Медвежонок

… Открыв глаза, Гордон увидел лишь яркий свет, перед глазами всё плыло, в ушах звенело. Он слышал несколько голосов, но не мог разобрать ни слова. Через какое-то время, глаза начали привыкать к свету и док сперва увидел силуэты, а потом начал их различать. Насколько Гордон мог разобрать, в комнате стоял врач, Барни, Кляйнер и Аликс. Он так и не понял о чём они говорили, но было ясно, что о нём. Спустя ещё час, Гордону открылась более менее чёткая картинка и он начал различать слова. Говорил только врач, остальные внимательно его слушали. Фримен хотел было что-то сказать, но у него не вышло. Он немного пошевелил рукой, что тоже далось ему нелегко, но этого было достаточно, чтобы кто-то обратил на него внимание.  — Господи, он очнулся! — Калхаун подбежал и сел рядом. Все столпились вокруг кровати.  — Ско… — голос появился, но говорить было сложно, — Что… Мм… Что произошло?  — Вам стоит поберечь силы, — врач что-то сделал с капельницей и Гордона начало клонить в сон, — постарайтесь пока не разговаривать и не напрягаться. Тело ныло, на шее был корсет, всё было в бинтах и пластырях, тело утыкано иголками и трубками. Веки снова сомкнулись и мужчина погрузился в сон. … Позже он снова очнулся. На этот раз он чувствовал себя лучше, но в глазах также всё плыло и звон в ушах не уменьшился. В кресле, стоящем возле кровати, спал Барни, держа в руке пустую кофейную кружку.  — Медвежонок… — у Гордона получилось дотянуться рукой до товарища, тот проснулся.  — Гордон, как ты себя чувствуешь?  — Сойдёт. — мужчина взял руку Барни, — Расскажи, что случилось.  — Ты действительно ничего не помнишь? Хотя, это неудивительно. Ты был в коме, чёрт возьми, ты пролежал так около двух недель…  — Я помню лишь хлопок и вспышку, а потом… мф… темнота.  — Ты закрыл собой гранату, Гордон. Ты получил осколочные ранения лёгкого, — он тяжело сглотнул и голос начал дрожать, — разрыв селезёнки, перфорацию обеих барабанных перепонок, разрыв сетчатки глаза от зубчатой линии, — Калхаун сильнее сжал руку дока, — множественные гематомы и переломы, потерял много крови и было кровоизлияние в мозг, что послужило причиной комы…  — Блять… -…никто даже не знал, очнёшься ли ты. Чёрт, все эти дни я места себе не находил. Мне было так страшно… — он прислонил лоб к руке Гордона и заплакал.  — Тише, сейчас всё хорошо. Я уже почти здоров. Денёк отдохну и мы продолжим путь. В комнату зашёл врач и Барни поспешно покинул помещение. Врач осмотрел Фримена.  — После комы вам нельзя сразу идти сражаться. Завтра вы сможете начать разминаться, на это уйдёт ещё неделя, после вы можете делать всё, что хотите, но будьте осторожны. — он удалился и Гордон снова уснул.