Истинное счастье

— К-крол…лик…Нгх… Кролик, наслаждаясь постаныванием своего снежного мальчика, продолжал широко, размашисто вылизывать холодную нежную кожу шершавым языком. Несмотря на шкодливый характер, показушную бойкость и дерзость, оставаясь наедине со своим Хранителем, ложась в одно с ним ложе, Джек разом становился милым, хрупким, полностью отдающимся своему любимому, скромным юношей. Ледяной Джек по сравнению с другими Хранителями был еще совсем юным, не успевшим как следует вкусить любви и страсти мальчишкой. Поэтому Кролик с особым наслаждением каждый раз прикасался к своему мальчику, учил его принимать ласковые прикосновения, не стесняться стонов наслаждения – быть любимым. Закончив с белой, точно первые снежинки в небе, шеей, Кролик опустился к чистой, лишенной любых изъянов и ещё не окрепшей мальчишечьей груди. Мягко, стараясь не касаться острыми резцами, Кролик взял один из сосков в пасть. Весь Джек был наощупь как россыпь снежинок: бархатным, нежным и холодным. Поэтому его сосок ощущался на языке, как сливочное мороженное: был мягким, сладким и приятно холодил рецепторы языка. Кролик, забывшись, сосал его, вдавливал языком в грудь, желая распробовать. — Н-нет! Не т-так сильно, К-кролик…Ах! Его мальчик издавал такие сладкие звуки, что Хранитель Надежды сходил с ума. Собственный член, который был в несколько раз больше человеческого, уже истекал белым семенем, просился скорее заполнить дырочку такого сладкого и желанного мальчика. Но Кролик ни за что на свете не причинит вреда своему малышу, а потому, чтобы отвлечься от дикого желания поскорее вставить, Кролик стал опускаться языком еще ниже. Пройдясь мокрой дорожкой по впалому животу, Кролик опустился к ножкам своего ледяного духа. Мягко поцеловав выпирающую косточку на лодыжке, он провел кончиком языка по всей стопе, а затем взял в рот большой палец, слегка посасывая его. Всхлип. Его мальчик, растроганный подобным отношением, не может сдержать слез, а потому стыдливо прикрывает кулачками слезящиеся глаза. Закончив с одной стопой, Кролик переходит ко второй: «Твои ноги, что создают слой инея на земле, прекрасны». Кролик редко говорит что-то значимое и важное вслух, но всегда показывает это своими действиями. Он идёт чуть выше. Острые, по-мальчишечьи выпуклые коленки. На каждой он оставляет по влажному поцелую, не сильно прикусывая бледную кожу в конце: «Твоя нескладность – не уродство, а особенность». Это правда. Пусть его малыш не имел таких же мускулов, как у Кролика, да и в принципе был достаточно хрупким, это не вызывало у Кролика смех, а совсем наоборот: Джека хотелось защитить, спрятать от всех и целовать. Целовать, целовать, целовать. До скончания времен, до стертой кожи на губах и кислородного голодания. Ни за что не отрываться от сладостных холодных губ. Кролик готов потратить все свое бесконечное время на то, чтобы согреть ледяного духа. Он зацеловывает внутреннюю поверхность бедер. Поцелуи легкие, точно прикосновения бабочек, ведь здесь кожа Джека особенно тонкая и чувствительная. Джек опускает слегка подрагивающую руку между длинных ушей и настойчиво тянет вверх, к самому заветному. Кролик, понимая немую просьбу своего драгоценного мальчика, заходит дальше. Член человекоподобного духа среднего размера, так же, как и всё его тело, он покрыт светлой молочной кожей, в сравнении с которой, показавшаяся из-за крайней плоти головка кажется ярко-красной, точно спелая клубника. Кролик не против отведать угощение. Хранитель Надежды неспешно лижет головку, чувствуя, как ледяной дух, забываясь, дёргает чувствительные уши, когда Кролик кончиком языка глубоко проникает в уретру. Он погружает член в пасть наполовину. Ему не составит труда взять его целиком, но с его мальчиком нельзя спешить. Неспешные фрикции заставляют духа стонать уже в голос. Джек теряется в пространстве: ему так хорошо, что всё плывет перед глазами. Всё, кроме его любимого. Его Хранителя Надежды. Его, и только его Кролика. Джеку хватает пары минут, и он кончает. Белая жидкость стекает по усам и мордочке его любимого. Он с ребяческим восторгом и жутким стыдом следит за тем, как длинный шершавый язык собирает все до последней капли. Терпеть уже нет мочи. Кролик с не сдерживаемой страстью и предельной нежностью стягивает тело возлюбленного к краю кровати и наклоняется к ягодицам. Раздвигает мягкие полушария и с животным голодом следит за тем, как капелька спермы стекая по мошонке, исчезает в дырочке его малыша, куда следом направляется язык Хранителя. Слышится задушенный визг. Бёдра снежного мальчика подбрасываются в воздух, и Кролику приходится приложить немалые усилия, чтобы вернуть их на место. Да, Джек просил так не делать: «…потому что грязно и противно…». Но Кролик знал, что Хранитель Веселья просто пытается скрыть своё смущение – стесняется того, насколько ему приятно от таких манипуляций возлюбленного. Кролик оглаживает своим шершавым языком узкий проход его мальчика, кончиком задевая простату. Всё вместе это заставляет Джека видеть звёзды и изнемогать. От жара, который исходит от тела напротив, от собственной болезненной жажды прикосновений любимых лап, покрытых самой мягкой и шёлковой шерстью, в которую Джек любит зарываться носом перед сном. Ледяной дух, хватая за щёки, приближает лицо любимого к своему и, оставляя ничтожные миллиметры между их губами, шепчет: — П-прошу… Больше весенний дух не медлит. Медленно, сантиметр за сантиметром, проталкивает в узкую дырочку свой увитый крупными венами член. Даёт привыкнуть, хоть и очень хочет сорваться на бешенный ритм. Но зимний дух сам насаживается на член, призывая своего любимого к действию. Кролик делает толчок. Ещё один, ещё. Выражение «словно кролики» появилось не на пустом месте. Буквально через пару минут Кролик срывается на бешенный темп, выбивая из своей пары самые сладкие в мире стоны. Джек старался сам насаживаться на член, но безбожно проигрывал в бою за первенство. Кролик просто не давал ему вздохнуть: он буквально вколачивал его в кровать. Несколько минут бешеных толчков и слышатся всхлип и рычание, соединённые вместе . Узел на члене Кролика набухая внутри кишечника Джека, запечатывает сперму внутри. Кролик вылизывает шею своего тяжело дышащего мальчика, собирая языком капельки пота. Это его холодный зимний дух. Его неугомонный Хранитель Веселья. Его милый, хрупкий, скромный мальчик. Его любимый Джек Фрост, которого он защитит несмотря ни на что.