Изверг Узумаки(Uzumaki Fiend)

Фигура сидела в Весенней Стране, в маленьком общественном кафе под названием «Водоворот», потягивая чай, который он просил, и ожидала другого человека, который должен был прибыть. Прошло примерно четыре долгих года с тех пор, как он видел этого человека лицом к лицу, и, откровенно говоря, ему потребовалась вся умственная дисциплина, чтобы не поддаться желанию отрезать голову ожидаемому гостю, как только он его увидит. Неудивительно, учитывая предательство того дня четыре года назад. После многих лет психологического и физического подавления своей деревней... воин ожидал похвалы за то, что доказал, что они неправы. Наконец-то быть признанным теми, кто когда-то его презирал, и получить признание, которого он так жаждал после стольких лет отказов! К сожалению, вся тяжелая работа, которую он вложил в то, чтобы быть верным деревне... ничего не дала ему! Ничего, кроме пустых карманов, за которые он заплатил кровью, потом, слезами и изломанным телом, которое принадлежало ему после того, как он забрал этого неблагодарного Учиху обратно в Коноху. Недостаточно того, что он в точности выполнил приказы, данные Хокаге, и передал избалованного сукиного сына сильным мира сего, без красивого красного бантика, обернутого вокруг его головы, как подарок посланный Kami. Было приказано вернуть одного Учиху Саске обратно в Коноху. Если цель сопротивляется по какой-либо причине... применение силы разрешено. «Тебе трудно удержать гаки. Ты никогда не звонишь. Ты никогда не пишешь. Как ты думаешь, что я свяжусь с тобой?» раздался раздражающий голос пожилого человека, сидящего перед первой фигурой. «Ты не сделаешь. Ты смог найти меня только потому, что я позволил тебе найти меня, Джирайя. Я не хочу больше быть в твоем присутствии, тогда я должен быть дальше отсюда», - ответила фигура, потягивая еще немного чая с Саннином перед ним, хвастливо смеющимися и ведя себя так, как будто они были старыми друзьями для окружающих. «Это смешно, гаки. Честно говоря, ты знаешь, как меня рассмешить!» - воскликнул Джирайя из саннинов, глядя на высокую мускулистую фигуру перед ним с повязкой на правом глазу, а второй холодно сужался на него. «Отбрось это Джирайя. Если ты собираешься побыть в моем присутствии на короткое время, останови поступок развратного дурака и поговори со мной как с настоящим мужчиной!» - холодно ответила фигура, когда Джирая остановил фальшивую улыбку и смех, выглядя смертельно серьезным. «Хорошо. Если это то, что ты хочешь. Я тоже могу быть серьезным… Наруто», - парировал Джирайя с фигурой, теперь идентифицированной как Наруто, все его глаза смотрели на Саннина. «Говорят, ты хотел поговорить со мной о чем-то? О чем-то, имеющем отношение к важности Конохи?» - спросил Наруто, и Джирайя оставался невозмутимым. «В другом месте. Не здесь. Слишком много глаз и ушей», - ответил Джирая, вставая и ожидая, что Наруто сделает то же самое. «Нет», - парировал Наруто, глядя на Джирайю. "Извините меня?" - спросил Джирайя, как будто был удивлен неожиданным вызовом. «У тебя не получается слышать? Я сказал нет! Сядь и расскажи мне все, или это будет последний раз, когда мы вдвоем снова будем вести гражданский разговор!» - ответил Наруто, ткнув пальцем по столу и бросив на Саннина взгляд, который был очень серьезным. «И рискуете быть услышанными потенциальными вражескими шпионами?» - спросил Джирайя, а Наруто только ухмыльнулся. «Это твоя проблема, Джирайя. Не моя. Я не агент Конохи, поэтому мне не нужно беспокоиться, если что-либо из сказанного здесь достигнет врагов этой жалкой деревни», - ответил Наруто, и Джирайя сузил глаза. «У тебя много нервов, чтобы называть Коноху жалкой Наруто», - сказал Джирайя с хмурым лицом, садясь обратно. «И у тебя много нервов, ищущих моей помощи в спасении Конохи после всего, через что они меня заставили пройти. Или у тебя такое плохое зрение, что ты не видишь мою повязку на глазу, скрывающую символ их предательства? Твоего предательства? Предательства Цунаде? " - спросил Наруто, в то время как солнце, казалось, немного отошло от облака, и свет в небе, казалось, лучился на его лицо, чтобы ясно показать повязку на глазу, чтобы Саннин мог видеть. «Что вы хотите, чтобы я сказал об этом? Что мне жаль? Что Цунаде сожалеет?» - бесстрастно спросил Джирая, и Наруто снова усмехнулся. "Нет. Я не жду каких-либо извинений от тебя или от старой суки. Вы двое неспособны на это и не имели бы в виду то, что вы говорите, если бы вы сказали это в любом случае. Так какой смысл в том, чтобы вы сказали что ты не можешь и не скажешь мне, если они будут пустыми без всякого смысла? " - парировал Наруто, сузив глаза на него. «Не называй так Цунаде снова», - сказал Джирая, и Наруто ухмыльнулся ему. «Почему? Потому что это правда? Или потому, что по прошествии всего этого времени ты все еще хочешь то, что она не даст тебе ни в какой форме?» - спросил Наруто, когда Джирая сердито посмотрел на него. «Я имею в виду это Наруто. Назови ее так еще раз, и я вырву твое сердце публично, чтобы все увидели», - ответил Джирайя, и Наруто усмехнулся. «Иди и попробуй. Мое сердце в любом случае не имеет для меня никакой ценности. Его так много раз оскорбляли, что оно не имеет ничего общего ни с моей жизнью, ни с кем-либо еще в этом отношении», - спокойно ответил Наруто, безразлично глядя на Саннина, ни один из них не разговаривал, казалось, несколько долгих минут. «Мы уходим от темы. Вернемся к нашему делу», - сказал наконец Джирайя, а Наруто только пожал плечами, так как ему было все равно. «Может быть. Так что это за дело, что Коноха нуждается во мне, чтобы спасти их?» - спросил Наруто, а Джирайя вздохнул и быстро огляделся. «С тех пор, как Коноха сделала то, что они сделали с тобой... в целом дела у нас пошли под откос. Союзники оставили нас. Торговые права с другими странами были нарушены. Черт, это только из-за моих прав на путешествие Саннинов, что даже мне, разрешено находиться в Стране Весны прямо сейчас, и то на ограниченное время, - объяснил Джирайя, а Наруто посмеялся над ним. «Чего ты ожидал, когда меня избили за хорошо выполненную работу? Что ты ожидал, когда я решил покинуть деревню, чтобы моя чакра не была заблокирована и не была брошена в какое-нибудь холодное темное подземелье без каких-либо шансов увидеть дневной свет когда-нибудь снова? " - спросил Наруто с напряженным телом Джирайи. "Так ты слышал об этом, а?" - спросил Джирайя, с кивком от Наруто. «Теневые клоны - лучшие шпионы», - ответил Наруто, и Джирая покачал головой. «Только ты мог бы использовать их так», - ответил Джирайя с намеком на уважение к нему. «Так что же случилось после того, как я уехал из деревни, и все пошло наперекосяк?» - спросил Наруто, и Джирая снова стал серьезным. «Наши враги решили, что пришло время нанести удар. В течение года после вашего отъезда Лист подвергся атаке более двухсот раз и на всех фронтах. Ива, Кумо и Орочимару все били нас в разных местах в разное время дня или ночи. На второй год вашего изгнания Саске предпринял еще одну попытку сбежать, чтобы преследовать Итачи, и за ним была послана другая команда, - объяснил Джирайя, с кивком от Наруто. «Я знаю. Он добрался до границы Страны Риса в надежде встретиться с твоим бывшим товарищем по команде и использовать силу своей Проклятой Печати, чтобы однажды убить своего старшего брата», - ответил Наруто с выражением шока на лице Саннина. "Откуда ты это знаешь?" - спросил Джирайя с ухмылкой Наруто. «Как ты думаешь, кто оставил ему искореженную обломки, чтобы команда по поиску могла забрать весь подарок, завернутый в лук? Опять! Есть причина, по которой этот дурак не скажет никому, кто победил его в бою в тот день», - ответил Наруто. Джирайя выглядел потрясенным этим. «Вы поставили команду по поиску в довольно сложную ситуацию для того, чтобы сделать это Наруто, после того как они вернулись в Коноху с Саске. Совет хотел, чтобы каждый шиноби был понижен в должности или казнен за ущерб, нанесенный Учихе», - ответил Джирайя с ухмылкой Наруто. «Я знаю. Я послал теневого клона, чтобы тот наблюдал за происходящим в Конохе, когда это произошло. Слух об их наказании распространился по деревне, как лесной пожар. Половина была понижена в должности, а другая половина казнена публично на глазах у всех. Было довольно интересно увидеть, как кто-то становится мишенью ненависти, вместо меня, на этот раз настоящей мишенью. Быть среди толпы, наблюдать, как они болеют за смерть верных шиноби, которые только делали свою работу, и умоляющий взгляд, который они послали Хокаге, чтобы проявить милосердие. Должно быть, их сердца, умы и дух действительно разбили, в конце концов, знать, что они собираются умереть по ее приказу, несмотря на выполнение миссии, которую она им дала. Они не могли осмелиться сказать, что не причинили вреда Учихе или кто-то другой сделал их работу, потому что это означало бы, что они потерпели неудачу. Они были мертвы или понижены в должности, независимо от того, какое решение они приняли. В конце концов... они предпочли солгать... как ты c Цунаде солгали мне, о мои, так любящие крестные! " - объяснил Наруто, прежде чем издать веселый смешок, в то время как Джирая мог только нахмуриться. "Ублюдок!" - воскликнул Джирайя, а Наруто ухмыльнулся ему. «Этот горшок называет чайник черным Джирайя. Кроме того, тебе повезло, я даже решил позволить тебе иметь Учиху в целости и сохранности, не говоря уже о живых, чтобы увидеть восход другого солнца, и все еще быть хоть отдаленно способным к размножению с одной из его мелких фанаток, которых интересует только имя клана Учиха, - парировал Наруто, когда Саннин проявлял сдержанность, желая наброситься на него. "Что касается третьего года вашего отсутствия из Конохи, Акацуки выступили против других деревень и пытались захватить еще восемь Джинчурики. Некоторые из Джинчурики пропали без вести, а некоторые из них все еще находятся в своей деревне, находясь под защитой от Акацуки, - объяснил Джирайя, и Наруто кивнул, услышав эту информацию. «И некоторые из них мертвы или даже считаются мертвыми», - добавил Наруто, и Джирайя хмыкнул на это, поскольку он планировал оставить такую ​​информацию намеренно. «Примерно шесть месяцев назад я слышу весть о растущей силе, скрывающейся в тени Стран Элементалей, которая заставила нервничать почти всех даймё. Они практически до смерти напуганы и готовы глупо обоссать себя при простом упоминании этого единственного существа, которое, как говорят, обладает невероятной силой на уровне, невиданном с тех пор, как Мудрец Шести Путей впервые прошел по землям, - продолжил Джирайя, а Наруто ухмыльнулся еще больше. «Вы имеете в виду слухи о Сёгуне теней», - ответил Наруто, и Джирая напрягся и замолчал. «Успокойся, идиот! Не произноси его имя так громко, чтобы все слышали! У этого человека есть шпионы практически повсюду в Странах стихий. Даже моя шпионская сеть не может сравниться с этим парнем. Он уже удалил несколько из них, прежде чем я смог получить любую ценную информацию о парне! " - воскликнул Джирайя, а Наруто покачал головой, удивленно глядя на Саннина. «Ваша шпионская сеть стареет, если они не могут ничего найти о нем. И чтобы некоторые из ваших шпионов были убиты в процессе? Тск. Тск. Тск. К стыду, Джирайя», - ответил Наруто с гримасой Саннина, поскольку он был прав. «Это еще не всё. У меня все еще есть кое-какая информация, и она относится к Конохе», - возразил Джирайя, и Наруто поднял бровь. "Правда? Скажи!" Наруто ответил с интересом в голосе. "Один из моих шпионов пришел ко мне при смерти. Он сказал мне, что Сёгун Теней планирует напасть на Коноху из-за злости. Когда я спросил его личность, мой шпион попытался назвать мне имя Сёгуна, но жизнь этого человека оборвалась, и мне осталась только небольшая, но важная информация - сказал Джирая, и Наруто кивнул. «И вы хотите, чтобы я вернулся в Коноху, чтобы заставить Сегуна Теней дважды подумать, прежде чем что-нибудь сделать с Листом. Что в этом для меня?» - спросил Наруто, и в глазах Джирайи был небольшой намек на надежду. «В обмен на вашу помощь Цунаде пообещала, что все преступления, в которых вы обвиняетесь, будут помилованы, будет выплачена значительная сумма денег и место среди других глав клана. В целом, это прекрасная сделка», - сказал Джирайя с улыбкой на лице, частично фальшивой, и Наруто мог видеть сквозь нее. «Преступления против Конохи? Какие предполагаемые преступления могли бы быть Джирайя? Не могли бы вы назвать несколько из них?» - спросил Наруто и Джирайе не понравилось то, что он анализировал предложение. «Помимо причинения вреда Учихе четыре года назад во время миссии по поиску? Есть обвинения в опровержении Листа, заговоре с целью предательства Листа, нападении на мирных жителей и попытке убийства нескольких шиноби Конохи», - ответил Джирайя, с кивком от Наруто, когда он слышал каждое обвинение, сказанное ему, и глубоко задумался. «Во-первых, эти обвинения - полная чушь! Я сделал то, что от меня требовалось для этой миссии, чтобы вернуть Учиху. Цунаде сказала это сама. Для этой миссии было разрешено применение силы. Я покинул Коноху, потому что это было либо уйти или страдать, прежде чем быть убитым. Я выбрал жить на МОИХ условиях! Не на условиях Конохи, не на твоих и не на условиях Цунаде. МОИ условия! Что касается обвинения в заговоре с целью предательства Листа, я был верен деревне, когда у меня были все права вонзить кунай в спину каждому в нем, и ни разу не продал шиноби Листа какому-либо врагу. Нападал на мирных жителей? Я защищался от их толпы, пытающейся напасть на меня после того, как я вернул Саске в Коноху. Покушение на убийство? Я бы подумал, что обвинением было бы убийство нескольких шиноби Конохи после того, как я с ними справился.», - ответил Наруто, увидев, что Джирая на секунду отвел взгляд от него и явно что-то упускал. "В отношении этого инцидента были обвинения, но мы отказались от них, так как во время обсуждения вы, скорее всего, умерли от полученных травм, и решили использовать обвинение в покушении на убийство в случае, если вы выжили при падении со стороны утеса", - сказал Джирая, впервые увидев своего крестника двумя глазами с того дня, когда Какаши бросил эту взрывающуюся метку на землю перед Наруто, чтобы мальчик упал вместе с обломками вниз в бездну, что даже у полноценного взрослого шиноби будет низкий шанс выжить. С другой стороны... они не были Наруто, а он всегда делал невозможное. "В общем, вы можете простить меня за все перечисленные обвинения, а затем арестовать меня за убийство этих шиноби Листа, мне не заплатят никаких денег за оказанные услуги, и лишить меня моего так обещанного положения главы клана, - ответил Наруто с гримасой Джираи на его ответ. «Мы бы этого не сделали. Цунаде не ...» - сказал Джирайя, останавливаясь, когда Наруто бросил на него ледяной взгляд. «Она может и будет. Не принимайте меня за наивного дурака Джирайя. Те дни давно уже прошли, помнишь? Удаление моего имени из Контракта о призыве жаб по твоей власти не должно быть чем-то, что даже ты не мог забыть, "Наруто ответил, и Джирая вздохнул, услышав это. «Что ж, Конохе нужна твоя помощь, Наруто. Ты хотя бы рассмотришь это? Я могу убедить Хокаге простить тебя за все преступления, в которых люди захотят обвинить тебя», - предложил Джирайя с насмешкой Наруто. «У тебя хватит смелости попытаться подкупить меня, чтобы я помог тебе в том беспорядке, который ты и другие люди в Конохе устроили для себя. Почему мне вообще не наплевать на это дерьмо?» - спросил Наруто, сузив глаза Джирайи. «Потому что это твой дом», - ответил Джирайя, и Наруто зарычал на него. «Вы имеете в виду, что это была моя тюрьма! Из которой я сбежал, чтобы перестать задыхаться. Людям в Конохе не нравится, когда они не добиваются своего, и мой побег был именно таким. Они не добиваются своего, поскольку люди в деревне хотели, чтобы я умер, или хотели, чтобы я умер для Ками. Мое игнорирование их желаний было похоже на пощечину, и им это не нравится! Я знаю, они хотят, чтобы я вернулся, чтобы они могли чувствовать себя в безопасности, зная, что их питомец вернуться домой, чтобы снова быть привязанным, - парировал Наруто холодным ядовитым тоном в голосе, который вызвал сильную дрожь по спине Саннина. «Если ты так это видишь», - ответил Джирайя, сузив глаза Наруто. «Вернись к той суке, которую ты называешь Хокаге. Скажи ей, что ты провалил свою миссию по возвращению бездомного домашнего питомца из деревни, и знай, что любое применение силы с ее стороны, чтобы вернуть меня, приведет к тому, что головы каждого шиноби, которого она отправит, упадут у ее порога ", - сказал Наруто, прежде чем Джирая двинулся, чтобы ударить его, и Узумаки двинулся еще быстрее, чтобы противостоять удару, схватив вытянутую руку с кунаем в руке. Левая рука Наруто находилась в поле зрения Джирайи, так как она была украшена металлической перчаткой с тремя когтями, появляющимися из их скрытого места с острыми концами менее чем в дюйме от лица Саннина, и намерение убить ясно видно в единственном голубом глазу Узумаки. Джирайя, в свою очередь, был удивлен, что Наруто может двигаться так быстро, так легко противостоять ему, и теперь начал задаваться вопросом, через какие тренировки прошел его Крестник? «Не называй Цунаде этим термином снова Наруто. Я серьезно!» - воскликнул Джирайя, а Наруто только ухмыльнулся. «Я буду называть ее, как хочу, независимо от того, будете ли вы рядом, чтобы услышать, как я это скажу или нет. Кроме того, я предлагаю вам приказать команде шиноби Конохи, которую вы привели с собой, отступить ... или ваша сука Хокаге будет должен объяснить Весеннему Даймё, почему шиноби Конохи здесь, когда они знают, что явно нежелательны здесь, - опасным тоном ответил Наруто и увидел, что Джирая был шокирован. «Ты знал, что со мной были шиноби Конохи?» - спросил Джирайя с ухмылкой Наруто. «Я много чего знаю. Но сколько человек пришло с тобой? Десять? Пятнадцать? Все они Джунин, верно?» - спросил Наруто, а Джирайя хмуро посмотрел на него. «Шестнадцать шиноби Конохи, если включать меня», - ответил Джирайя, и Наруто ухмыльнулся ему. «На самом деле, сейчас пятнадцать, если я включу тебя», - ответил Наруто, и Джирайя выглядел совершенно взбешенным, услышав это. "Вы убили одного из них!" обвинил Джирайю с ухмылкой Наруто. «Ваша точка зрения? Шиноби Конохи не допускаются в эту страну по приказу Весеннего Даймё и должны быть убиты при появлении. Я просто приказал моему Теневому Клону убить вашего теперь мертвого Джунина и хенджировать в него, слушая, как другие слушают нас. Даже сейчас они, без сомнения, изо всех сил пытаются выяснить, кто из их числа был убит, все время пытаясь не привлекать к себе внимание, - ответил Наруто, усиливая хватку на все еще протянутой руке Джирайи, чтобы Саннин уронил кунай в руке. «Твое окно возможности снова стать шиноби Конохи только что закрылось Наруто», - сказал Джирайя, а Узумаки злобно ухмыльнулся Саннину. «Хорошо. Я не хочу твоей так называемой «возможности» Джирайя. Это шутка. Жестокая шутка, которую хотели разыграть надо мной. Вернись к Хокаге, как хорошо послушный и избитый питомец, как ты Саннин. Скажи своему Мастеру и те, кто правят ею ... это шанс Конохи просить о пощаде! " - ответил Наруто, прежде чем бросить Джирайю в ближайшую стену, а люди вокруг разбежались. «Я старался вести себя вежливо с тобой, гаки. Я предложил тебе шанс вернуться, и все будут прощены за твои действия. Но ты решил пойти по горькому пути и стать занозой в заднице Конохи!» - воскликнул Джирая, хорошо разглядывая Наруто и его одежду с тех пор, как они впервые заговорили. Исчез наивный, невысокий, светловолосый, голубоглазый, оранжевый, любящий рыжий и даже одетый в цвет идиота Узумаки. Ушел в прошлое ребенок, который постоянно хвастался, что он Хокаге, и, поедая рамен, как толстый ребенок бесплатный шоколадный торт с конвейера. Исчез ребенок, который плохо контролировал чакру, знал так мало дзюцу и вызвал Босса-жабы Гамабунту по чистой глупой удаче! На его месте стоял воин полей битвы шиноби. Наруто теперь был одет в черный цвет с оранжевым вокруг него в виде пламени вокруг черного в одежде шиноби с несколькими частями доспехов вокруг плеч и ног, напоминающих самурайские. Теперь он шел тяжелыми шагами, а это значит, что Узумаки перед ним тоже носили гири, к тому же очень тяжелые! На его голове был шлем Шиноби, который странно напоминал шлем оранжевой лисы с красными глазами, и еще один взгляд на внешность Наруто понял, что оранжевое «пламя» в его дизайне вовсе не было пламенем. Это были хвосты! На левой руке Наруто была перчатка с когтями, которая раньше была у его лица, и на ней было три лезвия с зазубринами вместо «когтей», которые Саннин знал по их виду, мог нанести серьезный ущерб. Правая рука тоже была перчаткой, но без когтей, и именно тогда Джирая заметил меч на поясе Узумаки. Теперь он излучал демоническую ауру, как и весь Наруто, и увидел, что за повязкой на глазу светился красный свет. Как будто единственное, что сдерживало невероятную силу, ожидающую выстрела из оптического отверстия, была повязка на глазу. Прежде чем Джирайя смог задуматься об этом дальше, он увидел, как Наруто исчез, а затем снова появился перед ним с обнаженным мечом. Сам меч имел отметины с обеих сторон и потрескивал желтоватым, иногда малиновым электричеством. Джирая слышал истории об этом мече и о том, кто в настоящее время владеет им, когда Акацуки пришли за ним в течение четырех лет, когда он был объявлен Пропавшим Ниндзя Конохи. «Братья-зомби» из Акацуки, которых многие считали непобедимыми, учитывая их уникальные способности, были первыми, кто пал от рук Наруто и получил награду на Станции обмена. Это была нейтральная организация, которая не принимала чью-либо сторону в мире шиноби, но, по иронии судьбы, финансировалась всеми ими с целью выплаты тому, кто получил награду за любого пропавшего Ниндзя в Книге бинго, и должна была платить тому, кто пришел забрать награду(при наличии доказательства) отмеченной цели. Было хорошо известно, что два члена Акацуки, которых убил Наруто, имели очень высокую цену за каждую из своих голов. Наруто вышел из обменного пункта богатым человеком. Факт, который разозлил Коноху и Акацуки до бесконечности по совершенно другим причинам. «Этот меч. Меч Джуби!» - сказал Джирая, увидев оружие, которое, по слухам, находилось в Водовороте, но его так и не нашли, несмотря на попытки людей, и считалось, что оно потеряно навсегда. «Также называется Мечом Архидемона. Я рад, что вы о нем слышали. Говорят, что это оружие было выковано из одного из клыков, который Мудрец Шести Пути снял с настоящего Джуби. Его сила так велика ... только тот, кто имеет прямое происхождение от Мудреца Шести Пути, может использовать его в полной мере », - ответил Наруто, и Джирайя выжег память о мече в своем мозгу, чтобы рассказать об этом Цунаде. При условии, что он переживет этот момент с Наруто. "Где вы его нашли?" - спросил Джирайя с ухмылкой Наруто. "На могиле у подножия самой высокой горы в Водовороте. Древнее захоронение старше Водоворота и всех Стран Элементалей, какими мы их знаем. Именно там я увидел дух того, кто держал этот меч передо мной, и ждал, пока его преемник возьмет его в руки », - объяснил Наруто, когда Джирая перевел взгляд с меча на своего крестника. "Понятно. Было сказано, что клан Узумаки также произошел от линии Мудреца Шести Путей вместе с Учиха и Сенджу. Что был третий сын, но, хотя этот человек был крови Мудреца, сам Мудрец не признал его одним из своих детей по неизвестным причинам и не дал, по слухам, сыну от своей родословной абсолютно ничего до его смерти. Что третий сын считался незаконнорожденным, в отличие от двух его других сыновей, и, таким образом, не унаследовал ничего от него в знак неповиновения, в то время как два законных сына сражались, третий незаконнорожденный сын взлетел с Мечом Джуби и даже стал обладателем легендарного Риннегана, которого добился сам Мудрец Шести Путей. Этого два законных сына Мудрец Шести Путей пытался забрать такие силы у третьего... и они чуть не были убиты в процессе. Они объединились для одной цели, но потерпели сокрушительное поражение в битве, но были помилованы по простой прихоти, и были предупреждены их незаконнорожденным братом, чтобы оставить его в покое. Что они должны были делать то, что они хотели, но оставить его вне своих дел и никогда не искать его ради силы, принадлежащей ему по праву крови Отца, осудившего его. Они оба неохотно согласились с его условиями, и никогда больше с ним не разговаривали, в конце концов, меч Джуби затерялся, а клан Узумаки медленно поднялся вместе с кланом Сенджу и кланом Учиха », - объяснил Джирайя, и Наруто ухмыльнулся ему перед тем, как положить массивный меч в очень большие ножнв, предназначенные для его удержания. «Моего предшественника звали... Узумаки Гэншин. К сожалению, он не чувствовал, что ни его собственные дети, ни его внуки не достойны владеть Мечом Джуби. Он умер с ним в секретном месте захоронения у подножия самой высокой горы в Водоворот. Этот человек буквально похоронил себя из последних сил, чтобы никто не узнал, где лежит меч в качестве его могилы. После того, что произошло в Конохе, я едва пережил падение и отправился в страну Волн, чтобы зализать раны. Мне пришлось подумать о плане, как сбежать, так как это было лишь вопросом времени, когда ты приедешь и вернешь меня. Так что я сел на лодку и направился к Водовороту после того, как старик Тазуна рассказал мне о месте, от которого сама страна Волны была отделена много лет назад, - объяснил Наруто, глаза Джирайи расширились от понимания. «Так вот куда он пошел. И тот дух, который он упомянул! Узумаки Геншин? Этот дух научил его? - подумал Джирайя, когда Наруто повернулся и пошел прочь. «Это был там Джирайя. Именно там я почувствовал, как моя кровь Узумаки загорелась в огне, и я мог слышать крики моей семьи, взывающие к справедливости. Среди этих криков один выделялся среди всех и я следовал за голосом, который привел меня к подножию горы, где могила Гэншин-сенсея была отмечена этим мечом. Его дух стоял передо мной и смотрел вниз, чтобы увидеть изломанное тело, которое было последним представителем его родословной. Я чувствовал, как его дух проникает в мой разум, и видел мои воспоминания из жизни, которую я прожил в Конохе. Я чувствовал его гнев по поводу того, как после всего этого времени... Сенджу и Учиха все еще пытались забрать то, что им не принадлежало, когда они пришли к власти. Хотя Сенджу уступили в захвате, у них все еще были возможности манипулировать вещами, чтобы они не нуждались в этом, и просто позволили Учихам предпринять все попытки за них, прежде чем броситься вниз, чтобы забрать осколки. Именно в этот момент дух Узумаки Гэншина постановил, что он обучит меня всем своим навыкам и силе, которые он изучил в те дни, когда был шиноби, - продолжил Наруто, прежде чем остановиться и повернуться обратно, чтобы увидеть, как Джирая медленно встает. «Значит, ты для Конохи больше враг, чем друг», - заключил Джирая, и Наруто издал глухой смешок. «Глупый Саннин. Я всегда был врагом Конохи после того, как деревня предала меня в последний раз. Не ожидайте, что наша следующая встреча будет такой гражданской. В следующий раз... я убью тебя», - ответил Наруто, и Джирайя посмотрел на него. «Ты дерзкий негодяй! Просто потому, что в твоем теле заключена сила Кьюби, а Меч Джуби не делает тебя непобедимым! Когда придет время сражаться... Я лично отрублю тебе голову!» - воскликнул Джирайя, сжимая в руке Расенган, чтобы еще больше запугать Наруто. «Правда? Это настоящая угроза, Джирайя. На самом деле, неплохая угроза. Тем не менее... самой угрозе, кажется, чего-то не хватает. Я знаю!» воскликнул Наруто, прежде чем он ушел и снова появился перед Джирайей. Только на этот раз Джирайя закричал от боли, когда твердая сталь рассекла плоть, кровь из-под плоти брызнула повсюду, а Саннин схватился за лицо от боли. Левая рука Наруто была изогнута, когти перчатки светились красной чакрой благодаря Кьюби. Прежде чем Джирайя успел даже подумать о том, что произошло, в этот момент боли, Наруто последовал за ним, нанеся сильный удар коленом по туловищу Саннина, из-за чего мужчина перевернулся на колени. "Для чего это было?" - спросил Джирайя, схватившись за лицо, из-под пальцев которого кровь стекала на землю. «Я думал, что это было очевидно на данный момент. Я даю вам стимул убить меня в следующий раз, когда мы встретимся. Я даю Конохе, ее шиноби, ее мирным жителям, Советам и главам кланов стимул убить меня. Даже твоя сука Хокаге, на которую ты можешь только смотреть, но никогда не трогать, стимул убить меня в следующий раз, когда мы все снова встретимся, - объяснил Наруто, прежде чем он исчез в водовороте малиновой чакры Кьюби. «Может ли этот день стать хуже?» - подумал Джирайя, прежде чем оказался в окружении самураев Весеннего Даймё, патрулирующих местность. «Джирайя из Саннинов, вы арестованы», - сказал капитан группы самураев, прежде чем другие подобрали его и проводили во дворец, где их правитель решал его судьбу. 'Ага! «Стало только хуже», - подумал Джирайя, надеясь, что Шиноби Листа с ним смогут сбежать. (Тронный зал Весеннего Даймё) «У тебя много смелости, чтобы прийти сюда, на мою землю, Саннин! И с шиноби Конохи, не меньше, когда все знают, что им запрещен въезд в мою страну», - сказала Казахана Коюки с полным презрением к Джирайе и шиноби Листа, связанными и на коленях перед её троном с устройствами блокировки чакры на каждом из них, так что они были бы шокированы, если бы попытались использовать любую из энергии. Самураи вокруг них были вооружены своими мечами, чтобы еще больше повлиять на шиноби на земле, чтобы они были послушными, в то время как Джирая был перед ними, поскольку он, в конце концов, был их лидером. После того, что произошло с Наруто, который был предан и чуть не убит Конохой, по всей Стране Весны началось массовое движение против Конохи, когда они узнали, что герой их Даймё пострадал. Коюки лично написала подробное 10-страничное письмо Даймё Огня, в котором выражает свою ярость по поводу лицемерных действий шиноби Конохи, храбрых действий, которые Наруто совершил в ее стране, и того, как она прекращает всякую торговлю с Огненной страной, пока справедливость не восторжествует. Никакой пощады нельзя было проявить к шиноби Конохи, которые осмелились войти в ее земли по любой причине и знали бы о ее неудовольствии тем, что они оказались там, где им не рады! Конечно, Даймё Огня написал ей в ответ, умоляя женщину пересмотреть то, что она делает, но Коюки не услышала об этом и выразила свое крайнее отвращение к Стране Огня, когда они встретились для переговоров. Чтобы еще больше усугубить травму, она фактически разорвала контракт, который у нее был с Джирайей, чтобы выступить в его фильме «Рай Ича Ича»... прямо перед Саннином. «Уверяю вас, Коюки-сама, мои намерения оказаться здесь, в Стране Весны, были строго профессиональными», - сказал Джирая, когда Коюки с отвращением сузила глаза. «А шиноби Конохи позади тебя?» - спросил Коюки, а Джирая застенчиво смеялся, как дурак, которого он играл, чтобы заставить людей пожалеть его. «Они мои телохранители! В конце концов, у Конохи много врагов, и многие из них хотят, чтобы меня убили, чтобы ослабить деревню Листа, и, хотя я не слабак... никогда нельзя быть слишком осторожным», - ответил Джирайя и Коюки все еще не убирала отвращения с ее царственного лица. «И по нескольким веским причинам. Одна из них близка моему сердцу и сердцам почти любого другого влиятельного лидера во всех странах элементалей», - сказала Коюки всезнающим голосом, от которого Джирайя снова смущенно рассмеялся. «Да. Думаю, это правда», - признал Джирая, а Коюки выглядела еще более разгневанной. «Брось это дело, Джирайя. Наруто уже предупреждал меня, что ты будешь дурачиться, чтобы выглядеть жалким и ничтожным в моих глазах. Что я могу пожалеть тебя и твоих «Телохранителей Шиноби» здесь, с тобой. Что ж, я ни в малейшей степени не пожалею ни вас, ни ваших «телохранителей». Ты можешь вернуться в Коноху один, Джирайя, с тем, что осталось от твоего покрытого шрамами лица и раненой гордости. С другой стороны, твои телохранители ... их нужно положить к смерти за вторжение в мои земли », - провозгласила Коюки, показывая рукой своему самураю, чтобы он сопровождал всех шиноби с ее глаз. «Подожди! Ты не можешь их убить! Потеря такого количества шиноби уровня джунинов значительно ослабит Лист!» - воскликнул Джирая, а Коюки посмотрел ему прямо в глаза с выражением «мне все равно». «Тогда тебе не следовало приводить к моим берегам так много шиноби уровня джунинов. Убери его сейчас же!» - приказала Коюки со своим самураем, подчиняя всех шиноби Конохи. «Я вижу Коюки-чан властно, как всегда», - сказал Наруто, появившись из тени с улыбкой на лице, хотя она была скрыта черной тканью, которая покрывала все, кроме его одного глаза. «У меня был хороший учитель Наруто-кун», - ответила Коюки, увидев, как чемпион ее страны подошел к ней, и он поцеловал ее руку, как джентльмен. «Если можно ... Я хотел бы спросить о тех Шиноби Листа?» - спросил Наруто, а Коюки посмотрела на него, приподняв бровь. "О! Какая просьба?" - спросила Коюки, а Наруто улыбнулся за черной тканью. «Я хотел бы быть тем, кто их казнит», - ответил Наруто, пока Коюки обдумывал это. «Почему бы и нет? Я не понимаю, почему ты не можешь. Кроме того, я уверена, что эти Шиноби Листа были среди тех, кто причинял боль и унижал тебя, когда ты рос. Я думаю, что это честно, если ты вернешь услугу должным образом, - ответил Коюки, и Наруто еще раз поцеловал ее руку. «Ты такой же добрый, как и мудрый и красивый», - сказал Наруто, и Коюки хихикнула. «Продолжай в том же духе, и ты увидишь, какой доброй я могу быть сегодня в постели», - сказала Коюки с соблазнительной улыбкой на лице, в то время как Наруто усмехнулся. «Я с нетерпением жду этого», - ответил Наруто, прежде чем снова уйти в тени, и Коюки удовлетворенно вздохнула, зная, каким был этот человек, когда они были вместе. «Вот если бы мне не пришлось делить его с несколькими другими женщинами. Ну что ж. Если бы я не делила его, то мне было бы слишком больно вставать с постели утром или нормально ходить днем", - сказала Коюки с улыбкой на лице, потому что у юного воина действительно была выносливость, за которую женщины готовы убить, чтобы их мужчина обладал такой энергией. (Коноха когда-нибудь позже) "Что случилось, Джирайя?" спросила Цунаде увидев, как Саннин вернулся в Коноху после избиения самураем, был окровавлен сильными нападающими, она увидела его покрытое шрамами лицо. «Хорошая новость в том, что я связался с Наруто. Плохие новости... он в основном сказал мне, что ты должна засунуть предложение, которое я должен был передать ему, тебе в задницу», - ответил Джирая, слегка морщась из-за травмы, которую Цунаде переместила лечить, но обнаружила, что она совсем не заживает, и, казалось, светилась малиново-красным светом, когда она пыталась. "Я верю, что это были его слова, а НЕ ваши?" - спросила Цунаде, а Джирая издал звук, который сказал ей, что это его способ выразить это в двух словах. «Нет, но в основном так думал об этом Наруто, прежде чем он сделал это с моим лицом за несколько минут до ухода», - ответил Джирайя, увидев, что Цунаде нахмурилась из-за неудачной попытки исцелить его. «Итак, этот мальчишка был в Стране Весны, как мы и думали», - ответила Цунаде с рычанием, которое вскоре последовало. «О да! Он был там в порядке, и поверь мне, Цунаде... он больше не просто сопляк. Больше нет», - ответил Джирайя, прежде чем объяснить, что произошло со скоростью Наруто, превышающей его собственную, и мечом Джуби или Архидемона, как его иногда называли в древних легендах о мечах. "Черт возьми!" - воскликнула Цунаде, обвиняя Наруто во многих вещах в своей жизни, и в падении Конохи, являющейся одним из них. Разрушение Конохи во время атаки Кьюби. Смерть Кушины во время беременности, из-за которой лиса вырвалась на свободу. Вынудив ее сенсея вернуться на пенсию после этого. Она даже обвинила Наруто в резне Учих, поскольку Учиха планировали переворот, взяв под контроль Коноху, потому что так много людей не доверяли им из-за их связи с Кьюби через Шаринганские глаза, которые были родословной клана. Даже в собственной смерти Сандайме она обвинила Наруто в том, что он был где-то в другом месте, когда он был нужен в Конохе, чтобы защитить его, а не сражаться с другим ослабленным Джинчурики за пределами его стен, с которым могли бы справиться несколько других шиноби. "Хокаге-сама?" - спросила Шизуне, входя в офис, чтобы увидеть, как Цунаде пытается вылечить лицо Джирайи, но безуспешно. "Что?" - резко спросила Цунаде, когда обнаружила, что ее навыки исцеления отталкиваются от исцеления шрамов, которые должны были стать постоянным следом на лице Джирайи. «Здесь есть... большая коробка, адресованная вам... от самой Даймё Весны, - тревожно ответила Шизуне, когда два Чунина внесли коробку в комнату. "Открой это!" Цунаде приказала чунину открыть коробку и отступила, увидев содержимое коробки, прежде чем издать крик возмущения. Что в коробке? Все головы шиноби Конохи уровня джунина, которые отправились с Джирайей в Страну Весны. И записка. Привет, старая сука. Прошло много времени с того дня четыре года назад. Я надеялся, что ты оставишь меня в покое, но на это было слишком много надежд, когда ты послал извращенца, чтобы найти меня и передать свое так называемое предложение в обмен на мою помощь в отражении этого нового врага, которого ты разозлил! Вы действительно ожидали, что я скажу "да" на ваше жалкое маленькое предложение по возвращении? Что я вернусь в Коноху, как слепой, глухой и немой ребенок, которым ты думал, когда мы впервые встретились? Ясно, что ты тупица между нами, если бы считала, что я вернусь, как какой-нибудь скромный питомец! Ты, Джирайя, главы кланов и почти все остальные в Конохе предали меня в тот день. Теперь вы совсем одни и в опасности быть уничтоженным вашими врагами без какой-либо помощи окружающих. Должно быть, деревня страдает, зная, что им приходится отбиваться от стольких врагов без чьей-либо поддержки за четыре года, прошедшие с того дня, как ты ударил меня в спину. Добро пожаловать в мой старый мир, в котором я прожил 12 лет своей жизни, и в ваш новый ад. Подпись к вашему неудовлетворению, Узумаки Наруто P.S. Если вы еще не поняли... Я убил их всех. Все шиноби Листа в этой коробке умерли с ужасом на лицах. Они умирали, как трусы, умоляя меня проявить к ним милосердие и говоря прочую извиняющуюся чушь, которую они не имели в виду. Я просто подумал, что тебе следует знать. "ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ НАРУТО!" - закричала Цунаде, разорвав его письмо, и ударила кулаком по смерти Хокаге рядом с ней. «Это просто одно плохое за другим», - подумал Джирайя, глядя на лица каждого шиноби Конохи в коробке, и действительно видел ужас, который был на них. (В секретном месте) «Все согласны? Вы все верите, что время для атаки на Коноху близко?» - спросил лидер группы, сидящий перед ним. Он был Сёгуном Теней. «Мы согласны, Сёгун-сама», - ответил женский голос, явно готовый к войне. «Будет ли это проблемой для тебя, моя красноглазая ласка? Я знаю, что ты чувствуешь, когда речь идет о некоторых вещах, касающихся Конохи», - спросил Сёгун Теней, а человек справа от него покачал головой. "Я пытался сделать все, что в моих силах, чтобы защитить Коноху. Чтобы защитить спасение моего клана, я уничтожил плоды моего труда, которые были отравлены без возможности восстановления. Передо мной стоит только один истинный путь, и я буду делать то, что должен, когда иду по нему, - кивнув, ответила фигура. «Как скоро Акацуки будет полностью уничтожен изнутри?» - спросил сёгун, пока Итачи смотрел на что-то перед собой. «Скоро. Два наших ключевых игрока в его ликвидации, кроме меня, находятся в позиции, но терпение Тоби в отношении того, что организация не может захватить всех Джинчурики, истощается. Мы должны немного ускорить наш график и убедиться, что от организации не осталось ничего, из чего можно было бы восстанавливать, - ответила фигура, кивнув сёгуну. "Статуя?" - спросил сёгун, зная, что это ключ к удержанию Биджу. «Несколько дюжин взрывных меток в ее ключевых структурных точках должны полностью разрушить ее. Треххвостый Биджу был запечатан там после смерти прошлого Мизукаге, когда он проявился год назад. После того, как статуя будет разрушена, Биджу больше не появится еще три года, и еще раз проявится в воде », - объяснил бывший агент Акацуки. «Это нормально. Пусть Биджу живет, как хочет, когда проявляется. Как дела у Ивы и Кумо? Как они сейчас?» - спросил сёгун, услышав, как вокруг него вертятся бумаги. «Оба жаждут драки с Конохой. Однако Ива не так сговорчив, как мы надеялись, и планирует атаковать без вашего согласия, Сёгун-сама», - ответил грубый мужчина с рыжей бородой, мерцающей в свете свечи. «Без сомнения, они делают это из-за того, что забрали вас и Хана от Ивы, потому что я не потерпел, чтобы они относились к вам как к бездумному оружию, Роши», - ответил Сёгун Теней фигуре, которой был Роши из Ива. «Это и ты победил Сандайме Цучикаге на расстоянии дюйма от его жизни, когда он пытался помешать тебе забрать нас у Ивы», - добавил Роши, кивая сёгуну. «К счастью, его внучка смогла временно занять его место и согласилась позволить вам двоим пойти со мной. Теперь кажется, что Сандайме Цучикаге решил перестать ждать, пока мы сделаем наш ход. Для кого-то, получившего известность под именем 'Сиделка за забором', он не соответствует своей репутации, и я подозреваю, что это происходит потому, что старые раны открываются перед людьми, - ответил сёгун, и многие из его совета кивнули. «Кумо на борту. Все, что им нужно, это хотя бы один Хьюга», - ответил женский голос, когда началось собрание, и сёгун увидел, как ее кошачьи глаза светятся. «И у Райкаге будет один. Я человек слова. Все, что я прошу взамен, это то, что Хьюга, который он получит, не тот, который мне нужен», - ответил сёгун, кивнув женщине, поскольку это была сделка, заключенная между ними. «Я напомню ему об этом, Сёгун-сама», - просто сказала женщина. «Спасибо. Кроме того, есть еще одно последнее дело, касающееся Орочимару», - ответил сёгун, и остальные кивнули. «Он все еще не спит, хотя выживает, как обычный паразит, которого все мы знаем и которым он является в жизни», - сказала рыжеволосая женщина в очках. "Кто-нибудь пытался связаться с ним?" - спросил сёгун, кивая рыжеволосой женщиной. «Коноха послала ему сообщение с просьбой о помощи против вас. Они обещают ему полный иммунитет от всех прошлых преступлений и шанс продолжить его эксперименты в Конохе, при условии, что все они будут заключенными в тюрьме», - объяснила женщина, в то время как сёгун зарычал. «Лицемеры. Все они. Пусть Саннин направится в Коноху. Мы выпотрошим каждую из его баз, прежде чем он будет на полпути», - ответил сёгун, и все кивнули. "А Ива и их растущее нетерпение?" - спросил Роши, пока Сёгун молчал. «Мы скоро разберемся с Ивой, как только Акацуки больше не будет. Нагато и Конан позаботятся о том, чтобы Цучикаге был унижен», - ответил сёгун, с кивком от группы. Когда собрание закончилось, теневые формы доверенных членов совета сёгуна ушли, и теперь остался только сам сёгун. Еще на мгновение погрузившись в темноту, он вскоре покинул ее, а затем пошел в свои личные покои на своей базе и посмотрел на карту, которая была его видением будущего. Все даймё, за исключением нескольких хороших, были слабыми и боязливыми людьми, которые не могли контролировать свои собственные страны, как они предполагали, управляя своими уважаемыми территориями. Слишком долго мир был разделен, рассредоточен и без лидера, способного объединить людей. Именно это увидел Сёгун Теней, глядя на текущую карту мира, сравнивая ее со своим видением, лежащим рядом с ней. Он провел рукой по своему зрению, закрыв глаза, и представил себе рассвет его правления, восставшего из пепла старого. Когда это произошло, у него были сторонники на позиции по всем ключевым моментам, и каждый из них ждал, что он даст сигнал предпринять свои шаги, которые вместе приведут к глобальному изменению ландшафта того, как им управляют. Время, когда даймё не отвечали ни перед кем, кроме себя за свои действия, подходило к концу. Теперь было начало Эры... Сёгуна!