Твой С.Ч.

— Бывай, я пошел, — друг махнул на прощание и повернулся к двери. — Только свет оставь, — сонно протянул Ибо, показываясь из-под одеяла. — Да ладно, — друг в следующее мгновение уже сидел рядом с ним на диване, — ты до сих пор боишься? Ибо слегка насупился и кивнул. Обычно такие разговоры заканчивались шуточками и подначками, и Ибо все равно приходилось с бешено стучащим сердцем добираться до заветного выключателя. — Знаешь, что можешь сделать, — друг заговорщически улыбнулся и наклонился ближе, — выключаешь везде свет и… Ибо тогда ржал как ненормальный. Боже, и это мог же кто-нибудь повторить. Да, кто-нибудь… *** Почему именно сейчас? Просто, почему, когда темно? Пробки выбило во всем доме, но вряд ли за какой-нибудь из дверей кто-то сидел и трясся как осиновый лист, как это сейчас делал Ибо. Он сжимал в руке почти разрядившийся телефон и очень громко сетовал на свою судьбу, правда, в голове, но сам факт. Так. Что он там говорил? Подрочить, да? Даже в такой ситуации подобное поведение казалось смешным и неловким. «Чем черт не шутит», — подумал Ибо, открывая режим инкогнито и молясь на остатки трафика. Он ткнул в первый попавшийся ролик и попытался отвлечься. На экране показался симпатичный парень. А все не так плохо. Следом за первым показался второй, чуть покрупнее. Как обычно, типичный ролик. Если не смотреть по сторонам, то вполне терпимо. Ибо медленно провел по груди, слегка цепанул сосок, повторяя движения актива в кадре. Парень на экране тонко заскулил, а Ибо лишь шумно выдохнул. Тело постепенно начало оттаивать, реагируя на ласку. Провернув еще пару нехитрых манипуляций с грудью и животом, Ибо плюнул на ладонь и завел ее под резинку домашних шорт. Он провел по еще не налившейся плоти, ощущая, как движения руки отдаются легким приятным покалыванием. Парень выдохнул через зубы, возвращая внимание к происходящему на экране. Худенький паренек уже выгибался на простынях, насаживаясь на чужие пальцы. Ибо чуть крепче сжал член, коротко выстонав через сомкнутые губы. Дальше дело шло куда лучше. Ибо ускорил движения, то и дело проводя большим пальцем по показавшейся головке. Творение глупостей продолжалось. Ибо прикрыл глаза и выключил экран телефона. Один процент. Ты был героем. Парень начал двигать рукой активнее, сдвигая крайнюю плоть и дыша через рот. Он приоткрыл глаза и, обведя всю комнату расфокусированным взглядом, произнес: — Это все для тебя. — Прямо для меня? — в темноте послышался приятный мужской голос, — я так польщен. Так Ибо не обламывали даже пока он жил в общаге. От испуга член быстро обмяк, и парень поднял глаза, рассматривая того, что вышел из тени. Хах, черт, почему он такой красивый? — Ну, чего же ты так испугался, — голос был успокаивающим. Ибо непонятным для себя образом слегка расслабился, хотя вновь прилившая к голове кровь вопила о неразумности этого, — все же это было не для меня. Он как-то грустно усмехнулся и внимательно посмотрел в глаза Ибо. Парню казалось, что вот, подними руку, и этот взгляд можно будет потрогать, почувствовать ладонью, какой он обжигающий. Ибо плавился в огне, пляшущем в темных зрачках напротив, а чуть светящиеся янтарным белки только добавляли ощущений. Даже не заметив Ибо, оказался носом к носу с загадочным человеком… так, стоп. А кто он? Люди так преспокойно по квартирам расхаживать не могут…Призрак? Домовой? — Какой же ты красивый, — он зарылся прохладными пальцами в волосы Ибо, — давай тогда этот раз будет только для меня. И улыбнулся. Это было что-то на грани хищного оскала и милой сладкой улыбки, или насколько парень мог судить по отсвету от окна. Гулко бьющееся сердце начало отдавать в виски. Все тело пульсировало с каким-то непонятным чувством, почти переходящим в панический ужас. Страшно, но так завораживающе. Ибо с трудом сглотнул, чувствуя, как в голове плодятся вопросы, набивая ее словно опилки. Казалось, он был готов их задать, но язык совершенно не хотел слушаться. Парень с силой закусил губу, продолжая наблюдать. — Даже не верится, что ты в моих руках, — прохладная ладонь скользнула по щеке, а затем к губам, надавливая большим пальцем на нижнюю, — прекрати так бояться. Есть тебя, как пирожок я не собираюсь, хотя… Он слегка потрепал Ибо за щеку и потянулся к его губам. Поцелуй вышел легким, почти невинным. Некто лишь невесомо прикоснулся, опаляя горячим дыханием, на контрасте с прохладными губами. — Вкусно. Так бы и съел, — он быстро облизнулся и придвинулся, прикасаясь лбом ко лбу, — я настолько страшный? Ибо, мне уйти? На этом моменте Ибо понял несколько вещей. Перед ним точно какая-то нечисть. Красивая и обаятельная, но все же нечисть. Эта нечисть знает его имя, а значит видит не впервые… или у него глаза специальные, чтобы имена видеть. Но даже при всем при этом Ибо не хотел, чтобы этот ночной гость уходил. Почему, спросите вы его. А он не ответит, он не знает — Бо, — в темных глазах промелькнуло беспокойство. Парень помотал головой. — Уверен? — он смотрел очень внимательно, — я потом не смогу сдержаться. Ибо осторожно кивнул и в подтверждение уложил руки на чужих плечах. — Хах, хорошо, — похоже, ночной гость слегка растерялся. Он вновь прильнул к губам, втягивая Ибо в поцелуй. Настойчивый и до жути приятный. Парень чувствовал прохладные прикосновения, отдавая инициативу незнакомцу. Он целовался так умело, словно всю жизнь только этим и занимался. Ибо плавился от мягких, но настойчивых прикосновений, чувствуя прохладные пальцы на своем подбородке. — Приоткрой ротик, — он чуть сильнее надавил, отстранившись, — умничка. Ибо поддался, чувствуя как во рту скользит прохладный язык. Он не был большим любителем поцелуев с языком, но этот раз лишь сильнее его распалил. Дыхание смешивалось, растворяя по всему телу остатки напряженности, и парень тихо простонал в поцелуй. — Уже лучше, — некто хрипло выдохнул, разрывая поцелуй и тонкую ниточку слюны, поблескивающую в тусклом свете уличного фонаря. Конечно лучше. За три минуты тело Ибо начало гореть, как в жизни еще не горело. Парень потянулся за новым поцелуем. — Ч-ч-ч, — его остановили мягким прикосновением к челюсти, — нельзя же сразу наедаться одним блюдом, пока накрыт целый стол. Ибо не сразу понял, о чем тот говорит. Зато почувствовал. Прохладные губы скользнули к мочке уха, вызывая толпу мурашек по всему телу. — Расскажешь, как тебе нравится, — он хрипло прошептал, прикусывая хрящик рядом с сережкой, — Бо-ди? Так значит он гэ? Ибо неловко кивнул, слыша тихий смешок. — Очень надеюсь, — он спустился поцелуями по челюсти, заставляя Ибо рвано выдыхать. Не то, чтобы у него не было опыта в таких делах. Просто он не привык быть только принимающим. Но умелые ласки настолько плавили сознание, что Ибо лишь хотел получить больше. Гэгэ спустился ниже, легко покусывая подрагивающий кадык. Горячее дыхание оседало тонким шлейфом на коже и тугим возбуждением в животе. Ибо невольно сильнее подставлялся под изучающие его губы и зубы… — Мхмф, — Ибо резко выстонал, чувствуя ладони, скользящие по груди и ребрам, уже не скрытым футболкой. — Какой же у тебя прекрасный голос, — ночной гость несильно сжал сосок, приникая к другому ртом, — хочу еще. Ибо коротко пискнул, чувствуя зубы на соске, ставшем донельзя чувствительным. Возбуждение горячим огнем окутывало все тело, расходясь волнами от мест, где касался гэ. Ибо и сам не понимал, почему прохладные пальцы заставляют его таять, словно мороженое на летнем солнце. Гэ скользнул языком ниже, очерчивая рельефные мышцы и спускаясь к пупку. Ибо чувствовал, как он весь напрягается, следуя за каждым движением старшего. Тот поднял на него глаза и быстро их опустил, возвращаясь к поджавшемуся животу. Он резко, до упора втянул кожу у торчащей тазовой косточки и быстро отстранился, любуясь оставленной меткой. — Вау, — старший переключил внимание, проводя пальцем по уже заметно потвердевшей плоти, и, услышав судорожный вдох, хитро улыбнулся. Он скользнул под резинку шорт, прохладной ладонью сжимая член. Как она еще не нагрелась? Ибо тихо всхлипнул, ощущая, как быстро приливает кровь, и твердеет плоть в крепкой хватке. Быстрее, пожалуйста. Ибо невольно толкнулся в кулак, чувствуя наслаждение, тонкой пленкой облепляющее все тело. — Быстрее? — старший усмехнулся, не ускоряя движений, — ты, оказывается, можешь говорить. Так это было вслух... Он продолжил медленно водить ладонью по стволу, словно дразнил, легко потирая чувствительное место под головкой. Чуть царапал коротким ногтем чувствительную кожу и размазывал выступающую смазку большим пальцем. Это было приятно. Приятно на грани, но не до оргазма, который вот-вот обещал наступить. Ибо всхлипывал, усиленно дергая бедрами, чтобы ускорить движения. Но тот словно подгадывал, двигая рукой так, что темп не менялся. — Быстрее, гэгэ, — Ибо тонко заскулил, — пожалуйста. Тот лишь вопросительно на него посмотрел, и ничего не поменялось. Ибо быстро поднялся, отрывисто чмокая старшего в губы, прошептал: — Пожалуйста… *** Ибо проснулся от противного звука будильника. В утренней полутьме тихо бубнил телевизор. И все было как обычно, словно вчера ничего не было. Сон? Ибо откинул одеяло. На нем была определенно не та одежда, что была вечером. Все-таки не сон. Это понимание непонятным теплом разлилось по душе. Ибо подтянул футболку, разглядывая багровую отметину на животе. Точно не сон. Еще не до конца проснувшийся мозг отказывался собирать факты в какие-то выводы, поэтому Ибо счастливо улыбнувшись, повернулся на другой бок, планируя досыпать до второго будильника. Но сон не шел. Ибо потянулся к телефону, замечая рядом с ним небольшую, свернутую бумажку.

«Ибо, — аккуратным почерком было выведено на листке, — надеюсь это наша не последняя встреча и проведенное время. Очень хочу встретиться при свете дня. Уже твой С.Ч.»

И что теперь дальше?