Мой любимый резервник

      Нагито срочно требовалось переговорить с Фуюхико, поэтому по окончанию уроков он попросил его о встрече в кафе у школы. Того немного напряг неожиданный серьёзный разговор, но он всё же согласился. Времени оставалось немного, поэтому везунчик поспешил в корпус резервников. День у Хинаты не задался с самого утра. Мало того, что он проснулся с ужасными воспоминаниями, так ещё и Комаеда приставал, хотя, в душе резервник не был зол на это. Его тупые одноклассники вновь решили поиздеваться, поэтому, как только он вошёл в класс, окружили его, и начали всячески оскорблять, что в целом было не в новинку. Хаджиме был не в силах как либо остановить этот поток мусора в свою сторону, считая, что всё это заслужено. Взявшийся из неоткуда Нагито взял ситуацию в свои руки, разогнав ребят. Они с ненавистью поглядывали на него, стараясь сделать это максимально незаметно. Нагнать на себя гнев беловолосого не хотел никто. Его лёгкий поцелуй и приятные касания слегка согревали в прохладном классе. Такое проявление заботы невероятно успокаивало разбитого внутри Хинату, который не знал, куда себя деть. Из-за воспоминаний о подруге ему становилось очень тяжело. Когда звонок с последнего урока прозвенел, резервник медленно собрал вещи и вышел из кабинета, врезавшись в высокого человека, который бежал к нему навстречу. Хаджиме испугался и хотел было извиниться, но стоило ему увидеть лицо Комаеды, как весь страх пропал, словно его и не было. — Милый… — Нагито не знал, что сказать. Ему не хотелось ещё больше ранить Хинату, но его присутствие было необходимо, — Не мог бы ты пойти со мной на одну встречу, нам следует поговорить кое с кем, но только если ты не будешь против. Хаджиме не был дураком и сразу понял замыслы Комаеды. Парень решительно кивнул, не став затягивать с ответом. Он уже давно всё для себя решил. Если от него что-то потребуется, то он обязательно поможет и отомстит за подругу. Нельзя дать её убийцам просто ходить безнаказанным. Ребята молча дошли до кафе, замечая знакомую фигуру за самым дальним от общего скопления людей столиком. Когда Кузурю заметил рядом с другом его резервничка, то задумался о смысле его прихода. — Я знаю, что ты уже отчаялся, но, кажется, у нас есть зацепки, — После этих слов Нагито посмотрел на Хинату, намекая начать рассказ. Фуюхико был очень шокирован услышанным. Он и понятия не имел, что у его сестры были настолько близкие друзья. Нацуми никогда не открывалась брату и всегда огрызалась с ним, не желая даже разговаривать. Кузурю не злился, но был недоволен. Она была его единственной сестрой, которую он хотел оберегать любой ценой, но… он не смог. — Думаю, дело можно восстановить, пусть никто и не собирается за него браться, — Оба парня покосились на Комаеду, как на идиота, — Не смотрите на меня так. Раз ни один детектив не хочет ввязываться в эту кашу, мы сами всё узнаём и вычислим убийцу. Сейчас ребята и подумать не могли, что смогут сделать что-либо. Они ведь кучка подростков, какой от них прок? — Следует пригласить на следующую нашу встречу Соню и Пеко, полагаю, они не откажут нам в помощи, — Нагито выглядел очень уверенно. Он не сомневался в себе и своих друзьях, свято веря, что тайна убийства Нацуми Кузурю станет для них явью. Из-за нахлынувших чувств, Фуюхико поспешил покинуть друзей, скомкано прощаясь. Сейчас ему хотелось лишь побыть одному, переосмыслить задумки беловолосого и всё равно в конечном итоге придти к выводу, что он за. — Поехали ко мне, не хочу оставлять тебя сейчас одного, — Это был даже не вопрос, скорее утверждение, которое не требовало ответа. Комаеда по привычке потащил Хинату в машину, которую недавно успел вызвать. Состояние у резервника было не самое лучшее. Если бы Нагито его не держал, то тот бы просто упал на землю. Несчастные эмоции пропали с лица, заменяя всё безразличием. Его мягкая загорелая кожа побледнела на несколько тонов, практически сливаясь с кожей беловолосого. Уже дома Комаеда усадил парня на свою кровать, медленно и бережно стягивая одежду с расслабленного тела. Стоило Хаджиме привести мысли в порядок, как он заговорил, — Зачем ты делаешь всё это? Тебе ведь необязательно везде таскаться за мной и ухаживать, ты можешь просто взять и трахнуть меня, без каких либо вопросов. Таковы условия договора, разве не так? Тогда почему ты продолжаешь издеваться надо мной своей поддельной лаской? Каков твой мотив? — Гнев пришёл на смену безразличию, а голос Хинаты уже срывался на крики, — Я не хочу терпеть это и бессмысленно привязываться к тебе. Если нужен секс — просто скажи, а не устраивай драму. А если так подумать, то действительно, зачем он это делает? Знаменитый сердцеед, которому было плевать на чувства резервников, так расстилается под одним из них? Что вообще могло такого случиться, чтобы настолько изменить человека? Разве что любовь. Стоп, любовь?