I’m your Christmas Angel

      Конец декабря удивлял разнообразием. Дух Рождества царил повсюду, куда падал взгляд. Торговые центры, завешаные мишурой и гирляндами, сияющие праздничными цветами. Кафетерии, согревающие домашней уютной обстановкой с маленькими искусственными елочками в углах и огоньками на стенах, с ароматными свечами и измененным меню, в которые добавились исключительно рождественские блюда.       Но самое красивое — огромная светящаяся елка в самом центре Лондона со сверкающей звездой и цветными игрушками. К ней съезжались со всех уголков города, чтобы погулять, сфотографироваться, провести выходной с семьей и устроить самое незабываемое и красивое свидание.       Азирафель обожал Рождество.       Люди в это время чудесным образом забывали обо всех невзгодах и бедах, заряжаясь духом праздника. Становились счастливыми и наполнялись искренней любовью. Ангел чувствовал ее, разливающуюся по всему Лондону, и она наполняла его, заставляя светиться от счастья за ближнего.       Кроули много лет не разделял это чувство. Относясь к празднику довольно скептично, будучи реалистом, демон отрицал возможность радости исключительно от того, что вокруг все сияет, а по городу рассажены колючие деревья.       Ангелу пришлось потратить немало лет, прежде чем Кроули начал радоваться празднику вместе с ним. Демон уже не плевался ядом при виде имбирных печений, не предлагал щелкнуть пальцами, чтобы поджечь рождественское дерево. А еще где-то в глубине души Азирафель чувствовал, что Кроули пропитан любовью.       От этого Рождества они взяли все. И совместное украшение комнат всевозможной светящейся мелочью, и елку, которая гордо возвышалась в углу их общего нового дома. И даже готовку печений, пряников и леденцов, от которой Азирафель так воодушевился, что выпустил белоснежные крылья прямо на кухне, случайно сбив миску с тестом прямо на пол.       Азирафель сиял, подобно праздничной елке, яркой небесной звезде, становясь самым настоящим рождественским ангелом, благодать которого расходилась на несколько районов вокруг, лишая людей всевозможных несчастий.       Кроули заражался этой любовью. Он не мог отвести от ангела влюбленных глаз. Азирафель казался самым счастливым на свете и обволакивал Кроули своей любовью так, что он едва не задыхался.       Кроули везде бродил за своим ангелом, крепко обнимая за талию, потому что Азирафель настолько окрылился ощущением их первого совместного Рождества, что совершенно не замечал, что своим счастьем привлекает к себе кучу людей.       А Кроули — ревнивый собственник, и ему абсолютно не нравилось, как его Азирафеля сверлят глазами, и он всем своим видом отгонял любого, у кого закрадывалось в мысли подойти к ним.       На самом деле Азирафель очень хорошо чувствовал, как Кроули охраняет его. Ревность демона невозможно не заметить. Просто ангел не реагировал на это, втайне радуясь тому, насколько они важны друг для друга.       Этим вечером Азирафель загонял Кроули по книжным отделам торгового центра, где никак не мог найти нужную книгу. Бедный демон уже тихо ругался себе под нос, сверля взглядом белоснежный затылок, но ангел будто этого не замечал, уткнувшись носом в очередную книгу и внимательно вчитываясь в слова.       — И снова не тот перевод, что мне нужен, — разочарованно произнес Азирафель и поставил книгу обратно на полку, отчего Кроули за его спиной издал отчаянный стон.       — А ты не можешь просто чудеснуть нужный перевод? — протянул демон, обхватив Азирафеля со спины и положив подбородок ему на плечо. — А потом пойдем и выпьем глинтвейн, потому что у меня от обилия книг уже двоится в глазах.       Азирафель обернулся к нему и посмотрел настолько жалобным и блестящим взглядом, что у демона замерло сердце.       — Ты настолько сильно устал? — спросил Азирафель поникшим голосом. — Хорошо, тогда пойдем, тут на этаже как раз есть уютная кафешка. Как же жарко в этом отделе…       И ангел стянул с себя клетчатый шарф, оставаясь лишь в расстегнутом пальто. Кроули прищурился и тихо прошипел, но Азирафель все равно его услышал.       Не так давно, когда Кроули активно баловал Азирафеля всевозможными подарками, демон в числе прочего подарил ангелу ошейник из натуральной змеиной кожи. Очень плотный, он смотрелся как элегантное украшение, но при этом достаточно эротично выделялся из всего образа ангела, возбуждая Кроули одним своим видом.       Этот ошейник понравился Азирафелю настолько, что он не упускал случая не только надевать его во время интимных развлечений, но еще и взял в привычку ходить в нем по улице, в особенности, когда гулял с Кроули.       Демон истекал слюной, каждый раз, когда нежную шею Азирафеля обхватывал его подарок, не говоря уже о том, что ангел таким образом очень даже открыто демонстрировал свою принадлежность одному конкретному демону.       Когда они только собирались в торговый центр, Азирафель вышел к нему уже полностью одетый, и Кроули только сейчас обнаружил ошейник на ангеле, стоило тому стянуть шарф.       Кроули не знал, намеренно ли Азирафель решил его подразнить, или у него уже настолько вошло в привычку носить его подарок — это не важно. Потому что теперь единственное, о чем думал Кроули — снять с Азирафеля все и оставить только ошейник.       — Хорошо, можем поискать твою книгу еще немного, если это для тебя так важно, — сдался Кроули, не отрывая взгляда от шеи ангела.       Азирафель довольно улыбнулся и тут же отвернулся от Кроули, направляясь к другому стенду, а демон с тоской последовал за ним, думая, что еще отомстит за этот маленький ад в виде поиска «той самой книги».       Книгу кстати Азирафель нашел. Ровно после того, как Кроули устал настолько, что, отвернувшись, щелкнул пальцами, и уже через пять минут ангел пищал от восторга, найдя то, что искал, на полке, на которую решил на всякий случай взглянуть еще раз.       После того как они, наконец, вышли из магазина, сходили в кафе, поужинали и выпили прекрасный глинтвейн, о котором Кроули мечтал всю прогулку, они шли по центральной улице, как раз недалеко от огромной елки. Вокруг прогуливались довольные семьи, бегали дети. Отовсюду слышался радостный смех, и всеобщее счастье ощущалось физически.       Кроули вдруг заметил вокруг елки то, чего не было раньше.       — Ангел, смотри! — воскликнул он и дернул рукой, в которой держал теплую ладонь Азирафеля. — Это же каток!       — И что? — Азирафель едва заметно нахмурился.       — Как, что? Его раньше не было, пошли быстрее, нужно покататься, пока есть возможность! Я столько лет не надевал коньки.       — А может, не надо? — Азирафель опустил голову, внимательно рассматривая снег на мостовой.       Кроули поперхнулся воздухом, ошарашено поглядев на Азирафеля. У того приспустился шарф, и змеиная кожа ошейника переливалась от блеска окружающих фонарей. Демон облизнулся, а потом мягко сжал руку ангела.       — Почему? — спросил он заботливо, продолжая вести Азирафеля в сторону ледяной площадки, где каталось не так много людей.       — Знаешь, за шесть тысяч лет мне так и не удалось овладеть этим искусством, — пробормотал Азирафель, нежно краснея, — вероятно, мое телосложение немного… не создано, чтобы порхать на льду.       Кроули нежно улыбнулся, склонился к Азирафелю и поцеловал в висок.       — Я более чем уверен, что у тебя все получится.       Азирафель поднял голову и увидел, что они стоят у входа на каток. Оставалось лишь надеть коньки и можно ехать вперед. Площадка сделана прямо на улице, и любой желающий мог кататься сколько душе угодно.       — Боже мой, Кроули, нет! — воскликнул Азирафель, когда демон щелкнул пальцами, и они оба оказались обуты в коньки. Ангел пошатнулся, потеряв равновесие, и Кроули тут же подхватил его под руку, спасая от падения. — Я же сказал, что не умею!       Кроули ухмыльнулся и сделал несколько шагов в сторону льда, утягивая Азирафеля за собой, и тот невольно проследовал за ним.       — Не волнуйся, ангел, я тебя научу, — пообещал демон и перехватил обе ладони Азирафеля в свои. — Давай, пока просто шагай и держи равновесие. И верь в то, что я тебя не уроню.       Азирафель обиженно поджал губы, но послушался и, опустив взгляд и сжав пальцы демона до болезненного хруста, принялся учиться твердо стоять на коньках.       Это искусство в самом деле давалось ему тяжело. Азирафель постоянно заваливался на бок, спотыкался и совершенно не мог поймать равновесие. Он бросал на Кроули недовольные взгляды, пока демон ехал перед ним так, будто шел, не выпуская его рук из своих.       Чуть ли не целый час Кроули упорно учил Азирафеля стоять на коньках, и в итоге его плодотворная работа дала результат. У ангела начало получаться. Азирафель довольно улыбнулся, когда разобрался, как правильно ездить, и поднял на Кроули счастливый взгляд.       — У меня получается, дорогой! — смущенно пробормотал он и попытался поехать, но потерял баланс, и Кроули пришлось подхватить его, чтобы Азирафель не упал.       — А теперь попробуй без меня, — произнес демон, и в тот же миг спасающая хватка на руках исчезла, и Азирафель остался один.       — Кроули, не надо, не бросай, — воскликнул Азирафель, в страхе зажмурившись и остановившись. Но спустя минуту вдруг осознал, что сам стоит на коньках, а демон не держит его. — Ты видишь, видишь?!       Ангел довольно засмеялся и, оттолкнувшись, поехал сам, продолжая хихикать себе под нос.       — Только не маши руками, — посоветовал ему Кроули, следя за тем, чтобы Азирафель не упал.       Кроули наблюдал за ним еще какое-то время, а когда понял, что ангел немного разобрался, подъехал к нему, чтобы покататься вместе. Конечно, о том, чтобы кружить в объятиях, речи не шло, ведь Азирафель повалил бы в таком случае их обоих, но ехать рядом тоже сплошное удовольствие.       Азирафель улыбался, его щеки раскраснелись, а Кроули просто ехал рядом, обхватывая его за руку и не очень быстро везя вперед.       Они катались так очень долго, даже не замечая, сколько прошло времени. Кроули не мог оторваться от Азирафеля, который все еще продолжал доверчиво жаться к нему и хвататься, когда спотыкался.       Азирафель сильно запыхался от скорости, с которой ехал Кроули и попросил у него передышки.       — Постой немного, я сделаю один кружок и сразу вернусь, — сказал Кроули, выпуская ладонь ангела из своей.       Кроули отъехал подальше и, чувствуя только коньки и лед, дал себе волю. Он всегда любил скорость, ведь скорость давала свободу и ощущение жизни. И коньки дарили это ощущение. Он полностью контролировал свое тело и не мог упасть, сам решая, как ехать.       Ангел наблюдал издалека. Кроули катался, как самый настоящий демон. Он рассекал по льду с бешеной скоростью, ловко лавируя между остальными катающимися, не касаясь никого, не падая и всегда вовремя разворачиваясь. Полы черного пальто развевались за ним, словно крылья, и Азирафеля заворожил этот полет по льду.       Кроули прекрасен. Такой стройный и высокий, такой элегантный и ловкий. Быстрый и красивый.       И только для него.       Азирафель видел, как все люди, катающиеся рядом, остановились, наблюдая за мастерски катающимся демоном вокруг них. Казалось, еще немного и из-под его коньков полетят искры. На Кроули смотрели все.       Но Кроули смотрел только на ангела, ни на секунду не упуская его из вида. Зная, что тот наблюдает за ним, и намеренно красуясь.       Покатавшись еще немного, Кроули вдруг заметил, как к Азирафелю подходит девушка в фиолетовом пальто и милой шапке с помпошкой. Он никогда не сомневался в Азирафеле, но терпеть не мог, когда чувствовал, что кому-то симпатичен его ангел.       Поэтому Кроули очень быстро подъехал к Азирафелю. Он возник рядом, разрезая лезвиями коньков лед, резко остановившись и закрыв ангела своим черным силуэтом. Смотря при этом только на него.       — Ты не устал, любовь моя? — спросил Кроули, нежно улыбаясь. Азирафель поднял на него удивленный взгляд и кивнул.       — Вообще-то действительно устал.       — Тогда пойдем домой, а там у нас множество способов согреться, от какао до крепких объятий.       И Кроули подхватил Азирафеля под локоть, увозя его с катка.       Когда они вернулись домой, ангел в самом деле устал, запыхался и весь раскраснелся от холода и удовольствия. Кроули вел его под руку, донельзя довольный тем, что вымотал его.       Демон помог Азирафелю раздеться, вновь с внутренним содроганием бросая взгляд на обнажившийся кожаный ошейник. Ангел, кажется, даже не заметил этого, относясь к нему не более чем к неотъемлемому предмету гардероба, как к бабочке или жилету. Ведь его подарил Кроули.       Азирафель зевнул и направился к дивану, стоящему посреди гостиной. Рядом, в углу, стояла роскошная елка, которую они украшали вместе. Прикрыв глаза, ангел довольно потянулся всем телом.       — Я и не думал, что коньки способны настолько утомить, — произнес он, поворачиваясь к застывшему демону рядом с ним. — А ты совершенно не выглядишь уставшим.       — Чтобы измотать меня, нужно гораздо больше, ангел, — произнес Кроули и направился в сторону кухни. — Я сделаю тебе какао.       Заваривая горячий напиток, добавляя столько сахара, сливок и зефира, сколько любит Азирафель, и натирая сверху шоколад, Кроули чувствовал, как зубы сводит от одного лишь вида этого сладкого ада. И как ангел пил подобное? Кроули не понимал. Азирафель даже мог этим какао запивать блинчики со сладким сиропом, и вот на это извращение демон смотреть уже не мог.       Когда Кроули вошел в гостиную, держа кружку в руках, ангел уже переоделся и сидел на диване, поджав ноги и с интересом листая журнал.       — Спасибо, — принимая кружку, ангел улыбнулся настолько нежно, что Кроули едва не выронил ее из рук.       Демон опустил взгляд. Азирафель остался в одном светлом свитере, с вышитыми на нем ангельскими крыльями, и кремовых брюках.       Кроули невольно облизнулся.       Ангел так и не снял с себя ошейник, который так броско выделялся на фоне его обычной скромной одежды. Змеиная кожа обвивалась вокруг нежной бледной шеи, призывно предлагая провести вдоль языком. Демон призадумался, ведь соблазнять — его работа, а тут Азирафель и сам мастерски делает все за него.       Кроули всегда позволял. Один вид нежного и невинного существа с искренней и доброй душой вызывал в нем восторг и сладостный трепет. Демон не мог спокойно смотреть на Азирафеля, не испытывая при этом прилива любви.       Очки всегда помогали.       Но теперь все это попросту ни к чему. Они уже целый год вместе. После апокалипсиса Кроули собрался с духом, признавшись ангелу в своих чувствах, ведь терять больше нечего. И Азирафель одарил его такой любовью, о которой демон лишь мечтал все эти шесть тысяч лет.       Кроули мог больше не прятать от Азирафеля влюбленный змеиный взгляд. Ангел столь часто убеждал его в том, что ему не отвратительна демоническая сущность, а глаза Кроули — самое прекрасное, что он когда-либо видел — что демон в итоге поверил ему.       Поэтому теперь оглядывал Азирафеля, пьющего какао в этом прекрасном кожаном ошейнике, сияющими золотыми глазами, в которых причудливо смешивались вожделение и искренняя любовь.       Азирафель отставил кружку на журнальный столик и повернулся к Кроули.       — Что-то не так, дорогой? — спросил он у демона, который застыл напротив с уже расплывшейся по всей поверхности глаз радужкой.       Кроули моргнул. У Азирафеля на губах осталась пенка от какао.       — Я тебе сегодня уже говорил, что люблю тебя? — спросил демон небрежно, упирая взгляд во влажные от напитка губы.       — Утром, — ответил Азирафель, улыбнувшись, и высунул язык, облизывая уголок губ.       Не выдержав столь волнующего зрелища, Кроули обхватил Азирафеля за плечи и поцеловал, слизывая приторно сладкий напиток.       Ангел довольно простонал в поцелуй, и Кроули понял — засранец только и ждал этого.       Страстно рыкнув в его губы, Кроули сжал Азирафеля в объятиях и повалил на диван, нависнув над ним. Закрыв собой целый мир. Кроули каждый раз целовал ангела так жадно, будто боялся, что завтра начнется новый конец света. Демон пылал страстью, смешиваемой с адским пламенем. Прижимал Азирафеля разгоряченным телом, не давая ни двинуться, ни вздохнуть.       Ангел задыхался от этого поцелуя и от нехватки воздуха начал тихо постанывать. Слишком развратно, насколько на самом деле не подобает приличному ангелу.       Но приличные ангелы не спят с демонами.       — Ты ведь с самого утра это планировал, — произнес Кроули в пухлые губы сквозь поцелуй, нетерпеливо оглаживая мягкие бока.       — О чем ты? — Азирафель выгнулся, подставляясь под настойчивые прикосновения, и удивленно поднял светлые брови. — Это ведь ты сейчас набросился на меня, а я просто пил какао.       Кроули зашипел, отстранился и снял с Азирафеля свитер, оставляя его обнаженным по пояс. Ангел поежился от внезапной прохлады.       — Конечно, — Кроули кивнул, скидывая с себя пиджак, а после наклонился и широко лизнул шею над ошейником, языком ощущая его край.       Ангел простонал так высоко, что Кроули почувствовал, насколько тесно стало в узких джинсах. Так призывно и так томно. Азирафель одним нежным стоном умолял как можно быстрее взять его и не медлить.       — Я говорю об этом, развратник, — произнес Кроули, кончиком пальца подцепляя ошейник и оттягивая его, и заставил Азирафеля откинуть голову. — Хочешь сказать, что это не часть плана по соблазнению?       В глазах Азирафеля мелькнуло вожделение. Ангел лукаво улыбнулся, а потом невинно свел брови домиком.       — Я все еще не понимаю, что ты имеешь в виду, Кроули. В самом деле, это всего лишь предмет гардероба. Который, к слову, очень мне идет. Ты ведь не возбуждаешься, когда я надеваю шарф.       — Значит, когда в следующий раз ты наденешь шарф на прогулку, я хорошенько тебя оттрахаю где-нибудь вне дома и оставлю из всей одежды только его.       Ангел вздрогнул, задрожал, а улыбка расползлась по лицу еще сильнее. Кажется, угроза демона совсем его не напугала.       Кроули прорычал и дернул на себе рубашку, вырывая из нее пуговицы и мгновенно прижимаясь к Азирафелю кожа к коже. Ангел такой теплый и мягкий, что хотелось просто взять и сожрать его, словно пирожное.       Кроули влажно провел языком по его губам, спускаясь к шее и намеренно избегая ее, так как там всего лишь симпатичный предмет гардероба. Который очень шел Азирафелю, это точно. Поэтому Кроули облизнул ключицы, втягивая кожу и оставляя мокрый и красный след.       Азирафеля хотелось целовать, ставить на нем отметины, вылизать его целиком. Он сладкий, словно десерт, и так высоко и несдержанно стонет.       Демон сжимал ладонями мягкие бока, водил ими по спине, заставляя Азирафеля сильнее прогибаться в пояснице, ангел болезненно поскуливал, так как от природы не обладал такой же гибкостью, как Кроули.       Азирафель с самого начала оказался очень отзывчивым. Кроули думал, что потратит много времени, прежде чем ангел перестанет стесняться его ласк, но удивился, когда Азирафель с первой же их совместной ночи всей душой отдался в его объятия. Сам умолял трогать его и ласкать. Ангел стонал, притирался к его рукам, требуя внимания, выпрашивая продолжения.       И Кроули лишь заводило это, потому что он понимал — это искренне. Он мог хоть тысячу раз не поверить в слова Азирафеля о том, что тот любит его, ведь демона нельзя любить. Но не мог сомневаться, когда Азирафель раз за разом страстно молил взять его.       — Какой же ты… — с восхищением произнес Кроули, отрываясь от Азирафеля и разглядывая его. Со сбитым дыханием, взъерошенными кудрями и блестящим возбужденным взглядом. Вот именно так и должны на самом деле выглядеть падшие ангелы. — Божественный… прекрасный…       Азирафель смущенно прикрыл глаза. Ангел всегда мило смущался, когда Кроули говорил о его красоте, но в глубине души демон знал, подобные слова льстят и тешат его самолюбие.       Кроули отстранился, усаживаясь на диван и оставляя ангела лежать одного, наполовину раздетого и очень недовольного.       Не успел Азирафель укоризненно на него посмотреть, как Кроули подцепил ошейник и потянул на себя. Ангел сглотнул и поспешно поднялся, следуя рукам Кроули, который усадил его к себе на колени, заставив обвить ногами талию.       Азирафель тут же приник к нему в поцелуе, обняв руками за шею и притираясь к демону всем телом. Ангел вообще обожал сидеть на коленях у Кроули, прижиматься к его горячей коже и целовать, целовать, пока демон стонет в его губы и гладит тело ладонями.       — Нет, ты не спроста надел его, развратник, — выдохнул Кроули в пухлые влажные губы и, поддев ошейник пальцами, потянул, — ты сделал это потому что ты мой, ты хочешь показать, кому принадлежишь.       Ангел улыбнулся и ласково запустил пальцы Кроули в волосы, сбивая с того демоническую спесь, мастерски заменив ее сладкой нежностью.       — Конечно, я твой, — протянул он, поглаживая пальцами и замечая, как мило Кроули щурится от этого, — я принадлежу тебе и только тебе, мой демон, и я в самом деле хочу, чтобы весь мир об этом знал.       Кроули утробно прорычал и с силой потянул вниз, заставляя Азирафеля слезть на пол и встать на колени.       Азирафель поднял на него блестящий взгляд, в котором мелькнул порок в его чистейшем виде.       Да, ангел до безобразного грешный.       Он быстро расправился с пряжкой на ремне джинсов, расстегивая пуговицы и дергая за молнию. Азирафель не любил раздевать Кроули чудом, предпочитая наслаждаться процессом целиком и полностью. Поэтому он медленно приспустил с демона джинсы вместе с бельем, слыша его нетерпеливое грудное шипение.       — А знаешь, что было сегодня самым приятным? — спросил Азирафель, обхватывая ладонью член демона и проводя ею вниз, вырвав низкий стон.       — Что? — Кроули схватился пальцами за светлые кудри и подтягнул к себе, уткнувшись членом в щеку и размазывая по ней смазку.       — Что на катке все так сильно хотели тебя, но подобное удовольствие досталось только мне.       И ангел, хитро блеснув глазами, взял в рот, заглатывая сразу на половину. Кроули довольно простонал и дернул бедрами вверх, желая получить все удовольствие сразу, но Азирафель только недовольно поперхнулся.       — Какой же ты все-таки грешник, — протянул Кроули, откидывая голову на спинку дивана и стискивая пальцы на затылке, — эгоистичный гедонист…       — Да, я такой, — довольно протянул ангел, выпустив член изо рта, обхватил его ладонью и жадно провел языком по всей длине, — и я только твой эгоистичный гедонист.       Азирафель ухмыльнулся, проведя членом по губам, а затем вновь взял в рот, втянув щеки и пропустив внутрь настолько, насколько позволял опыт. Ангелу доставляло истинное удовольствие стоять вот так перед демоном на коленях, с его членом во рту и слушать блаженные стоны.       Поэтому он с наслаждением вылизывал его, забыв о времени, не обращая внимания на неудобное положение и начинающую затекать челюсть.       В какой-то момент он почувствовал, как пальцы Кроули пробираются под ошейник и сжимают, едва ощутимо перекрывая кислород. Азирафель вздохнул, а демон сильнее дернул за него, самостоятельно насаживая ангела на свой член и выбирая удобный для себя ритм.       Азирафель прикрыл глаза, подчиняясь и обхватывая его бедра, полагаясь исключительно на свой рот и пальцы Кроули, направляющие ошейник.       — Мой маленький развратный ангел, — довольно простонал Кроули, войдя в его рот почти до конца. Он мягко обхватил ладонью шею, чувствуя, как выступает член, и низко зашипел. — Давай, скажи, кто тут маленький и развратный ангел?       И Кроули дернул за ошейник, не давая Азирафелю отстраниться. Ангел посмотрел на него сквозь пелену на глазах и расслабил глотку, пропуская демона глубже, словно отвечая на вопрос таким образом.       Кроули вышел и обхватил лицо Азирафеля ладонями, наклонившись к нему, и смачно поцеловал в губы. А затем отстранился и снова насадил его на член.       Азирафель подавился, но Кроули вновь не дал ему освободиться, крепко держа за ошейник.       — Отвечай, — прошипел Кроули, пытаясь намотать тугую змеиную кожу на палец.       — Я — твой маленький и развратный ангел… — Азирафель простонал, глядя на Кроули невидящим взором и облизывая губы.       — Правильно, — довольно улыбнулся демон и встал, заставляя Азирафеля привстать на коленях и поднять голову.       Теперь Кроули сам контролировал процесс. Притянув Азирафеля к себе, он трахал его рот, придерживая того за голову и не давая ни отстраниться, ни наоборот даже двигаться. Демон высоко стонал, получая удовольствие, и слышал, как снизу его стонам вторит Азирафель.       Наконец, Кроули отстранил ангела от себя, крепко придерживая за ошейник, а другой рукой несколько раз провел по члену, с хриплым шипением кончая ему на лицо.       Азирафель зажмурился, чувствуя, как на веки, щеки и губы попадает горячая сперма, и приоткрыл рот.       Кроули отпустил его, и ангел не удержался, падая на ковер. Он не очень хотел портить интимный момент тем, чтобы всеми силами утирать лицо, поэтому продолжал так и сидеть — весь испачканный, тяжело дышащий и до предела возбужденный. Собственный член тяжело давил на брюки и Азирафель почти хныкал от бессилия.       Он почувствовал, как демон ласково проводит пальцами по его щекам, чудом стирая с них сперму, и открыл глаза. Кроули нависал над ним, опустившись рядом на колени. Ангел потянулся с поцелуем и Кроули с готовностью ответил, ощущая на его губах терпкий привкус.       — Возьмешь меня? — Азирафель притянул Кроули к себе. — Я весь твой…       Кроули толкнул его в грудь, и ангел упал спиной на пушистый и мягкий ковер. Он покупался именно с этой целью. Просторно и удобно, если им лень добираться до кровати.       — А как же иначе? Ведь ты создан для долгой и сладкой любви, — прошептал демон ему на ухо, всем телом прижав ангела к полу, чувствуя, как тот предвкушающе задрожал.       Стянув с Азирафеля штаны и скинув с себя мешающую рубашку, Кроули развел его ноги в стороны и втиснулся между ними, стоя на коленях. На пальцах тут же появилась смазка, и Кроули потянулся к ягодицам.       Они с Азирафелем занимались любовью настолько часто, что на самом деле ангелу уже не требовалась растяжка. Но Кроули любил этот процесс. Ему нравилось одними скользкими пальцами доводить Азирафеля до высокого скулежа, до того, что он выгибался под ним, пытаясь усилить ощущения, а когда Кроули совсем доводил его до исступления, ангел начинал умолять.       Кроули крепко придерживал бедра Азирафеля, чтобы ангел не слишком сильно ерзал под ним, вводя пальцы медленно, скользя ими по стенкам и лишь изредка задевая нужную точку. Ангел высоко стонал, поддаваясь ему и выгибая спину. На его лбу уже выступил пот, отчего кудри мило сбились, и Кроули изводил вид столь возбужденного и раздвигающего перед ним ноги Азирафеля.       — Кроули… — Азирафель простонал, когда демон в очередной раз прошелся рядом с простатой, намеренно не задевая ее и вызывая лишь отголосок удовольствия.       Демон мучил Азирафеля, желая услышать мольбы, подольше насладиться зрелищем изводящегося ангела, член которого уже давно стоял и истекал смазкой.       — Хватит… — произнес Азирафель, и Кроули ухмыльнулся.       — Хватит? — спросил он, теперь уже сгибая пальцы и проводя прямо по простате, от чего ангел моментально вскинулся и заскулил.       — Нет… просто трахни меня, — попросил Азирафель, прикрыв глаза и дернувшись навстречу пальцам.       — Так тебя нужно трахнуть или с тебя хватит? — саркастично протянул Кроули, вынимая пальцы и ловя на себе бешеный взгляд.       Вопреки своим словам, Кроули обхватил Азирафеля за бедра, притягивая к себе ближе и утыкаясь членом в растянутый и влажный от смазки вход.       — Кроули, — недовольно начал Азирафель.       — Нет, ангел, нужно помнить, чей ты, и кто все решает, — Кроули ухмыльнулся, — попроси меня сейчас, иначе я оставлю тебя со стоящим членом, и ты еще долго будешь умолять, чтобы я трахнул тебя.       Азирафель глубоко вдохнул. Его уже потряхивало в руках демона, а сладкие ядовитые речи сильнее возбуждали. Кроули всегда любил поговорить в постели, но сегодня он особенно воодушевился. И ангел ехидно понимал, что его затея с простым предметом гардероба очень удачно себя оправдала.       — Трахни меня, — попросил Азирафель, умоляюще глядя в змеиные глаза, — трахни своего маленького и развратного ангела. Он очень этого хочет. Пожалуйста…       Щеки Азирафеля залились нежным румянцем. Все же, к такому он не привык, обычно не отвечая на любые выпады Кроули во время секса. Но теперь демон требовал ответ и, услышав его, тут же толкнулся в ангела с довольным шипением.       Азирафель вскрикнул от того, насколько внезапным оказалось это движение, и невольно свел колени, которые Кроули тут же обхватил, не давая закрыться.       Первые несколько минут демон двигался медленно, давая Азирафелю привыкнуть, с упоением вслушиваясь в его высокие стоны и поскуливание. Кроули сжимал пальцами мягкие бедра, размеренно толкаясь в ангела, не в состоянии сдерживать демоническое шипение.       И как только Азирафель расслабился в его руках, прикрывая глаза и откидывая голову, прогибаясь в спине и подаваясь навстречу, Кроули отпустил себя, набирая темп и двигаясь уже намного жестче.       Кроули вошел до самого основания со звонким шлепком, от чего Азирафель высоко вскрикнул.       — Кричи громче, — прошипел демон, толкаясь в Азирафеля сильнее, — так, чтобы весь мир слышал, что я с тобой делаю.       Азирафель хотел промолчать на это, но Кроули двигался так, что это не представлялось возможным. Демон вбивался в него со всеми имеющимися в нем страстью и любовью, при этом со всем мастерством попадая по простате, отчего Азирафель лишь закатывал глаза и вскрикивал.       Божественно. Ангел чувствовал давление, сквозь которое пробивались жесткие толчки, приносящие вспышки удовольствия одну за другой. Азирафель уже плохо соображал, чувствуя лишь член, который, казалось, разрывал его на части.       Кроули наклонился, протянул руку и снова подцепил пальцами ошейник, тяня Азирафеля на себя и лишая кислорода.       Азирафель поперхнулся воздухом и приоткрыл рот. Кроули придушил его несильно, но вполне ощутимо.       Теперь все ощущения и вовсе смешались. Ошейник стягивал горло, и дышать становилось тяжело, член болезненно стоял, дергаясь в такт каждому движению демона, а Кроули все продолжал мучительно жестко и ритмично трахать Азирафеля, вдавливая его в ковер.       Ангел прикрыл глаза, выгибаясь всем телом, пытаясь через силу вдохнуть, и кончил, высоко вскрикнув, как только Кроули толкнулся в него особенно сильно. Сперма залила живот и тут же стекла на ковер, Азирафель блаженно прикрыл глаза, мгновенно расслабляясь в крепкой хватке.       Кроули выпустил ошейник и обхватил бедра Азирафеля, рвано и грубо продолжая двигаться. Вид раскрытого перед ним и только что кончившего ангела в собственной сперме возбудил еще сильнее, и Кроули кончил с грудным шипением.       Демон повалился рядом с Азирафелем, тяжело дыша и краем глаза поглядывая на него.       — Ты в порядке, ангел мой? — уточнил Кроули, притягивая Азирафеля к себе и укладывая его голову себе на грудь.       — С тобой, всегда в порядке, — произнес Азирафель усталым, но довольным голосом, очерчивая пальцем ребра на теле демона.       — Я тебе уже говорил, что люблю тебя? — Кроули опустил голову, пытаясь уловить взгляд ангела.       — Да, всего несколько раз, — Азирафель улыбнулся и привстал, обвивая пальцами ошейник. — Так… мне стоит его снять?       Кроули лениво и устало оглядел ангела сверху вниз.       — Можешь оставить, но помни, когда я на него смотрю, сразу хочу тебя и ничего не могу с этим сделать.       Азирафель лукаво улыбнулся.       — Значит, я не буду его снимать.       Демон тяжело выдохнул и прикрыл глаза ладонями. Ну что за пернатая сволочь досталась ему в возлюбленные?       Кроули приподнялся на локтях и задумчиво посмотрел на Азирафеля. Взмокший, порозовевший и довольный.       Демон невольно улыбнулся, глядя на то, как ангел светится от счастья, словно рождественская игрушка.       — Сделать тебе блинчики, ангел? — спросил Кроули, глядя на Азирафеля столь влюбленно, как, наверное, не смог бы ни один настоящий ангел. — Это ведь самое лучшее после хорошего секса.       — Не откажусь, — Азирафель заулыбался, смущенно прищурился и как бы невзначай поддел ошейник. — А потом мы могли бы повторить, да?       Кроули ухмыльнулся.       — Могли бы.       Ангел засветился радостью, а потом поднялся с пола и направился в сторону кухни, прямо как есть — обнаженный, и даже не очищая себя с помощью чуда. Кроули проводил его жадным взглядом.       Похоже, до приготовления блинов дело дойдет далеко не сразу.