Ты веришь в любовь?

Lil Death - Moment

      Тэхён постепенно вливался в ритм работы, получая даже минимальное удовольствие.       Менеджер обрадовал новостью о том, что уговорил директора выплатить полный гонорар за одну из прошлых фотосессий.       - Вот так, да, Тэхён-щи, - фотограф подбадривает Кима ненужными словами.       Ким чуть вскидывает подбородок, показывает острую линию челюсти и выделяет впалые скулы. Он профессионал - одобрение фотографа не требуется.       - Вы поправились, да, Тэхён-щи? - раздаётся неожиданно громкое, - вам идёт, кадры получаются невероятные.       Ким застывает на пару мгновений. В ушах стоит противный писк и не раздаётся щелчков камеры.       Внутри будто всё обрывается, оставляя после себя зияющую дыру, затягивающую в водоворот вины и отвращения к себе. Мысли пустеют, а желудок сводит. Несъеденный завтрак невесомой тяжестью оседает внутри. Он не поправился, такого просто не может быть. Он взвешивался перед выходом, там не было отвеса, но и килограммов он не набрал. В голове набатом раздаётся: "Поправился, поправился, поправился..."       Тэхёна тошнит, а лёгкие огнем горят, словно сжигая весь кислород ещё на подходе, но внешне он совершенно не меняется. Резкий щелчок камеры вырывает Тэхёна из мыслей.       Ким вскидывает голову и продолжает на автомате отрабатывать заученные позы, ещё точнее выполняя все движения.       Они заканчивают в обед, а Тэхёна само слово бьёт по сознанию.       - Мне нужно проветриться, - тихо бросает Ким персоналу, не накидывая на худые плечи даже ветровки, меняет только пиджак, чтобы не платить штраф.       Он наваливается всем весом на железную дверь, цепляясь за собственные плечи. Дверь поддаётся не с первого раза, но он попадает на улицу, впуская в лёгкие ледяной изморосью воздух.       Мороз крепчает, прячась в завываниях осеннего ветра. Тэхён передергивает плечами, ныряя рукой за пачкой в карман худи, сменившего жакет со съёмок. Ладони быстро немеют, и дрожащие ледяные пальцы едва не ломают сигарету. Они соскальзывают с кнопки щёлкающей зажигалки раз за разом, ломая тонкие ногти. Наконец, слабый огонёк вспыхивает, тревожно рассыпаясь искорками на холоде, а кончик сигареты приветливо загорается.       - Боже, - облегчённо бормочет Тэхён, прислоняясь к сальной и грязной стене за спиной.       В проулок между домами почти не попадает свет с улицы, где уже начинает темнеть.       Он делает жадную затяжку, не переставая подрагивать от холода. Достаёт телефон, не сразу набирая бесчувственными пальцами простой пароль. Цифры подсвечиваются белым, сигнализируя о времени.       - Половина пятого, - бормочет Тэхён, закидывая телефон обратно, в карман.       Пепел сыпется на блеклые листья занесённые ветром, и окурок падает на землю, размокая в грязи. Ким ловит себя на мысли о затянувшемся начале перерыва среди вороха других.       Пальцы судорожно лезут за новой сигаретой, губы снова глубоко затягиваются никотиновым дымом. Мысли путаются, суетливо роясь в черепушке. Тэхён затягивается глубже, с каждым разом выпуская всё меньше едкого дыма наружу, затягивая его внутрь, отравляя лёгкие. Он бездумно ковыряет ботинком грязную землю, купаясь носком в слякоти. Чувство голода немного притупляется, возвращаясь к привычному, когда чувствуешь, как сосёт под ложечкой, но жить пока можно. Застывший взгляд упирается в даль к улице, где слышна суета машин и снующих прохожих...       Тэхён шипит от боли. Пальцы внезапно обжигает, окурок падает на пожухлую землю. Кима передергивает от пронизывающего холода, ладонями пробирающегося под лёгкую толстовку. Пожалуй, он достаточно проветрился. Щеки неприятно стягивает от соли, а обкусанная губа пухнет и немного саднит. Тэхён бросает взгляд на горку окурков, пока надсадно кашляет в замерзшую ладонь.       В голове всплывает случай, произошедший год назад...       - Ты же понимаешь, что не тянешь на такую модель? - усмешка гулом отзывается в висках.       Сознание мутнеет, пока неприятная пульсация усиливает головную боль.       - Что происходит? - Чимин хмурит брови и складывает руки на груди.       В горле пересохло, сталь неприятно стягивает руку, а в груди тянет так, будто сердце сейчас разорвётся на кусочки, разлетевшись кровавым месивом.       Тэхён знает, что происходит. Он снова недостаточно хорош.       - Но мы сейчас это исправим, - уголок губ мужчины приподнимается в ожидании скорого удовольствия, - ты сейчас хорошенько постараешься, а я обеспечу тебе безбедное будущее...       Мужчина поглаживает пальцами угол комода, думая о чём-то своём, вероятно просчитывая. Строгий костюм стягивает стальные мышцы, уродливо выпирающие под дорогой тканью. Мощь, наработанная не в зале для фитнеса.       - Твой друг, - Тэхён резко вскидывает низко опущенную голову, пока в глазах картинка упрямо не хочет фокусироваться.       Он с самого начала знал, что не стоило позволять Чимину идти за ним. И вот к чему это привело.       - Я полагаю, вы оба могли бы постараться, - тянет мужчина, чувствуя раздражение и беспомощность, исходящие от будущего развлечения, - он снимет на камеру твой, - короткая усмешка мелькает на долю секунды, прокладывая глубокие морщинки, - кастинг, - снисходительно заканчивает он, - мы живём в мире, где всем нужны гарантии, верно?...       Резкий хлопок, и Тэхён крупно вздрагивает, выныривая из воспоминаний. Размытый взгляд фокусируется на железной двери.       - Так и знала, что найду тебя здесь, - звонко причитает Чеён, потирая ушибленную ладонь, - сотрудники у вас не шибко доброжелательные...       Она осматривается, засовывая руки в карманы огромных брюк, ненадолго замолчав. Её взгляд ползёт по трещине в стене соседнего дома, пока не соскальзывает на лицо Кима.       Тэхён вздыхает, тряхнув волосами, и переводит взгляд за девичью спину.       - Это Чонгу, - замечает она чужой интерес, - и нам нужна твоя помощь...       Ким сводит брови к переносице, складывая руки на груди, и неосознанно выпрямляется перед незнакомым парнем.       "Симпатичное личико", - мелькает в мыслях.       Когда работаешь в модельной индустрии больше десяти лет, невольно начинаешь оценивать есть ли шансы у людей вокруг тебя.       - Нам не нужна ничья помощь, - тихо, но твёрдо произносит Чон, - мне нужно было просто правильно сгруппироваться, а не зевать, тогда не было бы этих... Царапин...       - Царапин? Да на тебя без слёз не взглянешь, в ребре наверняка трещина, -- взволнованно бормочет Чеён, кидая на Чонгука возмущённый взгляд.       Волевое лицо отражает мимолётную гримасу боли, и Тэхёну, на мгновение, становится жаль этого парня...       Но он быстро вспоминает, где оказался сам.       - Ты не перепутала меня с больничкой или благотворительным фондом? - резко срываются с губ сухие слова, - поликлиника через два квартала, в чём проблема?       Тэхён виновато поджимает губу, замечая застывшие слёзы в глазах напротив и отводит взгляд. Ему жаль, однако в голове всё ещё звучит чужой грубый голос...       Чеён смаргивает наваждение, привычно приходя в себя. Резкие слова ранят, но это далеко не первый раз, а человек способен адаптироваться ко всему за сорок дней, кажется.       - А теперь послушай, Тэхён-а, избавь нас от своей обиды на мир, ладно? - Розе подходит вплотную к Киму, вскидывая голову, чтобы смотреть прямо в чужие глаза, - мне жаль, что я вынуждена просить помощи у тебя, но мне, правда, больше не к кому сейчас пойти...- тихо заканчивает девушка, обхватывая себя руками, едва запал стихает.       Она ежится, отступая назад, и переводит взгляд на почерневшую от слякоти дорогу в закутке. Тэхён устало выдыхает и смотрит на Чонгука, отчётливо осознавая, что парень точно не с лестницы упал. Чон хмурится, дёргая ладонью в сторону Чеён, но не знает, может ли поддержать её так в чужом присутствии. Он скользит с сожалением по её силуэту, отворачиваясь. Тэхён успевает заметить, как скривился чужой нос, а пальцы немного потянулись к рёбрам.       - Зачем я здесь? - тихо спрашивает Чон у Чеён, не глядя на Тэхёна.       - Я не смогла бы помочь тебе сама понимаешь? А он смог бы, - почти шепчет Розе, - но, пожалуй, нам стоит обратиться к Сокджину. Он, я думаю, сможет устроить тебя к себе на работу и позволить остаться на ночь в баре...       - Что с ним приключилось? - хрипло спрашивает Ким, кивая на Чонгука, и прикрывает глаза.       Чеён вскидывает голову, немного оживившись. Она улыбается так ярко, что Ким невольно приподнимает уголки губ в ответ, переводя взгляд на парня, что тоже словно светится из-за неё теплом...

***

      - Как успехи? - Хосок, как и обычно, заходит в комнату без стука, заставая Намджуна за компьютером.       Стопка нераставленных книг мозолит глаза Чону, и он поднимает её, задумчиво глядя на подвесную полку.       - Не задень бонсай, - бросает Намджун, не отрываясь от экрана, - они не исчезнут если ты будешь туда смотреть, - тихо добавляет Ким, нахмурившись от полученной путём долгого поиска информации.       Хосок кивает дважды, осторожно положив книги на полку стопочками. Прежде чем расставить их, он отодвигает растение с края стола, чтобы случайно не задеть локтём.       - Ты же знаешь, я ничего не имею против, - потянувшись немного, Чон хрустит пальцами и начинает расставлять книги.       Намджун равнодушно пожимает плечами, не отвечая. Будучи собранным и серьезным на протяжении всей своей жизни, Ким находит отдушину в детских ботиночках, расставленных поверх полок с книгами. Намджун действительно умён, но это не мешает ему, помимо дел, что подкидывает следователь, он же троюродный брат, желать однажды воспитать очаровательную дочку или вырастить достойного сына. Это, можно сказать, своеобразная мечта, когда-нибудь проводить время с любимой омегой и ребенком, рождённым в искренней любви.       - Я закончил, - Ким откидывается на спинку кресла, хрустя пальцами. Хосок поворачивается, вопросительно вскидывая бровь.       - Крики абсолютно ничем не примечательны, - сухо поясняет Ким, - они вырезаны из какого-то фильма ужасов, но вот что интересно, - тянет он, - так это создатель этой обработки.       Хосок склоняет голову к плечу, когда чужое молчание затягивается, но всё же предполагает.       - Что-то из разряда пропавших без вести? - последние книги отправляются в ровный рядок.       - Именно, - удовлетворённо кивает Намджун, - модель Ким Мингю, возраст двадцать три года. Работал на модельное агентство, где сейчас работает, как я знаю, небезызвестный тебе Ким Тэхён.       Хосок подаётся вперёд, опираясь ладонями о край стола.       - Интересно... - задумчиво произносит он, кивком призывая продолжить.       - В какой-то момент он выпускает эту обработку, а через неделю просто исчезает ото всюду. Никакой информации в сети, а затем объявление о пропаже, написанное, кажется, его бабушкой. Затем заявление отозвали. Но никакой информации не поступало и почему заявление отозвали тоже неизвестно, - Намджун прикрывает глаза, - мне пришлось покопаться глубже, чтобы выяснить, что это не единичный случай и подобные ему происходили не раз и не два.       Намджун встаёт с кресла, потягиваясь, и подхватывает кружку с остывшим кофе. Он продолжает:       - Ситуации, как одна похожи. Выходит песня, подписанная одним из работников агенства, в какой-либо, как правило печальной, обработке, а через неделю модель исчезает, - Хосок смотрит из-под нахмуренных бровей, буравя взглядом стену.       - Значит ли это, что они возьмутся и за Тэхёна? - Чон вздыхает, упирая взгляд в потолок, - а быть может, они уже пытались, - бормочет он, - ещё в тот раз...       Чон задумчиво постукивает пальцами по столу. Что всё это может значить? Зачем избавляться от людей таким странным образом? Зачем кому-то светиться, выкладывая песни в интернет?       - Что бы это ни было, нам необходимо понять мотив, и выяснить, что происходит в эту неделю, куда исчезают модели, - Намджун морщится от горечи, когда пьёт ледяной напиток.       - Интересно, а в других агентствах?.. - Хосок идёт на кухню за Намджуном.       - Я проверил доступную мне информацию, ничего похожего, - бросает Ким и споласкивает кружку.       Хосок открывает холодильник, устало прикрывая глаза. Он достаёт пакетик с колбасой и такой же - с сыром.       - Значит, нам придется наведаться в гости, - констатирует Чон, отрезая кусочки.       Намджун ставит чайник на кипячение.       - Нам? - тихо спрашивает он.       - Ты будешь говорить, а я буду наблюдать...

***

      - Итак, Юнги-щи, вашей работой будет... - Сокджин фурией вылетает из кабинета, размашистым шагом подходя к Юнги за барной стойкой.       Мин, за время отсутствия владельца заведения, немного освоился. Он переставил пару бутылок, органично расставив их по стеклянным полкам, подсвеченным алой светодиодной лентой.       - Всё в порядке, я разобрался, что к чему, - флегматично роняет он, смешивая в шейкере коктейль для клюющего носом клиента, оставшегося до утра.       Пальцы ловко откручивают верхнюю часть и Юнги изящно наливает в высокий бокал, добавляя листик мяты, хорошо сочетающийся с ромом. Ни капли пролитого на столе.       - Проблемы с алкоголем? Пьянеешь быстро? - Сокджин определенно заинтересован увиденным.       Юнги отрицательно качает головой, роняя громкое: "тринадцатый столик, ваш заказ". Потерянный альфа вдали озирается по сторонам, начиная растерянно считать столики.       - Тогда откуда такие познания, - Сокджин приподнимает уголок губ в намеке на одобрительную улыбку.       Юнги протирает мраморную стойку, начищая до необходимого блеска, а затем принимается споласкивать шейкер.       - В юности хотел заработать на побрякушки, - коротко усмехается Мин, - по знакомству устроился в захолустный бар. Мне тогда ещё восемнадцати не было, - Юнги прикрывает глаза, рассеянно натирая бокалы, и тянет, - там хочешь - не хочешь, а научишься...       Сокджин постукивает тонкими пальцами по столу, наблюдая за чужими действиями, что срабатывают на автомате. Ким поднимает руку, привычно касаясь шрама на лице кончиками пальцев. Так происходит всегда, если он глубоко задумается.       - Смею предположить, мы сработаемся, - бросает он, - и у меня есть ещё одно предложение для того, чтобы повысить твой заработок.       Юнги поднимает взгляд, вопросительно вскидывая бровь       - Не знаю, что уж у тебя произошло, - задумчиво тянет Сокджин, - но я видел твой автомобиль, которому явно потребуется аренда гаража.       Мин склоняет голову к плечу.       - Да, в моём положении на нем особо не погоняешь, да и было бы куда, - усмехается Юнги.       - Да и шпана сейчас, - к Сокджину подталкивают рюмку текилы, - не дай Бог, поцарапают, и на ремонте можно разориться.       Ким благодарно кивает, опрокидывая в себя рюмку.       - Я слушаю, - пустая рюмка уходит под стойку.       - У меня ведь не только, скажем так бар - ночной клуб, - Сокджин проверяет сообщения, прежде чем продолжить, - днём это вполне себе обыкновенное кафе, в котором, конечно, существует доставка на дом.       - Две зоны и освещение разное, я заметил, да, - тихо говорит Юнги.       - Есть служебная машина, заказов с доставкой не так уж и много, - Сокджин пожимает плечами, - так что я предлагаю взять это как работу днём, зарплата, естественно, будет больше.       Мин задумчиво провожает взглядом молодую девушку, с ведром грязной воды.       Они перекинулись парой слов, пока Юнги ждал Кима.       Девушка - студентка архитектурного, из-за университета бросившая родной город. Сокджин щедро платит ей за уборку помещений, а ещё постоянно кормит её обедом, когда она приходит с пар.       - Почему бы и нет, - Юнги склоняет голову к плечу...