I like it

Крошечные снежинки одна за другой опускаются прямо на окно со стороны улицы, иногда прилипают к нему и слишком быстро тают. Юнги прикладывает ладонь к стеклу и, видимо от нефиг делать, принимается считать "выживших" крох. Одна, две, три, а нет, опять две. Эхх дурацкая погода! А ведь снег - одна из составляющих отнюдь небольшого списка вещей, которые ему нравятся. Хотя даже если он выпадет и уляжется слоем толщиной в метр, дольше месяца всё равно не продержится. Обидно даже как-то. Гораздо чаще в Сеуле можно встретить дожди, а дожди зимой это отвратительная вещь. - Юнги, следи за своим багажом, - слышится в спину от Сондыка. Мин фырчит, аки недовольный кот, и отбрасывает с лица надоедливо лезущую в глаза прядь белых волос, которые доросли уже до плеч и иногда ужасно мешают, но за ними удобно прятать недовольный взгляд карих глаз. Парень сжимает ручку на своём чемодане и наконец отлипает от аэропортного стекла. Что он, снежинок за почти восемнадцать лет жизни никогда не видел? Тоже мне. - Нервничаешь, Юнги~я? - на макушку опускается чей-то локоть и знакомый голос говорит прямо, чёрт, в ухо, да так громко, что впору оглохнуть, - Ты всё-таки целый год пропустил. - Тэхён, я тебе руку под другим углом выверну, - зло шипит, стреляя взглядом в парня, с которым вместе тренируется прямо таки тысячу лет. Ким Тэхён, как и Мин, из Тэгу. Правда, на три года старше, съел на две тысячи мисок риса больше и в жизни поведал всякого. По словам самого Кима, естественно. Так то он раздолбай редкостный и любитель прилипнуть, словно ужасная клубничная жвачка (у него вон даже волосы под стать красные), а ещё профессионально умеет выносить мозг на раз-два. Однажды он забрался к Юнги в кровать поздно ночью и выдал нечто похожее на "скажи, а у пингвинов есть колени?". Нет, он правда так и спросил. Мин по-хорошему иногда хочет его задушить, но всё же они отчасти семья. В конце концов, именно Тэхён был тем, кто принял двенадцатилетнего мальчика в их дружный коллектив фигуристов, помог освоится и даже некоторым прыжкам учил, хоть это и не его специфика, так как Ким с самого начала катает в паре. Да, пожалуй именно это останавливает Юнги каждый раз, когда хочется закрыть болтливый рот подушкой. - Почему я должен переживать? Я же этот год не штаны просиживал. Так получилось, что в прошлом году, из-за личных причин, Юнги пришлось пропустить свой дебют во взрослой категории, хоть все и ждали как восходящая звезда, чемпион мира среди юниоров начнёт покорять действительно значимые конкурсы. Считай не сложилось. В этот раз он наверстает упущенное, ведь без устали весь год тренировался, чтобы отшлифовать каждый элемент своих программ. - Отличный настрой! Гляди, так и победить можешь. А потом Гран-при, Чемпионат четырех континентов, Чемпионат мира и ого-го короче, - Тэхён задорно подмигивает, - Ой сколько людей собралось нас встречать... Юнги бросает взгляд на огромную толпу, что оккупировала холл Инчхонского аэропорта и внутренне содрогается. Ну началось. Разношёрстная толпа, в основном из девушек, абсолютно разных национальностей и возрастов, но все как на подбор с кошачьими ушами на голове и плакатами с надписью "Юнги~я вперёд!" не радует от слова "совсем", а, наоборот, даже пугает. Нет, на самом деле, Мин любит свой фан-клуб, что носит сопливое название "Ангелы Юнги", но не всегда и не всех. Кто-то обязан был его предупредить, что вместе с популярностью и любовью тысяч, приходят ненормальные кадры, которые горят желанием знать о тебе всё и всегда, преследуют тебя чуть ли не каждую секунду твоей жизни и переходят все мыслимые и немыслимые рамки приличия. И вот сейчас в толпе он цепляет взглядом таких индивидуумов, которых уже, пожалуй, подзаебался видеть везде, где ступает его нога. Подать бы на них в суд, да увы, возможности нет. Поэтому он лишь сильнее сжимает зубы, набрасывает на голову капюшон чёрной толстовки и тихо шепчет: - Тэ, возьми мои вещи, - осторожно толкает багаж в сторону к Киму и растворяется в толпе. - Сондык~а, куда девался Юнги? - слышит он обеспокоенный голос товарища. - Не переживай, у него же брат тут живёт, подхватит с чёрного входа. Лучше за сумкой его следи, а то потеряешь коньки малого - и он тебя прихлопнет, - с улыбкой хмыкает тренер.

***

Юнги блаженно вдыхает морозный воздух. Кажется, сегодня пронесло. Вот и хорошо, может быть, этот день будет действительно хорошим. - Юнги, я здесь, - слышится где-то с левой стороны. Парень оборачивается на пятках и совершенно солнечно и искренне улыбается. Таким его может видеть только брат. - Джунки-хён, - младший перескакивает через небольшой заборчик, который, чёрт знает, что там вообще отгораживает, и буквально таки несётся к чёрной Hyndai, тормозя носками конверсов только рядом с дверью, - Долго ждал меня? Мин Джунки уже почти тридцать, у него своя сеть ресторанов в Сеуле и домик с видом на Хондэ. Сколько раз он упрашивал младшего переехать к нему и не делить одну двухэтажку вместе со всеми фигуристами, которых Сондык тренирует, - тот ни в какую не соглашался. Юнги, правда, безумно любит брата, единственного родного человека, который у него остался, но уж очень хочется парню всего добиться самому и не продолжать сидеть на шее у Джунки, которому уже и про свою семью подумать пора, а не возиться с ним. - Не больше десяти минут, - мужчина тепло улыбается и поправляет у Юнги непослушные белые пряди под капюшоном, - Не жалеешь ты свои волосы, столько раз осветляясь, - сжимает в пальцах прядь, которая скорее уже на солому похожа или на мочалку. - Так я не так часто крашусь, - бурчит Юнги, недовольно освобождаясь от рук, - Просто решил на конкурс поправить цвет, он уже желтизной начал отдавать. Не нужно так вздыхать. Через пару тройку лет пойду в армию, вот там и отдохнут волосы и наново здоровыми вырастут, а пока им уже пофигу. После аммиачного осветления ещё никто не умирал, - хмыкает и тянет на себя дверцу с пассажирской стороны, - Поехали уже может? - Поехали, - Джунки занимает место водителя и заводит мотор, - Можешь включать свою музыку, хватит тоскливо смотреть на приборную панель. - И никуда я не смотрел, - Юнги дважды просить не надо и он ловко подсоединяет свой телефон, принимаясь искать подходящий плейлист. Уже через мгновение салон заполняют звуки любимой I don't need you в исполнении не менее любимых Asking Alexandria. Парень прикрывает глаза и откидывается затылком на спинку сидения. Да, это определённо ещё один пункт в списке вещей, которые ему нравятся: снег и поездки в машине брата под музыку. - Я слышал, что парень, которого тренирует Намджун, в этом году тоже участвует, - невзначай бросает Джунки и слышит, как Юнги скрепит зубами в ответ, - Ты говорил, что тренерство Киму быстро надоест и он сам вернётся на лёд. Видимо, он всё же увлёкся. - Мне плевать, - Мин-младший даже бы с огромным удовольствием показал, как именно ему плевать и с какой высоты, но не очень хочется словить подзатыльник. У брата рука хоть и лёгкая, но за всякие приколы в машине прилететь может не хило, так что до следующего года вспоминать будешь, - Всё равно его зверушка не имеет и половины таланта своего тренера. На самом деле, если хорошо подумать и тихонечко признаться самому себе, Юнги волнует. Изначально потому, что Ким Намджун был не просто проходящим в его жизни человеком. В конце концов, пятикратный чемпион мира, который является твоим соотечественником - нехилый такой мотиватор. Конечно же Мин фанател! При том так яро, что смотрел все прямые эфиры, а на некоторые выступления приезжал. На одном из соревнований они даже лично познакомились, Намджун тогда его хвалил за блестящий результат среди юниоров и рассказывал, каким крутым фигуристом Мин станет в будущем, благодаря своим восхитительным навыкам. Это было слышать приятно. Возможно, приятно вдвойне, учитывая робкую симпатию, которая начала поднимать голову в груди Юнги, грозясь перерасти во влюблённость. А потом всё меняется, потому что Намджун уходит из катания, уходит, чтобы тренировать какую-то недооценённую юную звезду из Пусана, совершенно забивая на то, что именно Юнги он пророчил успех и победы. Ну и ладно, ну плевать. Пофиг даже на то, что глубоко в душе Мин всё же лелеял надежду на возвращение кумира к спорту и именно поэтому отложил свой дебют, дабы громко ворваться во взрослую категорию рядом с тем, кто практически украл сердце злобного котёнка из Тэгу. Не сложилось. Ну и к чёрту! - Как по мне, этот Чимин не так уж плох. Ты судишь предвзято, просто потому что он тебе не нравится, - Джунки продолжает крутить руль и бросать неуверенные взгляды на брата, размышляя, стоит ли продолжать этот разговор. - Он не не нравится. Мне просто плевать на всякую посредственность, - закатывает глаза. И снова, на самом-то деле, немного лукавит. Да, так уж вышло, что он лично знает новое увлечение Намджуна. Всё потому что этот парень, к слову его зовут Пак Чимин, хоть и родом, действительно, из Пусана, но признания в родном городе он так и не получил, поэтому путешествовал по стране в поисках тренера, который примет его, невзирая на череду спортивных неудач в прошлом. Что-то около полугода Пак тренировался в Тэгу, где и познакомился с Юнги. Чего греха таить, отношения их сразу незаладились, а уж когда Чимин решил повторить последнюю хореографию Намджуна, Мин и вовсе на него обиделся. Возможно совершенно по-детски, но ему была противна даже сама мысль о том, что кто-то может испортить столь святую для него вещь, а то, что Пак испортит, он даже не сомневался, глядя на объективно такие себе навыки. Но видимо именно тогда в Чимине проснулся гуру фигурного катания, по-другому объяснить то, что он выкатил эту произвольную без единой ошибки просто невозможно. Всё бы ничего в принципе, если бы не, мать его за ногу, Тэхён, который решил, что будет круто заснять это и выложить в сеть. Каким-то неведомым образом видео дошло до Намджуна и, чёрт знает, чем Чимин его покорил, но факт остаётся фактом, уже через два дня Ким стоял на пороге их дома со смелым "исполнение прекрасно, но техника хромает, поэтому я стану твоим тренером", которое не Юнги явно было адресовано. Конечно, Мин разозлился и окончательно испортил отношения с Паком, который изначально были ужасно шаткими. - Ну не знаю, прошлый его сезон был не таким уж и плохим, - тянет Джунки. - Он буквально проиграл на Национальных, ты это называешь "неплохим"? - Юнги закатывает глаза, - Чимин мне точно не конкурент. - Да? А кто тогда? Сокджин? Или, может, Хосок? - Сокджин, конечно, в спорте давно и является мастером, так как даже Намджуна бывало обходил, но он уже не в том возрасте, согласись, - младший немного ёрзает на сидении, чувствуя как затекла спина, - Сейчас бы уже пора дать дорогу молодым фигуристам. - Сокджин не намного старше того же Намджуна, его ты то стариком точно не считаешь. - А какая разница, он то как раз ушёл из спорта. Мне лично даже кажется, что возраст более вероятная причина, чем внезапное желание стать тренером, - сдувает с лица прядь волос, - А что же по поводу Хосока, то этот позёр меня бесит. Подумать только, танцор, фигурист, музыкант. Сам себе музыку на каждую программу пишет, толпу фанатов имеет, в Инстаграм фотку задницы в красных труселях постит. - И тем не менее, ты это фото видел, - вскидывает бровь Мин-старший. - Даже лайк почти поставил, задница то хорошая, но во время вспомнил, какой Хосок бесячий. - Ладно, но не смотря на всё это, ты не можешь отрицать его навыки. Он в прошлом году так нагнул Скейт Канада, что они ещё долго вспоминать будут корейца, который всех их фигуристов обставил, - одобрительно присвистывает. - Это да, пожалуй, Хосок единственный действительно сильный конкурент. - А как же Чонгук? - Кто? - Юнги морщит лоб, - Какой Чонгук? - Ты как смотрел список участников в этом году? Чон Чонгук, представляет Пусан. Тёмная лошадка, который взялся неизвестно откуда, но уже в прошлом году добрался до Кубка мира и забрал серебро, - Джунки постукивает пальцами по рулю. - Впервые слышу. Ты же знаешь, я прошлогодний сезон не смотрел. Чон Чонгук говоришь, - Юнги отсоиденяет телефон от приборной панели и принимается что-то печатать, - Нашёл его произвольную, - объявляет парень и без раздумий тыкает на "play". Уже с первых нот песни Shallow Юнги затыкается. Программа выполнена совершенно от и до. Возможно, Мин начинает капать слюной на экран ещё с первой дорожки шагов. Парень, на вид не старше двадцати, с чёрными волосами, что доходят до уровня верхней челюсти, которые поприлипали ко лбу очаровательными завитками, подтянутое тело, с чётко проступающим, даже под конкурсным костюмом, рельефом мышц, который обычно не свойственный лёгким и пластичным фигуристам, сильные ноги так хорошо выделяются во время комбинированного вращения, что Юнги неловко сводит худые колени. Это красиво и, между прочим, не только выступление, но и сам парень, он чётко знает, что делать и как он будет выглядеть в кадре. Это завораживает, это приковывает взгляд. А уж когда Чонгук, отталкиваясь ребром левого конька заходит на аксель и идеально делает максимальные четыре с половиной оборота, Юнги прикусывет язык, дабы не захныкать. Самый сложный прыжок во второй половине программы, да ещё и выполнен правильно - это полное безумие. Возможно список вещей, которые нравятся Мину, ещё немного больше: снег, ездить в машине брата под музыку и идеально выполненный четверной аксель. - Он в твоём вкусе, да? - спрашивает Джунки, когда видео доходит до конца, а Юнги всё ещё сидит и пялится в смартфон. Мин-младший недовольно мычит, чувствуя вкус крови во рту. Да, его брат один из немногих людей, которые в курсе, что он по мальчикам, но всё же Юнги прикусывает губу, дабы не выдать что-то похожее на "боже, да!" - Нет, просто он хорошо катается, - как же это мягко было сказано, ведь делает это парень просто офигеть как круто, - Видимо, Хосок будет не единственным моим конкурентом в этом году, - блокирует телефон и убирает с глаз долой. - Что ж, если ты так говоришь, это уже звоночек.

***

Юнги пинает носком всё тех же красных конверсов камешек и упирается спиной в стену дома. Дурацкий Тэхён! Мин бы с большей радостью сидел сейчас в доме брата и уминал за обе щеки печенье с шоколадной крошкой, пока Сондык не видит грубое нарушение диеты, но нет блин! Он же оставил свои вещи тогда у Кима. И ладно бы, хрен с ними, как говорится, но в том чемодане лежали коньки, и если Юнги не получит их прямо сейчас - он завоет. По-человечески же договорились, назначили время и место встречи, так какого чёрта этого идиота всё ещё нет!? Юнги фырчит и в который раз проверяет чат на телефоне, где, рядом с его громогласным "где ты, придурок?", красуется простое "прочитано", а ответа так и нет. Зашибись, хуже быть просто не может, в который раз думается ему, но Вселенная, видимо, решает, что может. Совсем рядом слышится щелчок камеры и Юнги резко поворачивается на звук, пересекаясь взглядами с немного напуганной девчонкой, которая неловко улыбается и, убрав телефон в карман, спешит ретироваться. - Дерьмо, - выругивается он себе под нос, ведь это значит только одно - сейчас сюда набежит толпа отнюдь не самых приятных представителей его фан-клуба. Эх, видимо придётся забрать коньки в другой раз, сейчас же он снова натягивает капюшон на голову и, оттолкнувшись от стены дома, не глядя выходит на проезжую часть. Пронзительный визг шин по асфальту и вот Юнги уже чувствует колесо, что ощутимо и неприятно упирается в левую голень. Мин выдыхает и зажмуривается на мгновение. Ещё бы чуть-чуть и... Видимо он совсем уж растерялся раз вышел прямо на дорогу совершенно не глядя по сторонам. Хорошо, что водитель попался с быстрой реакцией. Парень поворачивает голову, дабы выдавить неуверенное "спасибо", но так и замирает. Чёрный хромированный байк, который вполне мог сбить его, выглядит слишком уж круто для этого района Сеула, правда парень за рулём поражает больше, ведь Юнги узнаёт его моментально. Тёмные волосы слегка укорочены с момента съёмки того видео и убраны назад, так что открывают вид на выбритые виски, глаза скрыты за линзами солнцезащитных очков, а вместо концертного костюма - чёрная кожанка и обтягивающие брюки. Мин совсем немного, но давится воздухом, правду говорил брат, когда подметил, что Чонгук, а сейчас на байке сидит никто иной, в его блять вкусе. Он, наверное, слишком очевидно пялится, но буквально не может не делать этого. Чон же тем временем снимает очки и словно бы впервые смотрит на него. - Юнги? - первое, что произносит этот принц на - чёрт! - металлическом коне и Мин снова испытывает желание свести колени, правда на этот раз не от комплекса, просто голос у Чонгука такой. Правда уже через секунду до него доходит обращение и парень пытливо приподнимает бровь. - Ты меня знаешь? - пусть его голос не дрожит только! - Да, изучал соперников так сказать. Чон Чонгук, - протягивает руку в чёрной митенке и Юнги неловко пожимает её, пытаясь не упасть на руль, - Всё окей? - кивает на ногу. - Да, ты вовремя тормознул. Спасибо, - неловко ведёт плечами, - Я должен извинится. Выскочил на дорогу как полный идиот. Обычно я не такой рассеянный, но нужно было срочно убраться с этого района пока не набежали, ну знаешь, сасэнки. - О, так ты попал не в самую приятную из ситуаций. Садись, помогу скрыться, - улыбается совершенно очаровательно, а два передних зуба на верхней челюсти чуть выступают вперёд и рушат образ крутого парня, придавая схожести с кроликом. - Я не хотел бы тебя напрягать. Сам дойду как-то, - резко опускает взгляд в асфальт. - Возражения не принимаются, - и смотрит этим взглядом, которому только и хочется подчиниться, хоть Мин и не из робкого десятка, а как раз наоборот, - Прыгаешь? Юнги закусывает губу. А что, собственно говоря, он теряет? Ровным счётом ничего, но вот если не уберётся отсюда и прямо сейчас куда подальше, кто знает чем это может обернуться. Поэтому он кивает и, обойдя байк со стороны, старается как можно удобнее устроиться сзади, прикидывая в голове с какой стороны на сидение положить руки, дабы удержаться, но не мешать ни себе, ни Чонгуку. - Можешь держаться за меня, это единственный вариант не свалится, - подсказывает Чон. Юнги снова приходится закусить губу до медного привкуса во рту, но он всё же скрещивает руки на пояснице Чонгука, а когда байк с рыком срывается с места, ещё и утыкается носом ему куда-то между лопаток. И вовсе ему не страшно! Оно просто само так получилось.

***

- Что ты вообще делал в этом районе? - Чонгук подвигает к Юнги бумажный стаканчик с кофе. Они остановились в одной из милых уютных кофеен, по настоянию старшего, который заявил что его руки даже в митенках замёрзли. - Коньки хотел забрать, - Мин прячет взгляд в напитке. Ему до жути неловко вот это вот всё, начиная с самого факта нахождения с Чонгуком в кофейне и заканчивая ничем не обязующим разговором. - Ты что меня стесняешься? - Чон вскидывает бровь и Юнги слишком резко делает первый глоток, обжигая язык. - Что? - он удивлённо хлопает глазами и отпивает ещё немного, на этот раз медленно расскатывая вкус на языке и мысленно делая пометки в том самом списке: снег, кататься в машине брата под музыку, идеально выполненный четверной аксель и карамельный латте. - Ты смотришь куда угодно, но не мне в глаза, а ещё из тебя каждое слово чуть ли не щипцами приходится вытаскивать. В чём дело? Тебе неприятна моя компания? - Нет, я просто не понимаю тебя, - Юнги поднимает глаза на этот раз сталкиваясь взглядами с Чонгуком, - Мы не знакомы. Ну то есть знакомы, но заочно, так то встретились по факту впервые, а ты уже помогаешь мне, покупаешь кофе и пытаешься вести беседу, словно бы мы знакомы много лет. И всё это находится под соусом из простого "мы вообще-то соперники". - О, так ты мне просто не доверяешь. Ладно, это разумно, - Чон барабанит пальцами по столу. - Я не говорил этого, - Юнги машет сразу двумя руками, чтобы уж наверняка донести свою мысль, - Просто не понимаю причину. - Значит ты правда меня не помнишь? - как-то грустно улыбается, - Хотя прошло почти шесть лет, мне не стоит удивляться. - Что? - Юнги склоняет голову к плечу, заставляя волосы прикрыть одну сторону лица, - Ты хочешь сказать что знал меня до соревнований? - Я надеялся что ты вспомнишь, - нервное постукивание ногой по полу выдаёт его чувства с головой, - Помнишь балетную школу Мины? Юнги задумывается лишь на мгновение. Конечно он помнит! Мина-сан была его учительницей балета в возрасте с 6 до 12, так как каждый фигурист должен иметь хорошую растяжку и быть гибким. - Да, но мы не могли познакомиться там, - говорит уверенно, кивая в подтверждение своих слов, - Ты старше меня и мы в любом случае оказались бы в разных группах, а я с ребятами со своей даже не особо ладил. - Я действительно должен был оказаться в другой группе, но я не успевал за ребятами своего возраста. Лёгкость и пластичность - это не для меня, я предпочитаю грубые штрихи нежели плавные линии, поэтому меня отправили в группу младших, в твою группу, - Чонгук складывает руки под подбородком и наклоняется вперёд, - Ты и правда был не особо общительным и нет, мы не дружили, но я очень хорошо тебя запомнил. Неужели ты никогда не видел нескладного мальчишку, который постоянно смотрел на тебя? Юнги позволяет волосам скрыть предательский румянец на щеках и принимает дёргать нитки на рукавах толстовки. Если напрячь память, в голове вспыхивал образ высокого мальчика с вечно взьёрошеной копной густых чёрных волос на голове и пронзительным взглядом карих глаз, который действительно часто сканировал Мина от макушки до кончиков пальцев. - Я... Возможно припоминаю. Но почему? Чем я заслужил такое внимание? - Твой взгляд. В нём было столько силы и стремления показать всем себя настоящего, свой внутренний стержень. У тебя глаза солдата, Мин Юнги, - говорит, словно бы в самую душу заглядывает, да так что парнишка почти порывается заглянуть в какое-нибудь зеркало, дабы увидеть не стали ли внезапно его обычные карие глаза какого-то камуфляжного оттенка, - Я из-за тебя тогда решил бросить всё. - Это ужасно, - Юнги прикладывает ладошку ко рту, ему никогда не было стыдно ни за что в своей жизни, но впервые он испытывает желание извиниться, - Ты бросил балет из-за меня? - Благодаря тебе. Ведь, глядя в твои непокорные глаза, я понял, что нужно идти по своему собственному пути и не отступать даже если все вокруг буду настойчиво давить на тебя. Я вернулся в Пусан и отказался от всех тренеров, так как они ломали моё "я". Мне говорили, что я дурак, мол ещё в четырнадцать решил угробить всю свою карьеру, но мне было плевать. А уже в прошлом году я стоял на пьедестале в финале Кубка мира, держа в руках серебряную медаль, показывая всем, что можно быть "другим" фигуристом и это всё только потому, что ты тогда шесть лет назад вдохновил меня. - Но я ведь... - Юнги приходится проглотить ком поперёк горла и сказать самые страшные для него в мире слова, - Я ведь ничего из себя не представляю. - Так только ты считаешь. Когда последний раз смотрел в свои глаза? - спрашивает, совершенно без какого-либо намёка. - Я не люблю своё отражение, - получается слишком резко, но не делиться же ему прямо сейчас своими комплексами. - А зря, ты очень красивый, - Юнги ещё никогда не краснел столько раз за одну беседу, - Ну что, я удовлетворил твоё любопытство? Теперь можем попробовать быть друзьями? - Можем, - кивает и протягивает руку через стол, чувствуя крепкое пожатие, - Да, теперь мы можем.

***

Юнги нетерпеливо набирает сообщение и нажимает "отправить". Ну как ему ещё донести брату, что не обязательно бросать работу и бежать к нему на выступление? Он справится со своей короткой программой, обязан справиться. Парень без особого напряга поднимает левую ногу в вертикальный шпагат, спасибо за хорошую растяжку, и прикидывает через сколько ему выходить на лёд. Сокджин и Хосок уже откатали свои программы, к слову не так уж и плохо, но и не блестяще. Хосок, видимо, не справился с давлением и повышенными ожиданиями из-за прошлогоднего Скейт Канада и сделал несколько грубы ошибок в прижках, Сокджин же хоть и выполнил всё идеально, но не показал ничего нового так что и с ним будет справится не сложно. Сейчас на льду Чимин, а Юнги скорее принципиально не хочет смотреть. Ему правда не интересно что и под что показывает Пак. С него было достаточно трепетных объятий фигуриста с его тренером, невольным свидетелем которых он стал, а после поспешил убраться дабы не портить себе настроение перед прокатом. Зал аплодирует и Мин понимает, что выступление подошло к концу, а это значит только одно - очередь Чонгука. Он становится на обе ноги и, сунув телефон в сумку, направляется к трибунам. Ему просто интересно, в конце концов только лишь Чона он ещё не видел вживую на льду. Чонгук стоит возле борта, держась за него одной рукой. На нём чёрные брюки, рубашка в тон с закатанными рукавами и воротником растёгнутым на две пуговицы, а волосы уложены так же как при их первой встрече. Мин не особо думает и просто, перевалившись через ограждение со своей стороны, выпаливает первое что вертится на языке: "давай, Чонгук!". И эта улыбка в ответ того стояла. С первых нот он безошибочно узнаёт мелодию. Nothing else matter в исполнении Metallica. Чон отталкивается от борта и сразу переходит на дорожку шагов из замысловатых крюков, дуг и перетяжек, на забывая при этом жестикулировать руками. Это не плавно и даже близко не граничит с лёгкостью фигуристов, в каждом движении ног и рук чувствуется сила и контроль. Вот что он имел ввиду, когда говорил что балетные связки не для него. Резкий удар по льду свободной ногой и идеальный тройной аксель с правильным презимлением. Его выступление похоже на грубые и хаотичные штрихи угля по белому холсту, при этом не лишено способности зачаровать зрителя. Вращение со сменой ведущей ноги длится даже дольше положеного времени, что не удивительно с его то крепкими ногами, а уж когда Чонгук опускается на одно колено и несколько мгновений едет так, зал взрывается аплодисментами, а Юнги словно бы своей кожей чувствует холод льда, Чону же всё нипочём. Снова толчок зубцом левого конька и четверной тулуп. Это выступление не без грации, но более резкое, непозволительно резкое. Юнги ловит себя на мысли, что переживает как бы Чонгуку не сняли балы за наглость не следовать каннонам, хотя тому, видимо, плевать. Во время выполнения кораблика, Чон на мгновение пересекается взглядом с ним и только в этот момент парень понимает значения слов "глаза солдата", у Чонгука именно такой взгляд, словно бы он идёт на войну, а не исполняет короткую программу. Последний прыжок программы - четверной сальхов тоже выполнен без единой ошибки, сразу переходит в комбинированное вращение. У Юнги перехватывает дыхание, да этот элемент выглядит лучше всего, да ещё и с применением больше чем трёх основных позиций. Последняя дорожка шагов и волчок. Музыка заканчивается, Чонгук останавливается, стоя на коленях и поднимает руки к потолку, зал приветствует фигуриста криками. Чонгук делает уважительный поклон во все девяносто и спешит покинуть лёд. - Это было... - Юнги не может подобрать слов, когда они оказываются совсем рядом, но Чон прерывает все его попытки что-либо сказать и просто крепко обнимает. - Я справился и ты справишься, - выдыхает куда-то в макушку из-за этой разницы в росте и отступает назад, освобождая проход. Юнги кивает и тянет вниз молнию спортивной куртки, наконец демонстрируя свою бело-синюю рубашку, рассшитую блёстками и жемчугом. - Уж не сомневайся, я справлюсь. Главное смотри на меня, - говорит, набравшись откуда-то невиданной смелости и, кинув куртку в руки подрспевшему Сондыку, выходит на лёд. Он занимает своё место у одного из бортов, положив на него руки и голову, прикрывает глаза и выдыхает. Он выложится на полную, особенно после того как увидел на что способен Чонгук. Стоит зазвучать первым нотам Unstoppable волшебным голосом Sia, как он отталкивается от борта и едет спиной, проводя руками по льду. Холодно, да так что кончики пальцев покалывает, но ещё это безумно эффектно и он знает какое впечатление производит прямо сейчас. Дорожка из скобок и троек помогает ему сделать несколько грациозных кругов по арене и легко опуститься прямо на лёд, перекатиться по нему и снова встать на ноги. У зрителей перехватывает дыхание. Юнги делает явный контраст по сравнению с преведущим выступлением, играя на своей пластичности и природной лёгкости. Волосы убраны сзади в хвост, чтобы не мешать фигуристу и он ясно видит восторг на лицах в первых рядах. Это правильно, это хорошо, он любит удивлять. Первый прыжок будет рёберным. Да, четверной сальхов выполнен идеально, даже более того - он поднимает вверх руку во время прыжка, тем самым увеличивая его базовую стоимость. Отлично, он успевает прикинуть в голове возможный бал, но быстро избавляется от этих мыслей, сосредотачиваясь на программе. Лёд издаёт приятный звук во время того как он чертит на нём узоры коньками, это действительно успокаивает, позволяя сделать следующий каскад, состоящий из тройного риттбергера и тройного акселя на высшем уровне. Он доволен собой, он наслаждается своим выступлением, как никогда понимая, что он удачно подобрал песню, ведь её текст словно бы писался про него. Прижок во вращение, а за ним спираль. Он припас один элемент во второй половине программы, тот самый который не давался ему столь долгое время. Нужно взять разгон и приготовится к прижку. Удар по льду правой ногой, четверной лутц, приземление. Хочется задохнуться от восторга. У него получилось! Да ещё и снова с поднятой рукой. Счастливая улыбка сама по себе появляется на лице и не пропадает ни на секунду, даже во время кораблика, с прогибом на зад и очередным касанием льда. Программа заканчивается комбинированным вращением. Юнги замирает в центре, отведя правую ногу в сторону, запрокинув голову вверх и подняв левую руку. Зал аплодирует стоя. И это именно тот момент, когда Мин понимат что выложился на, пока что, свой максимум и почти доволен результатом! Особенно когда его встречаю объятьями. Сондык, Тэхён, который пришёл поддержать друга, Хвиин, партнёрша Кима по катанию, брат, который всё-таки пришёл и даже - да ну? - Намджун с Чимином, которые на самом то деле тоже за него болели. Это заставляет чувствовать что-то похожее на счастье. А уж когда объявляют оценки и над ареной проносится громогласное "новый рекорд в короткой программе", Юнги не сдерживается и кричит, так громко насколько вообще хватает его лёгких. Список любимых вещей становится ещё больше: снег, ехать в машине брата под музыку, идеально выполненный четверной аксель, карамельный латте и ставить новые рекорды. - Об этом я и говорил, - произносит ему Чонгук, когда они после пересекаются в коридоре, - Ты вдохновляешь.

***

Коньки рассекают лёд из-за, возможно слишком резкого, разворота, да так что Юнги почти впечатывается в борт. В голове почему-то не понятно что. Ему бы радоваться безусловно, первое место в рейтинге, новый рекорд и прочее, но всё же почему-то неприятно. Как будто он не заслужил, забрал принадлежащую кому-то вещь, хотя никогда раньше он бы и не подумал пожалеть о подобном. - Это не твой стиль, - слышится за спиной. Юнги оборачивается на звук и практически теряет равновесие. Чонгук, что стоит сейчас при входе на тренировочную арену, один из последних людей, которых он бы хотел видеть. - Что? - Мин всё-таки останавливается и сжимает одной рукой бортик до побеления костяшек. - Такое грубое катание абсолютно не в твоём стиле, - Чонгук выезжает на лёд и делает несколько петель. - Да, наверное. Не стану мешать твоей тренировке, - направляется к выходу, но слышит оклик. - Ты не можешь мне помешать. - Чонгук, ты что на меня не сердишься? - всё же решается спросить, бросая неуверенный взгляд из-под пушистых ресниц. - А должен? - Чон подезжает немного ближе. - Ну я же обошёл тебя в рейтинге, - неловко чешет затылок. - Целиком и полностью заслуженно между прочим. Я что дурак на такое обижаться? Твоё выступление было завораживающим, я не мог оторвать глаз, - останавливается в метре от Мина, - Разве в твоём стиле беспокоится о соперниках? - Нет, не в моём, но... - Почему ты хочешь выиграть, Юнги? - спрашивает, делая несколько шагов "ёлочкой" задом и возвращаясь обратно. - Чтобы попасть на Гран-при понятное дело, чтобы сделать действительно громкий дебют во взрослой категории, который войдёт в историю, - вздёргивает подбородок мол "не сомневайся, так и будет". - Я не о Национальных. Зачем тебе всё это желание получить кучу золотых медалей? - снова несколько шагов вперёд и замирает на расстоянии вытянутой руки, - Я просто хочу услышать причину, ведь у каждого фигуриста она своя, а твоё стремление к самым большим высотам заставляет задуматься о мотивации особенно сильно. - Я просто должен быть первым во всём, - заламывает длинные красивые пальцы на руках, - Слушай, ты можешь сказать что это бред, но я ещё никому кроме тебя не открывался. С самого детства я хотел показать, что могу быть таким же крутым как хён, что родители могут гордиться обоими сыновьями, что я тоже чего-то стою, - на секунду замолкает и лишь переведя дыхание продолжает: - Когда они погибли, я понял что не могу всю жизнь сидеть на шее брата, свесив ножки, ведь как раз обратное я пытался доказать всё это время. Поэтому необходимость быть лучше, круче, профессиональнее стала как никогда остро. Я должен сделать всё чтобы мной гордились. - Вау, ты... - Чонгук кажется не сразу может подобрать слова, - Ты невероятен, ладно? Это вовсе не глупость, твоя причина такая же достойная как и ты сам. - А какая твоя? - спрашивает Юнги, снова стараясь скрыть предательски горящие щёки. И почему только этот парень заставляет его вечно краснеть? - У меня всё гораздо проще и более эгоистично. Просто хочу доказать, что даже "неправильный" фигурист, который всему учился сам, может достичь небывалых высот, при этом не обладая грацией и плавностью движений, - пожимает плечами, - Но кажется я встретил того, кто владеет этими качествами как самым страшным оружием. Юнги чувствует в груди лапки маленьких бабочек, которые пока что неуверенно скребут рёбра изнутри. Взгляд Чонгука заставляет их бесновать и возникает ощущение будто бы они пытаются вырваться наружу. - Не смотри на меня так, пожалуйста, - прости совсем тихо, окончательно прячасть за волосами. - Как так? - он слышит улыбку в чужом голосе и правда хочет завыть в слух. - Будто бы я какой-то особенный. Не делай так, - сцепляет руки в замок. Чонгука становится как-то слишком много, хоть вокруг ещё куча пространства - катайся не перекатайся. - А если всё равно буду, то что? - это даже не улыбка уже, а ухмылка и, возможно, у Мина начинают гореть уши. - Иначе, - набирает побольше воздуха в грудь и выпаливает: - А иначе я влюблюсь в тебя. Чонгук молчит и лишь оглушающе громко дышит. Юнги успевает проклясть себя триста тысяч раз за глупый язык, который всё неприменно надо было держать за зубами. Теперь непонятно что о нём подумают! Молодец, отличный способ сказать о своей ориентации, просто десять из десяти. А если он по девочкам? А если те взгляды ничего особенного не значат? А если ты просто придурок, который опять запал не на того? - Ты просто невозможный, - выдыхает Чонгук и тихо смеётся, заставляя парня поднять голову и удивлённо посмотреть ему в глаза, в которых искрится веселье, - Нет, ну правда, невероятный. И я хочу тебя поцеловать. Всё это сказано в один момент и до Юнги не сразу доходит смысл последней фразы. А когда понимание всё же ударяет по голове, он от удивления делает огромные глаза. У него что разрешения спросили? Перед фактом поставили? Что делают в таких случаях? Будет ли наглостью сказать "тогда сделай это"? - Айщ, ты слишком много думаешь, - Чонгук обхватывает рукой его за талию и притягивает к себе, а второй отбрасывает мешающие пряди с лица, - Какой же ты всё-таки красивый. И после этих слов он целует. Юнги от неожиданности крепко хватается за чужие плечи и ели удерживает равновесие. Но губы у Чонгука приятные (так вообще можно сказать?), хоть сухие и немного обветренные. Чон запускает руку в его волосы, перебирая длинные пряди и это наверное всё ибо лёд вышибает из-под ног и он летит прямо на него, утягивая Чонгука за собой. Руки старшего на затылке смягчают падение, поэтому совсем не больно, а наоборот внезапно смешно до истерики и Юнги хихикает прямо в чужие губы. Они не перестают целоваться. Это без намёка на какую-либо страсть, всё слишком осторожно и ванильно, со вкусом орехового печенья и теперь Мин знает, что Чонгук тоже нарушает диету. Прерваться они решают лишь когда в спину становится ощутимо холодно и Юнги хнычет в поцелуй. Чонгук тогда отстраняется и, ещё раз мазнув своими губами по чужим, поднимается на ноги. - Это конечно очень кайфово, но не хочу чтобы ты простыл, - улыбается своей кроличьей улыбкой и протягивает руку. Юнги хватается за неё и счастливо улыбается. Значит снег, ездить в машине брата под музыку, идеально выполненный четверной аксель, карамельный латте, ставить новые рекорды и целоваться - теперь его список таков.

***

- Ты волнуешься или мне кажется? - спрашивает Джунки, опуская руки Юнги на плечи. - Кажется, - скорее бурчит себе под нос чем внятно говорит тот, - Хотя скорее просто зеркалишь на меня своё волнение. С чего мне вообще переживать? Думаешь я не справлюсь на Национальных? Твой брат вообще-то на вершине рейтингового списка, - и демонстрирует на самом деле гордую улыбку. - О, поверь, тут никто не сомневается в твоих способностях, ледяной тигр из Тэгу, - слышится рядом голос Тэхёна, что так и лучится весельем, - Мы и не говорили что ты переживаешь за себя. - Прекрати донимать его, - рядом тут же оказывается Хвиин и отвешивает Киму лёгкий подзатыльник, - Ему через два выступления на сцену выходить, а ты отвлекаешь. - Нет, ну времени то ещё навалом. Там только Чимин начинает. - Хочу посмотреть, - Юнги отмахивается от окруживших его рук и направляется в сторону арены. - Чего? - Тэхён делает огромные глаза и спешит за ним, - Я правильно услышал? Ты хочешь посмотреть выступление Пак Чимина? Ты же его на дух не переносишь. - Тебе не кажется, что это было по-детски с моей стороны? - Юнги практически добрался до первых рядов зрительской части, - И вообще сильного соперника надо знать в лицо. - Да ладно... Сондык~ним, ему на голову ничего не падало? - интересуется это чудовище у тренера, который удобно устроился на одном из сидений. - Заткнись, - Юнги пихает его локтём и садится на свободное место рядом с Намджуном. Парень ожидает какого-то нервного тика в груди, но ничего не происходит. Абсолютно ничего. Возможно всё потому что теперь его сердце волнует другой человек? Это даже радует, поэтому он переводит взгляд на арену и уделяет внимание выступлению. Чимин в слитном костюме глубокого синего цвета как раз заходит на комбинирование вращение. Мин бросает взгляд на Намджуна и видит как тот с немым восхищением прижимает руки ко рту. Да, Пак на льду выглядит действительно красиво, это сложно отрицать, но лицо Кима всё равно выражает какие-то запредельные эмоции. А уж когда парень совершает идеальное приземление четверного сальхова, даже Юнги хмыкает, в то время как Намджун почти подрывается с места. Они оба знают как Чимину трудно давался этот прижок, в своё время Мин лично учил его приземлять, а вот теперь Пак блестает. - Ты любишь его, - вдруг накрывает Юнги осознанием, в тот самый момент, когда выступление подходит к концу, а у Джуна на глазах, кажется, блестят слёзы, или возможно это свет так падает? - Ты ведь любишь его. - Безумно, - Ким смаргивает слёзы - значит всё-таки не свет! - и легко улыбается, - Мы поженимся, когда закончится сезон. - Но в Корее же нельзя... - Юнги широко распахивает глаза от удивления. - А в Европе можно, - подмигивает ему Ким, - Удачи в своей собственной программе, - и он уходит навстречу своему подопечному, и видимо возлюбленному, напоследок ободряюще похлопав по плечу. Мин хлопает глазами. Ещё буквально пол года назад, услыш он эту фразу обязательно бы почувсвовал укол в самое сердце, но сейчас ему всё равно. Нет, даже не так. Он счастлив. Он безумно счастлив за этих двоих, что они нашли друг друга и теперь могут смело говорить о своих чувствах. Может ли он так же? Из дум его вырывает голос ведущего, который объявляет следующий номер под песню Hozier под названием Take me to church. Мин знает эту песню и она ему безумно нравится. Впрочем как и тот кто сейчас выходит на лёд. Чонгук облачён в чёрную блузку с тканевыми узорами, которые изображают языки пламени. Он останавливается в центре арены, слегка скрестив ноги, и словно бы интуитивно находит Юнги в зале, слегка кивая ему. Музыка начинается и он делает резкий разворот, двигаясь спиной назад и сложив руки в каком-то молитовном жесте. Движения гораздо медленнее по сравнению с короткой программой, но всё такие же резкие. Чон практически опускается на одно колено, но в последний момент поднимается в исходную позицию и повторяет это же движение в другую сторону. Юнги возможно совсем немного засматривается на мышцы ног, но ему вообще не стыдно. Дорожка из петель как никогда быстрая. На этот раз угольный рисунок имеет ещё более хаотичные штрихи, будто бы что-то выбило художника из колеи. Толчок правой ногой и заход на четверной флип. В его программе заявленно пять четверных и Юнги с какой-то ели ощутимой горечью понимает, что средний бал Чонгука будет самым высоким, ведь он наверняка выполнит всё идеально. Вращение без смены позиции гипнотизирует и Мин даже не сразу замечает как Чонгук скрещивает ноги и выполняет четверной риттбергер. Зал аплодирует и это правильно, к такому выступлению просто невозможно остаться равнодушным. Снова дорожка из замысловатых крюков и искрящийся контакт глазами, когда Чон проезжает мимо того места, где устроился Юнги. А дальше происходит нечто неожиданное: Чонгук прыгает в четверной аксель, которым владеет почти досконально, но не докручивает последние пол оборота, сбивается, касаясь льда. Юнги ахает. Аксель - единственный обязательный прыжок в произвольной программе и сделать в нём ошибку - страшна вещь. Да и базовая стоимость слетает с 12,5 до 8 балов. Это плохо, но не критично, осталось ещё два прижка, а с ними всё наверняка будет хорошо. Чонгук делает кораблик, немного отклоняя корпус назад, заставляя ткань на животе натянуться и продемонстрировать всем рельеф мышц. Мин почти ревнует, но быстро напоминает себе что один поцелуй ни к чему не обязывает, тем более они больше не вспоминали это. Прижок в шпагат поражает зрителей и заставляет их ахнуть, а последовавший практически сразу за ним четверной тулуп снова вызывает бурю аплодисментов. Музыка подходит к концу, Чонгук делает комбинированное вращение, в конце концов опускаясь на колени и откидываясь спиной назад. Зрители хлопают особенно громко, а Юнги на пальцах пересчитывает элементы, понимая что одного прыжка всё же не хватает. Он срывается с места и осторожно, стараюсь не споткнуться на коньках, проходит между рядов прямо к выходу на лёд, перехватывая Чонгука, как только тот выходит. - В твоей программе же заявлено пять прыжков, - уточняет, стараясь заглянуть в глаза и надеется не увидеть там грусть. - Да, но я решил поменять, просто так было... - он не успевает договорить, так как наконец сканирует взглядом костюм Юнги и, возможно, теряет дар речи. Мину становиться ужасно неловко. Он выбирал наряд под атмосферу выступления, поэтому остановился на, непривычных для мужчин-фигуристов, чёрных шортах и такой же футболке, поверх которых накинул белую рубашку, на несколько размеров больше, вытянутую из шкафа брата. Это должно было добавить настроя его номеру, но видимо он перестарался. - Ты... Твои ноги... - Чонгук тяжело сглатывает, - Я не должен сейчас думать о подобном, дерьмо... Юнги, просто удачи, сделай это, - неловко чмокает в макушку и спешит удалиться. Мин провожает его удивлённым взглядом и, возможно, хочет что-то спросить, но ведущий уже объявляет его выход. Поэтому он лишь глубоко вдыхает и распускает волосы по плечам. Не время думать о том что теперь между ними. Он выезжает на центр арены и осторожно опускается на лёд, сначала коленями, а потом и вовсе всем корпусом. В спину становится сразу обжигающе холодно, но видимо практика ввиде поцелуев в точно такой же позе помогла. С первыми аккордами Beautiful mess в исполнении Kristian Kostov Юнги плавно поднимает руки к потолку, за ними, словно бы импульсом, поднимает и тело, становясь на колени. Грациозным движением вытягивает одну ногу в сторону, делая наклон корпуса в противоположную, и наконец поднимается на обе ноги. Теперь это действительно его игра. Чонгук тогда чётко подметил, что Мин владеет грацией и пластичностью словно настоящим оружием. Когда он был младше, его до ужаса бесили сравнения с куколкой или девчонкой, но сейчас он научился пользоваться всеми привилегиями своего тела, включая изящные запьястья с прожилками голубых вен и острые, из-за худобы ног, колени. Плавная дорожка состоящая из сплошных петель отлично сочетается с медленными движениями руками. Юнги точно знает когда и как нужно взмахнуть кистями так, чтобы полы рубашки подлетели вверх и волнами опустились вниз. Толчок правой ногой и четверной флип с двумя поднятыми руками. Зал аплодирует оглушительно и это то чего он добивался. Спираль является обязательным элементом женского фигурного катания, но нигде не прописано, что мужчинам запрещено её делать, поэтому Мин использует предоставленный шанс в свою пользу. Выход на кораблик и ещё один прыжок - четверной сальхов. Сейчас из всех участников у него в программе больше всего четверных, учитывая то что случилось во время выступления Чонгука и если у него всё получится, то... Грудь почему-то сдавливает неприятное чувство. Нет, не сейчас! Ещё одна дорожка, переходящая в четверной лутц с поднятой рукой. Снова громкие аплодисменты. Ну конечно, мало кто ожидал от него такого шоу сразу же в дебютный год. Юнги слишком сильно любит удивлять. Возможно именно поэтому во время очередного разворота он протягивает руки в сторону где сидит Чонгук и делает манящее движение пальцем. Он не позволяет себе такой розкоши как увидит реакцию, а сразу продвигается к следующему элементу. Толчок от ребра конька и - да! - четверной сальхов, да ещё и во второй половине программы. Он справился с прижками, осталось завершить выступление. Прижок во вращение, смена ноги и небольшая вольность в этом полном мягкости номере - резкое торможение, когда от удара лезвия об лёд от него отлетают крошечные кусочки. Ну и пусть, всё равно Юнги выступает последним. Парень замирает с руками у лица, осторожно проводит ими вдоль щёк и опускает вниз. Зрители в полнейшем восторге, Мин делает глубокий поклон и спешит покинуть арену. - Ты сделал это! - тут же с криком виснет на нём Тэхён, - Ты заставил их уронить челюсти! Но поднять обе руки? Безумец! - Действительно, только безумец будет менять произвольную, не посоветовавшись с тренером. Где твоя совесть, Мин Юнги? - журит его Сондык, хоть в глазах сонсэнима слишком ярко выделяется гордость своим воспитанником. - Многие великие фигуристы немного отступали от наставлений своих трениров дабы удивить зрителя, - на плечо опускается тяжёлая рука Намджуна, - А я же говорил что тебя ждёт великое будущее. - Это было действительно волшебно, - кивает Чимин, что всё это время не отпускал руку своего наставника, - Буду рад сразиться с тобой во время Гран-при. - Что? - Юнги непонимающе хлопает глазами, - Результаты объявили? - Конечно, - Джунки крепко обнимает его со спины, - Ты победил, братец. А Чимин на втором месте и он набрал достаточное количество балов чтобы как и ты поехать на следующий этап. Не зевай, скоро выходить на сцену за награждением. - Победил? Чимин второе? А как же... - Юнги оглядывается в поисках Чонгука, но никак не может выцепить его в толпе, - Как же будет... - Ей, земля вызывает Юнги, - Тэхён щёлкает пальцами у него перед глазами, - Не слышал что-ли? Выходи на награждение, - и мягко подталкивает его к арене. Кажется, абсолютно никто не замечает, что у Юнги в груди собственный лёд идёт трещинами.

***

Юнги ненавидит светские мероприятия и абсолютно всё что с ними связано. Он терпеть не может на себе этот строгий костюм, где у рубашки обязательно выглаженный воротник и застёгнуты все пуговицы, где галстук подбирается по контрасту к пиджаку, где из-за под брюк выглядывают носки лакированных туфель. Его раздражает, когда приходится собирать волосы на затылке в причёску, которая по мнению Сондыка выглядит подобающе, а на сугубо его личный взгляд - ужасно неудобная. Его бесит необходимость улыбаться всем и вся, особенно если ты победитель, медленно прогуливаться с бокалом шампанского, которое больше для вида, чем для потребления, и благодарно кивать на поздравления. Он не хотел здесь быть, Мин бы правда отдал сейчас всё что угодно чтобы просто тренировать свою гала-программу, а не заниматься подлизыванием и прочей чепухой, но строгий взгляд тренера и его "ты обязан" лягли на плечи гранитной плитой. Почему это он вообще кому-то что-то обязан? Юнги выискивает в толпе Чонгука. Почему-то от одной мысли о нём на душе неприятно скребут кошки, а ладони начинают потеть и липнуть к стеклянному бокалу. Наконец он цепляет взглядом хоть одно знакомое лицо, увы не то, которое больше всего надо и, лавируя между гостями, направляется к фуршетному столу. - Как тебе мероприятие? - спрашивает он у Чимина, который, кажется, тоже абсолютно не рад здесь находится. - Сомнительное, но бутерброды вкусные и вот эта штучка тоже, - Пак откусывает кусочек от фруктовой корзинки. - А где Намджун? - Где-то там, - неопределённый взмах рукой, - В толпе поклонниц и воздыхательниц. - Ты что ревнуешь? - спрашивает Юнги, который отчётливо услышал горечь в голосе собеседника. - А ты на моём месте не делал бы так? Его ж тут каждый третий увести хочет, - Чимин осторожно подхватывает бокал с подноса проходящего мимо официанта и делает несколько глотков. - Это правда, я и сам хотел раньше, - пожимает плечами , - Но суть то в том что он любит только тебя. Ты просто не видишь как он смотрит на твои выступления. Будто ты - самое ценное что есть в его жизни. - Он просто гордится своими достижениями как тренера, - и снова эта грусть в голосе. Ну уж нет. - Хватит с тебя на сегодня, - забирает из рук Чимина бокал и отставляет его на стол, - Слушай, Пак, ты просто не видел этот взгляд. Так не смотрят, когда просто гордятся. Это как... Как.... - Как Чонгук смотрит на тебя? - подсказывает и понимающе улыбается. - Что? Он буквально не делает ничего такого, - выпаливает, а после задумывается. Разве нет? Ах, ну какого чёрта это всё так сложно? - Вам нужно поговорить, - Чимин ободряюще гладит его по макушке, - Вот прямо сейчас найди его и поговори. А я пойду напомню Намджуну что он скоро выходит замуж, - подмигивает напоследок и направляется в сторону Кима, слегка покачивая бёдрами. Возможно Чимин прав? Именно об этом задумывается Юнги, когда остаётся сам. Но есть ли в этом смысл? Они разъедутся по своим городам и встретиться только на следующем сезоне, а спустя год всё то что произошло в тренировочном зале не будет иметь ровным счётом никакого значения. Или будет? Мин прислушивается ко внутренним ощущениям. Бабочки никуда не делись и всё так же ползают по грудине с внутренней стороны, слегка щекочут сердце крыльями, создавая то самое ощущение, которое он раньше никогда не испытывал, даже во время влюблённости в Намджуна. Как он умудрился влюбиться за столь короткий период, спустя буквально несколько разговоров по душам? Так у всех людей происходит? Он правда не знает. Хотя, неверное, это не так уж и важно. В толпе впервые за весь вечер мелькая та самая макушка и Юнги до боли сжимает руку в кулак так чтобы ногти впились в кожу. Он ничего не потеряет если получит отказ, но потеряет столь многое если даже не попытается. Поэтому он залпом допивает алкоголь, для храбрости, и двигается в сторону Чонгука. Проталкивается мимо снующих туда сюда людей, стараясь не потерять из виду, и наконец оказывается рядом. - Хэй, - осторожно касается его локтя, - Я не видел тебя весь вечер. Чонгук оборачивается на звук знакомого голоса и замирает, осматривает с головы до ног и широко улыбается. - Поздравляю с заслуженной победой. - Ты не расстроился? - всё же спрашивает, прислушавшись ко внутреннему тревожащему чувству. - Почему я должен был? - в этот момент Юнги вспоминает слова Чимина, ведь Чонгук смотрит на него тем самым особенным взглядом даже в этом дурацком и неудобном наряде, при том что сам всё ещё выглядит как божество, в синем костюме-тройке, да так что Мину почти больно на него смотреть. - Ты же хотел победить, - нервно гризёт нижнюю губу. - Все хотели, но тебе же на них плевать, - говорит абсолютно без обиды, просто констатирует факт. - Ты не все, - говорит раньше чем успевает подумать и видит неверие в чужих глазах из-за чего собственное сердце делает "тудун". Чонгук поражает его, когда наклоняется и шепчет практически в ухо: - Значит на меня тебе не плевать? - Я же говорил, что влюблюсь, если ты не прекратишь так на меня смотреть, - играет на поражение и разводит руки в стороны мол "смотри", - Разбирайся теперь с этим. - Ты понимаешь как это звучит? - Чонгук тяжело сглатывает. - Должно звучать как "давай уйдём из этой тухлой вечеринки".

***

Они целуются ещё в такси и Юнги должно быть страшно или хотя бы волнительно. Ему всё ещё нет даже тех самых чёртовых восемнадцати, хотя до марта осталось не так много времени впринцыпе, и вообще он поцеловался впервые несколько дней назад, но ему до ужаса спокойно. Таксист косится на них через зеркало заднего вида и неодобрительно качает головой, а Мин испытывает непреодолимое желание показать ему средний палец. Значит когда обычные парочки фактически срывают друг с друга одежду на заднем сидении - это нормально, а как два парня просто целуются без намёка на бурное продолжение - сразу нужно цокать языком. Ну он хотя бы молчит и просто везёт их, на чём спасибо. Квартиры у Чонгука в Сеуле естественно нет, а в дом брата его вести Юнги точно не стал бы, поэтому они едут в отель, где старший снимает номер. Обоим, кажется, сложно держать себя в руках пока они проходят через холл и даже в лифте смотрят куда угодно но не в глаза друг другу. Почему-то становится ещё более неловко, когда они оказываются в самом номере и ни один из них не знает что делать. - Наверное, нужно в душ, - бурчит Юнги куда-то в пол, в очередной раз проклиная дурацкую причёску, что нет возможности спрятать лицо. - Да, да нужно. Если ты правда... Чёрт, я не думал что это так неловко! - Чонгук отступает в глубь комнаты, - Ванная слева, а я пойду приготовлю для тебя чистую одежду. Юнги киснет в душе около часа, старательно скребёт кожу. Находит на полочках какой-то гель для душа с запахом сандала, в душе надеясь что Чонгуку нравится этот запах, и проделывает это ещё раз. Ему тревожно. Очень. Типа он никогда даже не фантазировал по поводу всяких интимных вещей, учитывая что у него никогда не было времени на личную жизни. Впринцыпе, Чон не станет над ним смеяться вдруг что. Он выходит из ванной и замечает большую серую футболку на крючке для полотенец, явно Чонгукову, и тут же натягивает её на себя, немного прослушивает волосы полотенцем и наконец проходит в спальню. Они с Чонгуком даже не пересекаются взглядами в тот момент когда меняются местами нахождения. Юнги забирается с ногами на большую мягкую кровать и усаживается в позу лотоса. Ну и где обещанное предвкушение? Тот запал, который был ещё в машине, улетучился словно бы его и не было, а внутренности скрутило тугим узлом. Нет, так быть не должно! Всё просто обязано стать хорошим воспоминанием. Он расстилает кровать, завешивает шторы, в который раз поправляет на себе футболку, бесясь что она доходит лишь до середины бедра, хотя с другой стороны - Чонгук уже видел его в шортах. Когда дверь в ванную открывается, он демонстративно поворачивается спиной мол "и вовсе я тут не нервничаю, не находя себе места, и вовсе я тебя не жду". Шлепки босых ног по полу слишком отчётливо слышаться в тишине комнаты, а когда его талию обхватывают крепкие руки, Юнги и вовсе вздрагивает. Он разворачивается в кольце рук на все сто восемьдесят и мгновенно жалеет об этом. Чонгук стоит в одном полотенце, что держится вокруг бёдер лишь на честном слове, с мокрых волос капельки воды падают на голую грудь и Мин почти что тянется, дабы словить их губами, но вовремя останавливается и сам себя ругает за подобные вспышки желаний. - Красивый, - Чонгук накручивает на палец прядь его волос и, совершенно нелепо в этот момент, чмокает его в нос, - Переживаешь? - Нет конечно, я же каждый день с кем-то трахаюсь! - получается как-то истерично и Чонгук, откинув голову назад, громко смеётся. - Ты ужасен! Не употребляй это слово в моей спальне, - слишком забавно морщит нос. - Нет, а мы что вязанием крючком будем заниматься, я не понимаю. - Невыносим, - на этот раз чмокает в губы, - И слишком очевидно паникуешь. Я между прочим тоже никогда не спал с парнем. А ещё в этом номере нет ничего нужного, но хорошо что я беру с собой крем для рук, - улыбается широко. - Я тебя ненавижу, - Юнги закрывает лицо ладонями и падает спиной на кровать, - Ты точно знаешь что делать? - Нет, говорю же у меня был опыт только с девушками, - Чонгук нависает над ним и осторожно убирает руки от лица, - Мы можем ничего не делать, ты же вкурсе? - Но я хочу попробовать, - хмурит брови и закусывает губу. Это всё получается так по-детски, что Чонгук снова смеётся. - Хорошо, тогда, - наклоняется к прикроватной тумбочке и берёт с неё крем в какой-то зелёной упаковке, - Давай попробуем. На этот раз он целует по-другому, практически сразу углубляет и проводит кончиком языка по кромке зубов. Ладно, возможно Чон может защитить диссертацию на тему "Как возбудить поцелуями". Хотя есть вариант, что это просто Юнги настолько впечатлительный. Но в любом случае совсем скоро внизу живота разливается приятное тепло, а когда Чонгук всасывает его нижнюю губу, Мин не сдерживает всхлыпа. - Тебе нельзя быть таким чувствительным, - Чон приживается губами к его ключице, - Иначе я сейчас умру от переизбытка эмоций. - Это ты то умрёшь?! - он не успевает продолжить своё возмущение ибо с него наглым образом стягивают футболку и мажут губами по уже оголённой груди, в такие моменты знаете ли не до возмущения. Чонгук спускается осторожными поцелуями до резинки боксёров, обжигая горячим дыханием кожу. - Я могу? - цепляет пальцами край. Он серьёзно спрашивает? Юнги его прибьёт. Не сейчас конечно, но когда они закончат - обязательно. В этот же момент он может только лишь кивнуть. Холодный воздух слишком резко касается обнажённой кожи и Мин порывается свести колени, но его останавливают. - Не зажимайся. Холод скоро пройдёт, но если не расслабиться, скорее всего тебе будет неприятно. Легко сказать "не зажимайся". Ибо возможно в тот момент, когда Чонгук щедро поливает кремом ладонь, Юнги успевает трижды подумать о том нахрена он вообще согласился на эту авантюру. В голове тут же всплывает прикол про "я люблю экстрим", но он быстро отгоняет эту дурацкую мысль. - Эй, всё будет в порядке, расслабься, - Чонгук опускает левую руку ему на живот и слегка поглаживает, при этом снова втягивая в поцелуй, что бы отвлечь. И совсем скоро Юнги понимает от чего именно. Когда внутрь толкается первый палец это больно и неприятно. Ощущения жжения и зудения раздражают чувствительные стеночки изнутри и честно говоря ему хочется встать с кровати с громки "да кто такой этот ваш секс?" и уйти, хлопнув дверью. Но Чонгук продолжает шептать слова успокоения, чередуя их поцелуями. В какой-то момент Мин просто абстрагируется. Ему не приятно и даже близко, возбуждение практически полностью спало, но и особо сильной боли уже не ощущается просто дискомфорт и непривычные ощущения. В это время пальцы Чонгука что-то задевают внутри и Юнги вскрикивает. Это ощущение неожиданной вспышкой удовольствия проносится по телу и он тихо шепчет: - Сделай так ещё. Чон делает и это - о господи - приятно. Парень шире разводит ноги и поддаётся навстречу пальцам. Глаза закатываются, а рот приоткрыт в безвучном стоне, но этого блять мало! На самом деле чертовски мало чтобы получить настоящее удовольствие и, тем более, для того чтобы кончить. - Видел бы ты себя сейчас, - выдыхает Чонгук. Юнги чувствует неожиданно неприятную пустоту внутри и приподнимается на локтях дабы понять что не так, - Всё в порядке, я просто снимаю полотенце. И лучше бы Мин этого не видел, ибо желание пискнуть что-то похожее на "не влезет" и убежать становится слишком сильным. Снова звук открытия тюбика с кремом и парень жмурится до звёздочек перед глазами. А уж когда чувствует у мышц сфинктера головку, а следом и первый толчок, буквально на несколько сантиметров, до крови вгрызается в губу, потому что вот это уже действительно больно! Чонгук старается сделать всё аккуратно, целует взмокшие виски, осторожно поглаживает внутренюю часть бедра и останавливается буквально после каждого маленького толчка, но это всё не уменьшает болезненных ощущений и Юнги чувствует брызнувшие из глаз слёзы. - Тебе настолько больно? Может тогда не нужно? - Чон обеспокоенно заглядывает в его глаза. Юнги отрицательно мотает головой, шепчет "давай продолжим" и пытается максимально расслабиться. Через какое-то время боль практически полностью уходи, но даже лёгкие уколы наслаждения, из-за того что член наконец попадает по простате, не скрашивают того что было. Чонгук останавливается, оставляет поцелуй на лбу и отстраняется. - Что ты... - Юнги пытается подняться и непонимаеще морщит лоб. - Мне не нравится причинять тебе боль. Лучше потом разберёмся с этим и сделаем правильно всё в следующий раз. А пока, - он обвивает пальцы вокруг члена Мина, - Я хочу принести тебе удовольствие так как умею. Он доводит их до разрядки поочереди при том действительно делает это умело, заставляя Юнги метаться по кровати и громко стонать. В конце Чон даже находит в себе силы сходить за салфетками и вытереть их, ибо идти снова в душ никому не хочется, а после всё же падает на кровать рядом с Мином. - Мне не понравилось, - произносит Юнги и прячет лицо в чужом изгибе плеча. - На самом деле мне тоже, - Чонгук поглаживает его по макушке. - Я бы предложил выйти покурить, но мы же не курим. - Ну можем просто выйти посмотреть на звёзды, - Чон поднимается на локтях, - Только трусы не забудь надеть. - Да пошёл ты, - Юнги запускает в него подушку, конечно же промахиваясь, после чего с недовольным бурчанием натягивает боксёры и футболку. Он лениво плетётся в сторону балкона, но когда оказывается там всё же довольно улыбается. Ему всегда нравились звёзды. Снег, ездить в машине брата под музыку, идеально выполненный четверной аксель, карамельный латте, ставить новые рекорды, целоваться и смотреть на звёзды - гласит его список любимых вещей. - Расскажешь теперь почему всё же убрал один четверной из своей программы? - спрашивает Юнги, когда чувствует спиной знакомую тёплую грудь. - Просто так захотел, вот и всё. И нет, я не поддался, даже не смей думать о таком. - Ты же хотел привезти золото с Кубка мира в Пусан, доказать что фигурист-самоучка способен на многое, - поворачивается к нему лицом и слегка закидывает голову чтобы смотреть в глаза. - Просто я понял - доказывать что-то нужно в первую очередь себе. А золото я обязательно привезу. Как только ты его получишь, перекину тебя через плечо и увезу в Пусан с родителями знакомить. - Ты хочешь познакомить меня с родителями? - от этой фразы в груди младшего разливается тепло. - Конечно, золотой мальчик, - оставляет поцелуй на кончике носа, - А теперь пойдём спать, тебе завтра рано вставать чтобы репетировать своё гала. - Чонгук, я хочу его поменять, - говорит вдруг, словно бы совершенно не к месту. - Что? - Я хочу полностью поменять свою гала-программу чтобы она соответствовала моему "я", а не желаниям Сондыка. И я прошу у тебя помощи.

***

Возможно Юнги волнуется, но совсем немного. Уже второй день к ряду он играет с Сондыком в "попробуй найди меня". Телефон выключен, возможные места встречи умело остаются проигнорироваными. А всё потому что не нужно тренеру знать о внезапных изменениях в выступлении. В конце концов гала-программа - это не конкурсное выступление, а шоу для зрителей, которое никак уже не повлияет на его бал. - Тебе очень идёт этот наряд, - слышит он над ухом и резко поворачивается, чуть не падая на Чонгука. - Твою мать, я чуть не поседел. - Знаешь, а ведь не пришлось бы больше никогда деньги на краску тратить. В следующий раз сильнее напугаю, - громко смеётся и уворачивается от тычка в плечо, - Тренер тебя ещё не видел? - Никто меня ещё не видел, иначе бы отправили переодеваться, - он по сути говорит правду, увидь наставник красные, сделанные под армейский стиль, штаны, что сидят ниже тазовых косточек, белую майку, поверх которой на талии затянут корсет и подведёные лайнером глаза, его однозначно хватил бы инфаркт, а после Юнги бы получил хорошенький нагоняй и был бы отправлен менять эти "тряпки" на что-то нормальное. - Вот значит какое у тебя истинное "я"? - Чонгук с интересом наблюдает за тем как Мин поправляет алые митенки, - Бунтующий подросток? - Иди в задницу. - Пробовал, тебе не понравилось, - невозмутимо пожимает плечами. - Верни мне того Чонгука, который был при нашей первой встрече, или, клянусь, я задушу тебя во сне, - шипит словно злой кот. - Обязательно, только нам уже пора выходить, - кивает в сторону арены. Парень лишь фыркает и двигается к борту, как слышат громкий окрик: - Какого чёрта, Мин Юнги?! - голос явно принадлежит Сондыку. - Валим! - он хватает Чонгука за руку и вытягивает за собой на лёд. Зрители в зале удивлённо ахают и начинают перешёптываться. Чон же с хитрой улыбкой хлопает Юнги по плечу и занимает своё место в самом краю сцены, прячась в темноте. Свет софитов сейчас направлен только на Юнги, который замер ровно посредине, зафиксировав одну руку на бедре, а ногу согнув в колене. Они с Чонгуком вчера весь день ставили этот номер, должна получится просто пушка. Колонки оживают дерзкой мелодией Pretty savage в исполнении Blackpink. Ну что ж, главная задача гала - показать шоу. Юнги покажет. Он резко поворачивает голову в сторону, бросая самоуверенный взгляд на зрителей, немного откидывается назад, призывно проводит рукой по груди и срывается с места. Да, Мин действительно владеет грацией и прочими обязательными для фигуристов качествами, но никто не говорил что ему это всегда по душе. Пора прекратить быть заложником одного образа. Его дорожка шагов совсем немного аритмичная, дважды прерывается корабликом, и на первый взгляд абсолютно не в его стиле, но зрители должны безошибочно угадать хореографа. Судя по аплодисментам, они с этим справились. Юнги осторожно опускается на одно колено и откидывается всем корпусом назад, проводя руками по льду и делая максимальный прогиб в спине, а когда снова поднимается на ноги, тут же исполняет прижок в шпагат. Кажется людям такой стиль по душе. Возможно, гораздо больше чем, уже давно приевшаяся, плавность. Ещё несколько петель и крюков, любимая спираль и наконец - выход Чонгука. Ещё один софит загорается прямо над головой парня, что до этого стоял в тени. Юнги подезжает к нему и дерзким жестом протягивает руку, Чон тут же стягивает с него митенку. Ещё одна рука и вторая перчатка летит на лёд, снятая зубами. А уж когда Юнги ловким движением закидывает ногу Чонгуку на плечо, осторожно,стараясь не задеть лезвием, и их лица оказываются в паре сантиметров друг от друга, зал сходит с ума. Резко отолкнутся от груди партнёра, чтобы нога оказалась снова на льду и парень отезжает спиной вперёд, маня старшего за собой пальцем, тот послушно следует за жестом до тех пор, пока они не оказываются в центре. Тогда Чон поудобнее перехватывает его руку и поднимает над головой, дабы у Юнги была возможность сделать оборот во круг своей оси и остановится спиной к нему. После чего подхвативает его одной рукой под правое колено, а второй за талию, и делает несколько кругов на месте. Оба снова на льду исполняют дорожку шагов с поразительной синхронностью не смотря на то что никто из них никогда раньше не катал в паре. Чонгук опускает руки на талию Юнги и поднимает его, снова помогает обернутся под рукой и отпускает, позволяя парню перейти в волчок, пока сам выходит на кораблик вокруг. Зрители действительно беснуют и аплодируют максимально громко, когда выступление заканчиваются и парни замирают в той самой позе, когда Юнги практически лежит на руках у Чонгука, а тот склонился над ним буквально в сантиметре от поцелуя. И тогда Мин решается: опускает руку Чону на шею, притягивает к себе и, шепнув прямо в губы "я всё-таки влюбился", глубоко целует прямо на глазах у сотен людей. Ну что какой там список вещей, которые нравятся Мин Юнги? Он любит снег, ездить в машине брата под музыку, идеально выполненный четверной аксель, карамельный латте, ставить новые рекорды, целоваться, смотреть на звёзды и Чон Чонгука.