it's a last winter with you, my darling.

на ёлку вешается мишура, а за ней и другие атрибуты. в глазах шатенки, мерцают тысячи огней от белой гирлянды на той же ёлке. их маленькая комната в общежитии, уже обставлена новогодними вещами, такими как: куча гирлянд, мишура, которую она где-то нашла, хотя, как думала, точно не найдёт. на окне висят снежинки, которые шатенка сделала сама, а на кафеле лежат иголки ёлки, стоящей в уголке комнаты. осаму — второкурсница российского педагогического университета, если быть точнее, поступила она сюда очень легко, пусть и знаний у неё не как у эйнштейна или вроде кого. всего лишь нужно было немного посидеть с конспектами и хотя бы взяться за голову, а не шататься по городу, как она иногда и делала. та, что сидит неподалёку на кухне, пытаясь сделать что-то отдалённо похожее на кофе, это чуя. тоже второкурсница университета, в котором учится дазай. в этой маленькой комнатушке, в общежитии универа, они живут вместе. накахара, в отличии от осаму, пыталась хоть как-то вытянуться в плане учёбы, ведь конечно, её родители те ещё требовательные люди, так ещё и влиятельные. для повышения их же статуса, сюда её как-то занесло. в первый же день эти две сцепились в коридоре около табеля с теми, кто прошёл на свободные места. из-за того, что накахаре удалось взять последнее место, дазай была крайне разозлена на неё. как все и поняли, дело дошло и до драки, которую разнял какой-то третьекурсник. глупо, но осаму слишком быстро раздражается, что довольно странно для неё. если посмотреть на этих двух вместе, то можно подумать, что они прекрасные подруги, но что между ними происходит на самом деле, наверное, даже они не знают. осаму может легко разозлиться на чую, из-за любой мелочи, и, конечно, голубоглазая даст отпор этому. в их комнате, стены точно никогда не слышали тишины. тоже самое, когда дазай подкалывает чую, она может просто сделать большое пятно на только выглаженной блузке и отхватить за это по голове, или ещё куда похуже. и так повторялось много раз, даже в праздники дазай никогда не утихала, и пыталась как нибудь отомстить той, что уж там говорить про первое апреля. все постоянно удивлялись, почему же именно им досталось жить вдвоём. даже сами осаму и накахара были в тихом шоке, такое же и сейчас. иногда и были дни, когда они не были как собака с кошкой, и могли побеседовать на нормальные темы. спокойно попить кофе в их маленькой кухне, или покурить без драк за последнюю сигарету. никотиновая зависимость и постоянное требование кофе организму, видимо, у них одинаковое. они могли собраться на балконе, включая на фон какого-нибудь КолдПлэя, и покурить вместе. без лишних разговоров, а иногда с ними. их разговоры были почти одинаковыми, не считая скандалов дазай, когда она снова не может найти свою рубашку, а надо уже быть на паре в универе. бывало они перекидывались словами в универе, но не так, как они это делают наедине. обычно разговоры начинались с «как прошёл твой день?», а потом долгие, кропотливые рассуждения о том, какая жизнь сложная, и почему они ещё не пошли в бордель после школы. выпивали они не так часто. чуя покупала алкоголь, пряча его в сейфе на все случаи жизни, выслушивая шутки осаму про то, что накахара всё-таки не пьяница, а алкоголичка, и то, что она всё это время ей врала.

***

гирлянды развешаны по стенам и вместе с ней мишура, в воздухе пропахло недавними сигаретами, смешанными со свежими мандаринами. ёлка в углу комнаты тоже светилась огнями, только совершенно других цветов. на двух кроватях также лежит опавшая мишура, которую осаму случайно уронила, бегая по маленькой комнатушке. на столе стоят бокалы с наполненным шампанским, один из них был выпит при украшении комнаты. где-то на улице, второй час играет музыка из американских мьюзиклов, вроде соседи решили по-особенному провести этот новый год, пока все будут тихо и мирно выпивать алкоголь под бой курантов, как было и всегда. из кухни выходит женская фигура, с чашкой кофе в руках и довольно растрёпанными волосами. рыжими волосами. в направлении другого конца кухни она краем глаза замечает огни гирлянды и других новогодних атрибутов из их спальни. дазай всё также ходила, даже не так, она мчалась из стороны в сторону комнаты, проверяя каждый неукрашенный угол, на что голубоглазая тихо посмеялась, наблюдая за ней. поставив кружку на стол, она тихими шагами подошла к девушке, пока та стояла к ней спиной, не слыша ту, и облокотилась на шатенку своей макушкой. — ты всё? — спросила та, немного сонным, и уставшим голосом. — осаму, ты уже час украшаешь всё. может сделаешь отдых? тут и так всё красиво. — облокачиваясь, но уже поменявшись в позе, стояла к ней спиной, сжимая рукава тёплого свитера. — с чего такая забота? а, чуя? — почему вечно когда я пытаюсь быть немного заботливей к тебе, ты начинаешь придираться?! — стиснула кончиками пальцев другой рукав. — всё, всё, не бесись. принимаю я твою заботу, — повернувшись лицом к той, она нежно убрала пальцами рыжую прядь за ухо девушки. — но, комнату нужно снова осмотреть. — накахара, тихо вздохнув с этого, облокотилась макушкой на грудь шатенки, на что та тихо хихикнула, и одной рукой обхватила талию рыжей.

***

касса пробивает продукты пищащим, надоедливым звуком. на фоне всего этого играет рождественская музыка Frank Sinatra, и очередь ещё больше наполняется людьми. такими же занятыми, пытающимися пробраться вне очереди к единственной кассе в магазине. в очереди становиться всё жарче, и почти все люди расстегнулись и также стоят в этой духоте. осаму, уже которую минуту ищет что-то в отделе алкоголя, хотя, ясно что именно. она пытается выбрать напиток на эту ночь, и, видимо, тщательно, пока чуя стоит возле неё, громко вздыхая. за окном магазина летят хлопья снега на окружающих, и накахара за этим наблюдает, держа в руках тяжёлую корзину. в небе высоко летают птицы, и это можно развидеть из столь меленького окна. дазай, повернувшись с двумя бутылками вина, увидела как её подруга смотрит детскими глазами на это. тепло улыбнувшись, она тихими шагами подошла к ней, и та даже не заметила, как на её макушку приземлился чужой подбородок. — красиво, не правда ли? — голос дазай, пробил её до дрожи, такой. бархатный, скорее всего. — красиво, но, — чуя наклонилась вниз, так, что осаму чуть ли не упала, потеряв опору. — так не надо делать. пошли уже, ты взяла вино? — тихо фыркнув, рыжая подловила корзинку и взяв в руку ладонь шатенки, умеренными шагами направилась к кассе.

***

колокольчик двери зазвенел, и оттуда вышли две девушки, одна из них которая сразу побежала наружу с раскинутыми руками ввысь. в её карих глазах будто блестели звёзды, а на каштановые волосы мигом начали сыпаться снежинки. её бежевый плащ был наполовину в сугробе, пока за этим наблюдала голубоглазая осуждающим взглядом, но в её глазах также горел свет. другая всё также крутилась под воем метели, и снега, так ровно ложившимся на её волосы. рыжая мягко улыбнулась на это, сравнивая девушку с ребёнком, но таким.жизнерадостным. будто она на миг забыла обо всех её проблемах, которые так и крутились возле неё, как эти снежинки, плавно ложившийся на её плащ. что-то в груди накахары сжалось, что-то тёплое? похоже на то, обычно это называют «бабочками» только в её случаи уж точно не в животе, а в сердце. в том месте, где не проникает её хладнокровие и эгоизм ко всему, кроме неё. и вот они обе, стоят поодаль друг от друга, смотря на друг друга нежным взглядом. пакет из рук рыжей со звуком повалился на мягкий снег, а всё потому что дазай решила почувствовать себя до такой степени ребёнком, что повалила девушку на снег, громко смеясь.

***

из комнаты напротив доводятся звуки акустической гитары, мелодия повторяется много раз, и слышна она даже на улице. окно распахнуто на полную, и холодный воздух веет в маленькой комнате. за этим же окном, раз тысячу мелькали огни машин и фейерверков, которые некоторые жильцы решили попускать раньше обычного. тонкие, длинные пальцы всё также бегают по струнам инструмента, а из уст девушки доноситься красивая мелодия, будто не подходящая под гитару, а скорее под пианино. окно с громким звуком закрывается, голубоглазая в миг вздрагивает и мелодия гитары прекращается. в комнате стало тихо, и надоедливых звуков из окна. встав, она убрала инструмент под кровать, и упала на эту же кровать. до изменения цифры в календаре осталось буквально три часа, и лишь у осаму есть настроение. вся комната украшена новогодними атрибутами, а новогоднего настроения - как кот наплакал. она лежит так длительное время, смотря в одну точку, и слушая как на кухне копошится дазай. стук в дверь, и в комнату входит фигура в белом свитере и бежевых штанах, обтянутых на талии. на её же плечах красный плед, который она, видимо, достала из кухни, когда сидела там. шатенка, смотря на девушку долгим, но тёплым взглядом, всё также стояла в дверном косяке облокотившись на стену возле двери. — что с такой кислой миной ходишь весь день? — разве у меня должно быть настроение? — должно, хотя бы в этот день. — осаму перестала облокачиваться на стену, и с настроем подошла к кровати накахары. и сев там, положила свою почти до краёв забинтованную ладонь, на рыжую макушку, немного поглаживая. — не думаю, что этот день имеет хоть какой-то смысл. проведём дома и всё, как и в те прошлых 3 года. почему у тебя такой энтузиазм? в прошлые разы, ты даже могла не знать, что сегодня новый год. — тебе пока, — забинтованная рука не переставала тихо гладить прекрасные волосы чуи, и на миг убрала руку от неё, — рано знать об этом. — она поднялась с кровати, быстрым шагом направляясь из их общей комнаты в другую сторону.

***

снег усилился, и на улице уже были огромные сугробы. такие, что любой бы в них утонул, даже если наступил. дверь подъезда открывается, и оттуда выходят две девушки. осаму до этого долго уговаривала накахару пойти с ней в особое место. очень скрывая, под каким же поводом туда им нужно. площадь? слишком скучно для дазай, она бы выбрала что-то особое. кино? они закрыты в такое позднее время, и даже если открыты, то мест не будет. рыжая очень медленным шагом шла в след за осаму, иногда путаясь в сугробах или падая из-за льда. оставался только один вариант, и это каток. хотя, вариант про какое нибудь особое место в стиле — «пошли посидим на лавочке, и будем пить шампанское там» всё же оставался открытым. ноги становились ватными, и на них уже было сложно идти такой длинный путь, но огонь страсти в глазах шатенки всё не погасал. хоть шли они довольно долго. на улице давно начало темнеть, и страх упасть случайно на льду, спеша за девушкой, всё усиливался. где-то вдали, виднелись огоньки фонарей и гирлянд, развешанных по этому району для предстоящего праздника. где-то вдали, играла музыка из пианино, но музыка исходила из магнитофонов расставленных по углам места. девушка ускорила шаг, и за ней поспешила вторая. и вот, накахара снова чуть ли не падает на лёд из-за бешеной спешки дазай, но когда она открывает спущенные и зажмуренные веки, ей предстаёт прекрасный вид. удивительный каток, который охватывает весь двор. людей на нём собралось много, таких же как и они. либо молодые девушки и парни, которые ушли из дома родителей потому что там точно будет скучно, а тут, хоть какое то веселье. или же весь центр представляет собой милых парочек, которые чуть ли не целуются там, сбивая прохожих которые слишком быстро едут на них. чуя, смотрела на это удивлёнными глазами, она не видела огни фейерверков, которые сейчас взрывают одну за другой. не видела тот же самый каток так долго, что видела лёд только при прогулках или при походе на учёбу. кажется, именно сейчас, в этот момент она счастлива по настоящему. рядом дазай, тёплым и проницающим взглядом смотрит на неё, и мягко улыбается такой картине. — ты так и будешь стоять разинув рот, или пойдешь возьмёшь коньки? — усмехнувшись над этим, шатенка улыбалась во всю. этот детский и такой наивный взгляд всё ещё не пропал.  — сама-то? — опомнившись, она поправила шапку засыпанную в снегу, из-за снега, упавшего на неё по дороге с веток. взяв ладонь осаму в свою, она вмиг почувствовала тепло её рук и незаметно улыбнулась, но за огромным шарфом это не так заметно.

***

коньки были получены, не без происшествий конечно. накахара раз сто жаловалась на медлительных кассирш, дающих коньки на прокат. уж настолько они её выбесили своими криками на маленький квадратный метр. шапка уже успела куда-то потеряться, видимо, толпа всё-таки лишила всех головных уборов напрочь. на катке становилось больше людей, а снег ещё обильнее сыпался на них. где-то вдали мелькали фейерверки, и рассыпались на небе. пока осаму смотрела на эту красоту, та уже стояла перед ней в только что полученных коньках, готовая выходить на лёд. она смотрела на неё взглядом, полным осуждения, будто уже была готова накричать на дазай, потому что всё время — пока она собиралась — та смотрела на фейерверки. — и долго ты будешь стоять так, даже ничего не надев? — накахара сложила руки на груди, повернувшись, уже собираясь идти на лёд. — вообще-то, я всего лишь их получила. могла бы и подождать —шатенка дёрнула руку той, и взявшись тёплыми перчатками за её ладонь, зашагала к льду. белые, изящные коньки ступили на толстый лёд и за ними такие же, только чёрные. рыжая сразу же как ступила на лёд словно лебедь по реке — начала скользить по льду грациозно. осаму не умела кататься, и встать так быстро на лёд не теряя равновесие — довольно сложно. накахара быстро подлетела к той, и взяв её руку сквозь толпу людей начала возить её с собой. фейерверки на небе уже утихли, но народ не расходился. десять минут. десять минут до полуночи. в глазах дазай всё сверкало прекрасными красками, ведь перед ней она. чуя так же смотрела, только не на девушку, а уже на звёзды которые сливались со снегом, который хлопьями сыпался на людей, но сейчас это не важно, ведь перед ней она. счастливая. они несколько раз сбивали сторонних людей на льду, смеясь над этим и тоже умудряясь — падали, держась за руки. резко, осаму останавливается и стрелки переводятся на полночь. все радуются этому, в глазах людей счастье, но дазай стоит и смотрит на снова взрывающиеся фейерверки и яркие звёзды, что-то обдумывая в голове. она совершенно об этом забыла. отъезд из города. шатенка берёт за руку рыжую, и смотря в её глаза совершенно не обращая внимание на людей которые изредка на них поглядывают. перчатка с руки осаму срывается, и её уносит куда-то вдаль ветром. уже голая рука проноситься по щеке той, затрагивая её рыжие, шелковистые волосы убирая их за ухо. она не понимающе смотрит на ту, и резко, губы накахары накрываются губами осаму. теперь точно в глазах шатенки мерцают искры, именно от этого, а не от фейерверков. они целуются нежно, потому что это первый раз. их первый раз. она всегда мечтала это сделать именно в последний момент, её всегда на такое тянуло. тянуть до последнего, и оставлять боль после такого ей, но это боль радости, если можно так выразиться. боль любви, которую испытывают все. отстранившись, осаму не перестаёт смотреть на неё влюблённым взглядом.  — это мой последний новый год с тобой, я не вернусь в следующем году как минимум. не скучай. — ты уверена, что не вернёшься больше? — уверена. — 

***