Метка судьбы

***

Погружение для юного борца с вампирами вышло непростым. Странные голоса проносились мимо ушей Юичиро. Их обладатели явно страдали. Все они с криком и болью в душе молили о пощаде. От этого юному солдату хотелось вырвать с мясом свои уши, но к недавнему времени мальчика осознал, что находиться в не физическом мире. Потому ему на себе придется ощутить весь спектр нежеланных эмоций. Голоса утихли. Наступила тишина. Слишком подозрительная тишина. Такую тишину Хакуя не любит с ранних лет, начиная с того момента, когда Глен оставлял его совершенно одного дома без какой-либо надобности. А сам тем временем сваливал на тренировки со своим отрядом. В такие периоды Хакуя сильно обижался на Глена. В знак своего протеста он даже отказывался от еды и воды, но к сожалению или к счастью, его сила выдержки не позволила мальчишке продержаться и пару часов. Если бы эта игра продолжилась, уверен, нервы Глена взяли бы долговременный отпуск на мальдивы.

***

— Ну здравствуй, маленький демон, — сквозь зловещую тьму пронёсся по истине дьявольский голос проклятого оружия Ашурамару.— ты довольно смелый для своего низшего ранга, раз смеешь тревожить мой хрупкий сон. О каком ранге и почему Ашурамару назвал его демоном юный Хакуя не сразу смог разобраться, но точно знал, что верить словам демона нельзя, иначе ты труп. — Так значит ты и есть так называемый Ашурамару. Приятного познакомиться, я Юичиро Хакуя. — слишком дружелюбно поприветствовал Хакуя новоиспечённого демона, которого ему ещё предстоит преодолеть и подчинить .Довольно странное знакомство. — Не зазнавайся, дитя демона. Такому как ты, я подчиняться не собираюсь! — грозно ответил Ашурамару, направляя указательный палец на юного контрактора. — О, так значит ты знаешь для чего я пришёл к тебе… — энтузиазм Хакуи пропал вместе с пылающим азартом в его глазах. Печальная картина, его вот так просто раскрыли. Хотя такой поворот событий довольно ожидаемый. — Можно подумать ты пришёл поиграть со мной или дружбой обзавестись? — алые глаза демона всматривались прямо в душу юного мальчишки, но как бы он не старался у него совсем не получалось понять, что затаило это дитя в глубине своей жалкой души. — Ну, если ты так горишь желанием стать моим другом, то я не против. Уверен, даже Глен будет не против, если у меня появится друг — демон. — воодушевлённо сказал Хакуя, натянув улыбку до ушей. Такой расклад ему нравился больше, чем тот, что составил Гоши. Глен как раз на той неделе говорил, что если он не заведёт друзей, то с полной уверенностью выгонит его из отряда. А теперь у него появится друг — демон. Можно сказать, убил двух зайцев одной пулей. Жаль только, что Ашурамару его чувств совсем не разделяет. От услышанного у бедного демона волосы дыбом встали, а глаз стал нервно дёргаться. Постепенно возрастало чувство, будто это дитя бескорыстно издевается над ним. — Ты первый на моём богатом опыте, кто смеет мне так дерзить. — алый глаза демона неожиданно приобрели тёмный оттенок возле радужки. Клыки стали длиннее, а когти острее. Перед Хакуей воцарилась истинная сущность проклятого оружия. —Тебе конец — Произнеся шёпотом древнее заклинание, в сторону Ю были направлены острые клинки с разной гравировкой. Каждый клинок обладал частичкой души проклятой сущности Ашурамару, но при этом все они по своему отличались. Один был более острее, другой менее длиннее, чем предыдущий. И каждый имел собственное имя. Первое, что приходит на ум мальчику, это нудные слова Глена о том, что все, кто не смог справиться с этим оружием, неизменно пали во власти демонической сущности. Если говорит в двух словах, то эти клинки и есть бывшие испытуемые клана Хиираги. Именно поэтому Глен, зная всё это, не хотел отпускать Ю на столь жалкую кончину вроде этой. Тем не менее, поведение мальчишки уж слишком разозлило Ашурамару, он был зол, очень зол. Не думая ни минуты, он направил клинки в его сторону. Ещё секунда, и его демоническое лезвие расчленит тонкое тело мальчишки на мелкие кусочки, оставляя за собой только алые пятна крови, медленно растекавшиеся по мраморному полу. Как ни крути, но к такому раскладу Юи был совершенного не готов.Но в этот раз ему конкретно повезло, можно сказать мальчик родился в рубашке, потому что Гоши и его запретное заклинание спасло мальчишке жизнь. Острые клинки в тот же момент рассыпались, слово песок, вытекающий из ладони. — Какого чёрта… — Ашурамару насторожился. Его удивлению не было предела. Постепенно подкрадывающийся страх и совмещение сковали демона. Давненько его не посещало это гадкое чувство. — Я был прав, ты не человек. Может на первый взгляд в тебе есть что-то человеческое, но это не так… — Обидно знаешь ли. Вот так просто называть меня демоном. — проявлению заклинания Юи несомненно обрадовался, но виду не подавал. Всё-таки надо держать приличное расстояние, иначе он труп. (2х) — С меня хватит. Думаешь, что так просто сможешь меня одурачить! Как бы не так. — демон медленно поднял голову, полностью отдаваясь предшествующему безумию. — В тебе слишком много доброты к людишкам. Что ж, думаю, воспоминания твоего соулмейта помогут тебе полностью потерять веру в человечество. Улыбка Ашурамару не предшествовала ничему хорошему, так бы подумал нормальный человек, но не наш Ю. » — Это то, что мне нужно —» пронеслось мысль в голове подопытного. Вот-вот он лицезреет мир, глазами своего соулмейта. Тёмная сила проклятого демона направилась в его сторону. Тьма постепенно окутывала его с ног до головы. В глазах резко потемнело. В ушах звенело, но даже так, Юи слышал как демон восхваляет себя, неторопясь забавляясь наивностью мальчишки. Ещё секунда и этот мир исчезнет прямо у него из-под ног. — Поглоти меня, демон.

***

Ожидание одно из самый неприятный вещей нашего грешного мира. Мы все наивно чего ждём от жизни. Например, кто-то ждёт, когда он вырастит (как Ю) и сможет пойти в младшую или среднюю школу, а кто-то мечтает об обратном, снова стать ребёнком, беззаботным и таким счастливым. У всех разные ожидания, но всё же их объединяет одно — время. Время — одно из самых неприятных вещей этого мира. Никто не знает, когда наступило начало и когда наступит конец. (странное определение не придирайтесь) Этот жуткий промежуток времени, длину которого никто и никогда не сможет посчитать и узнать конец. Всем будет с рождение известно лишь начало, дальше их власть заканчивается. Наступает хаос, из которого выбраться практически невозможно.

***

» — Хей братик Мика, пора вставать!» » — Ну же, Мика, идём играть» » — Нет, нет, нет, я не буду есть эту кашу!» Сильной волной проносились знакомые до недавнего времени голоса. Всё они разные, но столь тёплые… — «Братик Мика, мне страшно! Ты же нас не бросишь?» — " Ако, не нужно давить на Мику. Он ведь знает, что делает, правда Мика?» — «Сестрёнка Акане зовёт кушать. Она сказала, что приготовила карри!» Ещё минута и голова Хакуи лопнет от наплыва воспоминаний своего соулмейта. Столько голосов. Это явно перебор. Демон решил из него инвалид сделать или всё-таки сломать. Детские голоса неожиданно пропали. — " Нет!. Ферид-сама, пожалуйста, не трогайте мою семью!» — " Они не в чём не виноваты! Прошу вас! Хватит!» Последний голос этого ребёнка заставил Ю неожиданно раскрыть глаза. У него получилось, он погрузился в его мир. Мир своего соулмейта. — Чудесное пробуждение. Лучше любого будильника. Даже Глен и его ведро холодной воды по утрам оценило бы такой результат. — язвительно произнёс про себя Хакуя, вытирая капли пота с лба. Осмотревшись, Хакуя понял, что находится в лаборатории. — Чёрт! Он ошибся. Со злостью Хакуя не рассчитав силу ударил по собственной ноге. Но даже эта мимолётная боль не могла заглушить накипевшую ненависть на собственную слабость. Он провалил задание. — Хватит орать на всю лабораторию! Из угла вышла знакомая фигура. — Глен… — грустно произнёс Хакуя, не понимая, как теперь смотреть ему в глаза. — Давно не виделись. Как себя чувствуешь? — место упрёков на бесполезность мальчишки подполковник сперва поинтересовался самочувствием подчинённого. — Да вроде нормально… А почему ты спрашиваешь? — малец заинтересованно поднял бровь, навострив уши. — А по тебе не скажешь. — подполковник подошёл ближе к Ю, с большим желанием рассмотреть бледное лицо подопечного. — тебе повезло, сильно повезло… — Что? В каком смысле повезло, я же провалил миссию! Я подвёл тебя! Я всех подвёл…—голос Юи притих. Ещё немного и у парня начнётся истерика из-за наплыва эмоций. Такого поворота он никак не ожидал. Огромный ком подполз к горлу мальчишки. На глазах постепенно выступали слёзы. Юи от безысходности специально склонил голову, что бы Глен не видел его слабую сторону, но к сожалению у него плохо получалось, да и вообще что-то скрыть от своего опекуна практически невозможно. Он открытая книга для него. И этой книгой Глен несомненной дорожит. — Ну и чего ты слюни передо мной распустил? — ласково произнёс Глен, медленно поглаживая убийцу вампиров по тёмной макушке, тем самым немного взъерошив ему волосы. Убрав пару волосинок с его лица, Глен в первые за несколько лет увидеть слезы своего подопечного. В последний раз, если ему конечно не изменяет память, мальчишка вот так сидел перед ним на кровати и плакал. Понять почему, и из-за чего, Глен так и не смог, маленький Юи просто захлёбывался в собственных слезах, полностью не в состоянии что-либо сказать Глену. Поэтому было принято единогласное решение с Шиньей дать мальчику успокоительное, после чего маленький Юи благополучно погрузился в царство морфея. На утро маленький Юи так и не проронил и слова, оставляя Глена в полном недоумении и догадках. — Теперь ты будешь ненавидеть меня, так ведь…— Юи поднял свои заплаканные глаза уставившись на подполковника, ожидая ответа. — Это вопрос или утверждение? —подполковник удивлённой поднял бровь, скрестив руки в замок. Такого ответа он точно не ожидал. — А ты как думаешь! — находясь в состоянии истерики Юи неожиданно для себя перешёл на жалкий крик, пытаясь показать наставнику, что настроен серьёзно. Лицезрея ухудшения морального состояния у своего подопечного, Глен попятился за успокоительный, снотворное ему пока, что противопоказано. — Давайка ты сначала успокоишься, а уж потом мы поговорим. — Глен уверенно протянул мальчишке стакан с успокоительным. Не проявив никакого сопротивления, мальчик спокойно опустошил содержимое стакана. — Вот умница, а теперь ложись и отдыхай. Завтра к тебе подойдёт Гоши с результатами. Вот с ним и веди свои важные беседы.— вернув опустошенный стакан на стойку, Глен вновь вернулся к своему подопечному. Вид Юи оставлял желать лучшего. За эти пару дней мальчик сильно исхудал. Кожа стала более бледной, словно вампирская кожа, нечеловеческая, а руки покрылись проклятием от заключённого демона. Видя такое состояние мальчика, Глен всё больше начинает жалеть о принятом решении. Сомнения вновь стало посещать его сознание, хоть это и дало прорыв в исследовании, но своих жертв они ничуть не оправдывают. — Глен. Что теперь будет. — голос мальчишка был крайне слаб и расстроен. Он всей душой ненавидит себя за проявлённую слабость в проведении этой операции. Незнакомые чувства и эмоции стали брать вверх над сознанием мальчишки. Ещё немного и он сломается. — Даже не знаю, наверное, теперь ты никуда не денешься от своей судьбы и вскоре встретишься со своим соулмейтом, а дальше по иронии судьбы ты обретёшь забытое богом счастье и возможно скоре познаешь такое чувство, как любовь. — медленно и в тоже время спокойно ответил Глен, нежно поглаживая темноволосую макушку своего мальчика. (поклонники Глен\Ю, не ищите здесь любовного треугольника, его нет) — Глен… — тёплые слова опекуна растрогали разбитое сердце мальчика. Наконец-то Глен вновь смог увидеть яркую улыбку своего подопечного. — Спи давай, чёртов мальчишка. Тебе завтра рано вставать, так что не смей жаловаться, понял? — встав со стула, Глен поправил сползавшую с кровати подушку, что бы мальчик смог нормально лечь и без тревоги погрузиться в бывалый мир морфея. — Хорошо. Спасибо, Глен. —сонно пробубнил зеленоглазый, закрывая красные глаза, позволяя им немного отдохнуть. — Спокойной ночи, маленький демон.

***

Звонкий стук каблуков об мраморную плитку разносился по всему коридору дворца третьей прародительницы вампирской империи. Обладатель высокого каблука был сам Ферид Батори, седьмой прародитель и основатель. По своей гадкой натуре мазохист и мелкая крыса, вечно бегающая под нога третьей прародительницы. — Зачем пожаловал, Ферид Батори. — немного грозно прозвучало с уст королевы вампиров, восседавшей на золотом троне вместе со своей летучей мышкой. — Из ваших уст, моя королева, это звучит крайне жестоко по отношению к скромному слуге вроде меня. — несмотря на всю тягость своего положения, он смел позволить себе такой отношения к королеве вампиром. И всё потому, что он знал, что убить она его не состоянии, иначе, в лучшем случае поползут грязные слухи про её величество, а это недопустимо, особенно в такое тяжёлое время. — Грязная крыса решила позариться на сыр. Какая милая сцена. — желание её величества переломать ноги и руки данной вампирской особи всё росло и росло, но в ближайшее время должен подойти Мика с недавними полученными результатами от разведки. И ей очень не хотелось бы устроить незапланированное кровопролитие, прямо перед приходом Мики. Это испортить имидж заботливой мамы и королевы Японии. — Вы так грубы, моя королева. Ваши комплименты поистине разбивают мне сердце и… Не успел договорить Батори задуманный диалог, как в него неожиданно полетело лезвие ножа её величества. — Если из твоего крысиного рта я услышу ещё один раздражающий писк, то… — То что, моя королев?. — в язвительной манере спросила крысо-вампирская особь. — Отправлю тебя туда, где лежит вся твоя крысиная семейка. — ещё одна поистине великолепная способность Ферида Батори. Мгновенно выводить королеву из себя одним только своим существованием. Жаль только, что для Ферида и его больной фантазии будет очень проблематично понять и в корне осознать, что это не есть хорошо. — Умереть от ваших прелестных ручек я всегда готов, моя королева~ — Я убью тебя чёртов Ферид Ба… Не успел королева вампиров замахнуться на несчастного седьмого основателя, как в это же мгновенье приоткрылась дверь в королевский зал для аудиенции с её величеством. В дверном проёме стоял Мика с готовыми, ещё не распечатанными документами. — Прощу прощения, моя королева, что прервал Вашу беседу, но только что поступили результаты о разведки восьмого округа. — весьма тихим и на удивление спокойным голосом произнёс Микаэлла. — Ничего страшного, заходи, я как раз тебя заждалась. — голос её величества резко при виде своего чада стал более спокойным и уравновешенным. Только это дитя может успокоить её величество в такие моменты. Особенно, когда на горизонте появляется эта седовласая крыса. — Слушаюсь. Микаэлль спокойно зашёл в аудиторию её величество. Даже несмотря на то, что перед его глазами лежит будущий труп. Тем временем королева вампиров вернулась на своё прежнее место, оставляя бедную крысу в недоумении. Как ни странно, но Батори впервые не проронил и слова в сторону Микаэллы. Всё такие решил не испытывает терпение её величества. — Кажется я тут лишним буду, поэтому пожалуй покину Вас, если Вы конечно не против, моя королева. — с небольшим страхом произнёс Ферид, вставая с мраморного пола. — Про-ва-ли-вай. Дерзко ответила королева вампиров, не отводя свой вампирский взгляд от документа принесённым Микаэллой. Не прошло и секунды, как след Ферида Батори пропал, оставляя на душе её величества неприятный осадок. — Ваше величество, я хотел сказать, что… — с ухода Ферида, хладнокровие Микаэллы мигом улетучилась, и на место него пришла неуверенность и забытый страх. Страх узнать о том, что сейчас происходит с Юи. — Во-первых, сейчас мы одни, поэтому прошу оставить все формальности при себе. Во-вторых, прекрати так открыто паниковать, я с такого расстояния слышу, как сильно бьётся твоё сердце. Неужели ты так сильно переживаешь за Юи? — королеву вампиров слегка удивило, что её новоиспечённое чадо всё ещё держит в себе частичку человечности ради своего члена семьи. Такое поведение не подобает вампирскому роду. — Прошу прощение, меня просто… Терзают сомнения о том, что я всё ещё имею право видеться с ним. Ведь теперь я вампир… — голос Микаэллы несомненно выдавал своего хозяина. Страх причинить боль члену своей семьи. Этот страх останется с ним навечно, пока он окончательно не потеряет человечность с первым гладком человеческой крови. — Если тебя так сильно терзают сомнения, то конечно, я могу тебе помочь. Я сделаю его вампиром и тогда ты вместе будете мучится от одной мысли, что стали монстрами. Как тебе идея? — не спешите делать поспешных выводов, Крул так шутит. Надо же как то поднять её чаду настроение. В бой пошла тяжёлая артиллерия. — Несмешная шутка, Крул. — такое заявление королевы вампиров сильно огорчила голубоглазого котёнка. — Эх… Какой ты скучный. Так ладно, ближе к делу.— достав из папки пару листов, её величество принялось изучать содержимое итоговой разведки. — Всё хуже, чем мы думали… — Что задумали эти людишки?! Что они планируют сделать с Ю? — желание перебить всех алчных людишей ЯИДА стремительно росло, вместе с непреодолимым желанием бросить всё и бежать спасать Юи. — Успокойся. Всё, что они хотели сделать, уже было сделано. — в отличии от Микаэллы, Крул была сдержанна и спокойно. НАверное все эмоции и нервы были безвозвратно потрачены на Ферида. — Теперь у нас есть полное право напасть на Японкую Империю Демоническую Армии.  — Хочешь сказать ты всё это время просто ждала? Ждала, когда они убьют Юи? — Микаэллы ничуть не разделял восторга с королевы вампиров, напротив, он был очень зол. Его вновь, как и Юи, используют в своих целях. Неважно кто ты, вампир или человек, тебя всегда буду использовать, пока им будет выгодно твоя жизнь. — Печально конечно, что ты не разделяешь моего восторга. — печально выдохнув, королева вампиров вернулась на свой трон к спящей мышке. — Что я должен с тобой разделять? У нас было множество шансов напасть на ЯИДА, но в итоге мы делаем это только сейчас. И кто тому времени, когда мы захватим ЯИДА с Юи может что-то случиться! — сдерживать нахлынувшие эмоции у юного вампира просто не было сил. — Возможно ты и прав, но если посмотреть с другой стороны, то под угрозой может оказаться вся вампирская империя Японии. Напав без особой причины на ЯИДА, я могла оказать сопротивление приказу его величества второго прародителя. Тем самым нарушить не только приказ, но и древний закон, который кстати говоря карается публичной смертной казнью. Такой итог событий тебя устраивает, Микаэлль? — грозно ответив на вопрос своего юного чада, королева вампиров взяла бакал с алой жидкостью первой положительной группы. Сказать что-то в ответ Микаэль просто не мог. С одной стороны его терзают сомнения в правоте слов её величества, а с дрогой, ему немного стыдно за свои слова. Ведь Крул старается и делает всё это ради него и Юи. — Если тебе нечего сказать, тогда я продолжу. Испытание клана Хиираги над испытуемым Хакуэй Юичиро впервые за долгое время прошло успешно без каких-либо жертв. В данный момент проходит лечение в военном госпитале под присмотром клана Ичиносэ. Состояние испытуемого на данный момент проходит стабильно без каких-либо побочных эффектов. — закончив, Крул с тревогой положила документ на стол. — А этот Ичиносэ прекрасное умеет вешать лапшу на уши своему начальству. — Ичиносэ… Кто это? — в недоумении спросил Микаэлль, устраиваясь на против королевы. — Этот человек приютил и воспитал твоего Юи. Дал навыки фехтования и умение владение мечом, но к сожалению чувство самосохранения окончательно выбил из него.— с ноткой досады ответила королева, поглаживая свою крылатую зверушку. — Чёртов Ичиносэ. Я избавлюсь от него. — хладнокровно, без капли эмоции ответил Микаэлль. — Не думаю, что Юи это может понравится. — уверенно произнесла Крул, пытаясь успокоить гнев своего чада. — Я вот что тебе скажу. На данный момент, Юи по большей степени привязан к нему, как сын к отцу. Поэтому ты в проигрышном положении. — Я всё равно спасу Ю. Хочет он этого или нет! — без раздумий ответил голубоглазый вампир. — Даже если так, сначала мы постепенно будем нападать на ЯИДА, а уж потом ты выкрадешь Юи из лап Ичиносэ. Так будет лучше, в противном случае, его сознание охватит сам демон и мне придётся обратить его в вампира. Уверена красные глазки ему будут очень к лицу.— умиляясь ответила Крул. — Крул… — Успокойся. Я пошутила. А теперь ступай, у меня много дел, как и у тебя. — проигнорировав своё чадо, королева вампиров устремилась к выходу из своих покоев. — Кровь на столе, не забудь забрать. Крул Цепеш покинула тронный зал, оставив бедного Мику одного. В первые за долгое время его посещают столько забытых чувств и эмоций. Все эти четыре года он жил в неведении, а теперь ему известно, что единственный член его семьи выжил. Он отдаст всё, что бы вернуть Юи. Буд-то человечность или сама его жизнь.