Мин Юнги!!!!! ТЫ МЕНЯ БЕСИШЬ !

— Повтори. Ты действительно это сказала? Ладно, теперь я окончательно убедился, что ты сумасшедшая. — Джин развалился на кровати в квартире Хэсу, наблюдая за сборами подруги. — Знаешь, это напоминает мне плохую мыльную оперу, и я готов поспорить, что все закончится слезами. Причем не чьими-нибудь, а твоими. — Я еще ни разу в жизни не плакала из-за мужчины. — Как скажешь. Но вот чего я понять не могу, так это как айдол вообще решился просить тебя о помощи. — А он и не просил, я сама вызвалась. Без невесты он не может жениться, а я хочу, чтобы он женился как можно скорее. — Ты серьезно? — Конечно. — Хэсу аккуратно сложила две пары брюк. Как только он женится, пути назад не будет, и тогда-то она наверняка сумеет справиться со своими глупыми чувствами. — Не будет свадьбы — не будет и последующего приема, а это очень плохо отразится на нашем бизнесе. — Так все это ради работы? — Это все ради Солы. Я действительно о ней беспокоюсь. Ты бы видела, как Мин на меня посмотрел, когда узнал о том нашем разговоре. Как будто я втолкнула ее в клетку со львом и заперла дверцу. И это притом, что я всегда очень хорошо относилась к Соле. — Неужели? — Да. Просто мне кажется, что она — жертва своего воспитания, а в душе она очень милая. И я чувствую, что отчасти в ее исчезновении виновата именно я. — Хэсу принялась отбирать ту косметику, без которой не сможет обойтись в пути. — Если она, не подумав, совершила какую-то глупость, ты тут ни при чем. — Но эту идею подбросила ей именно я. — Хэсу еще раз внимательно прочитала список, проверяя, все ли уложила в сумку. Она намеренно подбирала одежду, полностью закрывающую тело, причем не только для защиты от солнца, но и чтобы у Мина даже мысли не возникло, что она пытается привлечь к себе его внимание. — Но, Хэсу, это же просто глупо. У нас полно работы, и ты не можешь вот так просто взять и отправиться на поиски какой-то едва знакомой женщины, да еще вместе с тем выскочкой айдолом, от которого когда-то была без ума. Ты должна… — Джин с ужасом уставился на девушку. — На Чэджу очень красиво. — Я не сомневаюсь, но ты-то и недели не сможешь прожить без офиса. — В офисе я каждый день. А там настоящая романтика. — Но ты же никогда не любила романтику. — Возможно, но я знаю, что делаю. — Значит, — вздохнул Джин, — мне теперь самому придется разговаривать с сенатором о лебедях и воздушных шариках? — Именно, а если у тебя возникнут какие-то трудности, ты всегда можешь мне позвонить. Только никому не говори, куда мы отправляемся. Нам нужно найти Солу, а потом еще придумать какую-нибудь правдоподобную историю, чтобы объяснить, где она пропадала столько времени. Я вернусь через пару дней. — А ты уверена, что она вообще захочет жить долго и счастливо с Мином? А если все пойдет не так, как вы задумали? — Все будет именно так. — Но она же почему-то убежала. — Просто они еще не научились понимать друг друга. А она об этом позаботится. — Ладно, буду надеяться, что ты права, но пока вы даже не знаете, где именно искать сбежавшую невесту. — У нас есть пара идей. Я говорила с ее сестрой, и она предположила, что Солв могла спрятаться в одном отеле, где бывала в юности ее семья, поэтому мы решили начать поиски оттуда. — Это что-то вроде детские тёплые воспоминания? — Ну, можно и так сказать. Эдакое место, куда люди отправляются, чтобы найти себя. Джин поджал под себя ноги: — Слушай, я не удивляюсь, что ты в совершенстве постигла искусство организации вечеринок, но как ты можешь быть такой спокойной и холоднокровной в этой ситуации? — Мин меня научил. Его туры так выматывал, что он не мог улыбаться. Вечные фанаты и камеры. Он научил скрывать меня своим истинные эмоции, — пояснила Эйвери, хотя сейчас ей совершенно не хотелось вспоминать то время. — Да, но он — айдол, так что наверняка за ним следует толпа стафа и менеджеров. Они то и отноняют фанатов. А номер ему несут дорогое вино, чтобы он расслабился. — Он начинал с низов. Развозил курьером пиццу, продавал песни. — А его там никто не узнает? Да и тебя саму? Светлые волосы и голубые глаза в тех краях ничуть не лучше красных туфель под белоснежным платьем невесты. — Я взяла шляпку, так что не волнуйся. — С этими словами Хэсу уложила еще и шелковый шарфик. — Никто не ожидает увидеть там Юнги. Никто его и не узнает. — Ладно, как скажешь. Но ты точно готова отправиться через весь остров в компании мужчины, которого когда-то действительно любила? — Я тебе уже тысячу раз говорила — любовь не имела к нашей связи никакого отношения. — Если повторишь это еще тысячу, может, я тебе и поверю. — Джин поднялся с кровати. — Просто я за тебя переживаю. — Не надо, скорее, тебе стоит за меня порадоваться. — Хэсу застегнула сумку. — Через пять минут общения с Мином я начну сходить с ума и сделаю все, что в моих силах, чтобы он побыстрее женился на ком угодно, кроме меня. Она сводила его с ума. Не прошло еще и пяти минут, как они остались наедине, а Мин уже начал задаваться вопросом, как им вообще удалось целый год провести вместе. Никогда еще ни одна женщина на него так не действовала. Особенна та, на которой он должен был вот-вот жениться. Так, ладно, а есть ли у него право винить Солу? У них же никогда не было настоящих отношений, и он не соврал, когда сказал, что за все годы знакомства они едва обменялись парой слов. Ложь была в том, что такая сдержанность проистекала из строгого воспитания Солы. На самом деле, даже когда им и выпадала возможность поговорить, им просто нечего было сказать друг другу. Их ждал фиктивный брак по расчету на пару лет, и Соле наверняка не хотелось вступать в этот союз ничуть не больше, чем самому Мину, но он уже давно сделал выбор в пользу своего рейтинга и славы и решил, что Сола поступила так же. И все равно жаль, что те счастливые времена, когда ему казалось, что слава и желания могут совпасть, уже давно остались в прошлом. Если не считать того, что это «прошлое» закинуло на плечо сумку и смотрело на него такими глазами, как будто он лично виноват в глобальном потеплении и экономическом кризисе. Какой же он дурак. И о чем он только думал, когда согласился взять ее с собой? Разве он тогда не понимал, что его ждет? — Я поведу, — объявила Хэсу, закидывая сумку на заднее сиденье внедорожника. Льняные брюки и кофта с длинным рукавом выгодно подчеркивали ее стройную фигуру, но Мин постарался сосредоточиться только на ее спокойном лице. Да и с чего бы ей было волноваться и переживать? Она же сама разорвала их отношения, а потом не выказывала ни малейших следов сожаления. — Поведу я. — Так он сможет отвлечься от Хэсу и сосредоточиться на дороге. — Так мы привлечем меньше внимания. — Нет, на водителя обращают больше внимания, чем на пассажира, так что за руль сяду я. — Будем каждую минуту спорить? — Все зависит от тебя. Но если хочешь выдать себя за туриста, ты должен выглядеть как настоящий турист. Я привезла тебе подарок из Лондона. — С этими словами она бросила ему бейсболку. — «Я люблю Лондон»? — выдохнул Юнги, прочитав надпись над козырьком. — Я хотела еще купить парную футболку, но не решилась. Но даже с одной только бейсболкой ты уже чуть больше тянешь на «туриста», чем минуту назад. — Хэсу взглянула на него. Сторонний наблюдатель наверняка бы ничего не заметил, но Мин уже давно ждал какого-нибудь знака и наконец-то дождался. Взгляд, слишком глубокий вдох, стремление не приближаться к нему без лишней необходимости. Пусть во всем этом и нет ничего особенного, но если сложить все фрагменты вместе, то получится совершенно ясная картинка. — Осталась лишь одна мелочь. Прекрати постоянно мне приказывать. — Я никогда ничего тебе не приказывал, ты сама всегда решала, что тебе делать. — Мин все еще пристально к ней приглядывался и уловил, как слегка изменилось выражение ее лица. На мгновение ему показалось, что сейчас она не устоит и изменит своей вечной невозмутимости, а может, даже скажет, что путешествовать вместе намного сложней, чем казалось сначала. Но вместо этого Хэсу лишь улыбнулась: — Ладно, но тогда ты точно не станешь возражать, что я сяду за руль. С этими словами Хэсу уже хотела сесть в машину, но Мин поймал ее за руку и притянул к себе. И это легкое прикосновение вдруг пробудило в нем такой мощный отклик, что он сразу же ее отпустил. Но он опоздал. Его тело узнало ее, а знакомый аромат заглушил все мысли. Юнги даже забыл, что собирался сказать, не в силах думать ни о чем, кроме всепоглощающего желания. Ее губы оказались так близко от его, что он чувствовал ее короткое, прерывистое дыхание. Знакомые губы, желанные губы… На миг их глаза встретились, и он уловил в ее взгляде нечто совершенно новое. Она еще никогда так на него не смотрела. Что же это было? Боль? Нет, в ее глазах скрывалось нечто большее, но что? Страдание? Разбитое сердце? Страх? Мин еще ничего не успел понять, а она уже с собой справилась. Такое ощущение, что он случайно заглянул в чужое окно, а перед его носом тут же задернули занавеску, охраняя нечто личное, нечто, что не стоит показывать случайным прохожим. Хэсу отвела глаза первой: — Ладно, раз уж ты так настаиваешь, садись за руль сам. Юнги ожидал услышать в ее словах боль и страдание, но вместо этого его ждали лишь скука и легкое удивление. Неужели он ошибся? — Хэсу… Не обращая на него внимания, она обошла машину и открыла дверцу. — Раз уж тебе так нужно доказать, что ты настоящий мужчина, садись за руль, мне не жалко. А может, в придачу еще и чтобы все фанаты мира увидели тебя на Чэджу? — Хэсу уселась в машину. — Только веди поживее, ничто не действует мне на нервы так, как излишне аккуратный водитель-мужчина. И поверь, если я начну беситься, ты точно не захочешь оказаться запертым со мной в этой крошечной железной коробке. Мин усмехнулся. Ее близость и так сводила его с ума, так что терять ему нечего. Главное — не забывать, что помощь Хэсу ему наверняка пригодится, когда они найдут Солу, а значит, ее обязательно нужно взять с собой. Мин уселся за руль. — Сперва проверим тот отель. Будем там к завтрашнему утру. Что бы Хэсу ни думала о совместной ночи, она ничем не выказала своих чувств. — Если взять вертолет, все станет намного быстрее и проще. — Чтобы все узнали, что от меня сбежала невеста? — Мин пристегнулся и вывел машину на пыльную дорогу. — Я уже заранее представляю заголовки: «Мин Юнги и сбежавшая невеста». — Машина подскочила на кочке, и Хэму, скривившись, добавила: — Если вдруг захочешь, я готова сесть за руль в любую секунду. — Мы меньше пяти минут в дороге, а ты уже жалуешься. Из тебя получился не слишком-то любезный пассажир. — Потому что я предпочитаю зависеть только от себя. Если уж мне и придется умирать, я хочу сама выбрать время и место. Желательно еще, конечно, и компанию, но последний пункт сейчас не в моей власти. — Вообще-то я — отличный водитель. — Чтобы отлично что-то делать, нужно много тренироваться, а ты все время на гастролях. — Если мне не нужно работать в дороге, я часто сам сажусь за руль. — Мин искоса взглянул на Хэсу и заметил, что она смотрит прямо на него. — Следи за дорогой, а то не доживешь до встречи со своей нареченной невестой. — Просто для справки: тебя не устраивает, что она моя будущая жена? — Фиктивная жена. Меня все устраивает. Не цепляйся к словам. — А я и не цепляюсь, но, судя по ним, Сола тебе не слишком-то нравится. — Она мне очень нравится. — Хэсу вытащила из сумочки темные очки, чтобы защитить глаза от палящего солнца. — И даже больше того, я считаю, что она идеально тебе подходит. — Это чем же? — Она никогда не станет с тобой спорить и будет беспрекословно подчиняться. Ты сможешь говорить и делать все, что захочешь, а наша дорогая Сола будет тобой восхищаться, не задаваясь вопросом о правильности твоих действий. Ей просто в голову не придет, что ты можешь оказаться в чем-то не прав. Вы будете ходить под светом софитов. Она будет ждать тебя после концертов. И на публике вы будете идеальной семьёй. — Может, это потому, что я всегда прав? И да мы будем идеальной семьёй — Краем глаза заметив улыбку на ее губах, Мин почувствовал, что начинает заводиться. — Сола — добрая, покладистая девушка. Она знает, что дасть ей этот брак — Как я и сказала. — Хэсу поправила очки пальчиками с безупречным маникюром, — отличный для тебя выбор. — Да. Так ты думаешь, что я боюсь принять вызов? — Может, и не боишься, но от всей души ненавидишь, когда оспаривают твою правоту. К тому же в общении с тобой люди так редко отваживаются открыто выражать свое мнение, что у тебя просто никогда не было возможности привыкнуть к тому, что на свете существует не только твоя точка зрения. — Она потянулась за телефоном, чтобы сфотографировать природу за окном. — По-моему, пейзажи тут просто великолепны. — На самом деле, я считаю, муж и жена равны в браке. Хэсу вдруг звонко рассмеялась: — Извини, но ты и сам должен понимать, как смешно это звучит. — Это еще почему? — Нет, ты серьезно считаешь, что твоя жена будет тебе равной? — Конечно. — Лишь огромным усилием воли Мин заставил себя ответить спокойно. — Это пока она будет во всем с тобой соглашаться? — Теперь от Хэсу веяло ледяным холодом, и ему вдруг нестерпимо захотелось разбить покрывшую ее сердце корочку льда. — Так ты совсем не переживаешь, что я женюсь на ней? — А с чего мне переживать? — Хэсу снова надела солнечные очки, пряча глаза. — Ты волен сам выбирать себе жену, это не мое дело, хотя я уже жалею, что не позвонила Соле. Мы могли бы поговорить как женщина с женщиной, и ей бы не пришлось никуда бежать. Глупо все получилось. — Глупо? Но мы были вместе больше года. — Возможно, вот только мне сейчас кажется, что мы встречались намного дольше. Но теперь-то мы, слава богу, расстались, так что оба можем вздохнуть с облегчением. А если ты так пытаешься узнать, удивилась ли я, когда узнала, что ты женишься, могу честно сказать — нет. Я ведь всегда знала — рано или поздно ты просто женишься. Таким уж ты родился. Как-то слишком быстро она ответила. — Что значит «уж таким я родился»? — А разве это не очевидно? Ты из тех парней, что обязательно женятся. Люди вступают в брак по разным причинам. Одним не хватает собственного заработка, другие просто не умеют жить самостоятельно. — Хэсу подавила зевок. — Кто-то мечтает получить после развода кучу денег. Ну, а ты считаешь, что должен произвеати себе наследника, а для этого тебе нужно сначала жениться. А он, оказывается, уже успел забыть, как цинично она относится к браку. Наверняка это как-то связано с ее прошлым, но Хэсу почти ничего не рассказывала ему о своем детстве. Мин знал только то, что ее воспитывала мама. Интересно, а если бы он тогда расспрашивал ее настойчивей, рассказала бы она что-нибудь еще? Ведь если бы он тогда понял ее чуть лучше, все могло сложиться совершенно иначе… — По-твоему, это единственные причины, из-за которых люди вступают в брак? — Мин мчался по дороге, жалея, что они вообще начали этот разговор. Сейчас ему не хотелось не только говорить, но даже и думать о предстоящей свадьбе, которую он и так оттягивал до последнего. Юнги действительно сделал Соле предложение всего через пару недель после того, как расстался с Хэсу, но для этого у него были веские причины. Причем такие, какими он бы никогда не стал делиться с самой Хэсу. Да и зачем? Тут ей позвонили, и она в пятый раз за день начала что-то обсуждать по работе.