Пока мы были живы...

Германия ещё долго бежал, пока не остановился, и только тогда он обратил внимание на своё исцарапанное тело. Он снял некогда белую рубашку, чтобы проверить на наличие серьёзных ран. Его тело подрагивало на холоде и болело из-за удара в окно, но, похоже, он серьёзно не травмировался. -Нужно найти бывших союзников… до того как Америка или СССР найдёт меня… При упоминании Союза парниша почувствовал резкую теплоту и ненависть и услышал неприятный, зловещий, одобрительный смешок, пока не понял, что он же его и издал, отчего был сильно удивлён. -Не уж-то я испытывал когда-то к нему тёплые чувства?.. Точнее что-то смежное между постоянным желанием его просто увидеть… а потом разорвать… а после снова увидеть… Наши отношения тяжело как-то правильно охарактеразовать… кроме того, что мы когда-то воевали и тогда мы хотели друг друга убить… Потому что мы оба пытались друг друга убедить через шуточки и постоянные подъёбы в нашей идиалогии, но никто из нас не смог этого сделать… Мы были опасными соперниками и врагами по нашим взгядам на идиал. Часто спорили по поводу наших мирровозрений и каждый надеялся убедить другого… но помню, что неплохо играли в шахматы… и это было весело… Хорошо, наверное, что у нас было и относительно спокойные, мирные разговоры… не без подколов, конечно, же… Похоже, на нас сказалась некая тоска и желание хоть с кем-то играть и общаться с кем-то… и в итоге, мы… Он вздохнул… чутка смутившись. В его голове лишь только сейчас начала проявляться ясность… В итоге, он решил вычеркнуть СССР из своего списка тех, кого стоит избегать. Всё-таки он же ему отдал одну половину. -Так где же… мои бывшие друзья-марионеточки… В глуши кто-то хмыкнул. Немец насторожился. Тот заглох и начал бежать от него, поняв что его расскрыли. Германия попытался бежать в след, но начал отставать. Он устал… в таком состоянии он долго не протянет, значит, нужно что-то предпринять прямо сейчас. Нужно наладить свою экономику, нужно…

~~~

-Америка, отстань от парня. Тебе добром это не кончится. -С чего это я.........-резко передумав-хо-ро-шо. Как тебе будет угодно. Вступать с тобой один на один в конфликт не очень-то хочется, союзничек милый ты мой, но посмотрим, что на это скажут другие? Америка снова вернулся в квартиру СССР, когда подуспокоился, чтобы снова перетереть пару вещей, но общение с Совком его начинало снова выводить из себя. Он также притащил к СССР в дом Францию и Великобританию, чтобы перевес сил был на его стороне. -Другим нет сейчас дела до страны, у которой даже экономика не выстроена. Им бы самим всё наладить у себя… Так что все будут лишь только счастливы, если он сможет хоть как-то востановить себя, чтобы он начал отдавать им штраф, как проигравшая сторона. -Ой, как удобно! -передразнил его США. -Я НЕ ХОЧУ! -начала кричать и плакать Франция- Я не хочу, чтобы он вновь восоединился! Я не хочу, чтобы это повторилось!.. В ТРЕТИЙ РАЗ!… Что если он снова… снова… Станет могущественным и снова… снова… захватит меня?! -Я понимаю, что вы пострадали от него… все от него пострадали… Я страдал, но сейчас он далеко не та страна, которую вы знали… Но Франция продолжила что-то быстро панически шептать, закрывая свои слёзы, её коленки дрожали, а голос начал постоянно срываться, и она отдалась в объятии Великобритании. Он поглаживал её по голове и понимающе кивал, а СССР остался не услышанным. -Я всё ещё не понимаю, что ты вцепился в этого парня, разве тебе ли не долно быть похуй на него?! Почему ты небезразличен к его судьбе?! -не сдерживая в себе гнев, сказал США. Союз резко отвернулся и хмыкнул. Его взгляд пал на ту неубранную ещё фотографию, а после глянул в зеркало, откуда он всё равно мог видеть их с Рейхом вместе. -Вам не понять… -Чего не поймём?! -потрёс его за плечи Америка- ЧЕГО?!..Только не говори, что только потому, что ты с ним раньше… -Да. -Не ты ли говорил мне, что хочешь истребить эту нацисткую тварь?! Не тебя ли он предал?! Кто от него отбивался и страдал ВСЮ войну?! Я тебя не понимаю! -приблизился к его лицу. -Да, это был я-хлопнул по руке Америки и тот, смущаясь, отпустил его-Я не могу ответить тебе сейчас, но я думаю… что не такой уж он и плохой… сейчас. Я хочу понять и узнать о нём кое-что. Он интересен для меня… и я хочу всё ещё выиграть с ним спор. Это дело чести. В любом случае, у меня есть и другие мысли насчёт него. Думаю, вас придётся смириться с моим решением… -Какой спор? Что ты удумал? Тот натянул к своему измученному взгляду огромный ухмыляющийся оскал… -Уйдите, вы мне все в конец достали за это короткое время. -На улице уже холодно. Мы даже не привыкшие к подобной погоде… -Да? Тогда я вам может налью чаю. Кто сколько сахару пьёт?.. Франции ещё и успокоительных в добавку, но если хочешь, я не таблетки дам, а просто свои травы запарю с чаем тебе… Если вы останетесь у меня, то я найду вам место для сна. Но только не бесите меня, как я лучше вас знаю свои зимние морозы, и будете ночевать на улице. Франция и Великобритания удивились такой резкой смене настроения у СССР и даже вздрогнули, как до конца они никогда не понимали шуток Союза, точнее что является от него злой шуткой, а что правдой… а когда шутка и есть злая правда. То угражает, то ласково приглашает, то снова угражает. Упрямый, грубый, порой и жестокий, но со своим менталитетом, отчего правильно его трактовать было сложнее… Он более открытый и честный в своих чувствах к кому-то, хотя всегда у себя на уме что-то держит. Не любит улыбаться из вежливости, поэтому всегда и холоден, поэтому такая резкая теплота с чередующимися признаниями того, что они его бесят и удивило их. Америка же не был удивлён, как уже успел привыкнуть к странным повадкам своего конкурента, но не смог понять полностью своего соперника и  союзника в одном лице. А Союз… с Союз просто не любил лишнюю жестокость, если не считал её нужной мерой, как выгнать их на улицу сейчас немного жестоко, а вот что и где он считает нужной мерой приченить другому боль, вопрос другой…

~~~

Зато на улице было совсем «неплохо» одному мальчику. Германия не успел выйти из леса и связаться с кем-то извне. Совсем голодный, промёрзший, но зато «свободный» теперь. В таком состоянии совсем несложно и стать снова зависимой страной, и попасть в чей-то подвал… Он напевал тихо песню, которую соченил, когда был Рейхом… у этой песни не было слов, лишь мелодия, поэтому он её и напевал, как лишь в неё он не заложил какого-либо ужасного подтекста либо смысла, как он напевал её раньше непроизвольно… когда скучал, либо был у СССР, а там мелодии с расовой ненавистью и о собственном превосходстве не поощрялись, но теперь он напевал её просто, чтобы не уснуть и хоть как-то разбавить время… Но он пал лицом вниз, расскрыв свои руки как крылья вперёд. Его окутал холодный снег, а двигаться дальше не мог… Впереди лес, а сзади враги, что же делать? Вот он шёл и шёл, пока не пал от холода, но он всё ещё напевал мелодию, ту тихую и ласковую для уха музыку… пытаясь встать, пока не уснул… Сквозь сон он почувствовал как какой-то шершавый язык облизывает его и как тыкает в него чей-то мокрый нос, а после рёв этого существа. Как к нему подошёл кто-то и нежно взял его к себе на руки, напевая знакомый мотив его мелодии…