С днём рождения, Хаджиме

Новый год. Самый важный и ожидаемый праздник в году. Его ждут и взрослые, и дети. Все собираются в кругу семьи у праздничного стола, дарят друг другу подарки, строят планы на грядущий год, общаются и вспоминают всё хорошее, что произошло за эти двенадцать месяцев. Именно в этот день все заботы будто исчезают, каждый человек словно вновь на мгновение становится ребёнком, который с трепетом ждёт праздничных фейерверков, подарков и весёлого старичка с белоснежной бородой. Многие граждане даже решают дарить новогоднее настроение другим, облачаясь в костюмы и напевая весёлые песни. Но точно известно одно. В этот день весь мир наполняется волшебством.

***

Кокичи спал в своей комнате, укрывшись одеялом так, что оттуда торчала только его макушка. Он весь вчерашний вечер упаковывал подарки для друзей и одноклассников, складывал их в чемодан и прятал подальше, из-за чего жутко вымотался. Он надеялся поспать подольше, но его разбудил скрип двери в его комнате. Внутри послышались тихие шаги, и вскоре пришедший аккуратно убрал одеяло с лица Омы, из-за чего он недовольно промычал и зажмурился, поскольку яркий свет, бьющий из окна, предательски упал прямо в глаза. — Ома-кун, просыпайся. Пора вставать. Сегодня важный день, — послышался ласковый голос Каэдэ, которая присела на край кровати друга и погладила его по голове, убирая волосы с лица парня. — Ещё пять минут... — Не капризничай. Все уже встали. Харукава-чан хотела разбудить тебя сразу, но я решила дать тебе понежиться подольше. — Я уже не ребёнок, — Кокичи обиженно надул щёчки, но открывать глаза не стал. — Но ты вчера так старался. Ты заслужил отдых, однако нам пора собираться. — Куда? — Ома повернул лицо к Акамацу и приоткрыл один глаз. — Ты забыл нашу традицию? За город, конечно же. И Кокичи действительно забыл спросонья. Каждый год ученики трёх классов Пика Надежды ездили за город, где отдыхали все праздники вместе, чтобы почувствовать дух нового года и сплотиться ещё больше. И каждый раз один из классов отвечал за организацию этой традиции. Если в прошлом году всем заправляли бывшие ученики класса 77, то в этом году Каэдэ лично позаботилась о том, чтобы всё было в лучшем виде. Она контролировала процессы закупки украшений, следила за тем, чтобы у всех были готовы подарки, чтобы было готово меню, чтобы пригласили всех друзей и многое другое. Девушка очень серьёзно восприняла на себя обязанность организатора и даже не давала Шуичи ей помочь. — Стоп. Это уже сегодня? — Ома сел, сонно потёр глаза и посмотрел на пианистку. — Да, уже сегодня. Мы в 14:00 поедем на место, чтобы всё подготовить заранее. Остальные подтянутся к 21:00. — Хорошо, значит, время ещё есть. Тогда выйди. Я буду переодеваться, — парень зевнул, после чего встал и потянул Каэдэ за рукав в направлении выхода. — Ладно. Увидимся позже. Не опаздывай, — Акамацу покинула комнату друга и закрыла дверь. Оставшись наедине с собой, Кокичи посмотрел в окно. На улице вся земля, деревья и кусты были покрыты толстым слоем снега, который сиял из-за солнечных лучей. На ветке сидели воробьи и грелись, прижавшись друг к другу. В доме пахло пряниками, шоколадом, мандаринами, ванилью и прочими приятными ароматами еды. Всё окружение казалось какой-то сказкой. Ома улыбнулся, предвкушая развлечения с близкими, и сразу достал из шкафа нужную одежду. Он быстро надел джинсы, свитер, который ему подарила Каэдэ, куртку и шапку, после чего накинул на плечо рюкзак и пошёл к выходу из дома. Но в дверях парень наткнулся на Анджи. — Ты куда, Ома-кун? — За конфетами. После Кокичи просто ушёл, попутно вставляя наушники в уши и включая музыку в них, не дав девушке сказать что-то ещё. Ома шёл по ещё неочищенным дорожкам, изредка выключал мелодии, чтобы прислушаться к хрусту снега под ногами. Он улыбался, иногда щурясь от яркого солнца на белоснежном покрове земли. Парень пару раз катался на замёрзших лужах и скользких тротуарах, вспоминая, как он это делал в прошлые годы. Мысль о скором воссоединении с друзьями заставляла тёплое чувство приятного волнения и ожидания поселиться в груди Кокичи. "Интересно... Как там Комаеда-кун? У его мужа завтра день рождения. Комаеда-кун не будет Комаедой-куном, если не вытворит что-то необычное. В хорошем смысле слова..."

***

Мальчик с каштановыми волосами спал в своей кроватке, укутавшись в одеяло. Он мирно посапывал, пока не услышал звон своего будильника. Малыш зажмурился, а затем медленно открыл глаза и сонно осмотрелся. Он потёр лицо ладошками и попытался понять, который сейчас час, год, месяц и день. Когда же к мальчику пришло осознание, он сразу вскочил с места, вышел из комнаты и помчался вниз по лестнице. Нагито подошёл к ёлке и достал оттуда свой подарок, улыбаясь. Комаеде доставалось всё, что он хотел. Родители не очень любили сына, поэтому пытались загладить недостаток заботы и внимания с помощью игрушек и прочих вещей, которые могли порадовать мальчика. Сам счастливчик всё равно чувствовал себя одиноким и лишним в столь большом доме. Малыш с раннего детства приспособился к подобной жизни, стал самостоятельным. Он мог сам играть в игрушки, мог сам выходить гулять, учить уроки и многое другое. Развязав ленточку и открыв коробку, Нагито достал оттуда щенка с красным бантиком вместо ошейника. Комаеда неуверенно достал пёсика и легонько прижал к себе, боясь сделать питомцу больно. Золотистый ретривер посмотрел на своего нового хозяина, высунув язык. Он начал обнюхивать его, заставляя хихикать, трогать его лапкой, а затем внимательно смотреть в глаза. — Ты будешь... Моим другом? — беловолосый приподнял щенка над землёй и серьёзно посмотрел на него, после чего тот лизнул его носик, — сочту за согласие, — мальчик лучезарно улыбнулся и обнял своего товарища.

***

Нагито медленно открыл глаза и приподнялся на руках. Он осмотрелся, сонно потирая глаза, и заметил мирно спящего Хаджиме рядом с собой. Комаеда улыбнулся, лёг на подушку и поцеловал возлюбленного в лоб. Беловолосый смотрел на Хинату глазами, наполненными любовью и нежностью, стараясь не разбудить свой объект обожания. Два года назад парни сыграли свадьбу. Это был серьёзный шаг, который сделал влюбленных по-настоящему счастливыми. Вся их совместная жизнь проходила спокойно. Без ссор и криков. В глазах друзей они были идеальной парой. Русоволосый был единственным, кто мог понять счастливчика и дать ему осознать, что он действительно любим и важен, а Нагито был единственным, кто мог утешить мужа даже без слов, кто мог приласкать его и дать совет. В общем, их узы всё крепчали и становились устойчивее, а все их друзья и близкие уже строили планы на то, как эти двое усыновят детей. Со дня свадьбы у Комаеды появился собственный утренний ритуал. Каждый день он рассматривал Хаджиме, перебирая его волосы, пока возлюбленный спал. В первые дни счастливчик просто не верил в то, что они теперь в браке, что Хината теперь его и ничей больше. Его сердце принадлежит только Нагито. Поэтому он просто старался запомнить каждую деталь в лице возлюбленного, словно беловолосый боялся, что его объект обожания испарится, как сон. Со временем эта традиция укоренилась. Теперь Комаеда не мог считать утро добрым, если оно начинается не с милого личика русоволосого напротив. Счастливчик случайно коснулся уха Хаджиме, из-за чего тот проснулся и медленно открыл глаза. Он сонно поморгал пару раз, а затем обнял возлюбленного, прижав его к себе. — Который сейчас час? — Рано. Поспи ещё. — Как рано? — Пол шестого утра, — да, это была ложь, но только так беловолосый мог дать любимому отдохнуть ещё. — Тогда и ты спи... — Буду. Только схожу попить, ладно? — Хорошо. И возвращайся. Без тебя не так приятно спать. — Обязательно. Я ведь не могу бросить любовь всей моей жизни! — Нагито улыбнулся и поцеловал мужа в носик. — И я тоже тебя...— Хаджиме зевнул, — люблю. Ладно, иди. Я тебя подожду. Комаеда кивнул, укрыл Хинату одеялом и тихо вышел из спальни. Он уже знал, что русоволосый заснёт за минуту и не успеет понять, что возлюбленный просто решил дать ему поблажку в виде отдыха.

***

Каэдэ и её одноклассники приехали в нужный дом как раз вовремя. Само здание представляло собой милый двухэтажный домик с кремовыми стенами, множеством окошек, балконом, небольшой террасой и рыжей черепицей на крыше. Акамацу считала, что уют должен стоять превыше всего, а это место полностью отвечало всем требованиям и также было очень красивым. Сразу же началась предновогодняя суета. Кайто принёс ёлку и вместе с Маки поставил её в гостиной. Гонта притащил сначала кучу коробок с украшениями, а затем коробку с Кокичи, сидящим в ней. Остальные парни разбрелись по всему дому. Девушки же уединились на кухне, начиная греметь посудой. В общем, подготовка к празднику шла полным ходом. Акамацу пусть и помогала Кируми, но успевала изредка пробегаться по дому, чтобы посмотреть, где парни, чтобы они случайно не сломали что-нибудь. Кокичи очень быстро наскучило украшать ёлку и дом, поэтому он пытался найти себе новое занятие. Он заметил, как из кухни вышла Тоджо и подскочил к ней. — Что случилось? — девушка посмотрела на одноклассника. — Что делаешь? — Готовила. Сейчас иду за шваброй. Муку просыпали. А ты разве не должен украшать ёлку? — Должен, но не обязан. — Я не ожидала от тебя другого ответа. И что ты задумал на этот раз? — Что? Ты думаешь, что я могу задумать что-то плохое? Да как ты можешь?! — Кокичи изобразил плач. — Какие у тебя планы на новый год? — Так бы сразу и сказала! — слёзы исчезли с лица Омы, а на их место пришла улыбка. — Я хочу поцеловать кое-кого. Некоторых. — Некоторых? Их несколько? — Да. И я даже омелу взял! — парень похлопал по своему карману. — Ты сможешь мне помочь? — Как? — Я повешу омелу в проходе между гостиной и кухней, а ты задержишь того, с кем я прийду, в дверях, чтобы мы попали под омелу. — Я не хочу подыгрывать твоим выходкам. — Ты меня не любишь?.. А я всё Акамацу-чан расскажу! — Кокичи вновь изобразил печаль. — Ладно, я помогу тебе. Только не разводи панику на пустом месте. — Я всегда знал, что ты меня любишь, ни-ши-ши! Я сейчас! Ома сорвался с места и побежал в комнату Рантаро. Он постучал в дверь один раз, но никто не открыл, второй и третий разы ждала та же судьба. Тогда парень решил не стоять без дела и сам вошёл внутрь. Сам Амами спал на кровати, отвернувшись спиной к двери. Зеленоволосый подложил руку под голову, слегка улыбаясь сквозь сон, а ноги он поджал к себе. Сейчас Рантаро был похож на ребёнка, но эта милая картина не растрогала Кокичи. Он стянул одеяло с друга, но тот лишь промычал и продолжил спать, тогда Ома прыгнул на кровать одноклассника, из-за чего тот упал на пол. — Что это было? — Амами удивлённо посмотрел на своего незванного гостя. — Землетрясение. — Что? — Ты его проспал. Вставай. Всю жизнь проспишь! — Ну... Говорят: "Как новый год встретишь — так и проведёшь". Именно поэтому я хочу провести его во сне, чтобы я мог нормально высыпаться в грядущем году. — Это глупо! Мы все хотим спать, но работаем, а ты отлыниваешь от подготовки к празднованию, — Ома обиженно надул щёчки и отвернулся, сложив руки на груди. — Ладно-ладно. Не злись на меня. Я встаю. — Я не буду тебя ждать. Сам дойдёшь. Кокичи вышел из комнаты и вернулся в гостиную. Там он опёрся спиной об косяк двери, ведущей на кухню, поднял голову, достал из кармана омелу и повесил её над собой, подпрыгнув. К счастью, в этот момент Рантаро всё ещё был в своей комнате, где он пытался найти свитер, который ему подарил Ома в прошлом году. Обнаружив потеряшку, Амами надел её на себя и подошёл к Кокичи с задержкой в пять минут. — Что ж. Ты заставил меня ждать. Нехорошо. — Прости, я пытался найти твой прошлогодний подарок. — Ты действительно его надел? — Ома удивлённо захлопал глазами и слегка покраснел, после чего отвернулся. — Ну да. Он мне дорог. Ты ведь выбирал его, упаковывал и так мило волновался, наблюдая за моей реакцией. — И вовсе я не волновался! Тебе просто показалось! — Ладно, чем тебе помочь? — Подойди поближе. — Ну? — Рантаро сделал шаг к другу. — Ещё ближе. — На кухню? — Амами собирался войти в комнату, но путь ему преградила Кируми. — Прости, но здесь работаем мы. Сюда пока нельзя. Санитарные меры. Сам знаешь. — Да, я всё понимаю. Прости, Тоджо-чан. — Ничего, — девушка вернулась обратно к одноклассницам. — В чём дело, Ома-кун? Скажи прямо, что тебе нужно. — Ну, всего лишь... Омела, — Кокичи хитро улыбнулся. — Ты о чём? — Рантаро поднял голову и заметил растение, — что ж... Ты меня подловил, — он наклонился к Оме и прошептал: — Закрой глаза. Кокичи неохотно выполнил указания, но результат его явно не удовлетворил. Рантаро поцеловал его в нос, после чего улыбнулся и потрепал по голове со словами: "Прости, не удержался. Ты такой милый. Ты же не думаешь, что я поцелую тебя под омелой при всех? Поцелуй должен быть искренним и от чистого сердца, а не вынужденным под омелой. Хотя, кто знает, что принесёт тебе эта ночь...". После Амами подмигнул и ушёл искать Шуичи, чтобы помочь ему. Ома обиженно надул щёки, но долго злиться он не стал. Рантаро не сказал, что не любит Кокичи. Он вселил ему надежду, что, возможно, поцелуя он всё-таки дождётся.

***

Нагито сидел на подоконнике в своей комнате, смотря на заснеженный двор пика Надежды. Совсем скоро у ребят из класса 77 должна была состояться некая дискотека, посвящённая празднованию нового года. Комаеда не особо любил шумные места, но если в таких компаниях есть абсолютные, то беловолосый мог и потерпеть. Особенно если эти абсолютные — твои одноклассники. Да и эти собрания у ребят всегда проходили необычно. То Гандам приведёт медведя или ещё какое-нибудь дикое животное, то Аканэ с Некомару решат устроить тренировку в середине зала, то Чиаки уснёт, а Нагито приходится нести её в комнату. Да даже если бы парень и захотел остаться в своей комнате на весь вечер, закрывшись ото всех, то его бы силком достала Чиза и притащила за ухо к остальным ребятам, повторяя, что он прогнивший апельсин, что надо проводить время с друзьями, а не становиться сычом. Но даже при том, что поход на такого рода мероприятие был неизбежен, счастливчик не спешил собираться. Он лишь молча изучал плавно падающие с неба и кружащиеся в воздухе снежинки, сидя в тёмной комнате в своей школьной форме. Нагито прислонился к стеклу лбом, прикрыв глаза. Такая атмосфера умиротворяла. Ещё бы чуть-чуть и Комаеда бы заснул, но огоньки гирлянд назойливо мелькали и не давали парню погрузиться в царство Морфея. Внимание счастливчика привлёк парень с русыми волосами и торчащим ахогэ, одетый в тёплую куртку, оранжевый шарф и перчатки. Он медленно шёл по дорожкам возле окон здания со стороны резервного крыла, уставившись под ноги, изредка останавливаясь, чтобы посмотреть на небо. Как только он подошёл к одному из фонарей и обернулся в сторону Нагито, Комаеда смог разглядеть лицо незнакомца. Парень оказался довольно привлекательным и милым. Он обратил взгляд оливковых глаз прямо на счастливчика. Щёки ученика стали слегка алого цвета то ли от мороза, то ли от смущения. Осознав, что внимание Нагито обращено на него, резервный зарылся носом в шарф и поспешил затеряться во тьме, скрываясь от взора Комаеды. — Нагито!

***

— Нагито! Ты меня слушаешь? Беловолосый вздрогнул и посмотрел на возлюбленного, который сидел на водительском кресле. Всё время поездки Нагито смотрел в одну точку, из-за чего Хаджиме начал волноваться. Он боялся, что Комаеде снова стало плохо, а тот не хочет потревожить любимого и сорвать ему праздник. — Прости, я задумался. — Точно всё хорошо? — Конечно! А может быть иначе? Я ведь с тобой. А почему ты спрашиваешь? — Ну, ты не шевелился, смотрел как-то отстранённо, молчал... — Оу... Прости. Я ведь не так уж и долго думал. Да? — Ну... Мы уже пять минут как приехали. Я пытался тебя расшевелить всё это время. — Правда? Мне жаль... — беловолосый виновато опустил голову. — Ничего страшного. Но если тебе станет плохо... — Я сразу скажу тебе об этом. — Вот и хорошо. Пошли. Думаю, нас все ждут. Парни вышли на улицу. Счастливчик прошёлся по снегу, прислушиваясь к его хрусту под ногами. Он улыбнулся и посмотрел на Хинату, который запирал машину. Тогда Нагито подошёл к возлюбленному, положил руки ему на плечи и попросил не двигаться. Комаеда вытоптал сердечко вокруг русоволосого и поцеловал его в щёку, из-за чего тот покраснел, улыбаясь. — Ты самый прекрасный во всей вселенной! Я люблю тебя! — счастливчик обнял Хаджиме и положил голову на плечо. — Я тоже тебя люблю. Больше всего на свете, — Хината закрыл глаза, поглаживая возлюбленного по спине, но вскоре он почувствовал возню беловолосого, — что ты делаешь? — Ничего. Просто снег идёт... — И... Стой. Нет, — Хаджиме посмотрел на Нагито и заметил, что тот ловил снежинки языком, — заболеешь же! — Но я чуть-чуть. Я же не ем сосульки. — Но у тебя это есть в планах, да? — Хорошо, я не буду есть снежинки...— Комаеда отошёл от русоволосого, — но... — он отвернулся и быстро слепил снежок, — сегодня ты не сможешь быть таким хмурым. — Что? — Вот что, — счастливчик бросил снежок в Хинату. — Значит, ты выбрал войну? Хаджиме кинул снежок в беловолосого, пока тот лепил новый. В итоге эти двое начали гоняться друг за другом, попутно бросая друг в друга снежки. Нагито просто хотел дать Хинате почувствовать тот детский восторг, который он давно забыл из-за повседневной рутины. В эту неделю он просто обязан быть счастлив, а не думать о всяких отчётах, работе и прочих раздражителях, которые так выматывали русоволосого. Нет, Комаеде нравилось, когда Хаджиме обнимал его после работы, дремал на его коленях, рассказывал за ужином о том, как прошёл день, и многое другое, но за всеми плюсами скрывались минусы в виде недосыпания, усталости и прочего. Так что беловолосый твёрдо решил, что в эту неделю Хината забудет обо всём плохом. Он сделает всё, чтобы любимый был счастлив. Как только эти двое вымотались, счастливчик упал в снег и начал делать снежного ангела. — Что ты задумал? Вставай. Здесь холодно. — Я делаю снежного ангела. — Ты и есть мой ангел. Поднимайся. Я не дам тебе заболеть. Русоволосый взял Нагито за руку, но тот притянул его к себе, из-за чего Хаджиме тоже упал снег и прижал Комаеду к земле. Парни долго смотрели друг другу в глаза, а затем рассмеялась, обнимаясь. Но всю эту идиллию прервал голос, доносившийся с крыльца. — Я, конечно, дико извиняюсь и не хочу прерывать ваши брачные игры, но все ждут только вас... — Хиёко недовольно надула щёчки. — Быстрее. Шевелитесь, голубки. — Да, мы идём. Возлюбленные встали с земли, отряхнулись и вошли в дом. Сразу же на шею счастливчика кинулся Кокичи, а следом к ним присоединился и Рантаро, а к Хинате подошли Макото, Комару, Каэдэ и Шуичи. — С наступающим! — Макото обнял Хаджиме. — Взаимно! Счастья, здоровья и семейного благополучия с Киригири-сан, — Хината обнял Наэги в ответ. — И Вам того же с Комаедой-саном! — Комару хихикнула. — Сколько лет! Сколько зим! — внезапно из дверного проёма показался Казуичи. — Мы не виделись всего неделю, — русоволосый усмехнулся и пожал руку другу. — Ты всё такой же зануда? — Миу подошла ко всей компании с тарелкой печенья в руках, — а вы детей ещё не планируете? — Ирума-чан, нельзя спрашивать так прямо. Это их личное дело. Если время прийдёт, то они усыновят себе кого-то. Да? — Каэдэ улыбнулась и посмотрела на Нагито, получив одобрительный кивок. — Извиняйте. Печенье будете? — Спасибо. Я пока не хочу сладкое. Лучше со всеми поздороваемся, — Хаджиме снял с себя шарф и повесил на вешалку. — Многое теряете. Тоджо-сан очень вкусно готовит, — Шуичи улыбнулся. — Но не вкуснее меня! — из ниоткуда появился Терутеру с подносом в руках. — В прочем, всё равно вы попробуете мою готовку за ужином. — Чего стоите в дверях, как неродные? Проходите, — Рантаро кивнул в сторону зала, — поговорим за столом. — Я по всему дому омелу развесил. Не благодари, — Кокичи отпустил Комаеду и пошёл к остальным гостям.

***

Праздник был в самом разгаре. Уже стемнело. За окном были видны луна и звёзды, ярко сияющие на небе, заставляя снег переливаться под ними. В доме загорелись гирлянды, а все его обитатели сидели за большим столом, который ломился от разного рода закусок и блюд. Все смеялись, общались, рассказывали о планах на будущий год, вспоминали все забавные и интересные ситуации, которые произошли с ними в этом году. Был слышен звон бокалов с шампанским, комнаты были пропитаны ароматами мандаринов и рождественских пряников. Казалось, что все были счастливы, но из любого правила есть исключение. Кокичи сидел в тёмной комнате и смотрел на мерцающие огоньки ёлки, забившись в угол дивана и поджав под себя ноги. Он держал в руках кружку с горячим шоколадом, сверху которого плавали маленькие пастилки зефира. Ома будто ушёл в себя и выпал из реальности. Беловолосый откинулся на спинку стула и посмотрел сквозь дверной проём, ведущий из кухни в зал, где сидел Кокичи. Он смог почувствовать что-то неладное, ведь Ома редко был один. Он всегда любил находиться в компании, подшучивать над кем-то, но сейчас он будто увядал. Просто тихо сидел в одиночестве, изредка вздыхая. Счастливчик привстал со стула. Он хотел поговорить с другом, но Хината усадил его на место, положив руку на плечо, а затем дёрнул Сайхару за рукав. — Ты бы проверил Ому. Он сам не свой. — Что? — детектив встал с места, поблагодарив за ужин, и заглянул в зал. Убедившись, что Кокичи действительно сидит один, пока всё развлекаются, в голову Шуичи стали пробираться ужасные предположение того, что могло случится с Омой. Сайхара тихо подошёл к дивану и сел рядом с парнем, аккуратно положив ладонь ему на плечо, из-за чего Кокичи вздрогнул и обернулся. — Почему ты здесь один? — А почему ты спрашиваешь? — Ома улыбнулся, будто ничего не случилось. Будь на месте Сайхары кто-то из класса Макото, например, он бы сразу купился на столь правдоподобную улыбку парня, но детектив слишком хорошо знал Ому. Этот трюк с ним не пройдёт. Каким бы опытным лжецом Кокичи не был, Шуичи всё равно смог раскусить его ложь. — Отвечаешь вопросом на вопрос? — Ты тоже, — Ома не планировал так просто сдаваться. Он сделал глоток своего напитка и отвернулся. — Хм... — "Ясно, разговор у нас не клеится... Переходим к плану Б", — ты веришь в Санту? — Что? — Ты веришь в Санту? — Я искренне восхищён Сантой-саном! Он так легко смог обмануть миллионы людей! — Вот как... Только это? Ты не думаешь о том, как он делает миллионы детей счастливыми? Точнее вера в него. — Не всех детей он может сделать счастливыми... — Расскажешь, что тебя мучает? Не держи в себе. — Ничего меня не мучает. Я в полном порядке. — Ома-кун... — Сайхара взял Кокичи за руку и посмотрел ему в глаза. — ...Ладно. Но если ты кому-нибудь расскажешь... — Я буду молчать. Обещаю. — Смотри у меня. В общем... Мне тяжело слушать то, как вы рассказываете о подарках, которые вам дарили семьи или близкие, притворяясь Сантами, потому что... Потому что обо мне некому было позаботиться... Я рос один. У меня не было семьи и того чуда, о котором все говорят... Моей родственной душой стал Комаеда-кун, но, думаю, он не поймёт моих чувств сейчас, ведь родители дарили ему подарки на новый год. Возможно, мне просто тоскливо из-за моей неполноценности... Я был лишён материнской любви... Поэтому пытаюсь восполнить её в лице Тоджо-сан и Акамацу-чан... Но сейчас я просто хочу побыть один... — Мне жаль это слышать. Пусть то время уже упущено, но тебе нельзя опускать руки. Сейчас ты окружён теми людьми, кому ты дорог, кто тебя любит. Мы дарим друг другу подарки, веселимся. Забудь о плохом на время праздников, а потом ты сможешь высказать абсолютно всё, что накопилось. Я выслушаю тебя. Обещаю. Я переведу тему за столом на что-то, что будет комфортно тебе. Только не закрывайся от нас. И я уверен, что Тоджо-сан и Акамацу-чан тоже тебя очень любят. Акамацу-чан заботится о тебе, как о собственно сыне. Я не дам тебе сидеть здесь одному и думать о плохом. Все заметили твоё отсутствие. Ты нам нужен. Ома поднял взгляд на детектива, слегка покраснев. Шуичи положил руки на щёки Кокичи и искренне улыбнулся, прошептав: "Я не оставлю тебя одного. Обещаю". На мгновение оба замерли, а затем прикрыли глаза и потянулись друг к другу, но в комнате внезапно включился свет. Селес смотрела на парней, которые тут же отскочили друг от друга. — Извиняюсь, — Люденберг взяла свою новую колоду карт с журнального столика возле дивана и ушла, выключив свет обратно. — Так... Ты вернёшься к нам? — Сайхара закрыл лицо кепкой, стараясь скрыть смущение. — Да. Уже иду, — Ома натянул на себя свой платок.

***

За десять минут до наступления нового года все вышли на улицу, чтобы поиграть в снежки. Ранее расстроенный Кокичи расшевелился и закидал всех снегом. Тогда его поймал Кайто и пихнул в снежный ком так, чтобы он не смог выбраться самостоятельно. К нему подошли Рантаро, Шуичи и Киибо. Ома обиженно буркнул: "Смейтесь...", но Амами принёс хоккейную клюшку, наверху которой висела омела. Парни одновременно поцеловали Кокичи в щёки и лоб под бой курантов и взрывы салютов, из-за чего тот густо покраснел. Казалось, что даже снег вот-вот растает из-за его смущения. А Нагито же оттащил Хинату за угол, чтобы их никто не видел. Он посмотрел на часы и, как только наступило первое января, поцеловал его в губы, обнимая за шею. Хаджиме прижал Комаеду к себе за талию, прикрыв глаза. После долгого поцелуя, беловолосый отстранился и обнял мужа. — С днём рождения, Хаджиме. Ты самый умный, самый добрый, самый красивый, самый милый... Самый-самый! Я люблю тебя больше жизни. Если бы не ты... Я не знаю, что могло бы со мной случиться. Ты изменил меня. Ты стал моим смыслом жизни. Я не могу жить без тебя. 1 января родился мой самый прелестный ангел, которого зовут Хаджиме. Ты мой мир, — счастливчик расцеловал лицо смущённого русоволосого, — и я хочу пожелать тебе тебе здоровья, терпения, побольше счастливых дней, почаще улыбаться и всего самого наилучшего. А я всегда буду рядом с тобой, чтобы сопровождать тебя и оберегать. Знай, что ты самое дорогое, что у меня есть. Ты мой самый любимый, мой самый замечательный. И твой подарок ждёт тебя у нас дома. Хочу, чтобы ты открыл его наедине со мной. С днём рождения и новым годом, мой апельсинчик, ежонок, самый лучший человек в мире! Пусть всё плохое останется в прошлом и забудется! Я люблю тебя! — Нагито... — русоволосый густо покраснел, напоминая помидор, и вытер слёзы счастья, — я тоже тебя люблю больше всего на свете. И я ни за что тебя не брошу. Я всегда буду рядом. И ты и есть мой подарок. — Не плачь, прошу, — Нагито положил руки на щёки возлюбленного и вытер слёзы. — Знаешь, я так счастлив, что мы встретились с тобой. — Я тоже. Никогда не забуду, как впервые увидел тебя. Ты всё такой же милый. Особенно когда смущаешься. — И вовсе я не милый. — Милый. Даже не спорь. — Тогда ты ещё милее, — Хаджиме поцеловал Комаеду в щёку, — идём. Наверное, нас уже потеряли. Парни взялись за руки и пошли в сторону остальных друзей, где их уже ждали с фейерверками в честь дня рождения Хинаты. Киотака отвёл всех подальше от Мондо, который поджигал фитили, начиная рассказывать о технике безопасности. Махиру достала камеру и начала снимать всё на видео. Комаеда же прижался к русоволосому, обнимая его за руку. Заметив это, Чиаки дёрнула Коидзуми за рукав и кивнула в сторону возлюбленных. — Горько! — Комару выкрикнула это и заулыбалась, заметив смущение именинника. Но беловолосый притянул Хаджиме к себе и поцеловал в губы, а в этот момент за спиной парней в небе начали взрываться фейерверки. Сразу же Махиру сделала фото и явно осталась довольна своей работой. Нагито отстранился и уткнулся лбом в лоб Хинате, прошептав: "С днём рождения и новым годом, Хаджиме"