Что для тебя значит счастье?

К ним подъехала чёрная легковая машина. Она остановилась, и оттуда вышел Федя, скучающим взглядом рассматривая Ваню и Маргариту. – Ну и чего ты так долго, Рыжий? Я уже заждался. Привет, Марго, – Сказал он и махнул ей рукой. Женщина, только заметив его, бросилась к юноше и спряталась за его спиной, – Э, что случилось? – Приветик, Федь, – Улыбнулся Ваня, но у него это получилось слишком нервно. Его глаза всё ещё оставались покрасневшими и влажными, – Я бы скоро приехал, не стоило так волноваться! Мы с Маргаритой просто немного поговорили о... – Что с ней? – Перебил строго Фёдор. Ваня тихо посмеялся, его глаз в то время задëргался. Учительница русского начала всхлипывать за спиной его друга. – Говорю же, просто поговорили! – Рыжий, давай ты не будешь лгать хоть сейчас, – Убедил его Федя, – Я с тобой серьёзно разговариваю, и прошу о том же. На лице Вани читалась безысходность. Его руки дрожали. – Да как так получилось, – Спрашивал он, сам не зная у кого. – Ты чем-то навредил ей? – Не останавливался друг. – Ага, точно. Навредил. Ты правильно угадал, как всегда. Я идиот, козёл и мудак. Можешь придумать ещё какие-нибудь обзывательства, я заслужил, – Сказал Рыжий и пнул близлежащий камень. – Не нервничай, – Убедил его Федя, а потом обратился уже к Маргарите, – Отвести тебя домой? Когда женщина вкрадчиво кивнула, он за руку повёл её к двери в подъезд. На входе туда он с разочарованием глянул на Ваню, после чего скрылся из виду. Ваня стоял (хотя ему очень хотелось упасть на колени от отчаяния), задумавшись над ситуацией. Ему ведь всегда удавалось исправить любую свою ошибку. Да, иногда способы к решению проблем, бывало, вредили окружающим, но всё налаживалось, и зачастую окружающие не так уж и страдали. А сейчас... Что он мог сделать сейчас? Извиниться? Чушь. Он был не настолько наивен, чтобы думать, что Федя с лёгкостью его простит. Ошибки такого масштаба исправить куда сложнее. Неужели всё это произошло в самом деле? Почему он вдруг так обращался с Маргаритой? Бывали случаи, когда он как-то обижал людей грубым словом, но это происходило только в те моменты, когда люди этого заслуживали. А Маргарита что? Ваня точно знал, что, как личность, женщина была милой и интересной. Ему редко удавалось встретить таких хороших собеседников, как она. Да и то, что у неё и Нади сложились отличные отношения его очень радовало, потому что у последней никогда не было подруг. Она постоянно общалась только с ним и Федей, и он был за неё искренне счастлив, когда узнал про её знакомство с Маргаритой. Но теперь, поддавшись чему-то совершенно не важному, какому-то пустяку, он сильно разозлился и чуть не задушил в порыве ярости свою новую подругу. Что стало с ним? Где он свернул не туда? Что такого произошло в его жизни, чтобы он стал таким раздражительным? Может, он стареет? Самым странным было то, что он был согласен сам с собой, говоря всё, что думает про Федю. Его друг действительно слишком чувствителен с рождения, и Ване не хотелось видеть его страдающим от неразделённой любви. Да, Федя всё равно расстроится, если Маргарита не будет обращать на него внимания, но, если она воспользуется им и уйдёт гулять дальше, то он расстроится ещё сильнее, вероятно, даже впадаëт в депрессию. Однако Ваня прекрасно понимал, что Маргарита не такая. К тому же, она вообще не заинтересована в Фёдоре. Ваня сразу понял (ещё когда он впервые увидел Марго, и когда она говорила о свидании с Надей), что ей интересна только её подруга и никто другой. Пока он думал о всех этих вещах, пришёл сам Фёдор. – Садись в машину, тут холодно. – Федя, выслушай меня, а? – Дома выслушаю, лжец поганый. Иди уже, а то оставлю тебя здесь, – Злобно сказал юноша, даже не удостоив его взглядом. – Прости меня, умоляю. Я понятия не имею, что произошло со мной. Они сели в машину. До дома ехали в тишине. В их квартире (той самой, в которой когда-то давно все жили вчетвером) светила старая лампочка, придавая коридору светло-серый оттенок. Было теплее, чем на улице, но всё равно хотелось поскорее забраться в постель. Федя разделся и сразу ушёл на кухню, наливать воду в чайник. Ваня быстро двинулся за ним. – Ты ужинал? – Спросил он будничным тоном у своего сожителя. – Почему ты не сказал, что навестишь Маргариту? – Сказал Фёдор, проигнорировав вопрос друга. – Прости. Я думал, что не сильно задержусь. – Но оказалось наоборот, – Разочаровано добавил темноволосый юноша. – Она хотела узнать больше про Колю, вот я и решил её проводить. – Что же пошло не так? – Ну... У меня произошёл какой-то срыв. – Это я уже знаю, – Печально усмехнулся Федя, так и не посмотрев на него. – Потом я напугал её своим тоном. А дальше, – Ваня резко замолчал. – Понял, – Кивнул друг, – Так почему же у тебя этот срыв случился? О чём вы говорили? Рыжий мгновенно покраснел от носа до ушей, а его голос немного задрожал. – О тебе, – Честно ответил он. Федя удивлëнно вскинул бровь. – Правда? И что такого она сказала, что ты так разозлился? – Она же тебе нравится? – Спросил без капли стеснения Ваня. Друг утвердительно кивнул, – Так вот, она понятия об этом не имела. Даже не догадывалась. Я испугался, что тебе будет неприятно, если она воспользуется тобой. – Что за фигня. – Прокомментировал Федя, и это был не вопрос, – Какого тюленя ты так о ней думаешь? Ты вроде не тупой. – Я знаю! – Крикнул в отчаянии Ваня, – Но... Я будто перестал контролировать свои действия. Говорил то, что взбредëт в голову, – Он с обидой опустил взгляд на холодный пол. На кого он был обижен? Конечно, на себя. Такое случалось уже не первый раз. – Слушай, чувак, мне очень приятно, что ты за меня беспокоишься. Просто причинять вред другим людям во благо себе, ну или своему другу, как-то странно, не считаешь? – Да понимаю я это, не совсем ещё глупый. Сказал же, я не мог себя контролировать тогда. – Но почему? В чём причина? Они замолчали. Федя — в ожидании ответа, Ваня — утонув в своих мыслях. Фёдор наконец посмотрел на него, как не странно, тёплым и ласковым взглядом, а не холодным и обвиняющим. Без улыбки, конечно, но Ваня был рад и такому варианту. Федя подошёл к нему и похлопал по плечу. – Вечно ты попадаешь в передряги. Ну, что могу сказать, теперь я буду звать тебя шизиком. – Ха-ха, заслуженно. Они оба заулыбались. * * * Тем временем Маргарита приходила в себя. Она сидела в своей комнате, рядом скулила Лапа. На тумбе, находящейся рядом с кроватью, стояла кружка для чая, недавно опустошённая. За окном была уже ночь. Маргарита держала в руках не успевший остыть телефон. Почти двадцать минут назад она звонила одному человеку, а теперь ожидала его прихода. Щёки её пока не высохли от слёз, поблëскивая в тëплом свете настольной лампы. На полу валялась одежда, в которой она ходила весь день. Сейчас же женщина была одета в свой любимый халат с детскими рисунками. Лапа уткнулась в Маргариту мокрым носом, пытаясь успокоить хозяйку. Её шелковистая шëрстка жёлтого цвета ощущалась необычно мягкой. Большие чёрные глаза преданно наблюдали за каждым движением Маргариты. Наконец, со стороны входной двери раздался звон. Гость ко всему прочему ещё и нетерпеливо стучал в дверь. – Марго, это я! – Крикнула Надя из-за двери. Хозяйка квартиры поспешила впустить гостью в дом. – Привет, – Поздоровалась вяло она, пытаясь не смотреть на подругу, чтобы та не увидела её заплаканные глаза, – Проходи. Надежда послушно сняла куртку и зашла в её комнату. Здесь она ещё ни разу не была. Женщина улыбнулась, заметив пушистое чудо Маргариты. – Ой, мамочки! Какая милая собака! – Это Лапа. Лапа, поздоровайся. Животное громко и радостно гавкнуло, завиляв хвостом. – Ну, что у тебя произошло? Ты только сказала, что я очень нужна. – Да. Рассказывать, на самом деле, довольно долго... Ладно, просто знай — со мной случилась неприятная ситуация, которая связана с Ваней. Ты можешь объяснить, что с ним не так? Надя шокированно на неё посмотрела. – Ваня?! Он вроде нормальный! Он что-то обидное сказал тебе? – Можно выразиться и так, но он ещё и чуть не задушил меня. То есть, я уверена, что не задушил бы в любом случае, но думал об этом. – Чего?! В смысле, ты не шутишь? – Ты вообще когда-нибудь слышала, чтобы я шутила? Надя серьёзно задумалась над её вопросом. – А ведь действительно. – У Вани всё в порядке с психикой? Никаких травм не было? – Продолжила тему Маргарита. – Если честно, понятия не имею. Мы не всегда жили вместе, поэтому я не знаю, случалось ли что-то с ним или нет. Они сидели на кровати Марго, не то, чтобы очень близко. Рядом с Надей отдыхала Лапа, наслаждаясь поглаживанием по голове. Маргарита мужественно держалась и делала вид, что настроение у неё обыкновенное, хотя на самом деле она чувствовала себя ужасно подавлено (сегодня кто-то впервые проявил к ней агрессию за всю её недолгую жизнь). Однако, стараясь достойно выглядеть перед подругой, она сидела с каменным лицом и выглядела как всегда. – Ваня говорил про Фёдора, будто защищал его. И обзывал меня. Говорил, что я Феде врежу. – Очень на него не похоже, – Кивнула Надя, продолжая увлечëнно гладить Лапу, – У них с детства очень крепкие отношения, но я ещё никогда не видела, чтобы Рыжий в открытую говорил людям всякие гадости, в защиту Феди. Да, он любит иногда пообсуждать кого-нибудь, но чтобы в лицо сказать... – Надя вдруг усмехнулась, – Физические данные ему таких шалостей не позволяют! Уголки губ Маргариты слегка поднялись, образуя скромную улыбку. Надежда была повержена таким великолепным явлением чуть ли не наповал. Её сердце приятно закололо, к лицу прилила кровь, окрашивая щёки в нежно-розовый цвет. Непонятное чувство защекотало в груди, непонятные желания заставили её стыдиться своих же мыслей, однако хотелось... Так хотелось... Надя подсела ближе, слабо (чтобы не испугать) коснувшись холодными пальцами жаркой талии Маргариты. Такое блаженное тепло раззадорило её больше и она подсела ещё ближе, уже вплотную. Марго посмотрела на неё слегка испуганно, однако Надежда не заметила в её взгляде негативных эмоций. Даже наоборот — то был приятный испуг, что несомненно обрадовало блондинку, сердце которой к тому моменту разгорелось страстным пламенем. Маргарита удивлëнно вскрикнула, когда Надя руками нежно обхватила её шею и поцеловала её красные, как спелая земляника, губы.