Безутешное ожидание

«— Ты действительно веришь, что он вернётся? Се Лянь ответил так, как будто это была самая логичная вещь в мире: — Конечно. Люди приходили и уходили, как приливы и отливы. Гора Тайцан вновь обрела своё пустынное одиночество. Раньше на вершине горы росла обширная кленовая роща, но она сгорела в огромном пожаре, возродившись лишь через тысячу лет. Хотя теперь она не выглядела так, как когда-то в дни его юности, но пейзаж был тем же самым. Се Лянь часто гулял в кленовом лесу один. Целая гора, усаженная огненными деревьями, которые распространились подобно страстному дикому огню, заставляла его чувствовать себя так, словно он находился в гигантских и тёплых объятиях. Он провел более восьмисот лет жизни, проводя свои дни в одиночестве, и привык к этому. Когда нужно было что-то сделать, он спускался с горы, чтобы ответить на молитвы и собрать мусор, если же ничего не было, сажал овощи, и готовил еду. Но вот что странно: раньше дни, проведённые в одиночестве, были самым обычным делом, но теперь одиночество стало трудно пережить. Се Лянь потратил много времени, прежде чем вновь к этому привык. Возможно, когда человек ел лишь только то, что было горьким, он привыкал ко вкусу горечи. Но в один прекрасный день вкусив сладость, мысли о горечи, вероятно, заставят его нахмуриться. В прошлом, когда Се Лянь проводил свои дни в простоте и спокойствии, он часто втайне надеялся что кто-нибудь придёт искать его. Разыщет, чтобы поболтать, или обратится за помощью. По крайней мере, в его наполненных одиночеством днях появились бы признаки жизни. Но теперь мысли об этом ему не нравились. С тех пор каждый раз, когда он слышал стук в дверь, его сердце трепетало от счастья, наполняясь надеждой. Но каждый раз за распахнутой дверью оказался вовсе не тот, кого он ждал. Иногда это был Фэн Синь, иногда — Му Цин, а иногда Ши Цинсюань. Иногда это была толпа демонов из Призрачного города, которые приходили, чтобы "выразить почтение их старшему". Каждый из них был хорош. Просто среди всех был один, возвращения которого он ждал больше всего. В первый же месяц Се Лянь выкопал несколько цветущих деревьев, чтобы посадить у входа, немного украсив окрестности, чтобы скрыть грубость его ветхого домика. Он подумал, что, возможно, когда Хуа Чэн вернётся, они расцветут. На второй месяц Се Лянь снёс домик и вновь восстановил его, а также вырвал сорняки со всей горы Тайцан. В противном случае, когда Хуа Чэн вернётся и увидит этот беспорядок, он обязательно пошлет людей, чтобы помочь ему убрать здесь. На третий месяц цветущие деревья расцвели. Вишнёво-красные цветы осыпали ветви, и Се Лянь стоял под ними, подняв голову и пристально вглядываясь в расцвётшие бутоны. Наслаждаясь цветами, он думал: "Деревья в полном цвету, скоро он будет дома". На четвёртый месяц все горные тропы были восстановлены. Таким образом, когда Хуа Чэн вернётся, чтобы найти его, он сможет подняться на гору быстрее. На пятый месяц Фэн Синь и Му Цин вновь пришли навестить его. Они спросили, не хочет ли он ненадолго покинуть это место, чтобы прогуляться снаружи. Тогда Се Лянь устроил обед, и они поспешно сбежали. На шестой месяц период цветения закончился. Он ждал и ждал, ждал и ждал. Се Лянь не волновался, не страдал и не плакал от боли. Вместо этого он чувствовал, что становится всё более и более спокойным, и всё более и более терпеливым. Если подумать, то кто не испытывал уходящие, долгие века одиночества? Хуа Чэн ждал его более восьмисот лет, так что какая разница, если он будет ждать Хуа Чэна ещё восемьсот лет? Может быть, пройдет тысяча лет, десять тысяч лет, но он всё ещё будет ждать и ждать. Не важно, что прошёл всего год! Хуа Чэн не пришёл и на второй год»*, и на третий… На десятый год ожидания деревья, посаженные Се Лянем, выросли до огромных размеров, пряча в тени небольшой дом. Через пятьдесят лет Се Ляню вновь пришлось перестраивать дом. Время не щадило никого. Через семьдесят лет из жизни ушёл Ши Цинсюань, не оставив никого после себя. Этого шумного человека похоронили в тихом и глухом месте. Могилу редко кто навещал. Через сто лет в деревне не осталось людей, которые помнили Се Ляня. Через сто пятьдесят лет Се Лянь обознался. Силуэт, одетый в красные одеяния, вдалеке слишком сильно напоминал кого-то очень важного и дорогого. Се Лянь ещё очень долго вспоминал те чувства, которые он испытал: безграничная радость, непонимание, осознание и тупая ноющая боль в груди. Через двести лет он понял, что ошибся… Это было больно. Се Лянь устал ждать… Тогда вечером он впервые заплакал. За окном шёл дождь, цветущие деревья медленно колыхались на ветру. Через двести лет Призрачный город стал медленно исчезать: демоны расходились кто куда, так и не дождавшись своего хозяина. Спустя три сотни лет Се Лянь понял, что не может вспомнить лица Хуа Чэна. Он очень долго плакал и извинялся перед кем-то, кого в этом мире не было. Ему было искренне жаль. Спустя четыре сотни лет Му Цин покинул небеса и ушёл на покой, вскоре за ним и отправился Фэн Синь. Се Ляня больше никто не навещал. Спустя пять сотен лет от Призрачного города ничего не осталось, кроме тёмной энергии и брошенных зданий, стены которых помнили все самые важные моменты. Се Лянь сидел в разрушенном храме Цяньдэн. Мысли его были беспорядочны и далеки. Принц вспоминал что-то или кого-то. Слёзы тихо падали на деревянный пол. Спустя шесть сотен лет от деревни у храма Пу Цзы не осталось и следа. Только старое святилище напоминало, что когда-то давным-давно тут были люди. Спустя семь сотен лет в Небесной столице не осталось небожителей, которых бы Се Лянь знал в лицо. Ушли все. Возвращаться туда не было смысла. Через восемьсот лет остался только один человек, которому было известно имя Хуа Чэна. Он продолжал ждать… Он устал…

***

В мире существует одно божество, люди зовут его Богом Ожидания. Давным-давно этот прекрасный юноша полюбил кого-то. У каждой истории своя версия: кто-то утверждал, что это был обычный смертный, были версии, что это изгнанное с Небес божество и были люди, которые утверждали, что Бог полюбил самого демона. Как бы не разнились эти истории, было среди них едино общее: любимый человек покинул Бога, но обещал вернуться. И юноша ждал, ждёт по сей день и будет ждать до тех пор, пока вновь не встретится с ним. Если человек будет поклоняться этому божеству, то потерянный человек обязательно вернётся, ожидание станет короче, а душа найдёт покой. Только одна несчастная душа никогда не сможет найти нечто утерянное давно, продолжая скитаться в мире, веря и ожидая.