Хозяин

      Я уже неделю живу с хозяином Олдреком и с хозяйкой Анной. Мне выделили место в комнате Анны.       У меня был большой мягкий пуфик. Стояли миски с едой и водой, так как ещё у них была кошка, с которой мы наладили. И я её понимаю. Игрушки лежали рядом. Мне было этого достаточно. Хозяйка Анна много времени проводила со мной. Мы играли в мяч и рисовали, как ни странно, но я и это умела. Гуляли во дворе. Там был бассейн. Было дело, когда я сидела рядом с бассейном и грустным взглядом смотрела на Анну. Просто совесть не позволяет что-то делать самовольно, без разрешения старшего хозяина, а он тут главный. Анна это заметила и уговорила хозяина Олдрека мне купаться. Тогда я была очень рада этому. И часами мы находились в бассейне. Я могла хоть в холодной воде быть, так как у меня повышена иммунная система, и мне очень трудно заболеть.       Сам хозяин был постоянно занят. Приходил только вечером, уставшим. Если выходной, то он из кабинета не выходит. Даже почти Анне времени не уделяет. Она постоянно расстраивалась, но я находилась с ней и не давала скучать.       Сейчас я валялась на полу и страдала от скуки. Хозяин и хозяйка куда-то уехали, а мне приказали сидеть дома и охранять его. Мне можно было ходить, где угодно, кроме кабинета и спальни хозяина Олдрека. Да и желания у меня не было никакого. Потом ещё и получать из-за этого придётся.       Я встала и пошла на кухню. Включив чайник, я достала свою кружку, которую мне купили. Чайник вскипел, и я налила горячую воду. Следом достала банку с кофе и насыпала в кружку пол ложки, а также добавила две ложки сахара. Всё размешав и налив холодной воды, я вдохнула вкусный аромат кофе. Мне он очень понравился и благодаря ему я не засыпаю ночью. Дело в том, что всю ночь я не сплю, а сторожу дом. Так как хозяин Олдрек влиятельный человек, и любой захочет его ограбить. А когда дома есть все, я ложусь спать. Режим сна у меня — пять часов и мне этого хватает, чтобы быть бодрой.       Я села за стол и сделала первый глоток, потом второй. Кружка находилась на маленьком расстояние от моего лица, а сама я ушла в раздумья.       «Долго ли они ещё будут? Не люблю одиночество. Как-то некомфортно мне. Интересно, как там тот доктор? Я скучаю по нему… Он был мне почти, как родной. Хах, даже смешно как-то получается. Может, сбежать и вернуться в лабораторию? Тогда расстроится Анна. Я буду по ней скучать, хоть и прошло мало времени, после того, как меня сюда забрали. Нет, я тут пожалуй останусь. Мне здесь хорошо», — мои размышления прервал голос. — Опять сидишь, смотря в одну точку? Не понимаю, в чём смысл в этом, — сказала Багира, вылизывая лапу.       Багира — кошка хозяина Олдрека. Как мне рассказывали, это — дух его умершей жены в теле кошки. А жену как раз звали Багира. Но я как-то не сильно в это верю. Не верю, что она дух, так ещё и умершей жены. Это сказки — так думала я. — А я не вижу смысла вылизывать себя. Чище от этого не остановишься. Тем более, люди смотрят в одну точку из-за погружения в свои мысли. Бывает, если сильно войти в себя, то можешь долго не моргать, так ещё и не слышать посторонние звуки. Так что я не виновата в этом, — объяснила я своей подруге, немного насмехаясь. — Ладно, я пойду спать, — уже уходя, проговорила Багира. — Ты только и делаешь, что спишь! — я усмехнулась, провожая глазами уходящую.       Допив кофе, я услышала, как припарковалась машина. Они приехали. Я вышла на улицу. Первая из машины выбежала хозяйка Анна. Она была одета в голубое платье и белые кеды. Волосы заплетены в косу, а губы расплылись в улыбке. Ей было двенадцать лет.       Она меня обняла. Я была ниже неё на одну голову, поэтому ей пришлось немного присесть. Я же обняла её в ответ. — Здравствуйте, хозяин Олдрек, — поприветствовала я хозяина, подошедшего к нам. — Здравствуй, Эрика, — в ответ поприветствовал меня он, потрепав по голове и почесав за ушком. Кайффф. — Дом в целости и сохранности? — спросил он. — В целости и сохранности, — хвост радостно вилял. — Вот и хорошо, — Олдрек уже открыл дверь и хотел было зайти, но Анна подбежала к нему. — Пап, можно мы с Эрикой пойдём погуляем? — Анна, уже вечер, поздно как-то. — Ну пааап, — начала канючить Анна. Ох, если ей не угодить, будет плохо. — Хозяин Олдрек, не бойтесь за хозяйку Анну. Я не дам её в обиду. Я пожертвую жизнью, чтобы спасти её, если это будет нужно, — уговаривала его я.       Он вздохнул. — Хорошо, но долго не ходите, — разрешил он и зашёл в дом. — Ура! Спасибо, Эрика, — радостно сказала Анна, подходя ко мне.       Я ничего не ответила. Спрятав хвост под кофтой, а уши накрыв капюшоном, я пошла в парк, а хозяйка за мной. Обычно мы там и гуляем. Он безлюдный, поэтому я могу спокойно ходить в своём облике, а не прятать его от всех. Просто мне неудобно и тесновато.

***

      На улице темнело. Судя по всему, сейчас было почти восемь часов вечера. — Пошли домой, а то папа будет волноваться и ругаться. — Пошли, — сказала я, закрывая снова свои «лишние» части тела.       До выхода из парка мы шли молча. Но тут я краем глаза увидела, что за нами следят. Парень высокого роста, в чёрных штанах, кроссовках, тёмно-серой толстовке, чей капюшон был накинут на голову. Лицо прикрывала синяя маска. Из прорезей для глаз текла какая-то чёрная жидкость. Вернее, раньше текла. Сейчас же были видны только засохшие подтёки, прибавляющие большего антуража. — Анна, сзади нас подозрительный человек в синей маске. Лучше не оборачивайтесь и идите вперёд, — серьёзно прошептала я. — Но как же ты? — заволновалась Анна, так же говоря шёпотом. — За меня не волнуйтесь, лучше идите домой. Я если что догоню. Скажите хозяину Олдреку, что, возможно, не вернусь. Он попахивает кровью, гнилью и ненавистью. Так что, просто бегите и не оглядывайся. Хорошо? — Но… — она посмотрела в мои глаза. — Хорошо. Возвращайся живой, — сказал она и побежала.       Парень хотел было побежать, но я повернулась к нему лицом, и он остановился. Его рука полезла в карман, из которого показался скальпель. Маньяк значит. Можно поиграть. Мои губы расплылись в азартной улыбке.       Он побежал на меня. Атакует первым, не удивительно. Пока он замахивался оружием, я уже предугадала его действия и увернулась. Он повернул голову и снова нанёс удар. Снова мимо. Его удары набирали темп, но все они были в пустую. Я слышала его тяжёлое дыхание. Устал. Совсем свои силы не бережёт. Вот я ни капли не устала, так как усилий не прилагала, а просто, считай, легко танцевала. — Иди домой к мамочке, а то выдохся, слабак, — моя улыбка была довольной. Похоже, это взбесило парня. У него внезапно появились силы, и он снова стал атаковать. Ничему его жизнь не учит. — Самому-то не надоело пытаться меня убить? Лучше иди домой, пока хуже не стало. — Заткнись! — раздался его хриплый злой голос, и снова последовала атака. — Что же не так в моих действиях… — тихо пробубнил он, но я это услышала, благодаря хорошему слуху. — По твоим атакам видно, что ты опытный убийца и умеешь взаимодействовать со своим оружием. Но вам, людям, не убить меня просто так. Считай, почти невозможно. Поэтому не трать свои силы и иди домой, пока не приехала полиция, и тебя не поймали, — по его виду можно было догадаться, что он ни черта не понял из моих слов, сказанных ранее, и был в лёгком шоке. И всё же, я чувствовала, что он мне не доверяет. Правильно делает. Парой, мне нельзя верить. — Не бойся, я ничего никому не расскажу. Клянусь, — я развернулась.       Спрятав руки в карман, я скрылась в темноте, направляясь домой, оставив маньяка одного.

***

      Я открыла дверь. Анна сразу же с криками подбежала ко мне. Хозяин Олдрек встал и стал расспрашивать «всё ли хорошо?», на что я ответила «да». Похоже, он тоже был рад, что я вернулась. Анна меня освободила и замерла. В её глазах был страх. Я это чувствовала. Неужели тот парень за мной пошёл и сейчас стоит за окном. Хотя, я проверяла, за мной не было слежки. Так что этот вариант отпадает. — Э~эрика, — она начала заикаться, — у тебя кровь, — я не поняла, о чём идет речь. Анна показала свои руки. Они были в крови.       Я тут же стала осматривать себя. И вправду. В моём правом боку была глубокая рана. Но почему я ничего не почувствовала? Ни боли, ни запаха крови. Да и все прохожие, проходящие мимо меня, ничего не сказали. Да, они смотрели на меня, но ничего не говорили.       Кашель нарушил тишину. Из моего рта полилась кровь. Только сейчас бок стал невыносимо болеть. Я заскулила. — Идти сможешь? — я отрицательно покачала головой. Говорить было больно. Он взял меня аккуратно на руки и понёс в ванную.       Он положил меня и дал полотенце. — Держи и закрой на время рану, чтобы не потерять больше крови. Не думаю, что у тебя осталось её много, — сказал он и вышел из ванны.       Анна смотрела на меня заплаканными глазами. — Анна, не бойся. Я не умру, — хрипло говорила я. Снова кашель, из-за этого бок заболел. Сил толком не было.       Дышать было тяжело. Такое чувство, что я вовсе не умею дышать, а воздуха нет, как в космосе. Глаза медленно закрывались. Я слышала, как Анна звала хозяина. Сквозь пелену в глазах я видела, как вошёл и сел на стул. Дальше я уже ничего не помню.

***

      Анна не могла на это смотреть и вышла из ванны. Сам мистер Олдрек забрал полотенце и кинул в машинку. Он аккуратно снял одежду, в тот числе и нижнее бельё. Он был немного в растерянности. Нет, не из-за того, что перед ним лежит обнажённая девочка в ванне. Его это не интересовало. Его привлекла глубокая рана. Он не думал, что всё настолько запущено. Немного успокоившись, он открыл аптечку и достал перекись. Обмыв рану, он включил душ и убрал оставшуюся кровь. Взяв бинт, он обмотал бок. Следом аккуратно укутал в полотенце и вышел из ванны, идя в свою комнату.       Положив Эрику на кровать и убрав полотенце, он закрыл дверь на замок, чтобы его дочь случайно сюда не вошла. Не хотел ломать ей психику. Убрав бинты, он достал иглу и нитки. Иглу он протёр ваткой, облитой перекисью. Он уже не раз зашивал раны. Считай, это будет третий. Один раз себе, другой — жене. Его руки немного тряслись. Он не мог сосредоточиться. Олдрек знал, что если он не успокоится, то не сможет нормально зашить рану, и швы могут в любой момент разойтись. А если вообще не зашить, то Эрика отправится на тот свет.       Сделав пару вдохов и выдохов, его лицо стало более серьёзнее обычного. Ведь от него зависит жизнь человека. Он стал медленно и аккуратно зашивать рану. Он был максимально сосредоточен. Одно неловкое движение и всё. Капельки пота скатывались с его лица. Рядом лежала салфетка, которую он только что использовал.       Рана была хорошо зашита. Осталось лишь обтереть вокруг бока. Он подошёл и открыл дверь. — Анна, намочи в тёплой воде полотенце и принеси сюда.       Через две минуты, Анна возвращалась с мокрым полотенцем. — Как Эрика? — тревожно спросила Анна, надеясь на хороший ответ. — Жить будет. Рану ей зашил, осталось лишь дождаться, когда она очнётся. Принеси ещё её пижаму. — Хорошо, — ответила Анна и ушла.       Олдрек закрыл дверь и присел на кровать. Он аккуратно проводил полотенцем по боку, не задевая только что зашитую рану.       В скором времени, Анна принесла одежду и отдала отцу. Он её забрал и снова закрыл дверь на замок. Одев Эрику, Олдрек взял её на руки. Еле как открыв дверь, он направился в комнату дочери, положил Эрику на кровать и, укрыв её одеялом, вышел. Оставив девочек одних в комнате. Анна грустно смотрела на своего защитника. Эрика для неё много значила. Анна считала её и другом, и домашним псом, и щитом.       Посмотрев ещё немного на неё, Анна легла спать. Мысленно пожелав Эрике спокойной ночи.