Просто услышь меня!

Жизнь — как вождение велосипеда. Чтобы сохранить равновесие, ты должен двигаться.

О чем-чем, но о моем внешнем виде Том сказал правду. Нужно переодеться, а то люди не поймут меня. Открыв шкаф, я увидела себя почти в полный рост, как я могла упустить зеркало? На меня смотрела пара ярко-голубых глаз. У меня мамины волосы, светло-русые, длинные и густые, на мокрой погоде они начинают немного крутится. Не большой нос с горбинкой и немного пухлые губы, это уже от папы, как и рост. Том подметил что у меня родинки, да они есть и их много, на шее, руках, ногах. А ещё веснушки, зимой их не очень заметно, но летом они дают о себе знать. Знаете, я просто обычная девушка с кучей комплексов. Так стоп, как там говорила Мама? «Нельзя смотреть в зеркало больше двух минут, иначе начнёшь искать в себе невидимые недостатки». Я схватила мятное платьице, на мне оно выглядело мягко говоря не очень. Наверное когда шили эту модель, задумывалось что до талии оно будет в обтяжку, а дальше юбочкой-куколкой. Но из-за того что его не один раз надевали, ткань растянулась и теперь оно выглядело как мешок. Блин. Я начала быстро вспоминать заклинания которые нас учил Андрей Владимирович на трансфигурации. Так вроде бы это подойдёт. Инфендио. И да, платье немного пришло в форму, но что-то я перестаралась. Кажется, если я нагнусь, то оно порвётся. Господи, даже с таким простым заклинанием не справилась. Какая я тупая. У меня ничего не выходит. Хреновый из меня маг, блин, позор семьи. Я отвернулась от зеркала чтобы больше не видеть своего наряда. Вдох. Выдох. Комната как будто давила на меня ещё больше. Вдох. Выдох. А я и так на грани истерики. Черт пойми где, даже не в своём городе, да что там в городе, стране! Английский? Да какой нахрен английский, ладно, сказать может что-то скажу, а писать? А ещё и з чарами проблема. Да я тупая как пробка. Так. Только не плакать. Только не плакать. Секунда и я уже сижу на полу поджав колени. Вдох. Эмилия Владимировна спокойно. Ты не будешь плакать из-за такого. Выдох. Встала, собрала силы в кулак, поправила одежду. Волосы, нужно сделать что-то с волосами. Что же там заплетали девушки в сороковых? Ах да, локоны и красивые прически. У меня нет на такое ни сил ни времени. Я дёрнула за резинку, которая держала мои волосы в пучке. Копна русого шелка скатилась по плечам аж к бёдрам. Что же делать-то с такими волосами? Наверное, простая косичка подойдёт. — Завтрак! Крик из коридора был довольно пугающим. — Завтрак! Дверь распахнулась и передо мной нарисовалась огромная барышня лет сорока пяти. Короткие волосы и коричневое платье придавали ей антуража. — Кассандра Беннет, я вижу ты у нас не голодная? Все уже спустились. Ну и женщина. Видно они спустились, чтобы не слышать больше твоих криков. — Прошу прощения, мисс, я уже как раз выходила, — постаралась придать голосу побольше сожаления, дабы она побыстрее ушла отсюда, но женщина ещё пару минут недоверчиво сверлила меня взглядом, пока я заканчивала с прической. Выйди ты уже из моей комнаты, мне и так не по себе, еще и ты здесь. — Быстро! — и все же она не выдерживает и хватает меня за локоть, выталкивая из комнаты. Спорить или ругаться с ней не было желания, потому что Тому это явно не понравится. Оставалось только опустить голову и молча следовать за этой нахалкой. Мы спустились по страшной винтовой лестнице, что была сделана из металла и покрыта какой-то белой краской. Видно, что очень давно. На первом этаже располагалась столовая. Запах горелой каши сразу ударил в нос. Пять или шесть столов и лавочки около них. Все очень просто. Когда я взяла небольшой поднос с едой, то даже не смотрела что там. Глазами я выискивала черноволосого парня, с которым познакомилась вчера. И вот мой взгляд заметил темную макушку. Столовая была настолько маленькой, что в пять шагов я подошла до крайнего стола под стенкой. Том сидел один, и кажется так оно и должно было быть. — Привет, Том, — усевшись рядом, поздоровалась я. Он сверлил взглядом тарелку с чем-то несъедобным на вид и совсем не заметил моего прихода. — Посмотри вокруг: все сидят за столиками группами, а я сижу один. Если бы я нуждался в компании, то не завтракал бы сейчас в одиночестве. Я подняла глаза и осмотрелась. И правда: все остальные сидели группами. Девушки постарше за первым столом, потом мальчики их возраста за вторым. Дети поменьше не делились на мальчик-девочка, и просто расселись за два стола. И только этот стол пустовал. — Извини, я просто никого больше не знаю, поэтому подсела к тебе, — главное не выдавать то, что тебя задели слова этого мальчишки. — Пересядь и больше не подходи ко мне, пока я сам не позову тебя. — Но ты же обещал помочь, — сколько же в моем голосе растерянности. И что это такое проскакивает, страх? — Я обещал и сдержу слово, но это не значит, что я должен терпеть твое присутствие рядом, — он схватил поднос и встал из-за стола, собираясь уходить, но внезапно остановился. Усмехнувшись каким-то своим мыслям, юноша наклонился и зашептал: — Мой тебе совет, сними украшения и хорошенько спрячь, а то вырвут вместе с ушами. И ушел. Я провела рукой по левому уху. У меня и правда в нем есть немного украшений. В мочке три серебряных кольца, а в хряще маленькая золотая сережка-полукольцо, украшенная белыми и зелёными кристаллами. Это был подарок отца на третий день рождения. В правом ухе красовалась серебряная серёжка-сердечко с красивым стёклышком вместо кристалла, наверное Том прав и надо снять это все. Я посмотрела на свой поднос и брезгливо скривилась. Серая жижа в тарелке, наверное, это и есть та каша которая подгорела, кусок хлеба, на котором уже знатно растёт плесень, и стакан мутной воды. Фу, пожалуй, откажусь от такой трапезы. В книгах все было не так описано, я не была готова к такому, но куда мне деваться. Встала, схватила поднос и отнесла его к столу с такими же подносами, только тарелки были пустые, бедные дети, как такое можно есть? — Кассандра, почему ты ничего не съела? — и снова эта обладательница отвратительного голоса прицепилась ко мне. — Я не голодна. — Может у тебя тиф? Иди в свою комнату и не высовывайся. Если мои догадки верны, то до утра ты не доживешь. Вот так жестоко. Не до-жи-ве-шь. А если бы я реально была больна? Они даже не попытались бы меня спасти? Какой ужас! До конца дня я так и просидела в своей комнате. А что мне было делать? Сказали сиди вот и сижу. Украшения, кстати, я все сняла и спрятала под матрац. А то перспектива остаться без ушей меня не радовала.

***

Следующие два дня проходили одинаково. Я помогала на кухне, с Томом мы не пересекались. Моя голодовка не продлилась и пары дней. Ничего лучше всё равно не дадут, а умирать никто не хочет — приходиться есть. Сегодня, по словам той крикливой дамы, я была дежурной, поэтому меня с самого утра утащили на кухню — помогать раздавать еду детям. В животе предательски урчало, но меня успокаивала мысль, что совсем скоро покушать можно будет и самой. Тем более заслужено. Вот только мои мечты о спокойном завтраке не сбылись и бедную голодную девушку повели встречать гостей. — Пойдём, маленькая работница, к тебе пришёл посетитель, — моя любимая женщина-жаба, говорила на этот раз тихо, без громких возгласов, Местные зовут ее миссис Коул. — Я даже не знала, что ты такая у нас талантливая. Мы зашли в ее кабинет, где меня уже ждали два человека. Один из них — мой не очень хороший знакомый Том. Другой же человек уселся в кресло, заставив бедного мальчика стоять. У него была длинная рыжая борода и такого же цвета волосы. — Здравствуй, дитя, меня зовут профессор Дамблдор. — Здравствуйте. — Я был очень удивлен, когда получил письмо от Тома. По его словам, ты очень способная девушка и достойна обучения в нашей школе. Сколько тебе лет, милая? Не знаю почему, но этот старик вызывал у меня доверие. Взгляд у него очень добрый и улыбка спокойная, как будто все так и должно быть. — Мне четырнадцать, профессор… — Ей тринадцать, двадцать шестого октября будет четырнадцать, — перебила меня женщина-жаба. Я недовольно зыркнула в ее сторону, мысленно послав ее в пешее путешествие, но вслух ничего не сказала. — Миссис Коул, я бы попросил вас выйти и оставить нас с детьми одних, — просьба мужчины хоть и прозвучала мягко, но холодный взгляд сразу говорил о его недовольстве. Вы прямо читаете мои мысли, профессор! Моя «любимая» миссис Коул вышла из кабинета, обиженно хлопнув дверью. — Профессор Дамблдор, Кесси совсем недавно здесь. Я позвал вас, потому что пару раз видел, как она пользовалась беспалочковой магией и переживал, что что-то может случиться. — Это правда, Кассандра? — Да, сэр. — Я рад, что вы подружились. И ты молодец Том, что сразу же сообщил мне. Так мы смогли избежать великой беды, — мужчина одобрительно улыбнулся и помотал головой, почесывая бороду. — Ты где-то училась магии, дорогая? — Меня учили пользоваться магией без палочки, но у меня не очень выходит. Магия то слишком сильная, то слабая. Я три года училась в маленьком пансионе, у нас были такие предметы как ЗОТИ, зельеварение, история магии, травология, трансфигурация, но с ней у меня проблемы. Ну и мое любимое, прорицание. — Да, я вижу ты умная девочка. Так как тебе уже четырнадцать, то скорее всего тебя зачислят на четвертый курс, чтобы ты могла учится со своими ровесниками. В школе мы выясним какие предметы стоит подтянуть. — он улыбнулся, как мой дедушка когда-то смеялся и я невольно улыбнулась в ответ. — Том, тогда я поручаю тебе подготовить юную леди в школу волшебства. — Хорошо. Профессор Дамблдор начал что-то доставать из кармана пиджака. — Вот, держи, Том, список вещей, которые ей пригодятся, а это тебе маленькая колдунья, — он протянул мне какой-то конверт, — это твоё письмо в Хогвартс. И запомните, магия вне Хогвартса запрещена. Он договорил это и просто исчез. Я восторженно охнула, уставившись на то кресло, где раньше восседал мужчина и не сразу заметила недовольного Тома, что пытался мне что-то сказать. Терпение у него кончилось и меня бесцеремонно схватили за руку. — Я кому сказал снять все украшения? — прошипел он словно змея. — Отпусти, мне больно! Я же все сняла! — Всё? Он смотрел прямо на мои пальцы. Кольцо. Единственное, что осталось от мамы. Сколько боли в этом аксессуаре. — Это просто серебряное кольцо со стеклышком. — Сиротка с кольцом из белого золота, да еще из бриллиантом… — в его голосе было столько яда, что я тут же ощутила, как меня охватывает дрожь. — Что я сказал тебе сделать? — Только не кольцо. Не могу его снять. Нет. Он всматривался в моё лицо, чуть прищурив глаза. И всё еще держал мою руку. — Сними его. Немедленно. Лучше просто согласится, просто согласится и ждать когда мы поедем в Хогвартс. Я знаю немного об этой школе и, надеюсь, там мы пересекаться не будем. — Хорошо.

***

На следующее утро мы с Томом отправились за покупками. На самом деле перемещение в магический мир выглядело очень странно: в одном из переулков мы забежали в стену, и вот уже стоим на Косом переулке. Я рада, что мы почти не разговаривали. Сова принесла мне чек на все покупки в магазине, так как я сирота и у меня нет денег, то фонд школы оплачивает все необходимое. Форму, палочку, котёл, ингредиенты для зелий. На самом деле деньги у меня есть, и не мало. Но что поделать, они остались там, в моем времени. В последнюю очередь мы выбирали палочку. Мистер Олливандер, так представился продавец, подобрал мне очаровательную вещичку. В основе был волос единорога, как он сказал, такая палочка подходит людям с светлой душой. Дерево было белое с розовым оттенком, а рукоятка была украшена золотыми узорами. Очень девчачья. Пока я делала покупки, Том не отставал и также готовился к школе. Только, на сколько я понимаю, он идёт на пятый курс. А ещё он похвастался, что теперь староста своего факультета. Ну это и не странно. За время покупок я немного смягчилась, ведь черноволосый парень помог мне с покупками. А Теперь несёт мои пакеты назад в приют Вула.

***

Время пролетело незаметно. Том после наших совместных покупок ни разу ничего мне не сказал. Я каждый день помогала на кухне, чтобы чём-то занять себя и не поехать кукухой. И вот я уже стою на вокзале Кингс-Кросс, и жду поезда в новую жизнь. Но кажется я в полном дерьме.