***
— Коль, да ты серьёзно?.. — простонал эспер, глядя на гигантского плюшевого кролика. — Зачем Сигме подобная ерунда? — Это не «ерунда», а подарок, — обидчиво надул губы клоун. — Сигма — серьëзный управляющий, — резонно подметил Достоевский. — Это слишком детский и, не побоюсь этого слова, глупый подарок! — Да это на виду у всех такой серьëзный, а на самом деле, он ещё совсем ребëнок! Поэтому я беру этого кролика. Разговор окончен. Видя, что друга не переубедишь, Фëдор смирился и уступил. Пора уже смириться с его оригинальностью. — И сколько это чудо стоит? — флегматично спросил Достоевский. — Да копейки! — сказал Гоголь и показал ценник, на котором помимо двух цифер было много нулей, что вызвало ярое возмущение у главы Мëртвого дома. — Копейки?!.. Коля, они стоят, как твои две почки! Ты сдурел, что ли? — Чего это ты мои почки так обесценил? — обиделся клоун. — Они, может быть, дороже твоих стоят! — Без разницы! Хотя… На твоих деньги покупаем. Делай, что хочешь. — Ну, вообще-то… — Гоголь поступил взгляд, — я хотел занять у тебя. Немного. — Коля, не наглей. Я и копейки не дам за это безобразие. — Ну, Дос-кун! Ну, пожалуйста! — Коля, я сказал нет! Я не буду тратить свои деньги на эту ерунду, от которой Сигме не будет никакой пользы. — А подарок, что, всегда должен приносить пользу, что ли? Фи, какой ты рассчëтливый. — Без этого сейчас никуда, Коля, — сказал Достоевский, поправляя свою ушанку. — А какая польза госпоже Агате будет от твоих часов? Время смотреть? Так у неё своих дофига и больше. Ты их покупаешь чисто для её коллекции, от которой пользы тоже ровным счëтом ни-ка-кой. Достоевский молчал. Это был резонный аргумент. Видя, что друг готов сдаться, Гоголь поднажал. — А Сигме приятно будет, что я о нём забочусь и дарю такие милые подарки. Ему, может быть, больше никто такого не подарит. — Ох, ладно, чëрт с тобой. Только вернëшь всё до копейки, понял? — Да понял-понял! — просиял Николай. — Спасибо большое! — Сигма покрутит пальцем у виска и будет прав, — усмехнулся Достоевский.***
Тем временем Агата вместе с Сигмой возвращались с магазинов. Кристи приобрела хрустальный сервиз и была очень довольна покупкой. Фëдор обязательно должен обрадоваться такому подарку. Правда, внешне его радость никак не выражалась, улыбка редко мелькала на его лице. Однако госпожа Агата прекрасно видела блеск в аметисовых глазах, когда Дос-кун получал от неё подарок, Сигма же, к глубокому сожалению, не смог найти для Гоголя подходящий подарок. Это его не на шутку расстроило. — Неужели я настолько беспомощен, что не могу сам найти подарок, — грустно вздыхал Управляющий, глядя на Агату, держащую в руках большую коробку. — Не переживай, сейчас мы что-нибудь найдём, — заверила его Кристи. — Кажется, я кое-что придумала… Стой здесь, я сейчас приду. Подержи пока, только осторожно, это дорогой сервиз, — Агата передала Сигме подарок, и тут же исчезла в толпе. — Вы куда?.. — испугался Сигма, но повиновался. Через пять минут Кристи вернулась с длинной фиолетовой подарочной лентой. Сигма удивленно поднял брови и спросил: — Зачем это? Ничего не объясняя, Кристи обманатала ленту вокруг пояса Сигмы и завязала красивый аккуратный бантик. — Вот. Подарочек готов, — улыбнулась британка. — Подаришь Гоголю себя. Этот подарок он точно оценит. — Госпожа Агата! — Сигма вспыхнул и закрыл лицо руками. Кристи засмеялась, прикрыв рот рукой. Владелец Небесного казино казался ей невероятно забавным и милым, когда смущался. — А теперь пошли. Я думаю, наши уважаемые джентельмены ждут не дождуться, когда мы вручим их подарки. Сигма покраснел ещё сильнее, но времени сопротивляться не было, так как Кристи забрала у Управляющего сервиз и потащила его прямиком к выходу. Ровно через полчаса оттуда же вышли и Достоевский с маленькой красной коробочкой и Гоголь с огромной игрушкой, которую еле как затащили в машину. Этот Новый год обещал быть запоминающимся для всех.