Мой любимый резервник

      Комаеда почти не спал всю ночь, подбирая нужные слова. Нужно как-то подвести Хинату к признанию, но для начала узнать, что он чувствует. Вдруг ему совсем не нужен Нагито и он находится с ним лишь из жалости? Из-за таких мыслей разум охватывала паника и беспокойство, именно поэтому он сразу же просыпался, стоило ему просто сомкнуть глаза. Было невероятно страшно услышать отказ, почувствовать, как собственное сердце распадается на маленькие осколки отчаяния и боли, которые в будущем будет трудно собрать. Везунчик уже давным-давно понял и принял свои чувства, но рассказать о них казалось для него нереальным. Находясь рядом с Хаджиме всё больше, он лишь сильнее привязывался, отчего и потерять этого человека становилось страшнее. Но если всё будет в порядке и ему ответят взаимностью, Нагито позаботиться о том, чтобы его партнёр ни в чём не нуждался и всегда будет рядом. У них будет прекрасная и спокойная семейная жизнь, без каких-либо ссор и конфликтов. Прямо как в сопливом романе, не так ли?

***

Солнце постепенно выходило из-за горизонта, оповещая людей о скором приближении утра. Успевшие проснуться птицы издавали характерные для них звуки, нарушая раннюю тишину и мешая крепкому сну. Резервник поморщился и открыл глаза. Рядом с ним лежал беловолосый, разглядывая его лицо с умиротворённой улыбкой, — Доброе утро, милый, — Сказал он и потрепал его по волосам, — Ты рано встал, может, ещё поспишь? — Нет, нам нужно как можно быстрее ехать к Соне. Полагаю, она вся на нервах из-за сегодняшнего праздника, требовалось бы поддержать её и помочь с окончательными деталями вечеринки, — Хината поднялся с кровати и направился в душ. Нагито не упустил такой возможности и пошёл за ним. Медленно собираясь, они смогли уложиться в час времени, а затем сесть в машину и доехать до подруги, которая, к слову, была очень рада их видеть, — Как хорошо, что вы здесь! — Принцесса с лучезарной улыбкой обняла пришедших, — На самом деле, мне очень тревожно, я боюсь, что вечеринка сорвётся и что-то пойдёт не так, — Потеряв весь свой запал грустно сказала она. — Тебе не стоит переживать, мы все позаботимся о том, чтобы всё прошло как надо! — Подбадривал её Хината, положив руку на плечо. Позже к ребятам присоединились остальные двое друзей. Всё время, до вечера, они украшали дом и подготавливали его к ночному столпотворению подростков. Все дорогие предметы, которые относительно легко сломать, были убраны куда подальше. Пеко и Хаджиме накрыли на стол, расставляя еду и напитки, среди которых присутствовал алкоголь. Празднование обещало запомниться надолго. И вот, на часах девять вечера, к богатому дому, выполненному в бежевом цвете, который очень выделялся среди остальных своим сходством с средневековыми замками, стали подходить ребята из академии, наполняя помещение своим присутствием. Вечеринка проходила невероятно весело, подростки выпивали, почти не обращая внимания на закуски, приставали друг к другу, наслаждались громкой музыкой, долбящей в колонках, и вообще очень хорошо проводили время. — Хе-е-ей, ребята, может быть сыграем в «правду или действие»? — Громко объявил парень в толпе с бутылкой шампанского в руках. — Мы же не дети, скажи, что это шутка, — Язвительно сказала девушка, сидящая за столиком. — Не хочешь — не играй, а те, кому приглянулась идея, могут собраться в гостиной! — Некоторые действительно вышли из кухни и последовали за парнем. Всего там собралось порядка двадцати человек, среди которых были и пятеро друзей, затеявших празднование. — Ну, кто хочет начать? — Лениво протянул парень в очках с русыми волосами. — Могу ли я удосужиться такой чести? Танака-сан, правда или действие? — Именинница мечтала о том, чтобы парень выбрал правду. — Какие глупости, конечно же я выберу действие, подобно спутнику ада я исполню его, — Завёл свою шарманку он, а Соня невероятно разочаровалась на мгновение, а после снова повеселела. — Тогда — поцелуй меня, — Невермайнд была уверена в своей притягательной внешности, поэтому не страшилась отказа. Парень в шарфе мило засмущался, прикрываясь им же, но всё-таки выполнил действие, приблизившись к девушке и накрыв её губы своими. Толпа одобрительно засвистела, рассматривая развернувшуюся картину. — Полагаю, пришла моя очередь. Комаеда, ты загадочный парень, поэтому выбирай. — Правда, пожалуй, — Он уж точно не хотел целовать кого-то, кроме любимого. — Хм, существует ли в этом грешном мире человек, который украл твоё бренное сердце? — Как всегда, гордым голосом, говорил Гандам, ему действительно было интересно, может ли такой человек, как Нагито, любить кого-то? Везунчик немного завис, а после удосужился ответить, — Да, мои мысли и душа уже принадлежат кое-кому, кто об этом и не думает, — Он постарался аккуратно взглянуть на Хинату, рассмотрев его реакцию. Тот же, в свою очередь, вполне спокойно отреагировал, не подавая и малейшего признака ревности, что огорчило отвечавшего. — Хаджиме, — Комаеда почувствовал, как его ладони вспотели, — Правда или действие? Хината не ожидал, что его кто-то спросит, поэтому слегка удивился. На самом деле, его очень ошарашили слова, сказанные беловолосым, но он старался подавить в себе все эмоции, которые бушевали в тот момент внутри. — Не горю желанием выполнять глупое действие, поэтому правда, — Он не хотел рисковать и опасался фантазии Нагито. — Не хочу отличаться сообразительностью, поэтому спрошу то же, что и Гандам, — Комаеда и не думал, что резервник возьмёт и признается ему в любви, но попробовать прощупать почву стоило. — Я… Никогда не думал об этом, поэтому не могу дать точного ответа, — Тихо пробормотал он, смотря в сторону. Везунчика такой ответ не сильно устроил. Как это «не думал»? Ему плевать на всё, что между ними было? Нет, нельзя такого допустить. Далее было ещё множество интересных и даже очень странных действий и вопросов, которые подростки выполняли в нетрезвом виде. Пришла очередь кудрявого парня, знаменитого по всей академии, как «Абсолютный повар», задавать вопрос. Он осмотрел Хинату и сказал, — Прошу, выбери действие, мне это жизненно необходимо! Хаджиме напрягся от такого пристального взгляда, здравый смысл не позволил ему выполнить просьбу и он выбрал правду. — Ох, как огорчает, — Ханамура и в правду расстроился, — Я хотел полапать твою удивительно пышную для парня грудь, но раз ты не даёшь мне такого шанса, то хоть узнаю её обхват, — Он возбуждённо облизнулся, — Так что, сколько? По всей видимости, много кто в помещении разделял интересы ТеруТеру, раз так ожидали ответа. Пусть никто этого особо и не показывал, но Хината нравится многим парням в академии, благодаря своей выразительной фигуре, милой внешности, а так же слишком невинными мыслями. — Ч-ч-что? Ты сейчас шутишь, я правильно понимаю? — Резервник запутался. Тот парень действительно хотел потрогать его… Там… Боже, что вообще в его голове? — Конечно я никогда не измерял… Это. — Тогда, мы можем сделать это за тебя, — Трое выпивших подростков двинулись в его сторону с похотливыми улыбками, желая дотянуться до восхитительного тела, но как всегда вовремя пришедший Нагито, который отходил в сторону покурить, слушая диалог оттуда, не в силах терпеть этих идиотов, остудил их пыл одним своим присутствием. — Ваши родители не научили вас нормам морали? Или вы лишь животные, которыми движет инстинкт? — Везунчику даже разговаривать с ними было противно, но он держался, — Раз так, то вас следовало бы изолировать от общества, — Он прижал к себе любимого, который, судя по взгляду, немало испугался. Те парни убежали в страхе, а Нагито повёл Хаджиме в одну из верхних комнат закрывая её на замок. Усадив парня к себе на колени, он просунул руку под футболку, сжимая грудь, отчего тот не стыдясь застонал, — Милый, что ты думаешь насчёт моих действий? А может, они отталкивают тебя? — Ответа на заданный вопрос не последовало, поэтому беловолосый лишь сильнее сжимал грудную клетку, наблюдая за возбуждёнными эмоциями на красивом личике. — Конечно мне нравится, зачем спрашивать, — Хриплым голосом отозвался он. Абсолютный хмыкнул и свободной рукой закрыл ему глаза, — А теперь включи фантазию и представь на моём месте одного из тех парн… — Он и договаривать не стал, ощутив, как тело под его руками до жути напряглось. Хината схватил его руку и убрал с собственного лица. — Пожалуйста, Нагито, не надо, я… Я не хочу представлять этого, — С зелёных глаз капали хрустально-чистые капельки горячих слёз. Комаеда понял свою ошибку, поэтому поспешил успокоить любимого, в его планах не было доводить до слез, — Прости, я не хотел задеть тебя этим. Я дурак, правда, прости, — Везунчик исцеловывал всё его лицо, — Я хотел узнать о том, что ты чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе, но это был не лучший способ. — Ты бесспорно дурак, — Хаджиме шмыгнул носом и успокоился, — Как вообще можно было подумать, что мне неприятно? Моё тело ведь… Так ярко отзывается на каждое твоё касание… — Эта тема его очень смущала, но сказать следовало. — Раз так, тогда почему… Ты по-прежнему остаёшься рядом, действуешь очень нежно по отношению ко мне, так мило улыбаешься, смотря в мою сторону и так мягко держишь за руку, — Он с улыбкой вспоминал каждый их совместно-прожитый момент, — Но даже при таком раскладе ты… А впрочем, это не так важно, — Слова давались ему с трудом, Нагито не хотел ссориться по пустякам, поэтому постарался вовремя заткнуться. — О чём ты? — Резервник был в смятении от сказанного, желая знать мотивы беловолосого. — Вот именно, о чём, — Он и сам уже не понимал, что творит, но как говориться «живём один раз», — Порой мне кажется, что даже проведя с тобой относительно много времени, я всё равно не понимаю тебя. С самого начала ты не особо то и отталкивал меня, принимая все мои действия. Своим поведением, характером и, о боже, абсолютно всем, ты привлекаешь меня. Мне кажется, что если тебя не будет рядом, я завяну, подобно цветку, который длительное время не поливали, — Комаеда сам для себя решил, если выговариваться, то полностью, — Я не могу даже представить жизнь без тебя, ведь не захочу спать, не будучи точно уверенным в том, что ты рядом и спишь спокойным сном. Кусок не лезет мне в горло при одной мысли, что ты можешь быть голоден. Даже когда я пытаюсь активно проявлять свои романтические чувства по отношению к тебе, ты всё равно игнорируешь меня и просто уходишь, оставляя додумывать за тебя, — Он пытался отдышаться, но сердце, которое отбивало просто бешеный ритм, не давало ему и шанса на это, — Я устал, устал терпеть эту невзаимность. Мне правда трудно обнимать тебя с мыслью, что тебе, возможно, отвратительно и совершенно плевать на мои действия, поэтому ты лишь ждёшь конца. Я знаю, что тебе может это не понравится, но я… Я… Я люблю тебя, чёрт возьми, — Он схватил Хинату за плечи и опустил голову вниз, — Люблю, люблю, люблю, очень сильно, мать его, люблю. Я умру и буду разбит, в случае, если с тобой что-то произойдет. Я никогда не прощу себя и уйду за тобой в мир иной, так как жизнь без тебя для меня больше не жизнь. После всех своих слов он поцеловал любимого, мягко и бережно, не желая переходить границы, лишь слегка причмокивая. — Нагито, я… — Хаджиме было больно, ужасно больно морально. Он чувствовал себя просто отвратительно, ведь заставил Комаеду терпеть всё это. — Не нужно, милый, это лишь… — Начал беловолосый. — Прекрати! — Должно быть, он сказал это слишком громко, — Я сожалею, очень сожалею. Из-за меня тебе было так плохо, а я… Даже не замечал. Я ужасен, правда, абсолютно ужасен. — Ты не должен так говорить, ведь ты прекрасен. Прошу, не вини себя в моих чувствах, — Он робко обнял его, смотря в глаза. — Я недостоин этих слов. У меня нет права осуждать тебя за любовь, но… Почему, почему такой человек, как я, вообще тебе понравился? — Всё его тело дрожало, как и голос, — Господи, прости меня, я не должен был действовать настолько безрассудно. Всё это время я боялся привязаться к тебе, но даже так, со всеми этими мыслями, я не мог и отдалиться. Ты — тот, кто помог мне справиться со всеми бедами в жизни, благодаря тебе я сейчас живу счастливой жизнью и ни в чём не нуждаюсь. Но стоит тебе отойти от меня, как мир становится чужим. Мне правда страшно, в моменты без тебя я не могу ощущать себя в безопасности, — Хината начал плакать второй раз за день, — Я никогда не понимал влюбленных и смысла их отношений, не испытывая и в помине подобного, раньше, должно быть, — Комаеда поднял на него полный непонимания взгляд, — А всё потому, что сейчас я искренне люблю кое-кого. И если он с первого раза об этом не поймет, мне придется вдолбить это ему в голову, — Он мило улыбнулся и сказал последнее, — А ведь я тоже люблю тебя, Нагито.