Что это было, чёрт подери?!

У разных людей утро начинается по-разному. Кто-то просыпается в обнимку со своей второй половинкой. Кто-то пожизненно одинок, а потому просыпается в пустой кровати. Ну, или с пушистым котейкой под боком на крайняк. Всё-таки кот — это друг на всю жизнь. А кто-то, твою мать, студент-отличник, а потому просыпается ровно в шесть утра. Даже несмотря на то, что поспать удалось лишь два часа от силы. Одним из них и был уже известный нам любимый Джисон. Парень продрал глаза, поднимаясь и принимая положение сидя. Голова буквально раскалывалась, не позволяя полностью понять своё положение. Почему-то правая сторона шеи пульсировала и зудела. Протерев глаза и лишний раз проморгавшись, Джисон опустил взгляд вниз дабы узнать, на чём таком тёплом он сейчас сидит. Поняв, что вместо привычной жёсткой кровати под ним сейчас спящий Минхо парень застыл на месте, боясь сделать лишнее движение. Перед глазами появился тот самый взгляд Минхо, которым он вчера изучал Хана, а в памяти одно за одним стали прокручиваться воспоминания. Те посиделки на коленях, тот поцелуй и… укусы. Точно, укусы. Джисон быстро, но аккуратно слез с Минхо и подбежал к маленькому зеркалу, что стояло на тумбочке. Его ещё год назад всучила Хану в руки его тетя — Шихён, под предлогом «не ворчи, пригодится». И оно пригодилось. Парень взял зеркальце в руку, оттягивая второй горловину серой толстовки. На правой стороне шее и месте, где шея переходит к плечу, красовались багровые следы от укусов. — Твою мать, как я мог допустить это… — шёпотом выдохнул Джисон, ставя зеркальце обратно. Видеть эти отметины ему сейчас хотелось меньше всего. В голове проносились мысли о реакции Минхо. Как он поступит? Их дружбе конец? Да и кто они теперь друг другу? В какой-то момент в кармане брошенной на полу джисоновой куртки завибрировал телефон, уведомляя своего хозяина о новом сообщении. «С утра уже написывают. Совсем не вовремя…» — подумал Джисон, на цыпочках подходя к старой и потрёпанной временем куртке, забираясь рукой в карман. На экране красовалось уведомление от человека, который отчасти был связан с произошедшим. Хан бы поговорил с ним, но позже, не в шесть ёбаных утра. Хёнджин-а Джи, нам нужно поговорить. Это очень срочно. — Будто бы я не знаю, о чём ты поговорить со мной хочешь, — выпалил Джисон, набирая ответное сообщение. Джи-Джи Ты извиниться передо мной хочешь за бутылку? Парень нервно усмехнулся. Хёнджин-а Очень смешно. У меня для тебя более серьёзная новость. Джи-Джи И какая-же? Хёнджин-а В общем, я проболтался Ликсу о вчерашней игре, и он моментально вспомнил о ваших «отношениях на спор». Теперь он требует, чтобы вы реально начали встречаться, ведь «Минхо согласился, значит надо». Джи-Джи О боже, ещё одна проблема… Хёнджин-а У тебя ещё какая-либо проблема нарисовалась? Вместо того, чтобы пытаться объяснить произошедшее, Джисон вновь оттянул горловину и запечатлел этот «шедевр» на своей шее. Джи-Джи Смотреть 1 вложение Хёнджин-а Пиздец. Джи, это кто тебя так пометил? Джи-Джи Догадайся, блять, с трёх раз. Минхо… Щёки Джисона залились краской, когда он вновь прокручивал события вчерашней ночи у себя в голове. Хёнджин-а Дай угадаю, он напился той текилой, что я ему дал, и разошёлся? Джи-Джи Как же хорошо, что ты умеешь думать, когда надо. Хёнджин-а Ладно, проехали. Что делать-то с этим собираешься? Джи-Джи Как-нибудь выкручусь. Ты лучше скажи, что с Феликсом делать? Он же с нами в один универ ходит и обязательно всем разболтает, что мы с Минхо «встречаемся». Хёнджин-а Представляю лицо Юны, когда он ей об этом скажет… Джи-Джи Ты не представляй, а думай, как проблему решить. Хёнджин-а Ладно, я могу сказать ему, чтобы в универ не шёл. Мол мне плохо, посиди со мной. Джи-Джи Отличный план, просто заебись. Хёнджин-а Вместо того, чтобы меня критиковать, иди и скрывай следы вашей бурной ночки. Парни сами не заметили, как их переписка из попытки решить две огромные проблемы переросла в спор двух псин. Это было довольно странно, ведь обычно это Минхо и Хёнджин собачатся, как не в себя. Либо Джисон был на нервах, из-за чего и начался весь этот сыр-бор, либо же яд в теле Минхо проник в джисонову кровь, когда его кусали. Джи-Джи Ладно, давай прекратим этот спор, который ни к чему не приведёт, и пойдём решать каждый свои проблемы? Судя по всему в Джисоне остались крупицы незамутнённого рассудка, которые не смог затронуть токсичный яд Минхо. Хёнджин-а Пх, удачи тебе в этом. Хан заблокировал смартфон, аккуратно кладя на тумбочку. Парень прекрасно знал, что Минхо хер поднимешь по утрам, но страх разбудить этого кошатника всё равно присутствовал. План маскировки чёртовых следов уже довольно ясно крутился в голове. Свитер. Обычный чёрный свитер с высокой горловиной. Идеальное решение, если ты не умеешь пользоваться тональной основой или её у тебя попросту нет. Джисон на цыпочках пробрался к старому шкафу, открывая его и пытаясь найти глазами нужную ему полку. Мысли о предстоящем дне в университете заставляли сердце биться быстрее. «Волноваться не о чем, Феликс не пойдёт в универ и через день забудет. Всё будет в порядке. Минхо не о чём не узнает. Не должен. Никогда», — думал Джи, пытаясь успокоить себя. В какой-то момент Хан наконец-то нашёл глазами нужную вещицу, которая должна была спасти его от позора сегодня. Джисон неуклюже снял с себя толстовку и медленно натянул на себя свитер. Благо на нём была футболка, из-за чего кожа не так сильно зудела. В те моменты, когда парень случайно задевал эти ебучие следы, лёгкая боль растекалась по всему телу, заставляя стиснуть зубы. Неприятно. Пиздецки неприятно. Хан понимает, что шерсть будет натирать, создавая ощутимый дискомфорт, но это было лучше, чем опозориться на весь универ. Явно лучше. — Готово, — еле слышно выдохнул Джисон, поправляя горловину. Он никогда не любил свитера. Как раз таки потому, что они сильно натирают его порой слишком нежную кожу. Но всё та же тётя Шихён посчитала, что Хан в свитере с высокой горловиной — это самое прелестное и милое, что существует во Вселенной. Джи до сих пор помнит, как тётя буквально умоляла его примерить. Картина маслом: уже взрослая женщина пытается уговорить подростка надеть «милую вещичку» и чуть ли не в ноги кланяется. Пришлось согласится, чтобы женщина не позорилась до конца. Пяти минут нытья на коленях вполне хватило. Но несмотря на все прибамбасы тёти Хан любил её. Очень сильно. Она была первой и, пока что, единственной, кому Джисон решился рассказать о своей ориентации. Шихён спокойно и даже с улыбкой приняла эту новость, в то время как родители наверняка бы отвернулись от него, считая позором семьи. Тётя Шихён была единственным человеком, кому он мог поведать всё, что угодно, ничего не тая и не обманывая. Образ тёти в голове вызвал у Хана грустную улыбку на губах. Он сильно скучает по ней. Пять лет не виделись, всё-таки. Надо будет на следующих выходных навестить её. Вынырнув, наконец, из омута мыслей, Джисон выдохнул, подойдя к кровати Минхо. Пора будить его. Им до универа ещё час шагать, так что надо поднимать этого прокрастинатора. — Минхо, пора вставать, — вполголоса сказал Джи, толкая парня в плечо. Он знает, что так Ли никогда не проснётся, но привычка будить таким материнским способом никуда не уходила. В голове вновь начали всплывать обрывки вчерашней ночи, заставляя Джисона отдёрнуть руку, как от горячей сковороды. «Твою мать, я же на него смотреть не смогу нормально после такого…» — пронеслось в голове у парня, когда он вновь посмотрел на мирно сопящего Минхо. Чувства были очень смешанными. С одной стороны хотелось подойти и обнять по сильнее, подарить всю свою любовь. С другой же хотелось убежать на другой континент, лишь бы в мыслях не всплывали те неловкие моменты. Но всё это удерживал здравый смысл, который ещё каким-то чудом не помер. Он говорил, что ни то, ни другое делать нельзя, иначе заподозрят. Собрав все силы в кулак, Джисон вновь принял попытку разбудить Хо. — Ли, подъём, на учёбу пора, — уже громче сказал Хан, тормоша спящего за плечо. — Нахуя нам туда? — сквозь дремоту прохрипел Минхо, отворачиваясь от нарушителя его сна. — Ли, надо, это важно. Просыпайся и пошли. Нам час до универа пешком топать. — Бля, — протянул Минхо, хватаясь за гудящую голову. Ощущение от утреннего похмелья — одно худших вещей, что может существовать в этой Вселенной. — Джисон-а, я не хочу. — Надо, Ли, надо, — словно заботливая мамочка говорил Хан, ласково вороша непослушные волосы парня. Минхо ничего на это не ответил и, проклиная трёхэтажным матом весь ёбаный мир, принял сидячее положение на кровати. — Молодец, а теперь иди собирать рюкзак и на выход, — с лёгкой улыбкой сказал Джисон, беря их валяющиеся рюкзаки на полу и протягивая Ли один из них. Парень молча кивнул, благодаря за всё на свете, и взял в руки предмет, в который ему предстояло загрузить кучу ненужной, по его мнению, макулатуры. *** Осень — самое мерзкое время года. По крайней мере, так считает Минхо. А вы сами посудите: осенью очень холодно, постоянно идут дожди, противная слякоть покрывает землю в перемешку с грязью и листьями. Выходить на улицу не хочется от слова совсем. Наоборот, хочется завернуться в тёплый плед, включить на ноуте какой-нибудь бредовый сериал, положить на колени, словно грелки, пару любимых кошечек и выпить пару стопок кружек рома чая. Но реальность — жестокая сука, которая заставит тебя в адский холод идти в университет, где ничуть не теплее. — Холодно? — спрашивает Хан, поворачивая голову к Минхо. — Ещё как, блять, — выпалил Ли, сильнее кутаясь в чёрную куртку. — Но знаешь что, — он внезапно выпрямился, — этот холод немного, но всё же снимает эту чёртову головную боль, которая преследует меня чуть ли не всю жизнь. — Стоп, так у тебя голова болит? — Ну как бы да, а что? — И ты всё это время молчал? — вместо ответа Минхо замялся, а Хан, громко выдохнув через маску, сунул руку в карман и достал маленькую белую пачку. — Идиотина, — выпалил парень, протягивая другу пачку таблеток. — У тебя карманы — это теперь бездонная аптечка? — хмыкнул Ли, протягивая руку за столь желанной в данный момент пачкой. — Там всего-то пачка от головы, пачка отрезвителя, пачка от отравления и напоследок пачка жаропонижающего, — как ни в чём не бывало пробубнил Джисон, пока Минхо насухо давился белой таблеткой. — Ты чего давишься-то? У меня бутылка воды в рюкзаке была, лень попросить было? — Так ты и не сказал, — проморгавшись от выступивших на глазах слёз. — Ладно, проехали. Как чувствуешь-то себя? — Просто прекрасно, — ухмыльнулся Минхо. — Очень смешно. А если на самом деле? — Так это не был сарказм. Я правда чувствую себя прекрасно. — И почему же? — вскинул светлую тонкую бровь Хан. — Потому что ты рядом со мной, — подмигнул Минхо с улыбкой на губах, заставляя глаза Джисона округлиться от шока. — Ты… Ты совсем идиот, чтобы так говорить?! — Минхо засмеялся. — Эй, а ну прекращай! — — Не могу и не собираюсь, — ответил парень, на миг показывая кончик розового языка. — Идиот… — немного помолчав тихо ответил Хан. — Тебе ещё не надоело меня так называть? Мог бы чего поинтереснее придумать, — с некой издёвкой сказал Минхо, вороша и без того растрёпанные волосы Джи. — Прозвище «Господин» подойдёт? — подхватывая тон ответил парень, убирая руку от своей головы. — Господин? — Хо затупил на пару секунд. — Очередная отсылка на «Sin For Me, Angel»? — Какой ты догадливый. Мне это нравится, Господин, — с ухмылкой ответил Джи, но увидев, что никакой отдачи, даже банальной улыбки он не получил, парень одёрнул себя. «Так, Джисон, контролируй себя. Несмотря на вчерашнее пари, вы не встречаетесь. Тем более Минхо не знает об этом пари и об этой игре в принципе. Держи себя в руках, идиот!», — Джисон помотал головой, отгоняя опьяняющие мысли про отношения с Ли, которых даже нет. — Пх, мне нравится. Ты успешно можешь так меня называть, Джи, — вновь вороша каштановые пряди ответил Ли. — Что? Почему? — опешил Хан, округляя от удивления беличьи глаза. — Юна всегда была очень скромной и всегда очень остро реагирует, когда я пытаюсь с ней заигрывать. Нет, мне очень нравится эта черта её характера, но иногда хочется немного «пошалить именами», что ли, — немного задумавшись ответил Минхо, убирая руку и устремляя взгляд в серое, затянутое тучами небо. — Минхо… Я парень… — выдавил из себя Джисон, невольно зажмуриваясь. Он ожидал ненависти в свою сторону. Хан не знает, почему. У него всегда ощущение, что если он даже намекнёт на ЛГБТ, его все возненавидят. Панический страх ненависти со стороны окружающих. Он знаком многим, кто пытается скрыть свои особенности от общества. — И что с того? Я должен моментально от тебя отпрыгнуть с криками «я не гей, не подумайте»? — Но я думал, что ты считаешь гомосексуализм чем-то противным… — склонив голову вниз ответил Джисон. — С чего бы? Представители ЛГБТ такие же люди, как и мы. Почему я должен считать других людей противными? Да и тем более, Ханечка, наши Хван и Феликс, как бы, тоже не особо straight. Тебе снова плохо, Джи? — Ли приложил тыльную сторону ладони ко лбу друга. — Температуры нет. Странно, тогда почему ты бред нести начинаешь? — Нет, всё в порядке, — улыбнулся нелепо Джисон, но из-за маски этого не было видно. — Наверное на меня недосып так действует. Накопилась усталость, вот и хожу теперь да бред несу. Хоть сильная усталость и сказывалась на работе мозга, причина странности слов Хана была не в этом. В чём же тогда? В страхе. Сколько себя помнил, Джисон всегда нёс полную околесицу, когда боялся чего-то. Тётя тоже руками разводила, когда он каминг-аут совершал, чего это он бред несусветный несёт. Будучи латентным ты практически всегда боишься, что каким-либо образом спалишь себя. А если к этому добавить тревожность Хана, то получается гремучая смесь из недоверия. Недоверия ко всем, даже к тем, кто нейтрально или положительно относится к гомосексуализму. — Надеюсь, что ты не врёшь мне, — обеспокоенно сказал Минхо, вновь вороша столь полюбившиеся за несколько лет пряди и чуть улыбаясь. — Не вру, — выпалил Джисон, вновь убирая руку от своей головушки. — Неужели тебе не надоело мои патлы ворошить? — Ну почему сразу патлы. Красивые каштановые пряди. — Пряди? Намёк на то, что мне пора постричься? — Нет-нет, это не так, — залепетал Ли, вновь устремляя свою руку к джисоновой головушке. — Пойду, пожалуй, постригусь завтра, — с усмешкой сказал Хан, в очередной раз отталкивая руку Ли от себя. — Не смей, тебе говорят! — повышая тон отрезал Минхо. — Тебе же так идёт. Ты словно маленький бельчонок! — Кого-то ты мне напоминаешь. — Правда? И кого же? «И когда Хо успел забрать себе характер тёти Шихён? Они же не знакомы от слова совсем. Кстати, это было бы неплохо исправить. Думаю, они бы поладили.» — Мою тётю. Её зовут Шихён. Вы, конечно, не две капли воды, но иногда очень похожи в поведении. — Да? И в чём же наши различия? — Ли вскинул бровь, продолжая шаркать по мокрому асфальту усыпанному опавшими листьями. — В том, что она женщина и старше тебя лет на десять минимум, — пожал плечами Джисон, опуская взгляд на землю, начиная рассматривать листву. — А так один и тот же человек. Оба га вид похуистичные суки, но при общении с близкими — открытые и иногда долбанутые. О, ещё она тоже при общении со мной обожает мои волосы ворошить. Что же вы такого нашли в моих несчастных волосёнках? — Ого, я и не знал, что я так похож на твоего родственника. — Не просто родственника, а самого близкого мне человека, — пробормотал Хан, но Минхо услышал, что тот сказал. — Она правда так тебе дорога? Расскажешь мне о ней? — Ну, как я уже сказал, на вид тётя Шихён — настоящая bitch boss, но по характеру она — сам ангел. Со своими прибамбасами, но всё же ангел. Она часто ведёт себя не очень разумно, но она находчивая и очень активная. Даже слишком активная, — усмехнулся Джисон и поднял голову повыше, смотря на дорогу. — А ещё тётя очень вкусно готовит и иногда учит меня. — Так вот по чьей инициативе ты готовишь как второй Гордон Рамзи, — улыбнулся Ли, заставляя щёчски Джи немного побагроветь. — Также она очень любит милые вещи. Особенно одежда. Особенно на мне. — Стоп, серьёзно? — Да, я серьёзно. Она обожает подбирать мне милые, по её мнению, наряды. Вот один из примеров, — Джисон схватился за бегунок, перемещая его вниз и расстёгивая свою куртку, под которой скрывался тот самый свитер с высокой горловиной. — Чёрный свитер — это мило, по её мнению? — Всё гораздо прозаичнее: она сначала хотела купить мне розовый с понями, что скачут по радуге, но мне удалось её уговорить купить мне обычный чёрный. Правда после этого она обиделась на меня, но буквально через пятнадцать минут снова заговорила со мной тоном «о боже, как я тебя люблю мой племянничек». — По твоему описанию у неё очень часто меняется настроение. — Да у неё там настоящая биполярка. В следующий раз, когда навещу её, спрошу справку из психушки. — А когда ты её навестишь? — На следующих выходных планирую. А что? Тоже хочешь увидеть её. — Ты меня заинтриговал рассказом о ней, потому теперь я хочу её увидеть, — чуть помолчав ответил Ли. Джисон усмехнулся. — Ладно, я не против. Познакомлю тебя с ней. Скажу, что нашёл её клона. Снова смех. — Мы уже почти подошли, кстати, — добавил Джи, показывая рукой в сторону ненавистного для многих здания университета. — Это очень даже хорошо. А то у меня скоро суставы в коленях сотрутся, — выдохнул Минхо, смотря на указанное здание. — Не так уж и долго мы шли. — Джисон, который раз тебя спрашиваю: ты точно не ёбнулся головой о стену там или о стол какой-нибудь бетонный? Мы шли ебучий, сука, час! — Минхо! — послышался женский голос неподалёку, заставляя парней повернуть головы. В том месте, откуда исходил звук, а если быть точнее с другого конца улицы, стояла Юна и легонько помахивала бледной ладошкой. — Ю, иди сюда! — крикнул Минхо, после чего девушка, как по команде, побежала им навстречу. Юна буквально влетела в Ли, чуть не сбив того с ног. Но на этом всё не закончилась. Это была двойная атака. Юна не только чуть не повалила парня на спину, но ещё и обвила его руками, как змея, и чуть не сломала ему позвоночник. Подло, Юна, очень подло. — Юн-Юн, отпусти, побереги мою спину, — кряхтя выпалил Минхо, чем вызвал у девушки лёгкий смех. — Прости-прости, просто мы давно не виделись. Я очень соскучилась, — уже более привычным спокойным тоном, но всё с той же приятной улыбкой на лице сказала Юна. — Юни, мы же всего пару дней не виделись, — с усмешкой ответил Ли, наблюдая за реакцией. — Для меня пара дней без любимого Мин-Мина — настоящая каторга, — ответила Юна с лёгким недовольством и раздражением в голосе, вызовам тем самым смех у парня. — Ты чего? Ты что, не скучал? — немного надув губы спросила Юна и делая фирменные «щенячьи глазки». — Соскучился, конечно. Очень сильно, — ответил парень с улыбкой на лице. — Сильно-сильно? — Сильно-сильно-сильно! После этого Юна вновь кинулась на Минхо, только в этот раз парень знал, что она так сделает, а потому поймал и начал кружить в воздухе. Они смеялись. Им было хорошо друг с другом. Они любят друг друга. Джисон заранее отошёл в сторону, чтобы не мешать влюблённым голубкам ворковать. Он ненавидит её сейчас. Всем своим маленьким, хрупким и до жути ранимым сердцем. «Я не должен думать о них сейчас. Это не моё дело. Я просто друг. Просто друг.» — Просто друг, — пробормотал Джисон, но каким-то непонятным образом парочка услышала его. — О, малыш Джи-Джи! — девушка, наконец, отцепилась от Минхо, дарую ему свободу, и перевела всё своё внимание на Джисона. — Прости, не заметила тебя раньше, — девушка быстро подошла к нему и расправила руки, что говорило «ну же, обними меня». Она издевается над ним, хотя даже сама не осознаёт этого. Не осознаёт того, что Хан ненавидит, когда она называет его «малыш Джи-Джи». Не осознаёт, что он ненавидит её объятия. Не осознает, что тот, кого она считает другом, ненавидит её каждой клеточкой своего тела, каждой частичкой своей чёрствой и прогнившей душонкой. Не осознаёт и того, что её ненавидят неосознанно. Джисон не хочет признавать, что испытывает к Юге сильную неприязнь. Возможно когда-нибудь он это и признает, но точно не в этой жизни. Он так считает и будет считать. До поры до времени. Ты же ненавидишь её. «Не правда.» Всем своим жалким сердцем. «Нет, она мой друг.» Друг? Она увела у тебя того, кого ты любишь. Разве настоящие друзья так поступают? «Заткнись!» Джисон зажмурился, но когда услышал вопросительный вздох, моментально открыл глаза и нацепил на лицо маску «счастливчика». Её он использует чаще всё. — О, доброе утро, Юна, — сказал Джисон, поддаваясь вперёд и обнимая девушку. «Её объятия очень мягкие. Именно это нравится Минхо? Мои, я уверен, глупые и неуверенные… Она нежнее.» — Ты чего затормозил-то? — спросила Юна, отпрянув. — Тебе плохо, Джи-Джи? — она приложила руку ко лбу парня. На её лице появилось лёгкое, но такое искреннее беспокойство. «Она такая добрая и заботливая. Беспокоится за всех и всем помогает. В то время как ты так никогда не сможешь, Джисон… Она порядочней.» — Нет, со мной всё хорошо, честно, — отнекивается Джисон, легонько убирая бледную ладонь. — Если тебе плохо — обращайся к Юн-Юн. Она лучший врач из всех, кого я знаю, — улыбнулся Ли, заставляя девушку покраснеть. — Не говори так! — Но это правда! — Всё равно! Джисон изучающе посмотрел на двух влюблённых. Минхо такими влюблёнными глазами смотрел на неё, что казалось, будто он прямо сейчас возьмёт её на руки и понесёт в ЗАГС. Да и сама Юна несмотря на свой «гнев», который прошёл спустя пару секунд, улыбалась, смотря на своего единственного в этом мире. Им никто больше не нужен, кроме них самих. «Такая скромная… Она лучше. И такая красивая… Лучше. Но её главное преимущество… Она девушка. Лучшая для него.» — Хорошо, я понял. Если мне поплохеет — я обращусь к доктору Юн-Юн, — немного хихикая сказал парень, разрывая спор. Лицо девушки начало медленно розоветь, голова её опустилась немного вниз. Было ярко видно, что она смущена таким обилием комплиментов. — Давайте просто дойдём до университета? — прошептала Юна, обходя Минхо и ускоренным шагом направляясь в универ, постепенно отдаляясь. Парни молча провожали её взглядом до того момента, когда она развернулась и крикнула: «олухи, нам по пути!» Переменчивое настроение — главный конёк Юны, который ей ну уж очень не хотелось признавать. Минхо лишь усмехнулся и, поправив съехавший рукав куртки, побежал к своей девушке. Он улыбался. Он был счастлив. Джисон тихо выдохнул сквозь маску, проклиная весь этот грёбаный день, и быстро пошаркал за своим другом, попутно наступая в лужи, которые либо не замечались, либо специально игнорировались. Сейчас было не до того, что под конец дня и без того потрёпанные жизнью кроссовки превратятся в мокрое, да и к тому же грязное мессиво. *** — Удачного тебе дня, Юн-Юн, — всё с той же глупой улыбкой сказал Минхо, нежно целуя девушку в пухлую щёчку, заставляя её порыться розоватым румянцем. — Я встречу тебя после учёбы. — Не думаю, что у тебя выйдет, — Юна пристально посмотрела Ли в глаза. — У меня сегодня дополнительные, так что идите с Джисоном сразу в общежитие, хорошо? — она нежно провела тёплой маленькой ладошкой по холодной от ветра щеке и ободряюще улыбнулась. — А вот не уйду. Я буду ждать мою Юн-и! — Пошли, балда влюблённая, — Джисон, что всё это время стоял сзади и наблюдал всё выше описанное, схватил Минхо за капюшон потрёпанной куртки и потащил в направлении их с Ли университета. Не хватало им ещё опоздать. Минхо пропищал что-то неразборчивое, но даже несмотря на более крепкое телосложение, справиться с маленьким и щуплым Ханом стало для него непосильной задачей. Парень просто молча смирился со своей участью расставания с любимой на целые сутки. Немного постояв и понаблюдав эту сцену между двумя идиотами, Юна развернулась и направилась в свой университет, что был не очень далеко от универа парней. *** — Юночка! — протянул Минхо, шмякаясь лицом в парту. — Заткнись, идиот влюблённый, — процедил сквозь зубы Сынмин, пихая Ли в бок. Его уже как следует подзадолбало нытьё одногруппника. Да и сам Хо его своим видом сопливым подзаебал. — Не могууу! — выпалил Ли в парту, из-за чего его было хуже слышно. — Хён, ты никогда раньше не плакал так по нуне. Что-то случилось? — спросил не пойми откуда взявшийся Чонин, присаживаясь рядом. Глаза его горели явным любопытством. — Я не знаю, — пробубнил Хо, поворачивая голову влево и вздыхая. — Просто сегодня без неё себя совсем паскудно чувствую почему-то… Джисон молча перевёл усталый взгляд на окно, подпирая подбородок руками. Сегодня не только Ли чувствует себя паскудно. — А с тобой-то что сегодня? — спросил Сынмин, вскидывая карюю бровь. Остальные аналогично перевели взгляд на сгорбленную фигуру Хана. Парень никак не реагировал, однако Ким заметил, как рука Джи сжалась в кулак. Нехороший знак. — Хён, тебя что, Минхо заразил паскудным настроением? Тебя будто укусили или ввели яд под кожу, — вставил свои пять копеек Ян, вызывая у Минхо смех. Джисон дрогнул и склонил голову над партой пониже. «Очередной плохой знак. Что-то явно случилось», — подумал Сынмин, закрывая книгу. — «Надо будет с ним поговорить после этой пары.» — Ребят, оставьте Джи в покое. У каждого из нас бывают мерзкие, по ощущениям, дни. И Хан не исключение, — после слов Кима Джисон приподнялся и выпрямился, давая понять, что он очень благодарен. Сынмин улыбнулся. *** После пары, как парень и пообещал себе, Сынмин схватил Джисона за горловину свитера и буквально потащил из аудитории. Идя по коридорам в место, где их никто не услышит, коим являлась курилка, он никак не мог подозревать, что с каждым шагом плечи и шея Джи натираются свитером всё сильнее, заставляя парня прикусить язык, дабы не издать звуков недовольства. Курилка представляла собой небольшое помещение, одна из стен которого была панорамным окном, в углу которого была расположена вытяжка. В самой комнате посередине были поставлены круглый деревянный стол, на котором всегда стояли по три-четыре пепельницы, и парочка таких же деревянных стульев. Появилась эта незамысловатая комнатка совсем недавно, но уже получила неплохой спрос среди всех жителей муравейника под названием университет. Студенты и, что тут скрывать, многие преподы боготворили нового директора за то, что он сам человек курящий и далеко не любитель выбегать каждый час на улицу в морозную зиму или дождливую осень. Закинув Джисона в курилку, Сынмин прикрыл дверь и полез в карман за пачкой серого Winston'а. Всё для того, чтобы другие обыватели курилки не прогоняли их отсюда со словами "раз не курите — валите". Да и просто покурить никогда не будет лишним. Предварительно открыв вытяжку, парень ловко вынул одну сигарету из полупустой пачки и, положив её в рот, поднёс очередную, непонятно где купленную, дешёвую зажигалку к ней и закурил. С первой затяжкой дым обволок уже давно привыкшие лёгкие, заполняя собой ещё и разум. Ким подошёл к единственному окну вплотную и стал всматриваться в лица редких прохожих, что решили покинуть свои уютные дома в разыгравшийся дождь. Крупные капли звонко разбивались об асфальт, стекаясь вместе и создавая лужи. — Зачем ты привёл меня сюда? — внезапно подал голос сидящий на стуле Джисон. — Я не хочу сидеть и наблюдать, как ты в очередной раз убиваешь свой организм, — тихо добавил Хан, опуская голову вниз, из-за чего на его глаза упала каштановая чёлка, загораживая собой обзор. — Почему бы тебе не попробовать самому? — в очередной раз спросил Сынмин, делая новую затяжку. Он много раз спрашивал и каждый раз Джисон надувал губы, отворачиваясь от предлагаемой сигареты и показывая всё своё негативное отношение к курению. Это веселило Кима. Немного помолчав, Хан поднялся на ноги и подошёл к окну, смотря на друга. — Давай, — выпалил Джисон. Сынмин и опомниться не успел, как Хан ловко и быстро вызватил у него из рук пачку и зажигалку. Следуя примеру, парень достал сигарету из пачки. Лёгкий запах табака проник в лёгкие. Вставив сигарету в рот, он поднёс зажигалку и поджёг, закурив. Вдыхая свою первую затяжку Джисон закашлялся, беря сигарету в руки. Непривыкшие лёгкие наотрез отказывались принимать в себя яд. — Господи, Джисон, не так резко, — Сынмин подхватил свободной рукой лёгкую тушку, ставя на ноги. — Может не надо? — парень был в реальном ахуе из-за того, что его друг, всю жизнь относившийся к курению резко негативно, вот так вот просто, ни с того ни с сего, закурил. Ну, как закурил.. попытался. — Всё нормально, у всех так в начале, — откашливая дым прохрипел Хан. — Я ещё раз попробую. С этими словами Джи вновь засунул сигарету в рот, снова вдыхая едкий дым, что моментально заполнил чистые ранее лёгкие. — Это довольно тяжёлые сигареты для новичков. Может другие попробуешь, раз решил начать курить? — обеспокоенный Ким всё никак не унимался. Это бесило. — Мне и эти подойдут, — вновь делая затяжку ответил Джисон. В этот раз у него получилось нормально вдохнуть и выдохнуть дым, без выкашливания лёгких на пол. — Так зачем ты меня притащил сюда? — Я просто хотел поговорить. Почему ты сегодня такой понурый? Случилось чего? — Сынмин вновь затянулся сигаретным дымом в ожидании ответа. Джисона словно по голове ударили. Он вновь закашлялся, но уже не по вине сигарет. Немного успокоившись и беря всю решимость в кулак, Хан начал пиздец долгий и пиздец странный пересказ последних событий.