#2 Модернизация

Джон вспомнил пароль. Когда он пришел домой, он сам не понял, как, но он сделал это. Когда он ввел пароль, ноутбук открыл ему свой рабочий стол, а Джон перестал видеть все эти выводящие его из себя цвета. Цветов не было. Джон продолжал работать в ресторане «Натуральный». Через два месяца работы он получил первый взгляд без презрения со стороны Размалая. Крис постоянно доставал его и действовал на нервы. Но так продолжалось только первое время. Когда это время прошло, прошли и нервы. Джон стал более спокойно относиться ко всему, что происходило вокруг. Он был будто актер, что играл свою роль на большой мировой сцене. Не было настоящих эмоций. Слезы — вода, грусть — оружие, злость — игра, смех — обман. Все обман. Еще несколько месяцев работы, — и Джон начал пугать коллег и даже посетителей. Из застенчивого, бегающего туда-сюда, мальчишки, он превратился во что-то совершенно невзрачное. Джон продолжал «дружить» с Вильямом. Но это уже была другая дружба. Теперь он воспринимал его иначе, а тот, в свою очередь, чувствовал это. Еще спустя несколько месяцев после того, как Джона уволили, они разорвали свои контакты. Вильям перестал общаться с ним. — Тебя подменили кем-то другим, — говорил ему Вил. — Я всегда был таким, — мрачным голосом отвечал ему Джон. Единственное, что приносило Джону настоящие эмоции, это приемы у доктора Анны. У него было очень много кредитов в запасе, но доктор об этом не знала. Он играл с ней, а она этого даже не замечала. Джон знал, что его ждет очень много работы, но он с этой работой постепенно справлялся. Он справлялся с ней уже почти год. Джон знал, что на втором этаже плохо прикручена решетка. Джон знал, что в двери, напротив санитаров, — многозарядный вакуумный дробовик. Он знал, что видение должно было свершиться ночью. Этой ночью. Наконец, время пришло, но это только начало его работы. Этой ночью Джон с безмятежным лицом смотрел на улицу. Смотрел, как она тонет во всевозможных цветах. Его это не пугало. Он знал, как этим управлять. «ОН» управлял этим. Только вот что «ЭТО», Джон не знал, но ему это было и не важно. Каждый вечер с того дня, как он встретил Легру и Кюри, он ходил к тому перекрестку. Раз на раз не приходилось, но он постоянно видел их там вместе. Иногда он видел там еще и Ренегата. — С Ренегатом Кюри почему-то не целуется на выходе, — пошутил про себя Джон и так же молча посмеялся, понимая, насколько этот смех обманчив. Ему было не смешно. Он злился? Он плакал? Он смеялся? Он не знал. Какая разница, ведь это все не имело смысла, все это — обман. Он заметил одну особенность в своем ноутбуке, еще тогда, когда вспомнил пароль. Ноутбук, словно читая каждую его мысль, предлагал к поиску всю необходимую информацию. Со всеми ссылками. Со всеми картинками. Со всеми подробностями, какие только можно было найти в сетевой паутине. Если задуматься, то только при помощи этого ноутбука у Джона возникали его гениальные мысли. Какие? Например, он модифицировал свои руки. Теперь кончики его пальцев были съемными. К ним можно было подключить любой модуль с подходящим разъемом. Джон нашел на черном рынке почти все необходимое. Он заказывал то, что ему было нужно на чужие адреса по всему городу, а затем забирал эти посылки на месте, пока подрабатывал доставщиком пиццы. Доставщик пиццы. Удобная работа, когда втираешься в доверие к покупателям. Шойген, бывший на тот момент подручный Ренегата, любил пиццу. В первый раз, когда он увидел Джона, он сильно удивился. — Как возможно такое совпадение? — подумал он тогда. Джон обманул его. Он притворялся, будто не помнит ничего. Он просто был актером второго плана. Невзрачной пешкой. Можно сказать, что Джону повезло наткнуться на Шойгена, но, можно сказать, что он проследил за посетившим его Ренегатом в одну из ночей, после отдыха в баре, кто знает? При помощи личного рен-сканера, Джон заметил в себе миллионы наноботов. При помощи ноутбука он перепрограммировал их. Теперь он управлял каждым из них так, как сам желал. Создатели ботов не могли подумать ничего дурного, так как каждую минуту уничтожаются, как и поступают, миллиарды таких ботов. Они не могут их всех отслеживать. Эти боты дали Джону интересную способность. Он не сразу узнал, что она у него есть, но позже ноутбук создал на его рабочем столе файл, в котором была ссылка на взломанную базу данных создателя «Microbots Electronix». Там он узнал, что при помощи этих ботов можно выводить определенные картинки прямо у себя перед глазами. Это работало так, будто это был встроенный в тело Интернет. Джону пришлось изрядно потрудиться, чтобы получить нужный эффект. На обычные глаза такая картинка подаваться не может, поэтому ему пришлось их модифицировать. Ноутбук помог и с этим. Он предоставил все необходимые ссылки, которые появлялись у Джона каждое утро на рабочем столе. Джон познакомился с определенной группой лиц, которая помогла ему с модификацией. Они не задавали лишних вопросов, поэтому Джон не видел в них угрозы для себя. Они даже звали его присоединиться к ним, но его это мало интересовало. Это все — игра, а он хочет найти нечто большее. Джон также установил специальный USB-порт в своей кисти. Он знал, что если он подключит себя к ноутбуку, произойдет нечто, что он не в силах будет контролировать. Если он не может это контролировать — его это не интересует. В эту ночь Джон полностью уничтожил свой ноутбук. Все, что от него осталось, это старая флешка Джона, которую он вставлял в порт своего компьютерного учителя, К1л. Предположительно, если воткнуть эту флешку в любое подходящее под разъем устройство, то «разум» его ноутбука проснулся бы и там. Но это все были догадки Джона. После всего, что он хотел получить от него, он замел следы. Время пришло. Джону нужно было бросить вызов Сигма. Из компьютера Шойгена он достал информацию обо всех сотрудниках той зоны, где они работали. Но это было далеко не все, что он знал. У Сигма было очень много таких зон по всему миру, однако у него не было данных по аномалиям, что они в себе хранят. Видимо, эта информация хранилась у них как-то иначе. Джон не считал себя дураком, потому не надеялся победить в одиночку. Он и не собирался воевать со всеми. Все, что ему было нужно сейчас — это заглушить то лишнее, что накладывается на его мировую игру, на его обман. Он подошел к входу в больницу. В это время здесь обычно не было случайных прохожих, так, собственно, и было сейчас. Джон слегка преобразился за этот год. Его механические руки стали немного массивнее из-за всех его махинаций, но это было не особо заметно. По бокам от его глаз, прямо под кожей, проходили тонкие провода. Они присоединялись к мозгу и позволяли Джону усилием мысли выводить любую информацию на свои глаза. Вся разница в том, что теперь это делал он сам, а не ноутбук. На ноутбук теперь не положиться. Джону было достаточно того, что у него есть, как ему казалось. На его голове стало намного меньше волос. Он был не лысый, но волосы сильно замедлили свой рост. Почему? Наверняка Джон не знал, но предполагал, что на это могли повлиять все его махинации, что он вытворял со своим телом. На его правом плече висела сумка того же цвета, что и вся одежда в общем, — черная, а на груди у него были специально вшиты карманы для его механических рук, куда он мог спокойно их продевать. На самом деле Джону было без разницы, что именно на себя надеть. Он уже давно преодолел тот этап «неприятия» собственной особенности, что мешало ему раньше. Сейчас этого нет. Джон засунул обе руки в карманы на груди и при помощи мысли отдал приказ наноботам, чтобы они активировали одну из трех маленьких черных кнопок на его кисти. Тонкий провод, что шел от его левого глаза, ответвлялся по его организму как раз к этим кнопкам. Роботы могли подавать слабый сигнал через эти проводки напрямую к ним и вызывали тем самым срабатывание механизма. И вот, самая близкая к ладони по порядку черная кнопочка, была нажата. Механические кончики пальцев на руках у Джона отстегнулись и встали во внутренние укрепленные кармашки внутри нагрудных карманов. Кончики были надежно закреплены, пока Джон перемещался без них. Вместо фаланг у Джона были деактивируемые мощные магниты. Он управлял их дезактивацией синхронно с использованием нанороботов. Он засунул руки в карманы своей черной куртки и активировал магниты. На место пустых кончиков пальцев закрепились новые. С острыми, как крюки, изгибающимися лезвиями на конце каждого пальца. Джон подпрыгнул на метр в высоту и закрепился когтистыми лапами на решетке первого этажа. Еще одной модификацией Джона служила его новая нога. Он больше не хромал. Та самая подпольная организация заменила его кость тем же сплавом, из которого были сделаны его механические руки. Они не задавали много вопросов. И Джон тоже. Первое время ему было невыносимо больно. Он не мог даже самостоятельно встать с кровати. Затем, все та же ссылка, которую скинул ему ноутбук касательно нанороботов, помогла ему найти ответ. При помощи электрических импульсов, которые появляются, когда они внутри организма Джона погибают, он блокирует себе участки мозга, с подключенными проводками, которые отвечают за способность человека чувствовать боль. В награду за эту хитрую модификацию тела, Джон получает способность отталкиваться от земли чуть выше метра в высоту. Конечно, он может активировать срабатывание поршня и для того, чтобы нанести весьма травматический удар, но это уже по его усмотрению. — Сегодня начнется… — подумал про себя Джон, пока висел на решетке первого этажа. Один прыжок, — и Джон оказывается у незакрепленной решетки на втором этаже. Ловким движением он срывает ее и заскакивает вместе с ней внутрь. У Джона не вызвал удивления тот факт, что в одной из палат лежал Крис. К нему всегда относились с особым почтением. Джон был не исключение. Крис занес кругленькую сумму в нужные руки, и с дозволения главврача его перевели в самое комфортное для сложившейся у него ситуации место — Джону в руки. По завершению своей кровавой миссии Джон оставил файл в телеэкране у главного входа. Там были имена всех сотрудников. Всех этих людей он намеревался прикончить. На самом деле его бы устроили только три жертвы, но прежде им нужно было показать свое превосходство. Или не нужно? Какая разница, ведь это всего лишь игра! Джон вышел так же, как вошел. Поставил решетку на место, а трупы перед уходом раскидал так, чтобы полиция и, главное, Сигма, подумали, что это убийство было совершено несколькими людьми. Трупы лежали слишком близко друг к другу, а удары наносились чем-то явно тяжелым. Как ни крути, но все разбежались бы кто куда. Так у него и получилось. Ну, почти. На следующее утро он наблюдал, как полиция оцепляет здание. Он наблюдал, как подъехал серебристый джетмобиль Ренегата к черному входу. Он наблюдал, как Кюри избивает сотрудника, чтобы попасть внутрь. Он наблюдал и смеялся. Или не смеялся? Не важно. Он наблюдал за ними. Он знал, куда они направятся после этого с самого начала. — Доктор! — Да, слушаю тебя. — У нас ЧП. — Что случилось? — Сейчас я приеду с Кюри в лабораторию. Нам нужно подготовить аномалию "451" к активации. — Что ты… — Я хочу перевернуть весь город! Я хочу их уничтожить! Он наблюдал, как Ренегат сбросил звонок. Аномалия "451"? Что это такое, он разберется позже, сейчас надо попытаться насладиться моментом, если это вообще будет правдой. Джон достал из сумки пульт с одной единственной кнопкой. Он нажал эту кнопку. Уличный фонарь, что был неподалеку от Ренегата и Кюри, на момент их выхода из дома Шойгена, вдруг начал светиться ярко-красным цветом. Он заливал их своим светом. — Что это такое? — полюбопытствовал Ренегат, смотря на фонарь. — Я не зна… Не успел Кюри договорить, как фонарь с огромной скоростью выпустил из того места, где должна быть лампочка, две маленькие ракеты. Прямо в то место, которое заливалось красным светом. — Прямое попадание, так, — прошептал Джон и продолжил наблюдение. Ренегата разорвало на части, он принял на себя основной удар. От него, казалось, осталось только лишь мокрое место, однако нет. Его руки, ошметки ног и содержимое головы было разбросано вокруг. Интереснее было наблюдать за Кюри. Взрыв его только слегка задел, но этого хватило, чтобы оторвать ему ноги. Он громко кричал и пытался звать на помощь, а сам в это время просто полз дальше по улице в противоположную сторону от машины. Джон наблюдал за ним, пока тот не умер. Он раздавил пульт и засунул его себе в сумку. На его пластиковой карточке было еще около пяти сотен тысяч кредитов. Он собирался сжечь их в огне мебельного центра со всеми его обитателями.