You can leave your hat on

Коннор танцевал. Точнее пританцовывал возле кофеварки, иногда отстукивая пальцами незамысловатый мотив по столешнице. Кофеварка фыркала в такт и послушно лила порцию кофе в бумажный стаканчик. Гэвин на всякий случай зажмурился. Открыл глаза, но картина не изменилась. Перед ним все так же пританцовывал Коннор. Свой киберлайфовский пиджак он давно сменил на обычную одежду, и теперь Гэвин любовался на ладную андроидскую задницу, обтянутую узкими джинсами. Спина и плечи тоже были ничего, да и весь Коннор был примерно заебись, но Гэвин никому никогда в этом не признался бы. Кофеварка фыркнула в последний раз, и Коннор, подхватив бумажный стаканчик, развернулся. Окинул Гэвина изучающим взглядом и улыбнулся, когда тот изобразил аплодисменты. — Постигаешь новые горизонты, а? Гэвин протиснулся мимо Коннора к кофеварке, намеренно обтираясь об него плечом. Коннор почему-то терпеть этого не мог и очень забавно бесился. Но сейчас у него явно было хорошее настроение, и он не стал огрызаться в ответ на действие. — Пытаюсь уловить связь между музыкой и движениями тела. Доброе утро, детектив. Гэвин развернулся вполоборота и бросил на Коннора укоризненный взгляд. Тот приподнял брови в немом вопросе, а потом словно бы что-то вспомнил. Как будто бы он мог хоть что-то забыть! — Сержант. Доброе утро, сержант. Совсем забыл. Коннор отсалютовал Гэвину стаканчиком. — И тебе доброе, жестянка. Повисло молчание. Коннор смотрел в упор, и Гэвин в притворном беспокойстве прикрыл рот рукой, словно то, что он только что сказал, было жуткой руганью. — То есть, детектив, конечно же. Совсем забыл. Коннор отмер и мимолетно улыбнулся, разворачиваясь к Гэвину спиной и выходя из комнаты отдыха. Наверняка потащил кофе Хэнку, из опенспейса как раз слышался его недовольный голос. Гэвин фыркнул и развернулся обратно к кофеварке. День пролетел в суматохе, выездах и ворохе отчетов совершенно незаметно. Гэвин к вечеру уже плохо соображал, где он и как его зовут. Как назло, именно сегодня сработал один из информаторов по делу Дэвиса. Над которым уже пару месяцев они работали в команде. Курировал дело Хэнк, как более опытный специалист. По большей части он находился на базе, то ли потому что сам не хотел лезть в грязь ночами, то ли потому что Коннор опять наплел ему что-то убедительное про четкое руководство и возможность в любой момент иметь доступ к материалам дела. То, что пластиковый детектив мог в любой момент сам скоординировать команду и раздобыть сведения, как-то упускалось из вида. И ежу было понятно, что Коннор делал это специально, чтобы уберечь Хэнка от излишних нагрузок. Поэтому во всякую срань лез Гэвин и носился по всему Детройту, собирая по крупицам информацию, как придурочная псина, гоняющаяся за заводным кроликом. У Гэвина всегда стабильно портилось настроение в такие дни. Особенно, когда нужно было торчать в какой-нибудь заднице мира в дождь. Но как только он, пышущий праведным гневом залетал на базу в департамент, его всегда встречал Коннор с горячим кофе (до безумия вкусным, надо сказать). Когда отогревались руки о горячий стаканчик, оттаивал и сам Гэвин, через глоток рассказывая все, что нарыл, под одобрительный рокот Хэнка. Ругаться хотелось в разы меньше, но он все равно бросал что-нибудь возмущенное и непременно ругательное в сторону Коннора. Даже иногда называл его жестянкой, на что в ответ пластиковый говнюк звал его детективом, игнорируя недавно полученное звание сержанта, которым Гэвин действительно гордился. Хэнк рявкал на обоих, а потом закрывал лицо рукой и бурчал что-то про детский сад, когда его окрики не достигали ни одних, ни других ушей. В конце концов, после нескольких месяцев совместной работы Гэвин перестал явно скалиться на Коннора. В некоторые дни он даже находил его общество приятным. Коннор иногда возникал ниоткуда и каким-то невероятным образом умудрялся втягивать его в авантюры. Что самое страшное, делал он это регулярно, так что Гэвин даже в некотором роде привык. Он сам не заметил, как бегать по выходным в парке под ехидные замечания Коннора вошло в привычку. Обычно Коннор бежал спиной вперед и лицом к Гэвину, виртуозно не врезаясь ни во что на своем пути, и что-нибудь рассказывал. Время, проведенное вместе с Коннором не ощущалось как потраченное впустую. Однажды Гэвин поймал себя на мысли, что ждет субботы, чтобы увидеть улыбчивую пластиковую рожу у себя на пороге. В эту субботу он наверняка проспал бы пробежку, если бы не Коннор. Гэвин на полном серьезе воспринял звонок в дверь как звук от будильника и целую минуту пытался его выключить, пока не понял, что трезвонит вовсе не телефон. Гэвин сполз с кровати и полусонно добрел до входной двери, за которой, как обычно, стоял Коннор. Буркнув невнятное “я сейчас”, Гэвин запустил Коннора в дом и поплелся в ванну. Минут через двадцать они уже шли к парку. Коннор бросал странные взгляды на давящего зевки Гэвина. Наконец, он не выдержал. — Выглядишь не очень, детектив. Тебе бы отдохнуть. Гэвин все-таки не сдержался и от души зевнул, встряхнулся и глянул на Коннора. Расправил плечи и потряс ими, словно в танце. — Я еще молод и горяч, детка. Могу тусить всю ночь. Коннор неопределенно хмыкнул и, судя по всему, ненадолго задумался о чем-то своем. Вывела его из задумчивости парковая ограда. — Бежим по привычному маршруту или мне проложить новый? Гэвин фыркнул, разминаясь и потягиваясь в разные стороны. — По обычному, в прошлый раз, когда ты проложил новый маршрут, я угодил к уткам в озеро. Спасибо, сегодня не хочется. Коннор пожал плечами и стартанул первым, засранец, заставляя Гэвина выругаться и побежать следом. Однако, молчать долго Коннор, наверное, был физически неспособен. Тема музыки явно не давала ему покоя. Они с Гэвином много разговаривали об этом. Вот и сейчас он начал волнующий его разговор. — И все равно я не понимаю, как людям удается так точно попадать в ритм. Коннор сегодня бежал рядом, против обыкновения, и сейчас смотрел на Гэвина. Тот держал средний темп и старался не отвлекаться на разговоры. Но Коннор, похоже, ждал ответа. — Это получается не у всех, жестянка. Гэвин коротко глянул на фитнес-браслет. До поставленной самим собой отметки в десять километров оставалось всего полтора. Он замедлился и вскоре перешел на шаг. Добежит в другой раз. Коннор рядом с ним тоже замедлился. Гэвин потянулся и продолжил мысль. — Кто-то рождается с хорошим чувством такта, ритма и буквально может чувствовать музыку кожей. А кто-то как я. Музыку я слушаю с удовольствием, но вот дергаться красиво под нее получается не всегда. Понял? Коннор заинтересованно посмотрел на Гэвина, опираясь на ограду перед озером. — Кажется, да. Гэвин кивнул и встал рядом, выравнивая дыхание. — Вот далась тебе эта музыка. Коннор смешно наморщил нос и улыбнулся, потом потянулся вперед и легко стер каплю пота, бегущую по виску Гэвина. — Это интересно, постигать неизведанное. Гэвин фыркнул и утер лоб рукой. Напульсник сразу потемнел от влаги. — Расходимся, жестянка, а то я скоро начну пованивать, если не уже. Коннор рассмеялся и отлепился от ограждения. — Ничего не имею против, у меня нет обоняния. Гэвин махнул на него рукой и направился к выходу из парка. До дома отсюда было рукой подать, поэтому Гэвин уже настроился на небольшую прогулку, как ему в спину прилетела просьба Коннора. — Сходи со мной потанцевать, детектив. Гэвин даже на месте замер, честно подумав, что ему послышалось. Он оглянулся на Коннора через плечо. — Что? Коннор стоял неподалеку и рассматривал носки своих кроссовок. Потом поднял взгляд на Гэвина. В глазах блеснули искорки, Гэвин невольно засмотрелся на них, но его снова вернул в реальность голос Коннора. — Потанцевать. В клуб. Ты же сказал, что можешь тусить всю ночь. Гэвин открыл рот, а потом закрыл его, не найдясь, что сказать, сходу. Помолчал какое-то время, рассматривая внимательно Коннора. Тот стоял спокойно и видимо ждал ответа от человека. — Я не уверен, что это хорошая идея. Может позовешь Хэнка или Тину? Коннор посмотрел на него так, словно Гэвин только что ляпнул несусветную чушь. — Они откажутся. — Ты уже спрашивал? — Нет, но… Коннор немного замялся, а потом едва заметно качнул головой, отчего прядка над бровью выбилась из идеального завитка и немного растрепалась. Гэвин наблюдал за ним с интересом. На его памяти не было такого момента, когда Коннор не мог подобрать слова. — Я хочу пойти с тобой, — Коннор вдруг заторопился со словами, словно за ним кто-то гнался. — То есть, ты больше разбираешься в человеческих эмоциях, ты выносливее, чем Хэнк, и немного усидчивее, чем Тина. Пожалуйста, детектив. Я не требую от тебя танцев, я просто хочу научиться сам, но при этом не влезть в неприятности. О да. Коннор и неприятности были отдельной темой. Он каким-то непостижимым образом умудрялся найти приключения на свою задницу даже там, где их не могло быть в принципе. Гэвин тяжело вздохнул. Тащиться в клуб с андроидом, который где-то глубоко (очень и очень) был ему приятен, но страшно временами бесил, одновременно хотелось и не хотелось. С другой стороны, ничто не мешало ему просто оккупировать барную стойку и одним глазом посматривать за жестянкой. Гэвин решил, что это откровенно хреновая затея. И согласно кивнул Коннору. — Ну, хорошо. Только, чур, меня на танцпол не тащить и не приставать с танцами, усек? Коннор просиял и довольно улыбнулся. Прям как кот, завидевший миску со сметаной. — Конечно, детектив. Спасибо. — Коннор. Гэвин нарочно скривился и сдвинул брови. Коннор стрельнул в него взглядом, но исправился. Нарочито медленно выговаривая слова. И улыбаясь. — Сержант. Забыл, извини.

***

Народу в клуб набилось как селедок в бочку. Гэвин с трудом протискивался сквозь толпу к барной стойке. Макушка Коннора мелькала где-то впереди в неоновых отблесках от стробоскопа. Было непривычно видеть его не в пиджаке и брюках, в которых он появлялся на работе. Но далеко от классики Коннор все же не ушел. Узкие черные джинсы и белая футболка с то ли с совой, то ли набором геометрических фигур, удивительно подходили и ему, и месту. Гэвин уже пару раз заметил брошенные в сторону Коннора заинтересованные взгляды. Гэвин не мог осуждать этих людей и андроидов, но отчего-то хотелось подойти к каждому из них и доходчиво объяснить, что не на что тут смотреть. Даже если есть на что. Господи, это же Коннор. На него всегда можно было смотреть часами, потому что говнюк был до зубовного скрежета идеальным. Таким, каким и понравился Гэвину. Черт! Виски. Гэвин пришел сюда именно за ним, а не за тем, чтобы залипать на ладную задницу и широкие плечи Коннора. Который, кстати, чувствовал себя вполне в своей тарелке и с интересом крутил головой в разные стороны. Музыка грохотала со всех сторон. Народ прыгал в ритме популярной песни, которая звучала буквально из каждого утюга. Коннор двигался вместе со всеми, вскидывая руки вверх и прыгая, когда прыгали другие. Похоже, ему нравилось. Гэвин понаблюдал за ним еще какое-то время, а потом отвернулся к бармену и сделал заказ. Виски оказался так себе, поэтому Гэвин цедил его медленно, поглядывая по сторонам. Профессиональная привычка, никуда не деться. Пару раз это спасало ему жизнь. Сейчас же Гэвин заметил лишь заинтересованный взгляд симпатичной девчонки на соседнем стуле. Ну, в конце концов, он же не обещал тут ни с кем не знакомиться, верно? Разговор завязался сам собой, и на некоторое время Гэвин и думать забыл о Конноре. Девчонку звали Лиза, она забавно морщила нос, когда смеялась, и кокетливо поправляла нехитрую прическу. На удивление, Гэвину нравилась компания, он даже начал подумывать о том, чтобы предложить Лизе прогуляться за пределы клуба. К нему домой, например. Ну, или просто банально пошататься по ночному городу. Гэвин заказал еще виски, вполуха слушая болтовню ни о чем и рассматривая свою новую знакомую. Да, пожалуй, ее стоило куда-нибудь пригласить. Вот только Коннору смс отправить и можно валить из этого вертепа. Гэвин как раз полез за телефоном, когда за спиной толпа буквально взревела. Откуда-то раздавался свист и одобрительные возгласы, перекрывающие даже грохот музыки. Гэвин мельком кинул взгляд в ту сторону, только, чтобы посмотреть, не убивают ли там кого-нибудь. Не увидев ничего, кроме веселящейся молодежи, Гэвин было отвернулся, но тут его взгляд зацепился за белую футболку, ярким пятном выделяющуюся в толпе. Гэвина охватило нехорошее предчувствие, уж больно фигура была знакомой. Обладатель футболки находился сейчас рядом с мини-сценой, где находилась одна из клубных андроидов-танцовщиц, и беззастенчиво тянул к ней руку без скина. Девица наклонилась вниз, секунда, и стыки соприкоснувшихся ладоней вспыхнули голубым, короткий коннект закончился так же быстро, как и начался. Танцовщица немного попятилась, освобождая место, другой андроид подтянулся и легко забрался к ней на танцпол. В башке Гэвина крутилась только одна мысль. Только бы не Коннор. Только бы, блядь, не Коннор! С него станется выкинуть какой-нибудь фокус. Ведь не зря же он позвал Гэвина с собой. Лиза рядом одобрительно завопила и замахала руками. Фигуры ритмично задвигались под музыку, а Гэвин начал лихорадочно набирать сообщение. До последнего он надеялся, что этот безбашенный парень все-таки не сознательный (обычно) полицейский андроид-детектив, которому слегка сорвало болты. Нет, стремление Коннора к познанию вызывало уважение и даже некоторое одобрение. Но у всего должны быть рамки. Поэтому, когда вместо ответного сообщения ему помахали рукой из клетки танцовщицы, Гэвин выматерился, быстро распрощался со своей новой знакомой, клятвенно заверив ее, что перезвонит, и направился на танцпол. Гэвин очень надеялся, что он успеет до того, как Коннор совершит какую-нибудь глупость. Стащить Коннора с танцплощадки оказалось тем еще квестом. Сам он спускаться отказывался, Гэвин соответственно не собирался лезть наверх третьим лишним. И так бы они и препирались через смс, пока Гэвин, отчаявшись, не отбил “Делай, что хочешь, но последствия будешь разгребать сам”. Он махнул на Коннора рукой и направился к выходу. В конце концов, Коннор, даже будучи девиантом, имел достаточный опыт общения с людьми. Если что, его хитрожопая программа социального модуля подскажет верный вариант. То, что Коннор ее практически всегда игнорировал, Гэвин старался не думать. За спиной хлопнула дверь, оставляя душное и шумное помещение клуба позади. На улице было прохладно, на душе — неспокойно. Стоило вернуться и дождаться Коннора, но Гэвин был зол. Неизвестно, чего он ожидал, когда соглашался на эту вылазку. Но явно не того, что Коннор будет отрываться на всю катушку, словно подросток, сбежавший от родителей. Гэвин фыркнул, поморщился от ассоциации и похлопал себя по карманам в поисках сигарет. Уже давно изобрели всякие новомодные электронные заменители, но Гэвину нравилось курить обычные. Стоили они, конечно, как крыло от самолета, но Гэвин не жаловался. Дверь за спиной хлопнула второй раз, когда он делал третью или четвертую затяжку. Гэвин не обернулся на звук, он медитативно смотрел на звёзды, вычленяя отдельные, знакомые ему, созвездия. Прохлада улицы и неожиданная тишина, после гремящих басов делали его чуточку спокойнее. Поэтому налетевшего со спины Коннора он воспринял философски. Хотя, если быть честным, надавать ему подзатыльников хотелось так, что руки чесались. — Детектив! Гэвин показательно проигнорировал его, сделав затяжку. Коннор ткнулся носом ему в шею, потом обнял со спины и положил подбородок на плечо. — Спасибо, детектив. Ты лучший. По телу пробежала толпа приятных мурашек, то ли от похвалы, то ли от того, что Коннор прижимался сзади. Гэвин поежился. — Угу. Он отшвырнул щелчком окурок и развернулся к Коннору, который так и стоял и не спешил разжимать кольцо рук вокруг Гэвина. — И что это было? Коннор выглядел довольным, немного растрепанным и даже совсем чуть-чуть уставшим, чего в принципе не могло быть. Он беспечно пожал плечами, разглядывая Гэвина, и улыбнулся. — Возможно, безудержное веселье? Гэвин фыркнул и заржал, отступая от Коннора. — Весельчак, мать твою. Все, отцепляйся от меня, и домой пошли. Гэвин зашагал прочь от клуба, вдыхая прохладный ночной воздух. Коннор нагнал его за пару шагов и пристроился рядом. — К тебе или ко мне, детектив? Гэвин от вопроса аж споткнулся, быстро глянул на Коннора и, заметив ехидную ухмылку, закрыл лицо рукой. — Каждый к себе, жестянка. Каждый к себе. И под тихий смех зашагал в сторону дома.

***

После похода в клуб что-то изменилось. Гэвин никак не мог понять что. Все вроде бы шло как обычно, разве что Коннор стал немного мягче. Самую капельку, и замечал это только Гэвин. Ну, может Хэнк еще странно косился в их сторону, а потом и вовсе тяжко вздохнул и буркнул, проходя мимо Рида: — И что он в тебе рассмотрел такого? — Кто? Гэвин как раз был после ночи и соображал не сказать, чтоб очень резво. Хэнк издал неопределенный звук и махнул на него рукой. Гэвин только плечами пожал и подавил зевок. Нужно было ехать домой и отоспаться как человеку, а не сидеть за рабочим столом и напоминать зомби. Перед носом волшебным образом оказался стаканчик с кофе. Бодрящий аромат немного привел Гэвина в чувство, и он потянул носом. В животе тут же забурчало. Рядом раздался осуждающий вздох. — Тебе необходимо отдохнуть, детектив. — Не нуди, жестянка. Сейчас вот волшебный эликсир выпью, кофейная призма даст мне силу, и я свалю домой. Коннор склонил голову на бок и уставился на Гэвина. — Какая призма? И при чем тут она? Гэвин до хруста потянулся на кресле, снова зевнул и взял со стола стаканчик с кофе. — Тебе не понять. Не загоняйся, Коннор, это старый прикол. Потом как-нибудь расскажу. — Я запомню. А теперь пей свой кофе и выметайся. Тон Коннора был категоричным, так что Гэвин даже и не подумал сопротивляться. Дома его ждал горячий душ, относительно годная еда, мягкая постель и часов двенадцать безудержного сна. Гэвин едва не заснул в такси. Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы глаза не закрывались сами собой. Дома он наскоро принял душ, съел пару сосисок из холодильника и с блаженным стоном завалился в постель. Через пару минут он уже крепко спал. Разбудил его пиликнувший входящим сообщением телефон. Гэвин ворохнулся под одеялом, глянул на часы, показавшие половину десятого вечера, и снова рухнул лицом в подушку. Спать уже не хотелось, но вылезать из-под одеяла Гэвин был неготов. Телефон снова пиликнул входящим, и Гэвин сграбастал его с тумбочки. Сощурился от ярко засветившегося экрана, и попытался разобрать текст. Сообщение было от Коннора, которому очень срочно нужно было что-то показать Гэвину, а еще обсудить пару моментов по полученным от информаторов данным. — Вот же шило в заднице. На самом деле Гэвин ворчал только для вида. Ему стало интересно, что же такое там нарыл Коннор, что не может подождать до того момента, когда Гэвин выйдет на работу. Гэвин разрешил себе поваляться в постели еще полчаса, а потом поднялся. Стоило хотя бы попытаться привести себя в человеческий вид перед приходом Коннора. И не то чтобы он сильно об этом волновался. Коннору по большей части было похрену, как Гэвин выглядит. Ну, Гэвин так думал, с Коннором он этот момент не обсуждал и не собирался. Коннор объявился у него где-то через час. Донельзя воодушевленный, он чуть ли не в коридоре вывалил на Гэвина половину информации. Но Гэвина молча утянул его в гостиную, усадил на диван, как можно удобнее расположился сам, а потом кивнул Коннору, мол можно продолжать, только помедленнее. В конечном итоге импровизированный обмен мнениями и догадками затянулся аж до половины первого, и Гэвин снова начал зевать. Усталость все же сказывалась, и организм требовал отдыха. Гэвин поднялся с дивана и поплелся в кухню. — Гэвин? В голосе Коннора послышалось легкое беспокойство. — Сейчас, кофейку сделаю и буду как новенький. Гэвин загремел посудой, засыпал зерна в кофемашину и облокотился задницей на столешницу, рассматривая сидящего на диване Коннора. Тот точно так же рассматривал Гэвина в ответ. Гэвин переступил босыми ногами по полу и неожиданно даже для самого себя ляпнул: — Почему ты никогда не снимаешь пиджак? Жарко же. Коннор удивленно вскинул брови, мигнул пару раз желтым диодом и очень странно посмотрел на Гэвина. — Ты хочешь, чтобы я снял пиджак? Гэвин пожал плечами, наблюдая, как Коннор встает с дивана. — Почему нет? Коннор хмыкнул, с какой-то кошачьей грацией стянул пиджак и небрежно бросил его на спинку дивана. — Что еще ты хочешь, чтобы я снял? От вопроса у Гэвина в горле все пересохло. Он понимал, что разговор уходит не туда, куда нужно. Но в голове уже сидела мысль о том, действительно ли Коннор продолжит, если Гэвин попросит? — Например, рубашку? — Всю сразу, детектив? Коннор улыбался, глядя на Гэвина, и едва касался пальцами каждой пуговицы, но не расстегивал их. Гэвин внимательно следил за каждым движением, не в силах отвести взгляд. Он прочистил горло и с притворным раздражением дернул плечом. — Как будто рубашку можно снимать частями! Коннор улыбнулся шире и плавно шагнул к Гэвину. — А я попробую. От того, как Коннор расстегнул одну пуговицу на манжете, у Гэвина по телу пробежала волна мурашек. Отвести взгляд он не мог и не хотел, наблюдая за длинными пальцами, скользящими по ткани. Коннор двигался плавно, с каждой расстегнутой пуговицей делая небольшой шаг к Гэвину. Словно танцевал какой-то ему одному известный танец. Гэвин был очарован происходящим. Ему хотелось дотронуться до Коннора, до его ключиц, не закрытых теперь рубашкой. Погладить, провести пальцами с нажимом и посмотреть, останется ли след на скине, как на обычной коже. Гэвин судорожно втянул воздух, когда Коннор подошел к нему вплотную. Рубашка, стянутая секундой ранее, валялась на полу белым пятном. Гэвин завороженно коснулся пальцами ключицы, отмечая, какой приятный на ощупь скин. Коннор рядом тихо выдохнул горячий воздух. А потом подхватил Гэвина под бедра и усадил на столешницу. — Я думаю, нам нужно отложить обсуждение рабочих моментов на другое время. Коннор был близко, так невероятно близко, что почти было страшно дышать. Гэвин замер, а потом первым потянулся к чужим губам. — Ради тебя — все, что угодно. *** Солнце упорно светило в глаз. Гэвин недовольно заворчал и перевернулся на другой бок, утыкаясь башкой во что-то твердое. “Не во что-то, а в кого-то,” — мозг услужливо поправил и подкинул воспоминаний. Гэвин довольно замычал и закинул на Коннора ногу. — Ты проснулся, детектив? Гэвин получил поцелуй в висок и крепкие объятия. Он лениво потянулся и приоткрыл один глаз. — Не-а. Я еще сплю. Коннор рассмеялся, еще раз обнял Гэвина и поднялся с кровати, вызвав недовольный стон. — Мне надо ехать, Гэвин. Хэнк уже несколько раз звонил и интересовался, не разобран ли я на запчасти, в ином случае он не понимает, почему я опаздываю. Гэвин фыркнул и приподнялся на локтях. Он с удовольствием наблюдал за тем, как Коннор одевается, как аккуратно поправляет рубашку и пиджак. — Так вот из-за кого у тебя такое убогое чувство юмора. Коннор улыбнулся, шагнул к кровати и, склонившись, поцеловал Гэвина, от чего его сердце сначало пропустило удар, а потом куда-то отчаянно заторопилось. — Я вернусь вечером. Коннор уже шагал к двери, когда Гэвин крикнул ему вслед из спальни. — Эй, Коннор, как-нибудь станцуешь для меня? В коридоре что-то грохнуло и звякнуло, Гэвин ухмыльнулся, представив, как Коннор не вписался в поворот. А потом сам едва не поперхнулся воздухом услышав ответное: — Ради тебя — все, что угодно!