Демон тоже в душе ангел

      Вики Уокер не здоровилось. Её мутило, голова трещала, ни на минуту не прекращая, конечности сильно крутило, по её ощущениям — просто выламывало. Но главное — температура не снижалась, и всё тело горело от неё и тряслось в лихорадке. Казалось, что Вики уже на девятом кругу ада и скоро наконец окончательно сгорит в бурлящем котле.       Сначала, конечно, хватало сил на выход в аптеку, на приготовление еды и на охлаждающие компрессы, которые приходилось делать, когда температура вновь переваливала за 39. Но почему-то легче не становилось, из-за чего сил оставалось всё меньше и меньше.       Девушка лежала уже неделю и, честно сказать, её состояние лишь ухудшалось. Теперь она совсем не могла встать. Принимать пищу и вовсе перестала. Да, при болезни едят гораздо меньше, но хоть сколько-то. Девушка же не могла даже встать и приготовить себе еду, так плохо ей было.       На столе, находившемся в двух шагах от кровати, стоял тазик, наполненный холодной водой, тряпка и стакан воды. Но даже это расстояние сейчас казалось совершенно непреодолимым. В кресле же, расположенном вплотную к постели, закинув ногу на ногу, восседал демон.       На первый взгляд, его лицо было бесстрастным, однако в глубине огненных очей горели тревога и обеспокоенность состоянием девушки. Он прикрыл глаза и откинул голову на спинку кресла. Было душно и как-то до тошноты волнительно. Вот только почему? Было непривычно ощущать в себе что-либо кроме надрессированных годами собранности и хладнокровия. Но этот, будем откровенны, жалкий вид измученной болезнью смертной вызывал в нем душевные волнения, смуту чувств.       Вики тихо застонала и перевернулась на спину. Она дремала, но даже сон был неполноценным и не мог подарить желанных отдыха и лёгкости. Ей было жарко, очень жарко, о чем свидетельствовали пунцовые пятна, выступившие на щеках, и растрепанные волосы, пряди которых прилипли к мокрой шее. Люцифер очнулся от раздумий и перевёл на неё взгляд. Кажется, впервые в жизни его сердце сжалось от простой человеческой жалости. Он растерянно встал и оглянулся по сторонам. Комната пустовала, как и всегда. Ведь мать Вики умерла, а отец давно жил в новой семье. Некому было навестить её, некому было помочь.       Поддавшись благородному порыву сострадания, совершенно не характерному для его души, парень подошёл к столу и смочил тряпку в воде. Затем приблизился к девушке и нерешительно заглянул ей в лицо. Какой ответ он ожидал там найти, если у неё не было сил даже открыть глаза? Что так старательно слился отыскать в успевшем стать небезразличном лице? Он выдохнул и медленно провел тканью по лбу Вики. Она вздрогнула, но не проснулась. Демон аккуратно положил ткань на голову и присел на край кровати. Трудно сказать, что именно ощущал он сейчас. Ведь демон осознавал её слабость, но всё же был очарован.       — Удивительно, как слабы Вы, смертные, — беззлобно сказал он, грустно смотря на девушку, — подцепите какую-то болячку и лежите с ней потом не понятно сколько. А ведь многие болезни просто выкашивают миллионы людей, я много таких видел за свой век. Ещё странно, что вы созданы по нашему образу и подобию, ведь мы гораздо сильнее и почти никогда не болеем. Не понимаю, почему Шепфа не мог дать вам больше силы? Разве от этого ему стало бы хуже или труднее? Его ведь все считают таким всемогущим, — усмехнулся он.       —Самое интересное, что нам вдалбливают в головы ненависть к вам, но сейчас я вижу, что всё это напрасно. Плевать, что вы слабы и менее могущественны. Иногда мне кажется, что это хорошо, ведь желание заботиться возникает только о таких. О тех, кто действительно в этом нуждается, даже если не показывает, — он незаметно улыбнулся уголком губ и протянул руку к ней. Обвел овал лица, убрал волосы, налипшие на лоб, нежно погладил щеку.       — Я понял наконец, что отрицать чувства глупо. Отрицание и ложь самому себе и есть настоящая слабость, а не все то, чему меня учили. Иногда проявить заботу великая сила, не правда ли? Знаю, отец открутит мне голову, если узнает, чем я занимаюсь на земле, но сейчас мне абсолютно все равно. Абсолютно… Ведь у меня есть возможность видеть тебя...       Сын Сатаны встал и отошёл от кровати, вновь погружаясь в думу: «Да, безусловно странно, что всё так стремительно происходит. Настолько быстро, что я сам теряю нить наших отношений. Если их конечно вообще можно назвать таковыми. Хотел развлечься, и к чему пришёл в итоге?.. Проявляю заботу, даже какие-то чувства, а она меня и не видела ни разу. Совершенно ничего не знает о том, как я фанатично спускаюсь сюда больше месяца, проникаясь всё большей симпатией к ней. Звучит как самый настоящий идиотизм, похожий на содержание отборно слащавых романов. Он увидел её и полюбил с первого взгляда, как и она. Конец. Неужели я докатился до подобного этому бреду?       Но если я чувствую радость от встречи с ней, то разве может быть всё глупостью, разве можно сказать, что это идиотизм и заблуждение?..».       Демон уже собирался покидать помещение, как услышал хриплый от сна и болезни голос девушки. Кажется, она вновь начала бредить от постоянного жара.       — Нет, нет, не трогайте! Прошу, не надо,— начала с ужасом говорить она. Голос смолк на минуту, но вдруг раздался вновь:       —Воды, молю, воды, — прошептала она сдавленно и вновь умолкла.       Парень замер как вкопанный у двери, думая, как помочь. «Черт со всем, была ни была» — наконец решился он и, взяв со стола стакан с водой, присел вновь на кровать. Он прищурился, мысленно разрабатывая план действий. Сначала аккуратно убрал со лба уже успевшую нагреться влажную тряпку. Затем мягко провел тыльной стороной ладони, стирая влагу с её кожи. Предстояло самое трудное и волнительное для него. Нужно было напоить её водой, а для этого приподнять. Но Люцифер не представлял, как сделать это аккуратно, чтобы, во-первых, не потревожить её и без того не сладкий сон, и во-вторых, не дать понять, что ей кто-то помогает. Он остановился, вспоминая свое единственное прикосновение к ней. Маленькую прихоть, которую не смог сдержать тогда, на улице. Но как это было приятно, как неожиданно волнительно, несмотря на то, сколько женских тел он трогал, причём и в более интимных местах. А тот пристальный взгляд, который Вики направила на него. Это было выше его понимания, и поэтому заставляло ещё сильнее влюбиться в эти пронзительные небесные глаза и милейшую в мире улыбку.       Люций выдохнул и аккуратно положил руку под шею девушки, чтобы приподнять голову. Сделав это, аккуратно начал поить её. К его удивлению, все прошло гладко: она начала пить и не облилась. Получается, спала девушка действительно не крепко. Демон вернул её на подушку и стёр большим пальцем капли воды, оставшиеся в уголках губ. "Удивительно, как только она остается такой нереально красивой, даже болея" — вдруг подумал он.       Бессмертный наклонился ближе, рассматривая её лицо, вбирая в себя все черты, которые уже начинали казаться до ужаса родными. Густые ресницы, опущенные вниз, пухлые розовые губы, приоткрытые из-за заложенности носа. "Красивые, утонченные, просто невероятные черты лица" — пронеслось у него в голове.       В порыве трепетных чувств Люцифер склонился и мягко поцеловал её в лоб, едва касаясь губами кожи. Он отметил, что лоб горячий, и нервно вздохнул. Отстранившись, заметил, что на лице девушки играет лёгкая, тёплая улыбка. Кажется, Вики досталось самое лучшее и действенное лекарство, значит совсем скоро она пойдёт на поправку...