Hund

Единственным источником света в комнате были несколько свечей, расположенных на приставном столике. Рядом, в бархатном кресле, вальяжно откинувшись на спинку, сидел мужчина в чёрной рубашке и серых брюках и наблюдал за обнажённым парнем, стоявшим на коленях напротив него. – Кто хороший мальчик? - Себастиан вплел свои длинные пальцы в его спутанные волосы. Тот довольно простонал в ответ и, словно собака, потёрся щекой о ладонь. Своими же руками Эмерсон пошевелить не мог: те были крепко связаны за спиной и уже начали затекать. Он специально попросил Данцига затянуть узлы покрепче. Так, чтобы жёсткая джутовая верёвка впивалась в кожу и натирала до крови. Себастиан каждый раз ворчал, когда парень просил об этом — считал это его пристрастие своей виной*. И всё-таки соглашался. Во рту — кляп, из-за которого дышать было неудобно. Пару раз Барретт чуть не подавился своим же языком, но это было последним, что могло волновать его... – Чего ты хочешь? - немец сжал его волосы в кулак и резко оттянул их назад. Эмерсон громко заскулил и зажмурился. - Чего ты хочешь, пёсик? «Просто трахни меня» - думал тот, смотря снизу вверх на насмешливую улыбку мужчины. «Пёсик» подался вперёд и уткнулся лицом в пах Данцига, потеревшишь об него носом. Тот улыбнулся ещё шире и продолжил гладить парня по голове. – Так ты хочешь его? - Эмерсон утвердительно мотнул головой. - Попроси. Покажи мне, как ты хочешь. «Ублюдок» - выругался Эми. Однако, он соврал бы, если бы сказал, что ему не нравится такое. Он обожал боль вперемешку с подобным унижением, наслаждался этим. Конченный мазохист. Барретт склонился к ногам Себастиана, максимально прогибаясь в пояснице. Он вилял своей задницей, словно умоляя: «Выеби меня, ну же, выеби». Скулил, как подзаборная шавка в период течки, которой лишь бы наскочить на первого попавшегося кобеля... Неожиданно Эмерсон получил удар ногой в нижнюю челюсть, от которого повалился на ковёр, не сразу сообразив, что произошло. Себастиан встал с кресла и подошёл к нему. – Тебе же нравится такое, dirne? - сказал он. - Или погрубее? Ему в голову в этот момент пришла заманчивая идея. Уже по направлению его взгляда Эмерсон понял, что тот хочет сделать, и призывно поерзал поясницей по ковру, с нездоровым блеском в глазах неотрывно глядя на тяжёлые ботинки на ногах Данцига. Поймав этот взгляд, Себастиан лишь усмехнулся, и наступил всей стопой на его перевозбужденный член, и медленно перенёс вес с пятки на носок. Эми мелко затрясся, завыв от жуткой боли, и кончил себе на живот. Но почти сразу же он получил пинок в бок, от которого невольно скрючился с замученным скулежом. Себастиан поднял его за волосы и прошипел по-немецки в лицо: – Habe ich dich das machen lassen, Haut? Он швырнул парня обратно на пол. Кожу на плечах и руках обожгло от резкого трения о ковёр. По лицу потекли слезы, смешиваясь со слюнями на подбородке. Но Барретту было хорошо. Казалось, что всё его сознание состояло лишь из боли, которая ощущалась по всему телу. Он уже слабо осознавал, где находится и что с ним происходит. Не успев хоть немного прийти в себя, Эмерсон почувствовал, как его перевернули на живот и раздвинули ноги. Даже не подготовив его, Данциг грубо вошёл, принося ещё больше боли. Он прекрасно знал, как сильно любит его мальчик насилие в сексе, и не жалел его. Бил везде, где мог: по бёдрами, спине, плечам, кусал за шею и оставлял засосы. Себастиан любил нежность, но ради своего любимого он научился быть садистом. За несколько мгновений до оргазма, он наклонился к почти бессознательному Эмерсону, тихо вскрикивающему на каждом толчке, и прошептал: – Du bist jetzt so schön...

***

Ночью, когда они уже лежали в кровати, Себастиан нежно, осторожно прижимал к себе тело своего возлюбленного. Эмерсон тихо сопел на его груди. В этот момент он выглядел так спокойно и уютно, что Данциг не мог оторвать от него глаз. Как в нём могли сочетаться непорочный ангел и развратный дьявол? Но именно это и делало его особенным. Себастиан провел пальцем по его плечу, рядом со свежим ожогом. В начале их отношений он задавался вопросом: почему Эмерсон просит делать с ним подобное? Думал, что парень старается доказать: он лучше всех, кто был до него, он может больше. И лишь недавно понял, что это своеобразный способ сказать: "Я доверяю тебе."