Погибель миров

      Взмах тренировочного клинка рассек воздух и выдал свистящий звук. Мальчик с выбритой головой, одетый в коричневые штаны и жилет поверх красной рубашки, тяжело дышал. Тренировки шли уже давно, но он никак не мог привыкнуть к тяжести тренировочного оружия. Для сына рыбака, который большую часть жизни не занимался тренировками, не считая выход в море, тренироваться с другими бойцами было весьма тяжело. Многие неофиты, что также в будущем должны были стать частью Ордена, были куда ловчее и сильнее чем парень. Они были детьми воинов, аристократов и просто победителями турниров. Фактически, они с детства занимались тем, чем им предстоит заниматься в будущем, до последнего вздоха. Сделав выпад, и поразив кончиком тренировочного клинка обучающего сервитора он выронил рукоятку. — Твой противник вряд ли оценит такой подарок, — хмыкнул инструктор, в зале послышались смешки, хотя некоторые и сдерживались, тем не менее, часть из них не могло принять новичка. И он их не винил, — собрались, парни.       Неофиты побросали клинки и двинулись к Астартес. Пройдет много времени, прежде чем каждый сможет примерить на себя великолепные доспехи Ордена. Тем не менее, каждый из них с восхищением смотрел на любого воина Соколов, а уже увидеть вживую одного из капитанов, было просто невероятно. Они редко, но появлялись взглянуть на неофитов. Их доспехи блестели, натертые до блеска. Золотой Сокол на броне первого капитана, или иные регалии на доспехах других капитанов, показывали, что они добились много в боях во славу Императора и Ордена. — А сейчас у вас вечерняя молитва. — произнес десантник, — капеллан Леффор ждет вас в часовне!       Неофиты, шурша по каменному полу толпой двинулись к часовне. За несколько месяцев они уже успели изучить все ходы в цитадели и могли с легкостью определить путь к келье, столовой или тренировочным залам. В часовне капеллан о чем-то беседовал с десантником в синих доспехах, опирающегося на красиво украшенный посох. У юноши перехватило дыхание, когда он взглянул на лицо собеседника капеллана — это же был сам Старший Библиарий Валарус. Закончив разговор, Валарус направился к выходу из часовни. Когда библиарий проходил мимо юноши, тот заметил на наплечнике Валаруса символ Ордена. Вот только Сокол на наплечнике был белоснежный с золотой головой. Валарус скосил взгляд на юношу и неожиданно с улыбкой подмигнул ему, выходя из часовни. Юный неофит только пораженно открывал и закрывал рот, но решительное покашливание капеллана вернуло его с небес на землю, и юноша занял свое место в часовне. Леффор взглянул на них немигающим взглядом. В отличии от других капелланов он был тем, кого называют смирением Императора. Его проповеди были спокойны, а сам он, умел выслушивать своих подопечных, хотя мало кто решался заговорить с ним. — Благодать Императора не следует путать с путями, что он уготовил нам, — произнес капеллан, стоя за стойкой, его голос наполнял теплотой сердца истинно верующих, — благодать — это то, что дает нам сил исполнить долг, который возложен на нас.       Он вышел из-за кафедры и пошел по рядам сидящих неофитов, при этом не останавливая свою проповедь. — Путь Императора? Что это? — подал голос один неофит и тут же замолк, увидев взгляд капеллана, который, впрочем, был весьма доволен этим вопросом. — Император каждому из нас уготовил путь, который однажды, приведет на к концу. Каким он будет, мы не узнаем, пока не пройдем его. Кто-то из вас станет величайшим воином, тем, кого страшатся враги Его. А кто-то… Он подошел к сыну рыбака и посмотрел на него. — Кто-то станет гибелью для целых миров, — завершил он свою речь, — ты, неофит, встань! Мальчик встал. Он взглянул на капеллана своими глазами, из которых давно пропали любые сомнения — теперь они лучились уверенностью и решительностью. — Я вижу, что тебе уготована великая судьба, неофит. Как тебя зовут? — Мильтен!