Предвкушение праздника

      За неполных два дня до Нового года погода спохватилась, что городу не хватает светлых тонов, и с неба крупными хлопьями повалил снег. На Невском, прогретом выхлопами автомобилей и дыханием сотен туристов, он слипался в серую кашу на тротуарах и брызгами из-под колёс оседал на куртках прохожих.       А прохожих в предпраздничный день было много. Недавно приехавшие вертели головами, разглядывая проспект, из-за праздничной иллюминации больше напоминавший свадебный торт. Из огромного магазина известного бюджетного бренда с пакетами наперевес выскакивали те, кто поспешно сметал с полок наряды для новогодней ночи или подарки троюродным друзьям, о которых заранее никогда не вспоминаешь.       Сергей, засунув руки в карманы пальто, неспешно шёл вдоль самых стен, спасаясь от брызг, и, посмеиваясь, смотрел по сторонам.       — Помнишь, на первом курсе мы так же бегали, как сумасшедшие? Тебя какие-то знакомые позвали, ты и меня решил привести. Заявил, что не с пустыми же руками идти, и развёл бурную деятельность…       Улыбнувшись, Олег кивнул и выпустил в серое небо струйку дыма. На фоне всеобщей суеты он чувствовал себя чертовски расслабленно. Никаких грандиозных планов на ближайшие дни — можно просто идти, неспешно затягиваясь и любуясь, как снежинки оседают и тают на волосах Сергея. Завтра тот точно будет шмыгать носом и бухтеть, что во всём виновата питерская погода, а никак не его пижонская натура, не позволяющая одеться скромнее, но по погоде. Но до завтра оставалось ещё столько времени, что вполне можно было себе позволить просто наслаждаться моментом.       — Что в новогоднюю ночь загадаешь? — поинтересовался Олег.       — Чтобы Леру не пустили в расход раньше, чем нужно, — ни секунды не раздумывая, отозвался Сергей.       Олег покосился на него с лёгким удивлением, но предпочёл промолчать.              Лера же тем временем, балансируя на скрывающихся под тонким слоем снега льдинах, бежала к подъезду. Неудобные пакеты из супермаркета оттягивали руки, а чтобы достать ключи, один пришлось повесить на дверную ручку.       В кармане завибрировал телефон. Вздрогнув, Лера едва не выронила ключи и, пользуясь тем, что одна рука всё ещё была относительно свободна, просмотрела входящее сообщение. Обнаружив, что это всего лишь одногруппница интересуется, не хочет ли Лера завтра присоединиться к их компании, она с облегчением выдохнула. Вопреки тому, что на друзей и знакомых последние месяцы катастрофически не хватало времени, уже несколько человек успели позвать её на праздник. Лера отвечала всем вежливым отказом, мечтая просто спокойно посидеть за праздничным столом с родителями (и Кирей, если повезёт). И главное, чтобы минимум до второго января не пришло ни одного сообщения от пользователя «Имя Фамилия». За прошедшие месяцы Лера достаточно изучила неуёмную натуру Разумовского, чтобы понять, что ему ничего не стоит вызвать её для очередного задания прямо в новогоднюю ночь.              На противоположной стороне проспекта уже порядком заснеженный уличный музыкант сидел со светящейся гитарой в руках и, безбожно перевирая текст песни, пел про «девочку с глазами из самого зелёного льда».       — А лёд вообще бывает зелёный? — задумчиво пробормотал Сергей, с интересом прислушиваясь в ожидании сигнала светофора. Обогнув музыканта и небольшую толпу, окружившую его, они двинулись по светящемуся туннелю бульвара.       — Не романтик ты, Серый, — усмехнулся Олег. — Хочется ему о своей девочке петь — и поёт. И пофиг уже, какого там цвета бывает лёд — хоть чёрный.       — Да, кстати о девочках, — задумчиво замедлил шаг Сергей. — Надо будет Лере не забыть поздравление отправить. А то невежливо выйдет.       — А почему мне кажется, что ты просто лишний раз хочешь напомнить ей о себе, чтобы не вздумала расслабляться?       Сергей в ответ пожал плечами с максимально невинной улыбкой, от которой Олег невольно поёжился.              Мама всегда начинала готовить заранее, чтобы 31 декабря не проводить весь день на кухне. Пытаясь ей помочь хоть каким-то минимальным «помыть-нарезать», Лера всё чаще ловила себя на том, что продолжает нервно поглядывать на телефон. Экран оставался пустым — поток жаждущих увидеть Леру наконец иссяк.              — Что у нас на завтра в меню? — поинтересовался Сергей, останавливаясь возле скамейки. Задумчиво потрогав ладонью скользкое каменное сидение, он поморщился и неспешно зашагал дальше.       — Советское шампанское с «Дошираком», — бесстрастно отозвался Олег. — Я готовить, конечно, люблю, но ё-моё, Серый, давай я не буду в этот раз прыгать у плиты.       — Фи, какой плебейский вкус, — ухмыльнулся Сергей. — «Советское»… Я же тебя напитки готовить не заставляю. Ладно, закажем что-нибудь.              В отличие от Олега, Лера была рада «прыжкам» у плиты. Расслабленная болтовня с мамой и простые, монотонные действия давали свои плоды — с каждой минутой постоянное напряжение и тревога последних месяцев отпускали её.       Когда телефон всё-таки завибрировал, Лера даже не вздрогнула. Продолжая слушать маму, она неспешно вытерла руки и взглянула на экран. Нахмурилась, вчиталась и медленно положила телефон обратно на столешницу.       На не успевшем погаснуть экране осталось висеть сообщение от «Имя Фамилия». И хотя в нём не было требования завтра куда-то бежать и с кем-то разбираться, ощущение угрозы для тихого семейного праздника никуда не делось.       «С наступающим. Повеселись с семьёй как следует, пока есть такая потрясающая возможность».              Пока Сергей писал сообщение, Олег переминался с ноги на ногу, зябко надвинув поглубже шапку.       — Ну что, поздравил?       — Угу, всё, пусть развлекается, — ответил Сергей.       Он оглядел набережную Мойки, до которой они как раз дошли, но вокруг не было ни души. То ли никого не тянуло прогуливаться по мрачноватым закоулкам, то ли время уже перевалило за тот порог, когда праздно шатающиеся толпы начинают расползаться по домам и отелям. С довольной улыбкой Сергей притянул Олега за воротник к себе и неспешно поцеловал.       Олег с готовностью ответил на поцелуй, запустив пальцы в волосы Сергея и рассеянно думая, что скоро тот опять побежит в парикмахерскую, заявив, что стал слишком хорош для этого мира.       — Пусть развлекается, — повторил Сергей, отстранившись через какое-то время. — И мы развлечёмся. Верно, Олег? А то всё дела да дела.       Олег в ответ молча, но с максимальным энтузиазмом кивнул. Понятие развлечений у Сергея иногда принимало экстравагантные формы, но кажется, в этот раз они сойдутся во вкусах.