат. Только через пару секунд она почувствовала подобие жжения в боку – повторитель успел поймать её в прицел и выпустить заряды. На бронепластине красовалась полоса копоти, оканчивающаяся на стыке с фактически «телом», с более подвижными элементами обшивки. Странно назвать это болью – скорее сигналы мириадов искусственных датчиков, которыми было покрыто всё тело киборга. Убрав капсулу в специальный контейнер на поясе, Креш перекатилась снова за колонну. Они задвигались, меняя свою высоту и за этим шумом она различила шаги по меньшей мере двоих. Осторожно встав во весь рост позади своей колонны, которая как раз таки подросла в размерах, девушка сделала шаг вбок и в тот момент, когда солдат, шедший на неё, двинулся дальше, совершила ещё резкий шаг, ударом выбивая винтовку стволом вверх, а второй рукой без применения особой силы ударяя его в живот. После этого она вырубила парня ударом в висок и забрала винтовку из ослабевших рук. Снова прижавшись спиной к колонне, Креш прислушалась к тому, где раздавались следующие шаги, а они явно шли в её сторону, на звук упавшего тела. Внезапно выбравшись из укрытия, девушка послала несколько выстрелов по ногам и когда солдат со стонами упал, так и не заметив объект, она перебежала к другой колонне, что была ближе к оставшейся на данный момент турели, чтобы через время разрушить её из винтовки. До второй капсулы Креш добралась через паркур, а чтобы дойти до третьей, нужно было «выжить». Солдаты выходили не только из раздвижных дверей в колоннах, но были и те, что с поразительной точностью прыгали с люков в потолке прямо на голову киборга, отвлекая её и подставляя под удар той или иной боевой единицы. Когда все три контейнера были собраны, все активные на тот момент повторители немедленно прекратили огонь и перешли в дезактивированное состояние, а солдаты опустили своё оружие. Колонны синхронно ушли в пол, наконец полностью открывая пространство большой комнаты. Те люди, что оставались в сознание, разошлись по залу, приводя в активное состояние вырубленных и подраненых. Отсалютовав наблюдавшим за испытанием ученым, Креш зашагала в противоположную, той откуда она появилась, дверь, по пути вынимая из груди одну за другой тёмно-зеленые пластины и вставляя вместо них новообретенные кристаллы. Когда будет настоящий бой, батарейки ей дадут гораздо мощнее. Но пока.. Достаточно и такого апгрейда до усиленных. Отцепив основную броню от тела, Креш погасила свет в своей комнате и легла на кровать, жуя энергетический батончик. Эти привычки, если их так можно охарактеризовать, были призваны смягчить адаптацию к новым условиям – еда, не сильно пригодная для нормального человека, скоро перестанет быть частой; ведь голод не чувствуется. А так, эти батончики оставались вроде подзарядки для системы аккумуляторов в корпусе киборга, и питанием для мозга, что оставался живым. Убрав обёртку, Креш вытянула руки вдоль тела и закрыла глаза, погружаясь в сон. Все датчики перешли на минимальную активность, а слуховые – лишь на понижение до среднего. *** Кто она? Чакаар. Воровка. Докучливая черта характера, брать что понравилось, лишь ради удовольствия, чтобы потом с большой вероятностью возвращать это обратно. Воровка жизней. Украсть самую ценную вещь у человека для неё было сродни развлечению, а забрать жизнь особо сильного врага... Добиться победы и насладиться ею. Она была бойцом в одном из спецподразделений наёмников. Не выдающаяся, но и явно не самая худшая, потому как новые люди в отрядах периодически приходили на замену пустым местам, появляющимся после той или иной вылазки, а она продолжала жить. Кошмары, хотя это лучше назвать отголоски памяти, снова атаковали её. Она предала свою команду, своих людей. Многие остались под обломками здания навсегда, кто-то выжил, поклявшись уничтожить предателя. Она стала изгоем, даже для самой себя. Душа и эмоции. Вот что уничтожает сильнее, чем что либо. От того, что внутри тебя – не скрыться. Не защититься. Не забыть. Оно само напоминает о себе, освежая эту память. У Креш не было оправданий своим прошлым поступкам, как и не находила она их сейчас. Собрав в бумажный конверт жетон на цепочке и раскрывающийся медальон, Эриаду запечатала его, затем положив на стол. Наверху воздух свежее, особенно вечерний, когда машин уже мало. Прохладный ветер потрепал спутанные короткие волосы. Смутно запомнился полёт, но женщина чётко ощущала дикую боль в ногах, кости которых от удара о дюрастиловое покрытие улицы раздробило. Боль в руках, становящихся всё более темными от крови. Оглушение, двоящаяся картинка в глазах. Неверный поворот корпуса, и боль в ногах ушла в мгновение ока. Надо было идти на пару этажей выше. Сразу на крышу. Чужой крик эхом отозвался в ушах под надвигающийся свет фар чьего-то электрокара. Слепящая вспышка вскоре прошла – и перед глазами Нерн появилась дорога. Самая обычная, двухполосная, с деревьями слева и справа, с плотным белым туманом вдали. Вот значит, какой он, мир иной. Шаг за шагом, один мысленный час за другим. Дорога была бесконечная, и даже, если женщина сворачивала в лес, то находила новый путь, неотличимый от предыдущего. Этот мир состоял из одних лишь дорог, путей, что вели, видимо, в бесконечность. Боли появились не сразу; изредка что-то стреляло в конечностях, теле, порой приходило онемение, и Эри падала, чтобы встать, когда всё придет в порядок. Может это ад? Ведь никто не знает, что нас ждет после кончины; её наказанием будет вечный путь и агония… Спустя еще долгие часы, может дни, недели и месяцы пути она сойдет с ума от постоянно усиливающейся боли, странного поведения чувствительности, ощущения, что её внутренности то и дело вырывают наружу. *** Джент немного опоздал, совсем немного. Каких-то пять минут, и жизнь была бы спасена. Он видел мутнеющие глаза его напарницы, устремленные в темнеющее небо, слышал жуткий крик прохожего, увидевшего кровь, кости, тело в невозможной позе, освещенное фонарем. - Ты сама выбрала плату за этот долг. Остальные сочтут её полной, но я лишь не успел тебя остановить. – Джент наблюдал, как закрытый гроб опускают в могилу, засыпают землей. К цветам у надгробия присоединилась цепочка с жетонами. – Покойся с миром. *** Когда-то она молила неведомую силу этого места оставить её в покое. Желаемое наступало не всегда, но, в конце концов, даже минуты затишья прекратились. Ноги не выдержали, подкосились, Эри упала на бесконечную дорогу, тщетно пытаясь стерпеть боль. Крик, её крик разрезал нынешнюю реальность. Нерн услышала вырывающийся из своей глотки хрип, словно ей вырезали голосовые связки вместе с языком. Глаза бешено задвигались, стараясь различить больше чем потолок, она была словно в панике, но… Она не чувствовала этого страха. Это её сбило с толку и немного остановило, пока с тихим жужжанием робот-лапа не провел нужные манипуляции на её горле и не отодвинулся обратно по велению мужчины в белом халате, чьё лицо мельком попало в угол обзора. Попробовав поднять руку, Эриаду не смогла этого сделать Её тело... Она чувствовала его, хоть пока и частично из-за недостатка датчиков. И чувствовала, что оно тяжёлое, не то, что раньше. Чужое. – Преждевременный вход в сознание, выявлена недоработка голосового модуля, – изрёк мужчина для аудиодневника и через пару секунд, выдавив жалкий сип, Нерн снова уснула под воздействием транквилизаторов. На этот раз дороги не было. Даже не гнетущая темнота, а будто сон без сновидений, за мгновения переносящий тебя в следующий день. Во второй раз она открыла глаза под наблюдением целой группы врачей, один из которых был ей уже слегка знаком. – Загружаю данные, – прозвучал голос за спиной девушки, пока та собиралась с мыслями, осматривая помещение, будучи полусидящей на кушетке с прикрытым простыней телом. А потом... Перед её глазами замелькали полосы данных, появились незнакомые символы. Она восприняла это одновременно как нечто пугающее и так, словно всё в порядке, а когда открыла рот, чтобы начать задать вопросы, её перебили: – Назовите своё имя и возраст. – Эриаду Нерн, 28 стандартных лет, – почти сразу ответила та. – Род деятельности? – Служба в подразделении войск специального назначения. – Можно подробнее? – Сначала объяснитесь, кто вы, что это за место и что я здесь делаю. И почему… я жива. – Кореллианская корпорация военной медицины «Ригель». Моё имя Джехаатир, это Мирдал. За вами стоит Тали, – представил он себя, ученого и девушку-техника, что продолжала возиться с проводами. – Мы забрали вас из рук медиков, когда им удалось стабилизировать состояние. Не совсем удачная попытка самоубийства, множественные переломы конечностей, рёбер. Компрессионный перелом поясничных позвонков с разрывом спинного мозга. С такими травмами не выживают, но «Юсан-Медикал» любезно предоставляют нам подобных пациентов. Для всего мира Эриаду Нерн мертва. Её похороны состоялись на следующий день после... Инцидента. Джех выглядел солидно для своих лет. Легкая седина на висках, имплант, прикрытый рукавом качественного костюма, небольшой шрам под глазом. Мирдал, тот, с кем она уже виделась, был типичным врачом – импланты не просто руки, в них скрывалось множество инструментов, очки-экранчики… Девушка из-за кушетки выглянула уже позже. Белобрысая Тал оказалась довольно мелкой девчонкой с чересчур юркими пальцами – набор кода на клавиатуре у неё занимал ничтожно малое время. Женщина спокойно выслушала эту речь, наконец опуская взгляд на прикрытое тело, а потом подняла руку из под ткани, рассматривая её, сжимая и разжимая. Красивый механизм. – Сохранен только мозг. Тело заменено полностью. – Что вам обо мне известно? – Всё. Мы забрали ваше досье из «Альгис». Четвёртый отряд, «Алеф». Номер 21-… – …47-11, – договорила за него Нерн, оставаясь ещё немного сбитой с толку. Память кричала о тех фатальных событиях, но чувства.. Ей было всё равно, что происходило тогда. Это даже не сводило с ума, однако женщина списала всё на шок. – Я предлагаю вам сотрудничество. После того, как освоитесь, можете продолжить свою работу, только в ином подразделении, высшем. Если захотите уйти – дело ваше. После этих слов девушка задумалась. Новая личность, новая, вторая жизнь. Через минуту она ответила согласием. – Хорошо. Сейчас Тал продолжит загрузку данных. Отдыхайте. *** Первую пару недель Нерн привыкала к новым движениям и телу, тренировалась. Электронный интерфейс зачастую сильно помогал в прицеливании, атаке ближнего боя, предоставлял ту информацию, которую запрашивал мозг киборга. Новое тело было сильнее, прочнее, быстрее, что и понятно. Полное преимущество над плотью и кровью. Только… Отсутствие эмоций. Это сильно сбивало с толку в какие-то моменты. Отсутствие сердца, души. Бионика оставалась холодной машиной, выполняющей свою работу. Остался лишь холодный разум и свобода от чувства вины, что пожирало её раньше. Точнее… Ей просто было всё равно на прошлое. Было и было… Спустя время Нерн всё же подошла к Джати, молодому парню, что занимался ею когда-то. – Почему я не чувствую ничего? Что со мной сделали такого, что я не могу понять? – Все железы, что производят гормоны, удалены. Эндорфин, мелатонин, окситоцин и прочее, прочее, можно получить искусственно путем введения в мозг, – предыдущие пациенты сталкивались с этой проблемой, поэтому Джати сразу понял, что именно хочет узнать Нерн. – Если нужно, я могу вживить необходимые детали взамен минимального набора. Последний нужен для того, чтобы человек полностью не съехал с катушек. – Спасибо, не стоит, – девушка чуть улыбнулась из вежливости и скорее привычки. Через некоторое время она подошла с кратким рапортом к Джехатииру, сообщая, что она готова проходить испытания. – Чакаар Креш Кир'ам Ка'рта. – с интересом прочитал тот новое имя. – Просто Креш. Эриаду мертва, так пусть так и будет, – добавила киборг. – Хорошо. – заключил мужчина, дочитав рапорт до конца. – Завтра подготовят площадки, объяснят правила и какие задания тебе предстоит выполнять. Постепенно сложность будет увеличиваться, но так же станет производиться улучшение твоих возможностей, чтобы проще было овладевать ими и привыкать к ним. *** Какой это вылет? Какая миссия? Она уже сбилась со счета. Прошло шесть лет с тех пор, как она получила вторую жизнь. И с тех пор всё идёт… Довольно успешно. Сейчас Креш была облачена в другую боевую броню, усиленную. Подобие маски сливалось вместе с носом, зрачки сменили свой цвет на серо-голубой, на лице появилась раскраска. Само тело стало мощнее внешне, торс закрывал жилет с боеприпасами, на бедрах находились скорострельные бластеры, в руках она держала модифицированную винтовку, которую при необходимости можно облегчить. – Спускаешься через башню к восточному входу, мы идём с северного. После этого вместе опускаемся на самые нижние этажи, уже с кодами доступа, которые ты достанешь. Затем нам нужно обезвредить лаборатории, забрав контейнеры с органикой. Первые две группы не появляются в сети уже второй час, но успели сообщить нам важную информацию о кодах, – по пути в ангар командир кратко описал ситуацию и миссию. – Понятно, – кивнула Креш, не снижая бодрого темпа. Через час шаттл появился над раскинувшейся на добрые три сотни метров во все стороны базой и киборг, стоявшая у открытой двери, при подлёте к шпилю башни, шагнула в пропасть, взяв винтовку наперевес. Едва живая машина спустилась на метра два, в её спине выдвинулись крупные цилиндры, и произошёл выброс энергии, позволяющий Креш замедлиться, а потом и вовсе остановиться у нужного этажа; ногой разбив стекло и сходу расстреляв двоих наёмников у двери, едва те подняли свое оружие, киборг коснулась пола. По приземлении джетпак погас, а потом аккуратно задвинулся внутрь своего механизма-крепления. Осмотрев первое помещение, женщина вышла на лестницу, в коридор и к лифту, по пути докладывая о ситуации командиру, Брокару. Когда створки лифта раскрылись, Креш выпустила очередь в одного из солдат, а тот, что стоял довольно близко и уже разворачивался, получил кулаком в грудь; удар остановил сердце, попутно проломив мечевидный отросток. Выстрелив в камеру наблюдения, Креш прошла по коридору, ища нужную дверь контрольного пункта. Спустя несколько коридоров и лестничных пролетов Чакаар остановилась у стены и прижалась к ней спиной, снимая с жилета гранату с слезоточивым газом и бросая её за угол. Ей подобное не было страшно, поэтому прохождение до комнаты безопасности не составило большого труда, как и взлом: модуль безопасности вместе с навыками самой Креш обеспечили успех. - Брокар, вход в лаборатории открыт, спускаюсь к вам. - Хорошо. Через семь минут будем там. Конец связи. Где-то сверху противно заскрежетал лифт, явно приходя в нерабочее состояние. Спустившись на этаж ниже, женщина раскрыла створки кабины и спрыгнула внутрь, быстро и незамысловато спускаясь на этажей двадцать вниз. Полноценному спуску до самого низа помешал взрыв, прозвучавший под ногами. Поднявшись с помощью джетпака, Креш выбила двери и освободила еще нескольких солдат от бремени их жизни, а когда стрельба стихла, из раскуроченной металлической двери выглянул мужчина и потом вышел сам, без оружия, поднимая автомат с парой магазинов у наёмника. - Джент Бал, группа «Алеф», 21-47-01. – назвался он, наконец поднимая глаза на киборга. - Креш, «Тонг-11». Кто остался в живых? – Мужчина показался её чем-то знакомым, но память предательски подводила. - Подкрепление что-то поздно явилось. Моя группа разделилась, на башне выжил только я, через сектор отсюда есть вторая половина, но их комлинки отключены. Полагаю, они тоже мертвы. - Мне не сообщали ни о ком. Осталось около двух этажей, нужно выполнить задание. - Согласен. – кратко ответил мужчина и перешагнув через тело, направился вместе с киборгом к лестницам, а потом и к входу в основные лаборатории, куда так же приближалась основная часть Тонг’а. После встречи с отрядом, они все вместе вошли в подземный комплекс, который был несколько меньше в размерах, чем тот, что наверху. Постепенно группа разделилась, поскольку им нужно было обследовать всё сооружение, и хотя координаты целей были назначены, осторожность никто не отменял. Солдаты всё так же кишели здесь, охраняя контейнеры. Джент и Креш остались в одном подотряде, тогда как их командир повел остальных в противоположную сторону. Во время вылазок, кратких перестрелок, Бал невольно подмечал тактику и движения напарников, порой заостряя внимание на Креш. Ему было интересно наблюдать её работу. Спустя пятнадцать минут Брокар доложил о том, что первый контейнер взят и доставляется к выходу. Группа из дюжины и ещё одного человека постепенно будет расколота на четыре подотряда – по числу целей. Спустя ещё минут шесть Креш довела своих до второго контейнера и трое парней включив гравиподъемники, отконвоировали ценный груз. За следующей дверью киборг слышала, голоса многих – внутри находились не меньше пятерых наёмников, а голоса некоторых из них были несколько неестественны. – Держите коридор, я иду первая. – Вечно ты на рожон лезешь, – негромко и больше машинально, в ход своим мыслям произнёс Джент, прижимаясь к стене для полного обзора. Перезарядив энергоячейку в винтовке, женщина встала напротив двери и мощным пинком вышибла пласт металла, сразу направляя в проём оружие и врываясь внутрь. Её броня стерпит выстрелы, которыми осыпали наёмники, пока она со всей возможной ей скоростью сокращала их поголовье; из коридора послышался тихий крик и падение тела, недолгая перестрелка. Не позволив себе на это отвлечься, Креш в упор расстреляла модифицированного солдата и сбросив с винтовки его тело, перезарядилась, чтобы выпустить всю энергию в стоящего в глубине помещения последнего человека в черном одеянии. Он лишь пошатнулся от попавших выстрелов, не оставив голопанель с быстро скачущими данными. Степень его модификаций не определялась, что лишь слегка затрудняло ситуацию, и не было проблемой в устранении цели. – Уходи. Может отсрочишь свою смерть, – не отвлекаясь от набора данных, лениво произнёс частично механический голос. Казалось, его не волновало, что позади него слегли пятеро солдат. – Контейнер останется здесь. Отбросив винтовку, Креш сорвалась с места и перегруппировалась в воздухе для удара, однако.. Неизвестный развернулся со скоростью, не присущую обычному человеку и ударил обеими руками, в грудь и живот киборга, так, что та отлетела ко входу. – Бездушное отродье из Ригель, – констатировал мужчина, видя работу своих создателей. Он разминал пальцы, перебирая их, а на подходе к Креш скинул прожженную куртку, открывая механизированный торс. Ей было больно в первые секунды после двойного удара, затем она включила нервную блокаду, отрезая себя от ненужных ощущений. Оттолкнувшись от пола, Креш выставила левую руку как защиту и ударила правой снизу вверх по животу, затем в грудь; последний удар мужчина заблокировал напрямую ладонью, сжимая её, чтобы постараться повредить сервоприводы. В груди находились ячейки энергии, к которым, если добраться, то можно практически вывести киборга из строя: аварийного питания может не хватить. А пробираться к мозгу можно лишь со спины, разорвав шею. Удар, вторая рука заблокирована. Выкрутив обе кисти, Креш подтянула к себе противника и ударила коленом в живот, немного проламывая броню за счёт усиленной своей. Ещё раз оттолкнувшись, Чакаар хватает мужчину за руку и подтягивается к нему, чтобы с разворота запрыгнуть на спину, оплетя ногами поясницу. Из коридора снова начали слышаться выстрелы. – Джехатиир лживая тварь, лишающая тебя самого главного. Самого себя, – прошипел он, надеясь переманить противницу на свою сторону путем давления на одну из уязвимых частей любого из отродья компании. Он схватил Креш за руку, которой та держала его за плечо, намереваясь перебраться к подбородку и сжал у сустава, пока металл не подался под хваткой. – Химические аналоги такие же, как и ты сам. Искусственная подделка. Кому нужен кусок металлолома?! Перехватив руку киборга, мужчина с силой дернул её, одновременно пригибаясь и чуть поворачиваясь, чтобы скинуть женщину с себя. Придавив её живот коленом, незнакомец взял её за горло одной рукой, второй нанося удар в место, где обычно располагается сердце. – В основном берут солдат, тех, кто умеет сражаться. Только практически мертвых, или вполне живых, без их спроса разрушая тела. Он возомнил себя богом, властным над смертью. – ещё один удар не дошел до груди – Креш отбила его в сторону, поднимая обе ноги и в небольшом ускорении коленями толкая мужчину в бедро, так, чтобы тот завалился вперёд. – Я заплатила эту цену за свою жизнь и она меня устроила, – кувырком подскочив на ноги, киборг попробовала снова прицепиться к спине мужчины, и снова успешно, однако, он, слегка неуклюже встав, по инерции пошёл назад, впечатывая спину противницы в металлический угол какого-то аппарата, занимавшего полстены. Ударил ещё раз и ещё, сначала выводя из строя джетпак и начиная добираться до аккумуляторных ячеек. – Уничтожь этого монстра, пока он не зашёл слишком далеко, как хочет сейчас, получив органику, – злобно проговорил он, выбрасывая из локтей небольшие клинки и синхронным ударом всаживая их под «ребра» Креш; на её интерфейсе замелькали сведения о состоянии энергии, несколько блоков оказались повреждены. Зрение кратко пошло рябью. – Я лишь выполняю свою работу. Как Воровка, – оттолкнувшись ногами от аппарата, киборг переставила руку захвата к середине лица врага и потянула его голову назад, второй рукой сильнейшим ударом поражая заднюю сторону шеи. От падения лицом на пол эффект от атаки усилился, послышался треск металла. Отпустив голову мужчины, Креш ударила по шее ещё раз, окончательно ломая её. Поднявшись, она увидела направленный на себя пистолет, и ЭМИ-гранату во второй руке. – Эриаду Нерн, 21-47-11, как командир отряда Алеф я обвиняю тебя в предательстве и приговариваю к смерти на месте, – чётко произнёс Джент, узнав свою напарницу по её прозвищу, что она произнесла. Давний гнев вновь пришёл. Она должна быть мертва, безвозвратно, иначе цена станет пустой. – Эриаду умерла шесть с половиной лет назад, покончив с собой. Она понесла своё наказание. Я лишь помню события, повлекшие за собой этот поступок. – Креш шагнула вперёд, намереваясь сыграть на том, что пытаться одолеть её – дело рисковое, и тем самым выгадать момент для первого хода. Она вспомнила его. – Ты носишь её прозвище, ты помнишь её жизнь. Ты являлась ею. – с одной стороны, киборг была права, и тогда он хотел остановить её, но с другой… Жаждал стереть её в любом обличье с лица галактики, даже в этом теле. Она предала его. Предала всех. – А теперь я не та. – ещё шаг, и Креш резким броском выбила пистолет из рук Бала, а когда он бросил гранату, то пнула её в открытую дверь в коридор и довольно слабо двинула бывшего командира в висок, оглушая. Металлическая дверь и стена по большей части защитили от импульса ЭМИ волн. Положив тело Джента на контейнер, Креш включила гравитационные генераторы и направилась вместе с грузом на выход из лаборатории, по пути докладывая командиру о доставке. Уже на грузовом корабле женщина размышляла над произошедшим за последние пару часов, над диалогами, над тем, как действовать дальше. Хорошо, что её изменили. Слеза никогда не прольется по щеке, а горло не стиснет невидимая хватка состояния, когда вот-вот заплачешь. Ком не встанет в горле при виде дорогих, давно утерянных людей. Грудь не пронзит боль горечи. Нет эмоций, нет чувств, нет слабости. Вот бы еще не было памяти. События назойливо лезли в голову – вот по комлинку она говорит, куда идти, вот раздаются крики, выстрелы, проклятья. Взрыв, звуки затихают из-за оглушения. Бросив винтовку, она выбегает из разрушенного здания. И бежит, не помня себя. В смятении, ужасе, панике, задыхаясь и всё равно продолжая бег. Сзади доносятся выстрелы, но они идут мимо, особенно, когда Нерн садится на мотоцикл с пылающими легкими. Встряхнув белобрысой головой, Чакаар прогоняет эти воспоминания. Что было, того не вернешь. *** Главная броня снята, энергоблоки заменены и полностью заряжены, основной облик возвращен. – Джехатиир? – негромко постучав по двери, Креш вошла в его кабинет. – Что-то хотела? – Да. Мне нужно больше информации о тех, кто охранял лаборатории Кирран. – сев за стол, киборг облокотилась на него. – Там был не человек. Киборг, как я. – Как он выглядел? – Мужчина, лет тридцати, с мой рост. Черные волосы и нормальное человеческое лицо, или, по крайней мере, его очень хорошее подобие, с небольшими пластинами на подбородке. – Это Аденн. Один из наших пациентов, добровольно ушедший от нас. За время службы отличался высокой живучестью, даже когда повреждения его тела выходили за рамки возможного. После ухода он исчез с радаров. - Сколько у вас всего был таких пациентов? Живых, прошедших испытания и принятых на службу? - Немного. Всего около тридцати, сейчас осталась половина. – он солгал, но сделал это спокойно и чисто, выдавая за правду. – Редкие люди нормально выдерживают перемены, остаются психически здоровыми, принимая весь начальный период. Даже с полным эмоциональным дефицитом. Я бы сказал, особенно с ним. У нас ведётся отбор по личным делам, и прошедшим даётся жизнь. Но.. Как уже было сказано, не всё так просто. Спрашивать, сколько было неудачных экспериментов, Креш не стала. Это их дело, а людей на планете полно. Кивнув, она обменялась ещё парой слов с Джехатииром и покинула его кабинет, отправляясь по своим делам. А вот мужчина... Он ещё поразмыслил о том, как долго его последняя работа будет прибирать мусор за ним. Из Эриаду, как и предполагалось давным-давно, вышел хороший боец, сумевший адаптироваться к полной замене тела. Хладнокровная, спокойная, раньше казалось, что она уже не совсем человек; возможно, эти черты характера были одной из причин успеха эксперимента. После злополучной миссии эмоции сильно подкосили её, приведя прямой дорогой к нему на стол. Тот, кто устроил ментальную атаку, уже покинул этот мир, и к счастью, навсегда. Обладавший некой «Силой», что давала ему сверхъестественные способности, не смог с её помощью защититься от пары десятков выстрелов и вчетверо меньшего количества нападавших. Что же… Никто не защищён от подобных случаев. Десяток таких, хорошо вооруженных, могли бы стать прекрасным отрядом здесь, и на военных операциях, но увы, они слишком редки здесь. Джехатиир налил в стакан немного жидкости с слабым желтоватым оттенком и отпил, отдаваясь лёгкому чувству опьянения. Нужно продолжать вычислять тех, кто покинул его организацию. Последнее время их словно вербуют, уже несколько покинули его. Скорее всего, в этом замешан Аденн, которого с большой вероятностью Креш не убила. Игра продолжается. Он усмехнулся, размышляя над исходом операции. Эти своеобразные голодные игры в самом разгаре, и победит совершенный. Тогда работа будет проделана не зря. Отставив опустевший стакан, мужчина вывел на голоэкран документ и начал что-то строчить. ** Джент шел по одному из коридоров, потирая висок, на котором раньше была гематома. Блок, где отдыхали некоторые работники и по большей части служащие. Некоторые двери были с опущенными роллетами, некоторые – с просто погасшим светом. Свет исходил из пары-тройки окошек, и проходя мимо одной из дверей, где её хозяин бодрствовал, Джент заметил Креш, лежащую на кушетке и занятую чтением с планшета. Помедлив секунду, он повернулся и ускорив темп, продолжил путь по коридору. Его мысли о ней раскололись надвое со времени их последнего разговора – одна часть требовала справедливости, вторая же просила оставить её в покое, но не связываться, если дело дойдёт до новой совместной миссии. Странно видеть её живой. Шесть лет назад он опоздал, хотел поговорить, поскольку после провала она резко и полностью отдалилась от всего мира. Тогда, на улице, лежала похудевшая девушка с слипшимися от крови короткими черными волосами, глаза которой даже не увидели его. Сейчас это машина, исполняющая своё предназначение – Эри любила убивать, словно мясник, а теперь, с новым телом, ей даже не стоит бояться повреждений. Он не мог убить её. Не смог бы привести приговор в исполнение. Да и не успел. Что осталось от прежней Эри? Практически ничего, лишь память, но и та… Нынешняя машина смотрела на него и не узнавала. По неживым глазам сложно определить, можно, конечно, по реакции или голосу… Но тоже нет. Он помнит, как сбил Сэма, всего в пыли и копоти, стрелявшего по убегающей фигуре, с ног. Нужно её забыть. Рука невольно потянулась к груди, где висел медальон. Нужно забыть. ** Новый вылет произошёл очень нескоро – спустя месяца три или четыре. Креш часто находилась в городе, даже завела друзей. Вне заданий она периодически просила Тал подключать к её мозгу стимуляторы, впрыскивающие гормоны -позволяющие ей эмоции. Одежда скрывала металл, чувства возвращались, само её существо, словно залечивалось на время, давая женщине чувствовать себя человеком. Не запертым в своём теле – к нему она давно привыкла. Просто… Быть другой. И постепенно желала этого всё больше, одновременно отрицая свою жажду, свою слабость – шесть лет всё было прекрасно. *** – Сегодня просто разведка. Есть подозрения, что один из наших стал перебежчиком. Если подтвердится, устранить. – лицо командира светилось на её интерфейсе. В команде сейчас была только одна она, остальные, а точнее, только Брокар, в качестве поддержки и направляющего. Мелкий шаттл сел за несколько сотен метров до точки входа и улетел так же тихо, как и появился. Активировав пояс невидимости, Креш в быстром темпе добралась до люка и проскользнула внутрь. Её уже ждали – это объясняет отсутствие лишних людей в коридорах и солдат. Для камер она была лишь чуть искаженным пятном, двигающимся аккуратно и быстро. Брокар изредка направлял её, но путь шёл к центру здания, где, согласно его словам кто-то был. Спустя время Чакаар вошла в открытую дверь, где среди светлых стен стояла фигура в чёрном. – Слишком долго идёшь. – голос, не мужской, не женский. Немного механический и заглушенный. Сканер показал, что это не киборг, даже не человек с аугментациями. – Черепашка Чаки. – Ненавижу, когда так коверкают. – пространство подернулось сильной рябью и невидимость киборга сошла на нет. – Ненависть? Думаю, скорее недовольство. Что-то сильнее ты сейчас не испытываешь. – фигура что-то взяла перед собой и развернулась. Её лицо было скрыто маской, а в руках она держала ножны с катаной. – Верно ведь? Ответом служило молчание и пистолет на вытянутой руке. – Ты серьёзно? – меч с тихим лязгом показался на свет. Выстрел, и темно-серебристый клинок очертил полукруг, отправляя кусочки пули на пол. Следом прошла целая серия и впустую, лишь тихие звяки металла о плиточный пол. – Она режет всё. За исключением пары металлов, но и с теми справится, при достаточном количестве времени. – Зерка, верно? – убрав пустой и бесполезный пистолет, Креш подняла и подтянула к себе руки, намереваясь защищаться от атак. Понемногу она отходила в сторону, к широкому проходу, уже ожидая выпада. – Верно, Чаки, – если бы не ситуация, то тон Зерки можно было посчитать едва ли не за мурлыкание. Сейчас же этой нежностью она как будто игралась с киборгом, на которую был направлен меч. Выйдя из своей стойки, Зерка бросилась на свою противницу, и скорость её движений была невозможной, бешеной. Креш стремительно отступала, с некоторым успехом даже успевая уворачиваться. По крайней мере, её конечности были целы, а на теле зияло несколько неглубоких повреждений. Удачный для киборга удар, и не очень – для Зерки стал решающим: первая схватила его плашмя ладонями, намертво блокируя, после чего чуть потянула на себя, совершая прыжок через ведущую руку отступницы и в этом прыжке второй ногой, пяткой, ударяя в маску, заставляя её треснуть. Приземлившись на ноги и уже отпустив меч, Креш ударила под шлем, в челюсть, больше стараясь вывести противника из строя. Однако, удар прошёл вскользь – Зерка отклонилась назад, затем отходя назад шаг за шагом и снимая маску. Красные, яркие глаза на мертвенно-бледном лице выделялись так же чётко, как и полосы темных шрамов, пересекавших всё лицо. – Красиво, не правда ли? – тряхнув черными волосами, отозвалась Зерка. – Это одна из криворуких крыс Ригель сделала. Пусть и нечаянно, однако материал въелся в кожу, едва ли не прожег её до костей. А что он сделал с тобой? Металлическое, бездушное чудовище. Убийца. Тебе ведь нравится это делать, иначе уже остановилась бы. Сколько ты сражаешься? Сколько жизней на твоём счету? Глаза Зерки распалялись вместе с её эмоциями. – Это твоя сущность. Ты сама. Обрати свои силы против Ригель, уничтожь весь совет, что отдаёт приказы, что с кем делать, кого спасать, и уходи. Джехатиир не терпит отступников, если бы ты и захотела уйти раньше, то просто лишилась жизни. Как прирученная собака всегда возвращаешься к хозяину, потому что тебе некуда идти. Рыкнув, Креш первой нанесла удар кистью и тот был аккуратно отбит в сторону мечом. – Он тебе говорил, каковы масштабы его работ? Множество филиалов и ещё более огромное множество людей, что идут на опыты и исследования. Далеко не все заканчиваются хорошо. – удар за ударом, и все они безуспешны, Зерка словно играет с ней. – Синдром бога, но… Он такой же убийца как и ты. И я тебе помогу. – Поможешь? Чем? – отвлечение было грубой ошибкой; резкий взмах частично перенял внимание Креш, заставляя её отшатнуться, а затем последовал выпад в грудь. Интерфейс подёрнуло рябью, процессор немедленно перешёл на запасные энергоблоки и автоматически отключил нервные сенсоры: боль в критической ситуации может сильно отвлечь. Сжав кисть Зерки, киборг надавила, ломая хрупкие человеческие кости, держащие рукоять меча. Надо отдать должное – отступница лишь едва повела поджатыми губами, скрывая свою боль. Резкий взмах всаженного в механизмы высокочастотного сплава выплеснул и капли тягучей тёмно-зеленой жидкости, находившейся раньше в аккумуляторах. Перестав сжимать руку Зерки, Креш вырвала меч и сменила сторону, куда направлялось острие – теперь меч указывал на красноглазую. Быстрый удар, пронзивший девушку под сердцем. – Я была живой и здоровой, когда меня отправляли в Ригель черт знает какими путями. И я не хотела такой жизни. – Зерек откинула голову назад, смотря в искусственные глаза победительницы. Её собственный красный цвет затухал, превращаясь в бордовый. Меч прошёл навылет, пригвоздив девушку к бетонной стене. – Спасибо. – Эй, Брок, мн.. – Креш не успела договорить, как по комнате прошёл сильный всплеск ЭМИ, от которого вырубилась вся электроника и даже защищенный от высоких, но не настолько сильных нагрузок процессор. Ответный сигнал Брокара ушёл вникуда, повторный тоже. Третьего вызова не было – вместо него последовала команда пилоту и своему отряду – базу будут брать штурмом. Однако, по прибытии на место они обнаружат опустевшие кабинеты и лаборатории, а на месте, где происходила драка – окровавленное отверстие в стене и зелёные потеки на полу. – Джати, передай боссу, что Креш забрали. Зерка мертва, а вся база опустела ещё до нас. Мы возвращаемся. – Так точно. Конец связи. ** Нервное постукивание ручкой полностью выдавало Тал. – Её связь отключена. Источник сигнала GPS отключён. Сеть – отключена. Полностью. – огрызнулась она Джехатииру, снова набирая команду и получая отказ по новым пунктам. – У неё всё отключено, что может дать нам сведения. Она как будто испарилась. – С этой минуты считать её врагом и готовиться к вероятному штурму. Вытаскивай Шукура из гибернации, сообщи отрядам, чтобы если что, могли прийти на помощь. – Но.. Ладно, – не став спорить, Тал оповестила почтой тех, кто находился в этом филиале о новых изменениях и начала строчить письмо, после написания которого ушла в другой сектор. Шукур был создан раньше, чем Аденн, Креш и им подобные. Технически, механизм сжился с мозгом, но его психическое состояние часто ухудшалось, делая киборга практически неуправляемым. Ради безопасности его погружали в сон, пробуждая лишь в особых случаях или тяжелых конфликтах, когда на поле боя требовалась серьёзная поддержка. Впрочем, его тело, кроме мозгов, было вполне обычной конфигурации, а лицо полностью скрывала маска. ** Когда Креш наконец очнулась, она не видела чёткой картинки – интерфейс часто пересекала рябь, иногда предметы становились замыленными. – Что ты делаешь? – она не знала, кто здесь находился помимо неё, но сказать это была обязана – и ответ не составил себя ждать. – Занимаются твоим взломом и подключением пары имплантов, – лицо Аденна выплыло из тени, вполне целое и находящееся на новой шее. В ответ на это киборг промолчала, нагибая голову и пробуя осмотреться. Она висела над полом буквально в паре десятков сантиметров; в заднюю часть шеи входили провода, более толстые – под грудь напрямую к контактам, питая механизм ровно настолько, чтобы поддерживать сознание, не затрагивая запасные аккумуляторы. – Металл нельзя сломать снаружи, но можно изнутри. Это тело может быть таким же хрупким или бесполезным, как и человеческое. – помещение было погружено большей частью во мрак, лишь местами с потолка светили лампы. – Кажется, Ли сейчас добирается до зрительных сенсоров, что должно быть, сбоят. Каково быть беспомощной? Интерфейс резко выключился, погружая Креш в темноту. Раз за разом попытки перенять на себя управление своим же телом оканчивались провалом. Спустя несколько секунд появилась нормальная картинка, более не подергивалась полосами. – Ты уверена, что все действия были твоими? Механизм был напичкан датчиками, некоторые подсоединены к мозгу. За тобой следили и двигали тобой, как марионеткой, даже когда ещё была человеком. Особенно, когда была им. Одно событие, произошедшее тогда, оказалось толчком к целому ряду новых. И ты знаешь, о чем я говорю. – Мои действия были… – Намеренными? Словно ты сама так решила, да? Джах отбирал материал и послал пришельца. Он мог воздействовать на разум, я не понимаю как. Но мог. Одно маленькое внушение, и какой эффект домино случился! Одно за одним, как по маслу… И твоя реакция была естественной. Непонимающая, отвергнутая. Замкнутость довершила картину, ведя тебя прямиком в пункт назначения на шаттле «Ригель». Он тебя сломал, как спичку. – Я не верю. – если бы она уже могла испытывать эмоции, то первым стал страх, потом злость, вина. Однако сейчас мозг был сух и прагматичен. – Я не сумел достать всю информацию, лишь обрывки. Когда проберешься в кабинет своего попечителя, поройся в его документах, компьютере. Ты поймёшь, что мы не такие злодеи, какими он мог нас выставлять. Настоящему злу ты служила до недавних пор. Снова молчание в ответ и спустя пару минут в ушах звучит ультразвук, разрывающий мозг, а зрение снова проседает до чёрной картинки. В мозг словно входило десяток свёрл, раскалывая разум на части. – Черт возьми, да хватит! – доселе пустое сознание захватила злоба; боль прошла от головы всё ниже, растекаясь по конечностям, всё острее и жёстче. Усилия по передаче управления собой давали лишь слабые успехи – отключилась только малая часть сенсоров, а потом боль сама ушла, как и приступ «мигрени». – Как долго это будет продолжаться?! – борясь за саму себя, Креш начала питаться энергией, что едва ей давали и нагло брала ещё и ещё, всё больше, расширяя канал энергии. К сожалению, это не осталось незамеченным. – Церебральный паралич, выключение системы. – сообщила для Аденна техник, дезактивируя механизм. – Могла бы и оставить её. Она только начала возвращать себя. – Она была не готова. – флегматично ответила Ли, отлипая от компьютеров и подходя к спине киборга. Отсоединив пару кабелей, она приподняла одну из панелей на затылке и вставила на место пустого пространства с контактами чёрный блок с еле мерцающими гранями. Эту машину для убийств надо лишь немного подтолкнуть для задания. Аденн, немного понаблюдав за работой девушки, вышел из комнаты, оставив киборга на неё. Установив имплант, Ли снова вернулась к компьютерам, от которых тянулись тонкие провода к голове Креш. По экрану начали мелькать данные, отчёты о полной загрузке сменялись один за другим и спустя довольно долгое время всё закончилось. – Чакаар Креш Кир'ам Ка'рта. – как в далёкие времена, Ли позвала киборга по полному имени, стоя перед ней. – Наконец-то.. Что ты со мной сотворила? – энергопоток снова упал на минимум и Креш пока решила оставить всё как есть. – Заменила большинство систем, полностью удаляя тебя с радаров Ригель и переводя их управление полностью на твой мозг и процессор. – во время этой речи киборг возвращала подвижность своим конечностям, тем самым нарушая блокировку церебральных «нервов», а заметив это, Ли добавила: – И это получилось успешно. Вытащив последние провода из головы девушки, техник закрыла маленькую панель и взяла со стола две связки плоских аккумуляторов. Отцепив от груди провода, Ли вставила на их место новые батареи, после чего, подождав, дезактивировала магнитные крепления, удерживавшие Креш в приподнятом состоянии. Внутри она чувствовала то же, что и всегда.. Спокойствие, порой безразличность. Злоба, что посетила её во время разговора с Аденном, ушла, словно её и не было, но Креш всё же обратила на это внимание: – Ли, откуда взялись эмоции, если я не получала гормоны? – Это не эмоции. Проверка сенсоров затронула все системы до единой, а твоя реакция была подобна сбою в программе. Это даже не реакция мозга. – Понятно. – она была словно в тумане, частично списывая это на прошедшее «обновление», но… Нужно время, чтобы разобраться. – Я пойду с вами, когда всё начнётся. Своим разумом она понимала, что слова Аденна нельзя не обойти стороной: сколько людей было до неё? Сколько живых и умирающих… Однако, они были словно чужими для неё. – Как будешь готова, можешь потренироваться с мечом. В памяти уже есть всё, что тебе необходимо, нужно лишь привыкнуть к весу, движениям и так далее. – сказав это, Ли протянула ножны и затем покинула комнату. Осмотрев поданную вещь, киборг обхватила рукоять меча и не спеша вынула его, рассматривая серебристый металл, на котором не было и капли крови или аккумуляторной жидкости. Чистый, прекрасный, лёгкий.. Положив ножны Креш рассекла воздух и провернула в руке эфес, затем входя в несколько стоек и разгоняясь до такой скорости, что клинок становился размытым пятном. ** Надрывный, неразличимый звук в ушах перешёл в чей-то последний стон боли. Голова разрывалась на части, чувствительность конечностей с завидным постоянством сходила на ноль, от чего Креш иногда замедлялась и держалась за стену, ожидая пока сенсоры вновь придут в норму на несколько минут. Все лица слились в одно кровавое пятно, мелькавшее то тут, то там. Выстрел спереди показался настолько оглушающим, что голову вновь разрезала волна боли. Несмотря на это, тело словно само среагировало на него, подняв меч и рассекая воздух; две половинки пули упали на пол с тихим звоном и смялись под тяжестью стопы киборга. Выпустив очередь, солдат зарядил в подствольный гранатомёт снаряд и немедленно выстрелил, когда Креш уже была в паре метров. Человека это не спасло, но киборг, что успела увести из-под взрыва важные части тела, отлетела в сторону, чувствуя отсутствие одной руки. Согласно карте, до технокамер оставалось недолго. Поднявшись, Креш приблизилась к свежему телу и оставшейся рукой обхватила эфес, вытаскивая меч из грудины и вставляя его в ножны. Это вызвало сноп искр из плеча и сильно поврежденного ранее позвоночника. – Я же говорила, что всё может пойти не так. Этот ИИ чересчур своеволен и слишком молод. А ещё, видимо, имеет наклонности мясника и садиста. Ну куда ещё больше-то, учитывая её характер? За неделю адаптировался он нормально, только… – вздохнув, Ли захлопнула крышку ноутбука с системой видеонаблюдения и откинувшись в кресле, прикрыла лицо руками, потирая глаза. – Такой способ устранения крыс жесток даже для тебя. – Нормально, – лениво протянул Аденн, закидывая ноги на стол с слишком довольной улыбкой, которую не стала комментировать Ли. – Бета-тест пройден, следующая фаза будет уже в Ригель. А потом, чтобы ты не упоминала об этом по три раза в час, очищу её от ИИ. – Если она выживет. – Выживет. Он ее вырубил, а значит мозг практически не будет помнить, что произошло. После замены новый корпус станет гораздо прочнее, что исключит серьёзные повреждения. Фыркнув, Ли покинула кресло, по пути похлопав продолжавшего ухмыляться киборга по плечу. – Дай боже твоим словам оказаться правдой. А ведь всё шло ровно так, как ему нужно было. Вне их убежища, на старой базе, Чакаар уже добралась до капсулы и остановилась у панели управления, нажимая нужные кнопки, а согласно данным на экране, один за другим щёлкая выключателями. Раскрыв створку горизонтальной капсулы, которой хватило бы минимум на двоих, киборг забралась внутрь и захлопнула кабинку изнутри. ИИ киборга перевёл все системы в спящий или наименее активный режим, ожидая окончания замены. Несколько манипуляторов приблизились к нижней челюсти, аккуратно и точно отсоединяя внешнюю оболочку, броню. Следом они спустились к грудине, деталь за деталью раскрывая «сердце» киборга – его батареи, а затем отсоединяя остаток брони. Под Креш открылся небольшой люк, куда съехал весь этот металл, а затем в дело вошли ещё с десяток различных манипуляторов и механизмов, берущих новые детали из других люков, покрывая их чем-то после соединения.. Вначале вырисовывался остов, похожий на человеческий скелет, но с некоторыми различиями. Поверх него пошла сеть проводов, подобная мышцам. Затем всё это закрывалось сплошным сероватым металлом, где не было суставов - они покрывались небольшими пластинками, чешуйками. Финальным слоем стала уже полноценная броня. Не осталась без замены и голова. Одновременно с другими манипуляторами, к ней приблизились более мелкие и принялись снимать внешний покров. Под желтоватым металлом оказалась сплошная конструкция, защищавшая мозг и подключенную напрямую к нему систему жизнеобеспечения с запасным аккумулятором практически под мозжечком. Так же каркас имел две ямки с контактами для глазных яблок. Под жёстким покровом находились чувствительные датчики, покрывавшие всю поверхность органа и выходившие контактами в затылочную долю мозга, где уже была подключена небольшая черная коробочка и дальше, к своеобразному позвоночнику и «сердцу». ИИ был как паразит, вживляющийся в систему. Сначала планировалось, что он будет адекватной и временной заменой систесы, но… потом всё пошло не совсем по плану. Введя мозг в сон, он взял управление на себя, как и планировалось, однако на тесте он проявил чрезвычайную жестокость, низведя всех, кого требовалось, словно маньяк. Провода потянулись по шее, соединяясь с остальными. Глазные яблоки вошли на свои места, нос, челюсти, идентичные человеческим подсоединились в пазы, поверх серебристого металла шла броня. Пластина за пластиной покрывала весь остов, с идеальной точностью закрывая его. Короткие черные волосы упали вниз, освобожденные от креплений. Работа близилась к завершению, и, когда последний винт был вставлен на своё место, дверца кабины отъехала в сторону, а глаза Креш открылись. Радужка была бордовой, иногда краснеющей до довольно яркого состояния. Поднявшись, киборг опустила ступни на пол и встала, покидая капсулу, затем словно только проснувшийся человек потягиваясь и проверяя гибкость сочленений. Спустя время в капсуле оказался уже меч. Его светлый металл покрылся черным сплавом, режущая кромка приобрела светящийся бирюзовый цвет. Забрав оружие с его ножнами, Креш вышла в белый коридор, становясь в нем черным пятном. По крайней мере, потёки крови будут выглядеть не так явно, как на прошлом теле. Повесив ножны на спину, киборг перешла на бег рысцой, добираясь до арсенала, граничащего с посадочной площадкой и выездом в город. Там она надела шаровары, сапоги до середины голени, взяла подходящий пистолет и несколько магазинов к нему. Закрыв дверь арсенала, Креш прошла к выходу на улицу. Сегодня было солнечно, на серо-голубом небе ни единого облачка. Отличная погода, чтобы устроить резню… Избрав машину, киборг положила ножны на заднее сиденье, садясь на водительское. Пройдёт около часа, когда она с мастерством и скоростью профессионального гонщика подъедет к дверям корпорации, где её создали. Одно было хорошо – район, где находилось здание, не пользовался сильной популярностью общественности, а значит минимальное количество жертв. Если они вообще будут. Стражей порядка вызовут нескоро. Захлопнув дверь авто, девушка забрала ножны, практически сразу закрепляя их на своём месте. Быстро поднявшись по ступенькам, Чакаар прошла через автоматические двери прямо к окнам информации, что встречали посетителей. Кокетливо облокотившись на пластмассовую стойку, киборг аккуратно постучала по стеклу, привлекая внимание работника. Его принадлежность к какому-либо полу было сложно определить, что слегка раздражало, но не более. – Вам помочь? – даже голос был слишком средним. – Я бы хотела увидеть Джехатиира. Он на месте? – мило улыбнувшись, Креш словно невольно начала водить пальчиком по стойке, ожидая ответа. – Да. Назовёте ваш номер или имя. – Конечно, – смотря в глаза работника, она неспешно, игриво произнесла: – Тонг-11, Чакаар Креш Кир'ам Ка'рта. То, что всплыло на экране, парня не обрадовало. Вторую часть имени киборга знали всего несколько человек, и даже с изменённой внешностью она прошла идентификацию. Через силу улыбнувшись, он открыл проход в холл и когда киборг скрылась в нём, вызвал тревогу на коммуникаторах, оповещая немногих солдат, что находились здесь. Остальные должны были прийти на помощь в кратчайшее время, если сигнал повторится. - Креш, я предлагаю тебе просто спокойно поговорить. – перед киборгом возникла голубая голограмма Джехатиира из проектора на потолке. - Не-ет, - с усмешкой протянула та, доставая пистолет. – Во-первых, я здесь не с дипломатической миссией. Во-вторых, уже не Креш. Я программа, верная создателю. – Как твоё имя? – мужчина не проявил ни единой эмоции на своём лице, хотя знал, кто этот «создаталь» – Не'тра. – Я буду ждать у себя. И мы пог.. – Не поговорим. – проектор был в секунду разбит выстрелом. После этих слов киборг пошла по довольно кровавому пути, уничтожая всех, кто встречался. Цена была не такой высокой – повреждения не превышали допустимые нормы и поддавались ремонту в любой техлаборатории. Уменьшенному количеству врагов способствовал и сам Аденн со своим небольшим отрядом, высадившийся на средней крыше с вертолёта. Оба киборга направлялись в одно место – офис Джехатиира, с тем расчётом, что Т-19 должна прибыть туда раньше, или хотя бы одновременно с Аденном. Программа не испытывала эмоции – их чувствовал мозг Креш. Прирожденная убийца, она упивалась страхом и смертью, лёгкой рукой забирая жизни. Не'тра проникал в мозг, частично беря эту отрицательную черту женщины.. И это выходило в тотальное уничтожение. К слову сказать, Чакаар видела всё, что творил её сосед по телу. Полное имя служило кодовой фразой, что могла вывести мозг из состояния, подобного сну, а так и произошло сейчас. Поначалу женщина не особо понимала, что происходит, и поэтому старалась не показывать себя движениями, словами; лишь наблюдала, как она двигается, в пару движений отнимая жизни. Бдто играла в живой шутер. Довольно жутко, когда двигается твоё тело независимо от тебя. И приятно – когда позади остается дорожка из тел. Скоро к лежащим присоединятся и непосредственные участники многих трансформаций, её и других. Одной из первых покинула группу Тал – девушка направила импульсную винтовку, однако через мгновение и она, и верхняя половина её тела оказались рассечены брошенным мечом. Вырвав застрявший в бетонной стене клинок, киборг покинула эту комнату, едва не вступив в разливающуюся лужу тёмной крови. Следующей на очереди был Мирдал. Или Джати… Как получится. Но удача улыбнулась Не'тра. Они оба были в одном из оставшихся кабинетов. Джати совершил ту же ошибку, что и Тал, взявшись за оружие, однако в отличие от неё успел выстрелить, хоть и практически без повреждений для киборга. Подняв пистолет, она выпустила в лицо мужчины несколько пуль, что оставались в обойме и отбросила оружие на упавшее тело. – Креш, стой. – Мирдал находился в десяти шагах от машины смерти, но если и испытывал страх, то хорошо скрывал его. – А что? Бедняжка боится умереть? – словно хищник, загоняющий жертву, Не'тра медленно приближалась, поигрывая мечом. – Я сделаю это быстро. Место, куда отступать, закончилось, парень уткнулся спиной в стену. Буквально под его рукой находился электрошоковый пистолет, что мог ненадолго замедлить киборга и дать секунды на то, чтобы добраться до винтовки Джати.. Но Мирдал лишь кинул на него взгляд и обратил его обратно на ту, что несла разрушение, прямо в её красные глаза. Он не мог уничтожить свою работу, над которой провел так много времени. Пусть она и сменила сторону, он не мог. Киборг проследила за его взглядом, и Креш вспомнила его – в полубреду, лёжа на операционном столе через месяц после падения, она видела уставшее лицо; хрип, вырывающийся из её несформированного горла. Алые глаза неестественно даже для механизма мерцали, асинхронно меняя размер. Удар, который мог стать последним, и меч криво вошёл в стену в нескольких сантиметрах от руки Мирдала, вместо его живота. - Меняю режим. – в комлинке Аденна раздался голос его помощницы, и её фраза говорила о том, что планы слегка изменились. Креш просыпается. Не собиравшийся закрывать глаза мужчина ничего не понял ни в один из моментов, и это ясно отразилось на доселе бесстрастном, но бледном лице. Машина отпустила эфес меча, отступая на шаг назад и неуклюже падая на колено. Её разбивала слабость, боль, словно огромными волнами разливавшаяся по всему телу, и каждый раз становясь всё мощнее. Следующим ударом отключилось основное питание и неизмеримо повысилась нагрузка, чтобы разрядить запасные аккумуляторы. Креш понимала, что ещё немного, и мозг отключится, а без восстановленных вовремя систем, умрёт. Она сражалась за свою жизнь. Только за себя, а вот желания выжить у неё было достаточно. Обе руки медленно, но верно направлялись к затылку, а достигнув его, крепкие пальцы сломали пластину, прикрывавшую блок ИИ. Надавив, Креш проломила эту небольшую коробочку, выводя её из строя. В следующую секунду киборг лишь устало опустила руки и голову, слегка мерцавшую искрами сзади. Казалось, сложным было увести тело в сторону… – Спасибо. – За что? – отлипнув от стены, Мирдал зашёл за спину киборга, и мельком посмотрев на повреждения, взял пару инструментов со стола. – Не шевелись, я уберу остатки. – Ты напомнил, кто я. Не написанный код, а живое существо. – она собрала синтетические волосы с затылка в ладонь, давая мужчине начать извлечение. Следующее время прошло в абсолютной тишине, нарушаемой лишь жужжанием инструментов и звоном бесполезных частей бывшего ИИ. Когда новая пластина закрыла ячейку, Мирдал сбросил инструменты и отошёл назад, давая пространство. – Куда теперь? – комната подернулась рябью, но Креш посчитала, что так и нужно. – Продолжать устранять. Скажи, сколько было до меня? – та поднялась и подойдя к мечу, вытянула его и взяла в обратный хват, по большей части скрывая за рукой. – Много. Я работал на технологическом уровне, Азор и его команда на биохимическом. Ты была последней. Больше я никого не создавал, лишь чинил. Сложно найти подобного специалиста, лишь потому и держался после отказа продолжать основную работу… Наконец уйду на покой. – Удачи, – едва улыбнувшись, Чакаар покинула комнату, напоследок бросив взгляд на Мирдала. Почему-то она доверилась ему. Теперь путь вёл в кабинет Джехатиира, а до него – он наверняка выставил охрану. Даже с ней её дорога до цели не займёт много времени. Так и вышло в скором времени. Улучшенное тело гораздо быстрее справлялось с препятствиями в виде солдат и довольно долго – с Шукуром. Проклятый псих постоянно менял стиль атаки, не придерживаясь никаких целей, кроме одной – устранить Чакаар. Ещё один удар прошёл практически вскользь по руке женщины и её меч наконец достиг цели – сначала у противника стало недоставать руки, потом и головы в целом. Единственное, что вызывало подозрения, что на клинке Шукура уже была «кровь» киборгов – помимо зелёной бурды из аккумуляторов, в теле находилась серая жидкость, помогающая в жизнедеятельности. В основном, для разложения специальной пищи и её переработки. И наличие могло значить только одно. Такая же жидкость осталась на мече Креш поверх многих слоёв человеческой крови. Аденн добрался раньше неё. – Он был хорош. – донёсся мужской голос из-за двери, что через пару секунд слетела с петель от удара. – Не так ли? Признай. – Я хочу знать всё. Всё о том, как здесь появилась, – если бы модуль эмоций был включён, то Чакаар испытала волнение. Страх, гнев. Она боялась, что слова Аденна подтвердятся. Злилась на главу «Ригель». И… не зря. Перед её лицом возникло голографическое изображение и оно запустилось через несколько секунд. Там стояла Эриаду, в одном из грязных коридоров какого-то подвала, держа винтовку в руках. Поворот за угол, очередь, ответные выстрелы, до которых девушка скрылась обратно за угол и те лишь взбили бетонную крошку. Затем из-за угла появилась какая-то фигура в чёрной одежде, как Зерка, но.. Немного другая. Активная, полная жизни и решительности. Это было понятно, видно, едва ли не ощутимо. Мужчина остановил руку с винтовкой и провел у лица Нерн ладонью, негромко говоря несколько слов. Каких – нельзя было понять, поскольку микрофон камеры различал что угодно, кроме шёпота. После своих манипуляций мужчина удалился, в последний момент сверкнув желтыми глазами в окуляр камеры наблюдения и кивнул. Эриаду свернула за угол, откуда только недавно доносились вражеские выстрелы, но не пала сиюминутно, изрешеченная пулями и прожигающими бластерными зарядами. Вид с другой камеры показал, как она переносит файлы со своей карты и коммуникатора в терминал, а отряд, что целился в неё раньше, лишь спокойно наблюдает за манипуляциями. – Нулевой этаж чист, – один в один с изображением Креш, киборг произнесла эту фразу лишь губами, наблюдая, как она стоит среди врагов. Следующая картинка показывала не её – членов отряда, заходящих в злополучную комнату. Всего пара выстрелов и они уже трупы. Эри направляет винтовку на Сэма, но патроны кончились. Бросив её, она кидает связку детонаторов и сбегает через другую дверь, коридор которой ведет к выходу. Взрыв, оглушение, из комлинка доносится шипение, неразборчивые проклятья. Выжили немногие. Джент, Сэм, Эри, ещё трое, что находились в других комнатах. Сэм после этой миссии навсегда отошёл от дел, подав рапорт и переехав как можно дальше. А Джент.. К нему вскоре попали эти записи, подредактированные. – Надо было идти выше, – Чакаар повторила мысль, что посетила её в момент, когда тело лежало расплющенным об уличное покрытие. – К твоему сведению, это Солус. Тёмный кто-то там, уже не помню. И он погиб через полгода, – Джех сделал жест руками «ну бывает». – Мне плевать. На него и на тебя, сволочь. – Ты немного изменилась. В фойе и здесь – разные личности. Здесь уже ты, а не Не'тра. – мужчина говорил абсолютно спокойно и безмятежно, словно не боялся того, что рука киборга дрогнет и меч окажется в голове этого человека. Он стоял у своего стола, с рукой под грудью и второй у подбородка. – Я избавилась от неё. – Хм.. Тогда твои силы больше, чем я предполагал. – Думаешь, мне есть до этого дело? – практически не обратив внимания на очередную сильную рябь, Креш быстрым шагом дошла до Джехатиира и, подняв его за шею одной рукой, второй пронзила клинком, пришпиливая к стене, а затем отходя назад к столу. Невольно она бросила взгляд на окна и паника захватила её – улиц, домов, неба… этого просто не было. Только белое пространство, в котором если приглядеться, то можно различить очертания зданий. Город словно облили краской. – Есть, – голос мужчины заставил Креш вздрогнуть, по крайней мере, внутренне. Подняв голову, он без колебаний вытащил меч из своей груди. Чистый – ни крови, ни аккумуляторной жидкости. Ничего. Предугадывая вопрос киборга, он произнес: – Нет, я человек. Просто… ситуация не совсем нормальная. Мгновение, и меч растворился в воздухе, вслед за ним стол, другая обстановка кабинета, до тех пор, пока не осталось ничего, лишь белое пространство. Пустота. – Знаешь.. А Мирдал остался верен мне, а не себе. – Что это?! – снова паника. Которой не должно быть из-за даже не подключенного модуля. – Это.. Скорее пространство в котором заперты оба твоих мозга – обычный и вспомогательный, процессор. – Я знаю свою начинку, черт возьми, – Креш смела Джеха с ног, взяв того за воротник. – Так вот. – он даже не шелохнулся. – пока что ты побудешь здесь, пока не станешь более сговорчивой и покладистой. Если «пытка» не возымеет действия, то я подготовлю всё для оцифровки мозга и переносе данных на диски для ИИ. Вслед за Эриаду умрёт и Креш, оставив после себя лишь жалкую тень. Точнее, – голос стал чудовищным, зловещим шепотом. – Пустоту. Ничто. – Не дождёшься, – она отступила на несколько шагов. – Это сейчас ты так говоришь, а что будет через неделю? Две, три, месяц? Ведь здесь нет ничего. Нельзя определить время. А вне твоего разума могут пройти лишь сутки, тогда как здесь – месяцы. Продуктивно провести время, Чаки. Женщина огрызнулась и уже видела, как модель Джехатиира растаяла в воздухе. Она совершила ещё одну фатальную ошибку, наверное, последнюю в своей жизни. Во всех смыслах. Первые дни, если их можно так назвать, Креш проводила в своей памяти, вспоминая всё, чем она занималась. Работа, развлечения. Порой мысли возвращались в тот подвал, к желтым глазам незнакомца или уходили к тем немногим, кого можно было назвать друзьями. Но лица… Их лица.. Мозг деградировал, изменяя или стирая детали. Лица становились мутным пятном, мелкие вещицы пропадали, а, например, одежда, упрощалась, лишаясь декора. В своих представлениях себя она в какой-то момент уже не была машиной – её тело стало живым, человеческим, таким, какой она запомнила до падения. Короткие волосы едва прикрывали шею, тонкие пальцы с мелкими ногтями сжимали кожу. Ничем не примечательное лицо с синеватыми глазами. Каждый из её «покровителей» делал её тело таким, каким считал нужным, изменяя под свои нужды и стиль. Но внутри она оставалась человеком. Меж тем она не оставляла попыток вырваться из этого подобия Матрицы, но каждый раз был абсолютно тщетен. Её не «выключили» разово, её держали здесь. И постоянно попытка сменить обстановку в одно мгновение рушилась, как бы Креш не старалась. Что же.. Настойчивости ей было не занимать, однако всему есть предел. – Я согласна сотрудничать, – сидя на полу, произнесла та, надеясь вызвать Джехатиира и ожидания оправдались. Фигура появилась перед ней. – Нет. Ещё нет. Ты лишь говоришь то, что я хочу услышать, но.. Я приду, когда ты будешь сломлена. Как в прошлый раз, перед полётом. В отчаянии. Сорвавшись с места, Чакаар рванула к модели, но та уже растаяла. Следующие дни её питала злоба, которую она вымещала в виде физических нагрузок. Но не было ни усталости, ни боли. Даже саморазрушение не приносило свои плоды – тело не повреждалось. В этой Пустоте нельзя было умереть, создать что-то. Лишь бесконечное белое пространство. Вскоре она начала говорить сама с собой, размышлять о многих вещах, смотря на них с разных сторон и личность понемногу раскалывалась. Женщина подверглась удару в единственное слабое место – разум. Казалось, тянулись годы, и Джех не приходил, даже когда она звала. Никто не приходил. Абсолютную тишину мог нарушить лишь голос Креш, хлопки ладоней; шаги и любые удары по полу оставались беззвучны, словно поверхность была мягким ковром. Постепенно голос и, например, щелчки пальцами становились тише и тише, до тех пор, пока совсем не потеряли звук. Ещё одно лишение ударило по психике Чакаар, заставляя её окончательно замкнуться в себе и лишь сидеть на полу, сгорбившись. Её мысли всё больше посещало прошлое и киборг словно впадала в транс, помогающий сбежать от насущной проблемы на очень долгое время. Креш угасала как свеча, не желая сдаваться, а её сознание попросту разваливалось. Внезапно пустота исчезла, и её сменил мрак, который бывает при сне без сновидений, в итоге продлившийся для Креш всего пару секунд. - Эй, ты меня слышишь? – впервые за долгое время Чакаар услышала голос извне и открыла глаза, поворачиваясь в его сторону с небольшим страхом. У металлической столешницы находился Джент, позади него – с немного злобным выражением лица стояла Ли. - Ты… Ты? – женщине потребовалось несколько секунд, чтобы понять, кто эти люди, после чего она выпрямилась, принимая сидячее положение. – Что вы здесь делаете? Что произошло? Очередная симуляция? Что? - Мне кажется, ты рано подключила модули. – подал голос Бал, обращаясь к технику. - Страх пройдёт. – обратившись к мужчине сухо ответила Ли и подошла к киборгу. – Тебя полторы недели мариновали в собственном соку, держа процессор в симуляции. Живой мозг под транквилизаторами был уязвим для этого вируса и благодаря прочной связи с процессором, тоже полетел в тартарары. Всё, ты в реальности. - А он-то как здесь оказался? – обращаясь к девушке, киборг указала на Джента, и вместо неё ответил он сам. - Ли показала мне видеозаписи с камер в тот день. До нала операции она взломала систему безопасности, наблюдая за тобой, Аденом, Мирдала и остальными. После просмотра видео в кабинете Джея ты бросилась на него, намертво замирая в момент, когда должна была схватить его за глотку. Потом он поговорил с Мирдала и тебя оттащили сначала в капсулу, а потом и вовсе вывезли из здания. Спасла лишь случайность – Мир как-то нечаянно обнаружил своё местоположение через голозвонок, и Ли обратилась ко мне, как к человеку, что может помочь. Она же мне и сбросила доказательства твоей невиновности. – на его лице впервые за долгое время появилась улыбка. Добрая, любящая. - Вы первые забрались в мой мозг. – с ненавистью выпалила Креш, вполоборота поворачиваясь к Ли. – К слову, как там Аденн? - Жив, но когда очнется, я вас обоих не подпущу друг к другу и на милю. – «Особенно если бы сказала, что это целиком его идея с ИИ» - мысленно добавила девушка и вместо этого произнесла: - Но с твоей помощью Джехатиир мертв, совет директоров устранен, а общественность знает о происходившем все эти годы. На упоминание Джеха киборг спрыгнула с кушетки, едва делая полшага в сторону девушки и была остановлена мёртвой хваткой Джента. – Всё, всё, тише. Он обнял её, переключая внимание только на себя и не давая сдвинуться в стороны. - Тише. Всё закончилось. – мужчина чуть качал её, убаюкивая как ребёнка. Креш обняла его в ответ, и едва не заплакала от счастья. Под одеждой, куда она уперлась щекой, чувствовалось что-то твердое. Через пару секунд она уже доставала свой медальон, многие годы висевший на шее Джента. Две допотопные фотографии, два клочка бумаги, уже немного выцветшие от времени. Два лица. Почему-то нескоро она обратила внимание на свои руки – человеческие. И датчики зарегистрировали чересчур сильнейший всплеск всех систем. - Она не хочет сдаваться, даже умирая, - сняв с головы громоздкий прибор, изрёк Мирдала. – Мозг доживает последние минуты, и разум создал ей ту ситуацию, которую она хочет. Счастливый конец, где она спасена. А, кажется, нет. - Заканчивай с программой, через несколько минут перенос в её тело, - протянув руку за прибором и получив его, Джехатиир надел его, в считанные мгновения уже будучи в мыслях Креш. Вымышленный ею мирок… Она находила в нём спасение. Джех успел смоделироваться в этой симуляции: воображаемая ситуация затухла и погасла, а Креш умирала, тая на глазах, среди замерших в стоп-кадре фигур. - Биологическая смерть мозга в 21:02. – по привычке констатировал Мирдала, пока второй мужчина снимал прибор. – Частичный формат дисков, извлечение органического материала, загрузка данных. - Запуск программы. – через час-два наконец подал голос Мир, подтверждая слова действием. - Назови себя. – в момент подойдя к закрепленному практически на стене телу киборга, сказал Джехатиир. Веки поднялись, показывая красные глаза – какие и были раньше. Машина подняла голову, смотря на человека перед собой. - Шукла Дарасуум. Я приветствую вас. - Через два дня группа «Алеф» с поддержкой киборга штурмует этот филиал. Убить всех. Память киборга уничтожить. - Будет выполнено. – и новоиспеченная ударная единица удалилась. - Твою мать, Мир, как ты мог допустить, чтобы нас обнаружили, а? – Джехатиир уже был не в ярости, как вчера. Просто зол, и рад, что они успели всё закончить. - Хватит напоминать о звонке. Я уже всё сказал, по второму разу вчерашний разговор повторять не хочу. Внезапный взрыв сверху прервал напряженный разговор. Двое мужчин без лишних слов покинули помещение, отправляясь в гараж. Видимо, Джент оказался проворнее. Командир «Алеф» находился слишком далеко для выстрела, поэтому энергетический заряд. Попав в грудь, расплавил медальон и жетоны, незначительно ранив кожу. Её обстреливал весь отряд – и их количество становилось меньше, тогда как Шукла теряла прочность своей брони и получала треснувший окуляр, одновременно с этим низводя людей в ноль. Аденн напал сзади, выстрелив в поясничную область из гранатомета. Красноглазого киборга отбросило дальше по коридору, усеянного телами, и Джент подбежал к ней, пытающейся встать. - Эриаду, Эри. Остановись. – мужчина предположил, что всё происходит, как и в прошлый раз. Всё не так, это не она. И опасно склонился над разрушенным телом. - Кто? – Лишь одно слово, и Шукла схватила командира за горло, намереваясь его сжать. Приказ должен быть выполнен. Очередь выстрелов из крупнокалиберной винтовки перебила локтевой сустав, а точнее, привод, что нарушило движения и Джент остался жив. - Ли, мы нашли её, срочно готовь капсулу. – опустив винтовку, отчеканил Аденн в комлинк. Через несколько часов выжившие были «дома», у себя на базе. - Это уже не Эриаду, не Креш. Никто. Программа, робот. Машина. – Ли констатировала факт после обследования и временного отключения системы Шуклы. – Она мертва. Ну, сама программа отключена, но всё, что делало её человеком – нет. Даже процессор уничтожен. Частично. Джент поджал губы, бесстрастно смотря на девушку, заткнувшую руки в карманы. Он снова опоздал. Отодвинув Ли в сторону, мужчина прошел в комнату к изувеченному куску металла. Когда на него вышел Аденн и предоставил записи, то всё встало на места. Сложнее было найти новое местоположение Ригель. А найдя… - Следы указывают, что были сильные эмоциональные всплески, а мелкие обрывки записей, что она слышала разговор об обнаружении. Биологический процессор странная штука. Какой-то медальон с фото постоянно упоминается, словно это был последний оплот её мыслей. И твоё имя. – девушка говорила в спину стоящего у капсулы. Щелчок, и она открылась. – Мои догадки верны? Да? Вопрос остался без ответа. Джент молча снял цепочку с расплавленным медальоном, откуда даже не сыпался пепел сгоревших фото и положил её на грудь киборга. Горло сдавило от горечи, и губы беззвучно двигались в безголосой последней речи для Эриаду. Теперь вечность стала её спутником.