30-45 минут

***

Становится уже довольно скучно. Чжун Ли и Чайльд уже несколько часов в дороге, и второй начинает скучать даже от вида блестящего снега, отскакивающего от переднего окна. Обогреватель до сих пор сохранял салон машины в тепле, хотя Тарталья и привык к суровому климату в Снежной. Его ноги начинало сводить. Немного потянув их, несмотря на такое ограничение пространства, он смотрит на часы, чтобы заметить, что уже пять часов вечера. «Ах, мы едем уже шесть часов», — думает рыжеволосый парень. Подождите-ка, шесть часов? Разве они не должны были приехать как минимум за час? Ох, Чайльд собирается надрать задницу черноволосому мужчине позже, разворачиваясь к нему, а тот с невозмутимым лицом был полностью сосредоточен на дороге. Чжун Ли пытался скрыть этот немного неловкий и сейчас очень раздражающий факт.  — Сенсей, — строго начинает Тарталья, — Мы заблудились, не так ли? Чжун Ли немного вздрагивает и обдумывает ответ. Вздыхая, он неохотно отвечает:  — Кажется, да. Если честно, я не очень знаком с дорогами за пределами Ли Юэ. Ну, конечно. И почему Чайльд вообще позволил ему вести машину без навигатора? Но что его ещё больше раздражало, так это то, что тот даже не спрашивал его, правильно ли он движется, нужно ли ему сменить полосу движения или что-то еще! Тарталья опёрся о дверь сбоку, и его висок прижался к прохладному стеклу. Он разочарованно усмехнулся и уставился на вид: дорога из мигающих огней и линий, много деревьев с белыми оттенками, которые перекрывали темнеющее небо, граница которого отдавала оранжевым. Чжун Ли замечает его поникшее настроение и пытается смягчить слегка напряженную атмосферу в машине.  — К счастью, вечеринка начинается не раньше шести.  — К счастью? — Чайльд снисходительно прерывает его, — Чжун Ли-сенсей, мы сказали, что приедем пораньше и поможем Итэру и Люмин подготовиться. И, судя по всему, мы очень давно упустили свой выход. Водитель пораженно вздыхает, и как это суждено во вселенной и по закону всем известной подлости, машина начинает дергаться и глохнуть через несколько секунд. И Чайльд, и Чжун Ли, внезапно подаются вперед, когда рыжий парень рефлекторно поджимает руку над бардачком, чтобы удержаться в вертикальном положении.  — Эй, что сейчас происходит? Чжун Ли поворачивает руль и начинает тормозить, подъезжая к краю шоссе. Между двумя наступает мертвая тишина, как только машина глохнет.  — В машине закончился бензин, — брюнет указывает, потирая шею сбоку. Значок топлива рядом со спидометром мигает ярко-красным светом. Чжун Ли поворачивает ключ и дергает рычаг переключения передач. Еще раз полная тишина. Теперь, когда машина окончательно пришла в негодность, обогреватель перестал гудеть. Чайльд мог взорваться тут же, однако сейчас он сохраняет спокойствие и хладнокровие, достает телефон и начинает кому-то звонить. Звоня несколько раз, в конце концов кто-то все-таки берет трубку.  — Чайльд! — Люмин радостно восклицает, — Что случилось? Пока что молча, Тарталья ставит её на динамик.  — Приветик, Люмин, — приветствует её Чайльд своим приторно-слащавым и чересчур счастливым голосом, одновременно бросая раздраженный взгляд на Чжун Ли, а тот лишь смотрит в ответ невозмутимо, — Мы как бы… не уследили за временем, и поэтому немного опоздаем. Прости!  — Ничего страшного, не спешите, — девушка смеется в ответ, — И в правду сложно, когда путевые точки не работают. Нам уже помогли, да и к тому же Итэр, Рейзор и Венти только что ушли, чтобы купить еще некоторые продукты, так что мы тоже припозднимся.  — Ах, вот как? — Чайльд вежливо отвечает, ударяя Чжун Ли по руке, но тот никак не реагирует. Быстрая идея появляется, и Предвестник задает еще один вопрос, — Что ж, это облегчение. Эм, а Сяо уже там?  — Да-а-а, здесь! — пропевает Люмин, — Я передам ему трубку. Она зовет Сяо, и Тарталья пользуется возможностью, ненадолго заглушая звонок, теперь обращаясь к Чжун Ли.  — Хорошо, ты поговоришь с ним и спросишь, может ли он привезти бензин.  — Разве тут нет заправок поблизости?  — Мы миновали последнюю около пятнадцати минут назад. Очевидно, следующая будет в двадцати минутах езды. Чайльд отстегивает ремень безопасности, и брюнет следует его примеру. Он включает звук, передавая телефон Чжун Ли.  — Что тебе нужно, Чайльд? — холодно спрашивает Сяо, и Тарталья тут же открывает рот, чтобы что-то съязвить в ответ, а местный житель Ли Юэ никак на это не реагирует и начинает говорить.  — Добрый вечер, Сяо, не могли бы вы привезти нам немного бензина? По крайней мере, хотя бы на полную поездку и совсем немного еще. Бензин кончился, а мы довольно далеко от дома, — спрашивает Чжун Ли, до чертиков вежливо, от чего рыжий парень морщится.  — Ох, да, конечно, — тон Сяо внезапно меняется на более приятный, теплый и формальный, — Пришлите мне ваше местоположение, и я приеду. Чжун Ли благодарит его и завершает звонок, передавая телефон обратно Чайльду, который лишь отправляет их геолокацию на номер Сяо, который, скорее всего, специально для него отключил уведомления. На удивление, он быстро отвечает, что им нужно будет подождать от тридцати до сорока пяти минут, в зависимости от загруженности дорог. Тарталья мог бы попросить кого-нибудь еще на вечеринке, но учитывая, как трепетно Сяо относится к Чжуну, это было самым удобным решением для них обоих, внезапно застрявших посреди дороги.  — Ну конечно, именно сейчас точки телепортации должны были обслуживаться, — Чайльд определенно был недоволен ситуацией, в которой он находится. Скорее, их обоих это совсем не устраивало.  — Прошу прощения, Тарталья, — извиняется Чжун Ли, — Мне следовало заранее проверить дорогу. Двое просто смотрят друг на друга, не отрывая взора от чужих глаз: морская синева встречается с чистым золотом с красными акцентами. Чайльду стало его немного жаль, ведь мужчина терпеливо ждал ответа. Между ними быстро стало холоднее.  — А-а, ладно, хорошо, — протягивает Тарталья, — В следующий раз мы будем лучше подготовлены ко всему. Другой мужчина кивает в знак одобрения, и оба молча смотрят на заснеженную дорогу, а хлопья снега медленно падают на переднее стекло. Чайльд уже давно не видел такого снега. Видел лишь тропинки, совсем чуть-чуть покрытые тонким слоем снега. Он снова мечтает о тех беззаботных деньках в Снежной, когда все дома были усыпаны сверкающим снегом, и вспоминает своих братьев и сестер, лепящих смешных снеговиков.  — В Ли Юэ, — низкий голос прервал его воспоминания, — Редко можно увидеть снег, не говоря уж о такой степени. Несмотря на то, что снег падает на глазурные лилии и шелковицы, они все равно не теряют своего качества. Можно увидеть такое количество снега только в определенных местах, но определенно не в гавани. На самом деле, это интригует. Затем Чайльда озаряет мысль, так резко появившаяся в голове.  — Сенсей… Вы первый раз видите снегопад? Чжун Ли кивает. Глаза Предвестника Фатуи быстро расширяются.  — Подумать только… Великий Моракс никогда не видел настоящего снега, нужно отметить этот знаменательный день! — в голосе Тартальи слышится намек на сарказм, и Чжун Ли немного останавливается.  — Я бы предпочел, чтобы вы не называли меня Мораксом. Это просто история. Чайльд машет рукой, легко кивая головой. Он снова смотрит на часы: с момента остановки прошло около восьми минут — это определенно будет самым долгим и скучным ожиданием. Проходит еще минута, уже в тишине, и окна начинают запотевать. Он замечает, как Чжун Ли ерзает, потирая руки — это был простой и самый доступный на данный момент способ согреться.  — Тебе холодно? — спрашивает Тарталья, а Чжун в ответ качает головой.  — Ничего особенного. Чайльд предлагает мужчине свою куртку, но тот вежливо отказывает: «На тебе почти нет одежды». Ох, точно. Он уже давно привык к лютому морозу еще в Снежной, и три слоя одежды казались ему смешными и бесполезными, особенно в этом, для него, слегка прохладном местечке. Тарталья, однако, не преклонен, и может быть, мо-о-ожет быть, ему стоит попробовать скоротать время с чем-нибудь острым.  — И что? Вы уже видели меня без одежды, сенсей, — ухмыляется младший, а другой начинает краснеть от смущения, отводя взгляд на переднее стекло машины.  — Я знаю, но мы сейчас в публичном месте… Я-я… Не знаю, как объяснить это Сяо, учитывая, что он может приехать в любую минуту, — сейчас, будучи покрасневшим и смущенным из-за него, бывший Архонт выглядел до чертиков милым. Тарталья снова игриво смотрит на часы.  — Ну, прошло всего десять минут с тех пор, как мы позвонили Сяо. Он сказал, что будет здесь в течение тридцати или сорока пяти минут, — Чайльд наклоняется ближе к уху Чжун Ли, — Так почему бы нам не повеселиться? Считай это своим долгом за то, что мы потерялись. Рыжий парень прекрасно знал, что Чжун Ли несет большую ответственность за выполнение «контрактов», улавливая выходки младшего и безуспешно пытаясь выбраться из этой, ограниченной по времени, ситуации.  — Может быть, после вечеринки? У нас будет больше времени для самих себя, — брюнет медленно отклоняется, но Предвестник сразу же его прерывает, кладя теплую руку в перчатке ему на плечо и проводя до шеи, нагреваясь от такого, даже немного обжигающего ощущения. Он чуть не застонал от этого желанного чувства тепла в такой морозный день.  — Сенсей, вам действительно холодно. Ваша шея нагревается под моей рукой, — Чайльд немного расслабляет руку и готов уже отстраниться, хотя всем телом этого не хотел, — Будет плохо, если вы простудитесь, особенно перед вечеринкой Люмин и Итэра. Так что, — он приподнимает подбородок Чжун Ли и смотрит ему в глаза, словно пытаясь загипнотизировать, — Как насчет этого? Даже будучи в пальто, украшенном элементами золота, Чжун вздрагивал от раскаленных прикосновений Чайльда. Этого недостаточно; становится безумно холодно. Как Тарталья переносил такие температуры? И, наконец, мужчина сдается.  — Хорошо, но только если мы закончим до того, как Сяо при- Он снова не успевает закончить свою фразу. Теперь его резко притягивают к себе, а губы сталкиваются с чужими, отдавая теплом и даже жаром, прежде чем наконец оторваться друг от друга.  — Не волнуйтесь, сенсей, мы не потеряем ни секунды.

***

Окна спереди, сзади и на четырех дверях переходят в непрозрачный сероватый цвет, скрывая молодых людей от посторонних глаз. Снаружи периодически слышатся тихие звуки проезжающих по шоссе машин. Громкие звуки слышны лишь внутри самой машины, из-за обоих. Маловероятно, что какая-то машина может подъехать ближе в любой момент, но, как и многое другое, по закону подлости, это обязательно произойдет. Вопрос лишь в том, когда именно.  — Ты наконец начал разогреваться? — спрашивает Тарталья.  — Д-да, но… Все еще немного холодно, — Чжун Ли кивает. Уже без перчаток, руки Чайльда повсюду играли на обнаженной груди Гео-Архонта, его животе, мышцах… Определенно, на каменном теле шикарных пропорций. И сейчас он рассыпался на части под дразнящими прикосновениями Чайльда, которые нежно танцевали на его коже. Чжун Ли все равно было холодно, но теперь становилось лучше. Его пальто было брошено на заднее сиденье, где оно закрывало завернутый подарок для близнецов посередине. Тарталья на пассажирском сиденье, а Чжун на водительском: пространство между ними было немного неудобным, но все равно позволяло сделать все задуманное как следует. Рыжий парень проскальзывает рукой в штаны в брюнета, чтобы почувствовать знакомую выпуклость, крепко упирающуюся в его ладонь. Чжун Ли в ответ тихо стонет и ожидает его следующего шага.  — Несмотря на то, что вам очень холодно, сенсей, это место прямо здесь, — его рука сжимает возбужденную плоть, а мужчина вздрагивает, — Просто горит. Держу пари, ты безумно хочешь, чтобы я продолжал. Маленький кивок. А потом снова пылающие щеки. Рука Чайльда начинает двигаться быстрее, и сейчас он ослабляет ремень и расстегивает ширинку, спуская чужие брюки до середины бедер. Они оба не отрывают глаз друг от друга: один смотрит с восторгом и жадностью, а другой с нетерпением и нервозностью. Член Гео-Архонта затвердевший и длинный, но все равно уступает Предвестнику. Тем не менее впечатляет. Мозолистые, тонкие пальцы, теперь холоднее его собственной кожи, обвивают основание члена, теперь начинают медленно гладить по всей длине.  — Кто-то очень хочет. Честно говоря, было бы обидно, если бы наше веселье было бы прервано сейчас, — поддразнивает рыжий парень, и Чжун Ли вырывается из похоти, поворачиваясь назад, чтобы попытаться проверить, не прибыл ли Сяо. Чайльд абсолютно доминирует: свободной рукой он разворачивает голову старшего к себе, чтобы встретиться с глазами, цвета жидкого янтаря.  — Смотри на меня. Помни, ты должен мне за то, что мы опоздали. Чжун Ли в ответ слегка хмурится, но его выражение лица быстро сменилось, когда движения Чайльда учащаются, и сейчас мужчина лишь зажмурился, стиснув зубы, тяжело дыша. С головки члена теперь стекала вязкая прозрачная жидкость, и Тарталья наконец замедлился. Сейчас Чжун Ли томно вздыхает, накаляется и стонет от милости Чайльда. Голубоглазый парень закусывает губу и ведет руку Чжуна под свой пиджак. Его кожа пылает, и теперь парень, дразня, постанывает.  — Тарталья… — шепчет он, и Предвестник отстраняется от Чжун Ли, все равно сжимая его запястье. Одежда быстро снимается и теперь лежит на заднем сиденье прямо рядом с пальто. Чжун не мог не восхищаться телом рыжего парня. Казалось, будто он был бойцом, прошедшим войну. Его тело было полностью покрыто шрамами тут и там… Конечно, не так изящно и чисто, как тело Гео-Архонта, но с достоинством, силой и умением. Четкие мышцы на белоснежной коже, и несколько капель пота медленно скользят вниз.  — Вы получите все в полных красках от начала до конца, сенсей. Я заставлю вас утонуть в желании. И он уже это сделал. Чжун Ли с каждой секундой поддавался еще больше, растворяясь в чужих руках, желая и умоляя. Больше, больше, больше. Чайльд снова начал гладить мужчину, рука второго была прижата к другой рукой к чужим штанам… Скорее, к его стояку.  — Ничего не делай. Можешь даже не двигать рукой, подожди, когда я об этом не скажу. Тарталья медленно качается в руку бывшего Архонта, чувствуя тонкие пальцы и немного прохладную ладонь на том самом месте внизу. Это просто потрясающе, гладкие руки мужчины, стыдливо сжимающие его член, ощущались восхитительно. Теперь в руке Чжун Ли начинает скапливаться вязкая жидкость. Они наклоняются друг к другу, жадно целуются, их языки уверенно переплетаются, игнорируя обильное выделение слюны, а глаза изо всех сил стараются оставаться закрытыми, когда в машине раздаются такие непристойные звуки. Затем, издалека слышится быстрое приближение мотора и становится ярче — тусклый теплый свет немного загорается, бликами отдавая на стекле, от чего Чжун Ли вздрагивает, а после жужжание транспорта затихает. Только что мимо них проехал мотоцикл. Чайльд отстраняется и смеется — знак того, что им нужно перейти на новый уровень.  — Сядь на заднее сиденье и переложи вещи сюда, — командует он, и Чжун Ли нажимает на рычаг рядом с сиденьем, чтобы оно отклонилось назад. Он пересаживается и передает вещи Чайльду, а тот кладет их на теперь пустое сиденье водителя. Тарталья делает то же самое, и теперь они оба сидят сзади.  — Положи свои ноги мне на плечи, — снова командует Чайльд, и другой послушно делает это, ненароком хватаясь за его шею, чтобы удержаться. Но Тарталья притягивает его ноги выше, от чего ноги и бедра Чжуна находились почти в воздухе.  — Подожди, Чайльд, что ты делаешь… — его в очередной раз перебили, но на этот раз Чайльд берет его член в рот, язык кружит вокруг головки, вырисовывая мокрые узоры, а голова начинает покачиваться вверх-вниз быстрыми движениями. Чжун Ли от неожиданности вскрикивает и стонет, прикрывая рот тыльной стороной руки, чтобы приглушить издаваемые звуки. Но это было абсолютно бесполезно, ведь удовольствие было грязным, обжигающим, влажным и таким приятным. Тарталья немного улыбнулся, наблюдая за его милой реакцией, продолжая безжалостное нападение. Чжун Ли не может двигать нижней частью своего тела, ведь крепкие руки Чайльда сильно сжимали его бедра; зато сам Чайльд наслаждался этим моментом. «Меня пожирают» — думал он. Не буквально, конечно, но может быть все-таки… Он не может здраво мыслить, чувство холода… Сменялось жаром.  — Тарталья… — стонет он, глядя на Предвестника сверху вниз, — Ты… можешь остановиться, мне не холодно. Когда Чайльд наконец расслабляет рот, намокший член, который он только что так активно сосал, падает на живот Чжун Ли. Тарталья разочарованно хмурится.  — Кто сказал, что я собираюсь остановиться сейчас? Мы только-только начинаем.  — Но Чайльд… — внезапно три пальца вторгаются в его рот, прерывая мольбу. Пальцы рыжего парня плясали в чужом рте, покрываясь слюной.  — Но что, сенсей? — поддразнивает он, имитируя нытье, — Что ты хочешь? Помни, ты отдаешь долг. Он наконец вытаскивает мокрые пальцы, а Чжун Ли переводит дыхание. Мужчина дышал ровно совсем недолго: что-то с силой пронзило его. Один из пальцев парня только что вошел внутрь, сразу же давя на простату. Брюнет не мог не застонать от такого чувства, это было потрясающее ощущение. Удовольствие, разбавленное смущением и стыдом, и руки мужчины тщетно пытаются оттолкнуть другого от себя, упираясь кулаками. В этой позе сопротивляться чужим пальцам было проще, но у Чжуна вообще ничего не получалось. Он лишь постанывал и цеплялся за плечи Предвестника.  — Вот это да, Чжун Ли-сенсей, эта поза делает вас чертовски сексуальным. Еще один палец проскальзывает внутрь, до того, как Гео-Архонт успевает произнести хотя бы слово в ответ, вместо этого он снова выгибается и тихо стонет. Пальцы рыжего парня двигались и были плотно окутаны теплом. Чжун Ли резко дернулся, когда они раздвинулись, растягивая его.  — Как это получается, что ты все еще так крепко сжимаешь мои пальцы, хотя мы делали это еще накануне? Лицо Чжун Ли покраснело от такого замечания, и он стыдливо отвел взгляд от Чайльда. Но на самом-то деле, Предвестника это очень заводило. В какой-то момент, он быстро стягивает штаны ровно на столько, чтобы его напряженная эрекция освободилась. Тарталья не мог не смеяться, видя, как Чжун нервничает и стесняется во время секса, и это всегда будет его раздражать. Но с другой стороны, это реакция была такой милой, и он бы никогда ни на что ее бы не променял.  — Неважно, — Чайльд держит ноги Чжун Ли, еще больше раздвигая их в стороны и прижимая к груди, открывая вид на его розоватую дырочку, — Тебе потом будет очень трудно ходить на глазах у всех. Прижимаясь к отверстию Чжуна, рыжий парень начинает медленно продвигаться внутрь. Слюны вокруг отверстия недостаточно, поэтому Чайльд еще раз проводит мокрой рукой по своему члену, прежде чем войти еще глубже. Чжун Ли чувствует себя полностью заполненным, и, несмотря на то, что они уже занимались сексом несколько раз до этого, это ощущение чего-то чужеродного внутри сносило голову, смывая разум волной удовольствия. Чайльд немного морщится от такой крепкой хватки вокруг его члена, а старший издает сомнительный стон: то ли это стон наслаждения, то ли стон боли. Скорее, второе.  — Ч-чайльд! Помедленнее.! Сейчас Чжун Ли окончательно теряет трезвость и пьянеет от такой огромной дозы похоти. Здесь нет здравого смысла: лишь удовольствие, полное игнорирование тянущей боли и желание, умоляющее разрушать его снова и снова. Вращающийся влажный воздух в машине накалился, капельки от пара стекали по затемненным стеклам.  — Сенсей, — Чайльд останавливается, когда наконец входит во всю длину, — С каких это пор я вообще когда-то был медленным? Чжун Ли теперь готов ко всему на свете и думает, за что он может ухватиться во время следующей фазы; возможно, руки можно положить снова на чужие плечи, или закинуть их назад, удерживаясь за сиденье. Да без разницы, абсолютно, сейчас это было совсем не тем, о чем нужно думать. Оба чувствовали жар, не было ни холода, ни прохлады, ни снега. Чайльд ни на секунду не замедляется, вытаскивая член ровно до конца головки, а затем снова толкается внутрь. Боль наполняет тело Чжун Ли, но быстро маскируется под своеобразным чувством удовольствия, от чего его член снова твердеет.  — Ах… Х-ха… Подожди, пожалуйста-а… — у Чжуна совсем не получалось донести до Тартальи и слова, опять задыхаясь в стонах. Чайльд все слышал прекрасно, но просто игнорировал. Все, что рыжий парень сейчас хотел — это Чжун Ли, чтобы он издал больше этих восхитительных звуков и вздохов, независимо от того, что он там говорит и о чем умоляет. Это делало его голодным, ненасытным и жадным. Ритм был в одном темпе, словно прогулочный шаг. Плохое сравнение, темп был скорее как быстрый шаг или даже бег: Тарталья действительно двигался так, как нравится ему, наслаждаясь криками Чжуна.  — Ну и как тебе, сенсей? Мой член полностью входит в тебя, — яростный толчок заставил Чжун Ли вскрикнуть и охнуть, — И снова, — такой же толчок повторился, — И снова, хм? — Автомобиль слегка дергается от таких резких ударов и движений. Чжун Ли задается вопросом: «Почему мне так сложно собраться с мыслями и вообще думать? Чайльд злится или просто делает это, чтобы подразнить меня? Обычно он никогда не бывает таким агрессивным…»  — Это… Хорошо, но будто… Я схожу с ума, — признается Чжун, прежде чем снова застонать на весь салон. Чайльд ухмыляется, сохраняя постоянный темп и не обращая внимания на тупые удары бедер о бедра. Конечно, любой бы услышал все эти пошлые звуки, которые Тарталья легко вытягивал из Гео-Архонта, который ни чуть не возражал, если бы кто-то стоял прямо рядом с самой машиной. Предвестник Фатуи просто обожал это возбуждение, особенно когда кто угодно мог увидеть их в этот момент. Вместо острых ощущений от насилия, сейчас по телу проходились волны трепета от вида бывшего Архонта, растянувшегося на заднем сиденье машины, весь уязвимый, горячий и дрожащий — это просто сносило голову. Его сердце пропустило несколько ударов, и теперь ослепляющая похоть окончательно одержала победу. С каждым толчком, тело Чжун Ли могло лишь ответить движением навстречу, каждый раз, когда Чайльд врезался в него. Несколько раз мужчина легонько ударяется головой об дверь, но он импровизирует, хватаясь за дверь и закрывая затылок рукой. По крайней мере, это избавит его хотя бы от боли в голове на следующий день.  — Сенсей… — Тарталья тоже тяжело дышит и ослабляет хватку на чужих ногах, которые теперь упирались в его бока, — Ты так сильно любишь меня, раз твое тело реагирует на меня вот так. Рука Предвестника заботливо водит по щеке Чжун Ли, пока тот задыхается, но все равно смотрит в голубые глаза. Наклонившись, их губы сталкиваются, языки опять переплетаются, и оба прикрывают глаза.  — Н-нгх… Ха-… Чайльд, — Чжун Ли заключает его в крепкие объятия, его голова опускается на плечо, а с другой стороны шеи стекают капельки пота, — Такой большой… У меня кружится голова. Брюнет чувствовал, как Тарталья дергался внутри стенок его отверстия, и с низким и хрипловатым стоном он ныряет внутрь, затем наружу, и так снова и снова, намного быстрее, чем раньше. Чайльду наконец надоедает доминировать.  — Чжун Ли-сенсей, — он поднимает длинноволосого мужчину так, чтобы он сидел у него на коленях, — Скачи на мне. Медленно. Поскольку крыша машины была низкой, а из-за того, что оба мужчины были довольно высокими, Чжун Ли выгибается назад и опирается на передние сиденья, начиная, как сказал Чайльд, медленно двигаться вверх и вниз. Даже если бы его попросили быть быстрым, у него ничего бы не получилось — сил не осталось совсем, а тугая боль все равно заставляла иногда вздрагивать. Тарталья наслаждается моментом, не отрывая глаз от своего восхитительного любовника, лишь убирая обе руки за голову, теперь расслабляясь полностью — он сидит в позе настоящего альфа-самца.  — Ах… — брюнет медленно поднимается, — Нгх… — и опять со стоном опускается вниз. Чайльд находил безмерно ошеломляющем видеть, как Чжун Ли тает в приятных ощущениях из-за него самого.  — Хм, если честно, — говорит Тарталья немного капризно, вытягивая одну руку, чтобы схватить тонкую талию Чжун Ли и притянуть к себе, — Тебе следует быть быстрее, — теперь Чайльд сам направляет мужчину, продолжая сжимать его талию. Из-за такого действия он невольно всхлипывает и вскрикивает, потому что теперь чужой член вошел еще глубже. Это почти подтолкнуло его к приближению оргазма, но он так двигался, чтобы входил лишь кончик. Внутри анального отверстия мужчины, член рыжего парня истекал предэякулятом, которого было предостаточно, чтобы действовать как смазка. Чайльд понимал, что в бардачке хранилось несколько презервативов, но очевидно… Сейчас они были очень увлечены совокуплением. Ему нужно будет кончить просто куда-нибудь на Чжун Ли.  — Если ты хочешь закончить как можно поскорее, то тебе нужно ускориться, — Чайльд наклоняется вперед, — Тебе точно нужно ускориться. Чжун не может проронить ни слова и лишь подчиняется. Его бедра поднимаются и опускаются быстрее, поскольку он расслабился и теперь сопротивляется меньше, чем в самом начале. Тарталья ухмыляется и подается вперед, чтобы нанести очередную атаку.  — П-подожди-… Ах! — Чайльд слегка кусает левый сосок Чжун Ли, от чего по его позвоночнику пробегает буря искр и мурашек. Резцы зубов угрожают впиться в кожу еще сильнее, но рыжий парень отстраняется, сосредотачивая внимание на себе. Притягивает к себе так, чтобы Чжун обнял его за шею, а младший же обнимает его за спину, чтобы начать еще одну безрассудную атаку. Хныканье, стоны, множество пошлых звуков изливаются из горла Гео-Архонта, когда Тарталья приподнимает свои бедра, чтобы ускорить ритм. Брюнет чувствовал чуть ли не ожоги на своих бедрах от таких громких и сильных ударах о чужие. Усталость в ногах мешала, но он изо всех сил старался не отставать. Но мысли мужчины путешествовали в другом месте, по мере того, как Чайльд входит и выходит из него.  — Приятно, правда ведь? Чжун Ли медленно кивает. Он не замечает, но Тарталья улыбается. Предвестник чувствует, что мужчина слегка трясется и не садится полностью — должно быть, головка члена Чайльда прижалась к его простате. Автомобиль продолжает немного качаться, пассивно реагируя на движения молодых людей. Безжалостные толчки снова подталкивали Чжуна к оргазму, хотя он даже не касался себя. Парень не останавливается, и на самом деле продолжает даже быстрее в неустойчивом ритме, получая лишь хныканье в ответ.  — Ох, нет… Я-я… — крепко сжимая рыжие волосы, тело Чжун Ли напрягается, а перед глазами вспыхивают яркие звезды. Горячая сперма выливается из его члена, падая на грудь обоих. Одна, две… Пять волн оргазма обрушиваются на его тело, заставляя его биться в конвульсиях. Его отверстие дергается в такт пульсу, заставляя Чайльда сойти с ума от того, что он услышал, как мужчина окончательно теряется.  — Черт, ты так много кончил. Но тебе придется еще немного подождать, пока я этого не сделаю, — Тарталья немного ворчит, заставляя Чжун Ли снова лечь на сиденье и вытаскивает. Из-за резкого чувства пустоты, брюнет немного ерзает и продолжает вздрагивать. Ему так хотелось, чтобы Чайльд снова вошел в него. Пододвигаясь к его рту, Предвестник вставляет свой член теперь в рот бывшего Архонта. Сейчас он может попробовать на вкус и себя, и солоноватый предэякулят Чайльда. У Чжуна не было рвотного рефлекса и он не давился, лишь издавая хлюпающие и грязные звуки ртом, которым он вбирал так глубоко, как это возможно.  — Это чертовски жарко, — рычит Тарталья и хватает брюнета за волосы, чтобы заставить его сосать быстрее, — Сенсей, да-а… Я уже совсем близок- Что окончательно вывело его из себя, снося голову, так это то, что Чжун Ли смотрит на него снизу вверх, а его золотые глаза наполняются слезами, жалобно умоляя его отпустить.  — Ах, проглоти это все… — Чайльд томно выдыхает, а из его члена вытекает соленая и немного горьковатая сперма. Он кончил достаточно много, и Чжун пытался принять все, быстро сглатывая и немного кашляя. Вытаскивая член изо рта, Чжун Ли пускает небольшую смесь спермы и слюны. Чайльд нежно целуясь, совершенно не заботясь о том, чтобы попробовать собственное семя, а их языки снова сталкиваются.  — Сенсей, — выдыхает Тарталья, прервав поцелуй, — Я помогу вытереться…  — Чжун Ли! — голос раздается позади машины, от чего двое замирают. Почему воздух в машине резко похолодел? — Я завел газ, — голос и шаги приближались, и двое мужчин отчаянно ищут одежду, которая в основном находилась на передних сиденьях, — Я собирался приехать сюда раньше, но было очень много машин, и еще… — Чайльд застегивает штаны, а Чжун Ли тянется к пиджакам, передавая их- Вот дерьмо. Сяо замолчал. Он может видеть их через одно из окон задней двери. Должно быть, в какой-то момент Чжун Ли потерся о стекло, сам того не замечая. Несмотря на то, что Чайльд был полуголым, а Чжун Ли и вовсе без одежды, лишь прикрывая своим пальто интимные места. Это было абсолютно бесполезно для скрытия пятен на телах от спермы. Оба мужчины со страхом смотрят на Адепта. Он в шоке смотрит в ответ, приоткрыв рот. Спустя несколько секунд, когда Сяо наконец осознал, что произошло, его глаза расширяются еще больше, а лицо краснеет.  — Я… — Сяо кашлянул, нервно сглатывая, — Бензин. — Видимо, увиденное произвело на Адепта такое впечатление, что он не мог связать и слова, — Оставлю бензин позади машины, — он снова кашляет, быстро делая то, о чем он сказал и садится в свою машину. Когда дверь закрывается, оба снова начинают дышать.  — И как мы объясним ему это… — Чайльд жмурится, а Чжун Ли собирается с мыслями и тянется за салфетками, спрятанными в кармане за сиденьем водителя. Это определенно будет долгая ночь.

***

 — Вы наконец-то здесь! — Люмин весело улыбается, открывая дверь. К волосам и к одежде Чайльда и Чжуна прилип снег, и путешественница торопливо помогает им, подзывая Сяо ближе, который выглядел немного раздраженным, но встретившись с золотыми глазами Чжун Ли, он тут же отводит взгляд. Дома было тепло и комфортно. Итэр тоже подходит к двери и встречает их с приятной улыбкой.  — Наверное, дорога сюда была выматывающей. Простите, мы могли бы устроить вечеринку в другой день, но некоторые не были бы свободны, — Итэр извиняется, но Чжун и Чайльд уверяют его, что все в полном порядке.  — Это для вас, — брюнет протягивает близнецам подарок, — С днем рождения, Итэр и Люмин.  — С днем рождения, ура! — лицо Тартальи сияет яркой улыбкой, но внутри он до чертиков пугается от той страшной ауры, которая исходит от Сяо, сверлящего его взглядом, — Мы действительно пытались прийти раньше, но, увы, совсем немного заблудились…  — Не беспокойтесь об этом, — Итэр перебивает его, легко маша рукой и с улыбкой и благодарностью принимает подарок, — Сейчас важно то, что вы здесь. Все в гостиной, так что будем ждать вас троих. Под «третьим» они имели ввиду Сяо, который продолжал пожирать Чайльда взглядом, но как только близнецы устремились в гостиницу, Адепт чуть ли не бегом отстраняется от рыжего парня и брюнета, по какой-то причине немного побаиваясь оставаться с ними наедине и быстрым шагом следует за именинниками.  — Чайльд, — тихо шепчет Чжун Ли, пока другой смотрит Адепту вслед, — То, что произошло в машине, было действительно приятным. Мне понравилось, что ты был агрессивен во время се… — он не успел договорить, Чайльд шикнул, закрывая его рот рукой.  — Хорошо, хорошо, я понял! Погоди, что? — Тарталья убрал руку с чужого рта.  — Мы должны попробовать еще раз в машине. Кроме того, еще раз прошу прощения, если я рассердил тебя, когда произошла та неполадка. Ух ты. Этот мужчина безумно милый.  — Угу, все в порядке. Сенсей, вы предлагаете…  — Мне очень нравится, когда ты злишься во время се…  — Ладно, понял! — тихо восклицает Чайльд, снова накрывая чужой рот рукой. На его лице появился розоватый румянец, — Давай просто встретимся с остальными. Чжун Ли кивает, и они идут туда, где все собрались, а Тарталья маскирует свое смущение, вспоминая весь этот момент с улыбкой. В следующий раз он запомнит просьбу мужчины… Может быть, снова сядет с ним в одну машину, специально испортив себе настроение, прежде чем сделать это.