Разделите на четверых, пожалуйста

— Hvad? — Дания с трудом обернулся на Исландию. И увидев его взгляд, уже догадался о вопросе. — Jeg kender ikke mig selv. Исландия непонимающе посмотрел на датчанина. — Ég meina, þú veist það ekki? — но Дания не ответил, доставая на стол несколько бутылок вина, коньяка, пива и куча всего. Пьянка будет знатная. Россия, увидев эти бутылки, в предвкушении потёрла ладони. — «Продолжим расслабляться.» — Тоже хочешь выпить? — спросил фин, сидя на ручке дивана и рассматривая девушку. Парень усмехнулся, увидев на лице Федерации хитрую улыбку. — Конечно, — она практически незаметно облизнула губы, заметив дорогое вино. Когда-то давно она пробовала такое. До сих пор не может забыть этот прекрасный вкус. — Это просто замечательно! — Дания положил руку ей на плечо, ярко улыбаясь. — Надеюсь ты хороший собутыльник. — За ваш счёт хоть клоун, — ребята посмеялись. Финляндия провёл девушку на диван, заставляя Норвегию встать. Сам сел слева. Дания принёс один стул для Исландии, а сам сел на тот, что уже там был. — Я принесу бокалы, — сказал Исландия и побрёл на кухню. До этого они не стеснялись пить с горла, но появилась гостья. Дания разлил всем по вину. — На здоровье! — смеясь, по-русски сказал Финляндия, с явным акцентом, чёкаясь со всеми. Россия залпом выпила всё, ставя бокал на стол. Это и вправду было именно то вино. //Через два часа// — Эй, Venäjä, эй… — фин слегка потряс девушку за плечи, заметив её странное состояние. Федерация покачалась из стороны в сторону и упала на стол. Финляндия шокировано смотрел на её расслабленное лицо на столе. Затем послышался храп. Он аж выдохнул. — H-hvor er S-Sverige? — Дания, заплетаясь, смотрел на фина. Тот пожал плечами. — Hann hefur verið horfinn lengi, — пробурчал Исландия. Он был самым трезвым из всех. В то время как датчанин самым пьяным. Хотя нет, ещё же есть Россия. — Skole i morgen… — Норвегия подпёр рукой голову, грустно смотря на стакан с пивом. Все замолчали, уже забыв о таком прекрасном месте, как школа. — Fuck! — Дания сильно ударил по столу, из-за чего бокал России упал прямо рядом с её головой, выливая на белоснежные волосы оставшийся там алкоголь. Та резко поднялась. Слипающимися глазами она смотрела куда-то в одну точку. Протерев веки, она почувствовала на волосах что-то мокрое. — Это чё бл#ть? — она кончиками пальцев прикоснулась к тому месту и увидела на пальцах малиновый цвет. — Кого я грохнула?! То есть… убила, — это первое, что пришло ей в голову. — Никого. Это вино, — сказал раздраженный исландец. Дания даже не понял, что произошло. Финляндия тихо посмеялся. — Это кровь! О Боже! — закричала девушка, вставая с места и продолжая смотреть своими испуганными алыми глазами на руку. Всё вокруг начало раздваиваться, из-за чего её начало шатать. — Никого ты не убила, это… — Исландия пытался объяснить ей, но держава его не слушала. — Я точно… больше не буду… пить, — проговорила Россия, падая обратно на диван. Финляндия откровенно заржал, Исландия ударил себя по лицу. — Кого убили? — только дошло до Дании. Исландец резко встал со своего стула, яростно посмотрев на Данию. — Fjandinn! — и ушёл, бурча себе что-то под нос, вроде «алкоголики», «дебилы» или «пьяницы». — Да чё произошло-то?! — Дания посмотрел на смеющегося Финляндию, испуганную Россию и, находящегося где-то в астрале, Норвегию. — Давно мы так не пили, — сказал фин, наконец успокоившись. — Я Швецию грохнула?! — спросила Россия, посмотрев на Финляндию. Тот похлопал глазами, ухмыльнулся, и ответил: — Ага. — О Боже, Боже, Боже.! — Швеция ведь наш брат… Так почему?.. — прошептал Норвегия, находясь где-то в своих мыслях, и имея в виду совсем другое. Федерация посмотрела на норвежца. У неё чуть инфаркт не хватил. — Я не хотела! — она схватилась за плечи Норвегии, смотря ему прямо в глаза. — Чё? — Швецию убили?! — Дания встал из-за стола, в шоке наблюдая за девушкой. Финляндия вновь залился хохотом, а Россия виновато посмотрела куда-то в пол. //Два часа назад в доме СССР// — Ты уверен, что это стоило того? — Украина, протирая глаза, спустился в гостиную. — Да, — строго ответил СССР, смотря на него злыми золотыми глазами, которые будто светились в приглушённом свете. Сын почти вплотную подошёл к бывшей стране. — Ты даже Узбекистана втянул, — парень зевнул, поправляя голубые волосы. — И что с того? — Союз смотрел сверху вниз на самого старшего ребёнка. Пары золотых глаз встретилась. — А ты имел право это делать? Дом не только твой, — густые голубые брови зло опустились. СССР, скрипя зубами, ответил: — Я здесь старший, поэтому имею право. Это наше дело, не влезай, — коммунист обошёл парня, но Украина перегородил ему путь к лестнице. — Ты не имел никакого права выкидывать её из дома! И чтобы ты знал, ты даже не страна, чтобы нам указывать! А мне — ты даже не родной! — славянин разозлился не на шутку. Но пытаться доказать что-то СССР — бесполезно, он такой же упёртый. — Что ты хочешь мне доказать?! — рявкнул мужчина, взбешённо смотря на старшего. Кулаки сжались, зрачки сузились. — Что ты не прав! Если я захочу, ты тоже вылетишь отсюда! — крикнул Украина ему в ответ, понимая, что скорее всего зря это говорит. — Ха? Ты правда думаешь, что ты сможешь что-то сделать мне? Это даже не смешно. — А я и не клоун, чтобы тебя смешить. Беларусь обеспокоенно выглянула из-за стены. Эти крики просто не могли не разбудить. — Ты такой смелый, но свой любопытный нос не высунул, когда я выкидывал её за порог. Но я то знаю, что ты стоял там, — СССР показал пальцем на то место, где стоит Беларусь, даже не смотря туда. Девушка вздрогнула. Союз наклонился прямо к лицу украинца, смотря тому прямо в глаза. — Посему захлопни свой рот и иди спать, — прошептал СССР и вновь попытался обойти сына. Но тот встал перед ним, опять. — Я захлопну свой рот, когда рак на горе свистнет. А вот ты можешь развалиться в любой момент, стоит в тебя пару раз стрельнуть. Хотя, хватит и одного, в голову… — Украина насмехался, припоминая события минувших лет. СССР замахнулся прямо на сына, уже решив дать ему пощёчину. — Стой! — крикнула девушка, спускаясь вниз, чуть ли не падая с этих ступенек. Союз будто вернулся в реальность, медленно убирая руку. — Что, совесть заиграла? На своего сына руку всё же не поднял? — Прекрати! — белоруска взялась за локоть брата, пытаясь успокоить его. — Ты делаешь только хуже… — тихо прошептала та, испуганно смотря в сторону отца. Парень посмотрел на младшую сестру, затем раздражённо отвёл взгляд куда-то в пол. — Украина, — басом обратил на себя внимание Союз. Украинец посмотрел в его сторону, буквально прожигая взглядом, — Советую тебе не упоминать это. Беларусь может не появиться в следующий раз. — Ты угрожаешь мне? А знаешь, что тебе за это будет? — спросил Украина, девушка одёрнула его, понимая, что конфликт продолжится. — Мне плевать. Ты затрагиваешь то, что не должен. — А что же я должен затронуть? Может то, как ты убивал моих людей, или то, как уничтожал всё украинское?! — СССР видел, как Украина закипал. — Я возненавидел своего младшего брата из-за тебя! Я считал такое долгое время, что всё это из-за него! Я до самой его смерти так считал! Разве мог я подумать, что ты на такое способен?! Ты просто тварь, мразь, ублюдок, сд!.. — Беларусь закрыла ему рот ладонями, утягивая куда-то назад, подальше от Союза. Девушка видела, что тот просто в ярости. И явно сдержать себя не сможет. Но Украина решил иначе, силой убрав её руки и продолжая кричать. — Из-за тебя я возненавидел его, из-за тебя! Из-за тебя он даже перед смертью говорил мне о том, как ненавидит меня! Из-за тебя…всё… из-за тебя… — украинец всхлипнул от неожиданно нагрянувших слёз.

***

— Почему ты ненавидишь меня, ты можешь мне ответить?! — РСФСР громко ударил по столу, смотря на затылок УССР. Парень обернулся на брата и посмотрел в его синие глаза. Приступ отвращения вдруг нахлынул на него с головой. — У тебя есть хоть капля совести? Или ты просто бездушная скотина, м? — младший широко раскрыл глаза. — Когда ж ты уже сдохнешь. УССР вышел с кухни, громко хлопнув дверью. — Что? Какого чёрта?! — крик России прошёлся по всему дому, касаясь каждого его уголка. Украина даже не обернулся, взбешённый его «актёрской игрой».

***

— Брат, пожалуйста… — Беларусь, встала перед украинцем, не давая ему видеть СССР. Но тут она почувствовала, как кто-то силой толкнул её на пол. Она ударилась об пол плечом и бедром. — Заткни. Свой. Рот, — Союз притянул сына за футболку к себе, — Давно не получал, да? Мне нужно провести воспитательные меры? По щекам Украины шли слёзы. Он давно ненавидел СССР, ненавидел всей душой. Но ничего не мог изменить. — Нет! — девушка схватилась за сильную руку отца, пытаясь оттащить его от брата. — Не трожь меня, трансвестит! — крикнул мужчина откидывая её обратно. Беларусь приземлилась на пятую точку. Длинные зелёные волосы закрыли лицо. — Что?.. — Украины в шоке перевел взгляд на сестру. Затем обратно на коммуниста, — О чём ты?.. СССР похлопал золотыми глазами, осознавая сказанное. А также осознавая, что он делает. Отпустив сына, он отошёл на два шага назад. Украинец присел на корточки рядом с сестрой, убирая её волосы с лица. — О чём он говорил? — в ответ тишина. Убрав все мешающие пряди он увидел слезящиеся глаза и красное от стыда лицо. И тут он резко понял смысл сказанных отцом слов. — Прости… — прошептал СССР, замечая дрожь «дочери». Беларусь резко встала со своего места, убегая по лестнице вверх. Украина решил побежать за ней, но его остановила большая ладонь на плече. — Не стоит…

//Продолжение следует…//