Утешение.

Ночь. Тёмная и глубокая ночь окутала остров Бармаглот. Время уже заполночь, но не все в коттеджах спят. Тому доказательство – Казуичи Сода, Абсолютный Механик. Предмет его обожания, Сония Невермайнд, снова его отшила. Который день это происходит? Десятый? Сотый? Он уже сбился со счёта. Но попытки не прекратил. Как будто он не видит, что принцессе на него плевать. Как будто не знает, что шансы на их совместное будущее, о котором он так мечтает, равны нулю. Похоже, контактные линзы не делают его особо зрячим. И вот, он вновь покидает свой коттедж и направляется к пляжу. Пребывание там хорошо успокаивает, но не даёт полностью забыться. Будь на острове алкоголь, Казуичи бы уже давно спился с горя. Но, к его несчастью, здесь нет ни намёка на наличие выпивки. Механик не первый день приходил сюда, так что его действия были машинальными. Он сел на песок, обхватил руками колени и отдался эмоциям. Плакал он тихо, и его плач смешивался с шумом волн, медленно прикатывающих к берегу и откатывающих назад. Казалось бы, сейчас механик поплачет ещё немного, грустно посмотрит на звёзды и вернётся в коттедж, но...в эту ночь не спалось не только ему. Ни с того, ни с сего, бессонница решила навестить ещё кое-кого, чьё имя было Фуюхико Кузурю. Сначала он думал вставать не сразу и попытаться уснуть, но попытки оказались тщетными. Тогда якудза бросил эту затею и решил прогуляться, подышать свежим воздухом, поразмышлять над чем-нибудь. Блондин оделся и вышел из коттеджа. Его путь так же лежал на пляж. И, сунув руки в карманы, Абсолютный не спеша приближался к месту назначения. Каково же было его удивление, когда выяснилось, что он здесь не один. А с Казуичи. Так ещё и плачущим. Фуюхико это не просто заинтересовало, а даже насторожило. Какого чёрта Сода сейчас сидит перед ним и ревёт как маленькая девчонка? Нет, он, конечно, тот ещё плакса, но какая может быть причина, чтобы в такое позднее время прийти на пляж и тупо лить слёзы? Обычно механик истерил сразу, как что-то происходило. Хотя, кто знает, может что-то произошло именно сейчас? Так много вопросов и так мало ответов..Кузурю подошёл и, наклонившись вперёд, коснулся плеча Казуичи, обратившись к нему с обеспокоенным "Хей". Розоволосый вздрогнул и тут же замолк. Потом он обернулся, глядя на одноклассника полными слёз глазами. – Ну и какого хрена ты тут ревёшь, Сода? – Я-я не реву.. Попытался солгать Казуичи, вытирая кулаком слёзы. – Не пизди. Колись, в чём дело? – Н-ни в чём..Просто... – Просто что? – Мисс С-сония... – М? – О-она не замечает меня..Я к-каждый день пытаюсь с ней поговорить, но она в-всегда уходит... Якудза тяжело вздохнул и с неким сочувствием посмотрел на розоволосого, после чего сел рядом с ним. – С бабами всегда так..Не падай духом, другую найдёшь. – Д-думаешь? А если нет? Е-если я и ей буду противен?.. У Фуюхико не нашлось слов для ответа на этот вопрос. Сода уже был готов плакать от отчаяния, как вдруг его обняли. Это было неожиданным поворотом для обоих. Блондин, заключая механика в объятия, почему-то хотел его утешить и поддержать. Впервые он испытывал сочувствие к кому-то. Тут Казуичи и дал волю слезам, позволяя им ручьями литься из его глаз без остановки и скатываться на полосатый пиджак Кузурю. Якудза так ничего и не сказал, терпеливо ожидая, когда розоволосый успокоится. Дабы ускорить этот процесс, Фуюхико поглаживал механика по спине, говоря что это нормально, и грустить особо не из-за чего. Что, кстати, хорошо помогало, и Сода перестал плакать, а затем отстранился от якудзы, извинившись и виновато потупив взгляд. "Неважно, я не зол", – ответил блондин и вытер рукой оставшиеся слёзы с глаз Казуичи. – В-в любом случае..спасибо, что утешил и..поддержал. Это правда мне помогло. Лучезарно улыбнувшись и обнажая клыки, взбодрился Сода. Но ему показалось, что отблагодарить одними словами – мало, поэтому...он поцеловал его. В щёку. Как будто так и надо. А заодно пошатнул гетеросексуальность, и его, и чужую. А после встал, в привычной манере заложил руки за голову и ушёл к себе в коттедж, оставив Фуюхико в полном ахуе...