Пожар мира

Говорят, чем чернее ночь, тем белее снега и тем ослепительнее зарево, ярче огонь Факела Юга*. Говорят, что надежда и вера гаснут там, где царствует тьма. Говорят... — Много что говорят, — улыбается Он. — Да что правда? Правда то, что когда пылает небо и кроваво-красно, когда чернеет солнце и раскалывается луна, когда опадают в бездну звёзды, когда братья бьются с братьями и миром правят хаос и война, сбывается пророчество. Сбывается пророчество и рвутся цепи, вырываются скованные, вырываются связанные, отмирают последние законы. И нет ничего кроме великой войны. Разрушения. — Разрушение, — сверкают алые угли в глазах, — это Путь. Путь, который ложится раскалёнными реками крови под ноги Разрушителя Миров. Стелется, вьётся точно змея, шипит под пятками. Звенит откованный меч, ждёт битвы. Железный зуб ждёт, когда вопьётся в плоть иллюзий, когда разрубит кости лжи, когда уничтожит наносное, испарит своим жаром пену, что скрывает истинное нутро. — Истинное нутро там, где страшнее всего, — говорит Он и ведёт за Собой туда, где идёт последний бой. — Все оказываются на этом поле. Поле боя ужасно. Мёртвые везде. И те, кто пришёл с Корабля, и те, кто пал здесь же. Смерть не щадит людей. Смерть не щадит богов. Кровь, гарь и пепел. Тьма. И свет. И Он прекрасен в своём ужасе. Языки пламени короной пляшут в тёмных как запёкшаяся в ранах кровь волосах. В чёрных одеждах, бледен и бесстрастен с бритвенно-острым мечом в руках. Эти руки ломают кости так же легко и нежно как обнимают. Эти глаза видят твоё сердце и видят то, что должно умереть, хотя тебе и кажется живым. Он улыбается, берёт факел, и это последнее, что ты видишь в этой жизни прежде чем всё поглотит огонь. Яростный, ревущий, голодный до отмершего. Огонь. И он же животворящий. Костёр. — Костёр ждёт и тебя, — говорит и подводит тебя к нему. — Сделай шаг. Лишь шаг. Шаг. Гореть почти не больно. Больно идти по полю битвы и видеть то, что отмерло. Прощаться со старым. Понимать, что это больше не твоё. Это больше не ты. Что-то ушло навсегда и никогда не вернётся. А что же с тобой? — С тобой Я. Со Мной ты. Ты падаешь во тьму, которая темнее там, где ярче огонь. Нет ничего, лишь пустота. Нет никого, лишь ты и Он. Тишина. Ни звука. Ни времени. Пока не кончится самая длинная ночь и не взойдёт новорожденное солнце нового мира. Пора. — Пора открывать глаза.