Это крапивница, Поттер!

— Вы слышали?! — Гермиона приземлилась на лавке у обеденного стола и уставилась на парней. — О чем? — непонимающе хлопали глазами Рон и Гарри. — Клювокрыла хотят казнить! — Что?! Почему? — Рон чуть не подавился. — Это из-за происшествия с Малфоем. Они открыли дело. — Только сейчас? Это же давно было, — Гарри посетил разумный вопрос. — Нет, разбирательство, видимо, идет уже давно. Но только недавно было решено, что будет с Клювокрылом, если Малфои выиграют. — Что?! Да этот придурок сам на него полез, — Поттер был явно против подобного расклада. — Это уже окончательное решение? — Вряд ли, разбирательство же еще идет. — Надо прижать этого подонка и заставить прекратить это все, — вау, Рон, прекрасная идея. Замечательная. — Можно попробовать, — и Гарри туда же. Молодцы. — Давненько его не видно, не находите? Даже есть не ходит. — Да пойди пойми этого сосунка, поди думает, где повесит голову бедного Клювокрыла. — Я поищу его, — с этими словами Гарри встал из-за стола.

***

Драко пропустил уже много уроков защиты от темных искусств. Ему пришлось лично подойти к профессору Люпину и взять дополнительное задание, чтобы не отставать от программы. Время от времени его и правда посещает мысль рассказать все матери и отцу, но страх будто сковывает его. Ему не обязательно упоминать, из-за кого он больше похож на помидор, чем на человека. Но как уговорить их оставить его в хогвартсе? Они явно не согласятся на таблетки. Это большой риск, даже Драко понимает. Но другого выбора нет. Если он останется дома, то еще долго будет отходить, да и не факт, что ему полегчает. Блондин медленно плелся по безлюдному коридору. Чертов Поттер, угораздило же влюбиться в него. Да что в нем вообще такого? Кроме этих его глаз и смешной злой физиономии, и... так. Хватит "и". Снова рука зачесалась. Драко остановился и прислонился спиной к холодной стене. Глубокий вдох. Освежает. Будь Малфой один во всем замке, он бы уже сполз на пол и разревелся как ребенок. Но это, к сожалению, не так. — Малфой! Что-то новенькое. Звуковые галлюцинации. Будто Поттер зовет его. — Малфой, кому говорю! Драко резко вернулся в реальность и повернул голову в сторону звука. Поттер стремительно приближался к нему. От растерянности у аристократа выпала папка с домашним заданием из рук. Он сделал шаг назад. Блондин был в ужасе, еле скрывая это. Недолго думая, он развернулся и побежал куда глаза глядят. Главное оторваться от этого очкарика. — А ну стой! — Гарри погнался за ним. Звуки стучащей о кафель подошвы, доносящиеся за спиной у Малфоя, только добавляли ему сил. Он старался чаще поворачивать, чтобы скрыться от глаз преследователя. Тот тоже не сбавлял скорости, к тому же успевая что-то выкрикивать в след. — Да подожди ты! — ага, как же. Да кто в своем уме остановится? Спустя несколько коридоров и движущихся лестниц, блондину все же удалось оторваться от очкарика. Драко был весь потный, а тело чесалось так сильно, что ему хотелось сорвать с себя кожу. Он сполз по стене на пол, чтобы передохнуть. Дыхание никак не хотело приходить в норму, от чего аристократ жадно и громко вдыхал воздух. Чертов Поттер, да что ему надо от него? Почему этот придурок не может просто игнорировать его? Лицо Драко было красным, то ли от длительного бега, то ли от стыда. Он и сам не знал, честно говоря. На этом проблемы Малфоя не закончились. Если раньше Поттер лишь мозолил ему глаза, то теперь каждый раз, когда тот его замечает, то норовит подойти и заговорить. Да что происходит? Драко старался лишний раз не покидать подземелья. Он постоянно оглядывался по сторонам, вслушивался в каждый шорох. Блондин был весь на нервах.

***

— Как приятно вновь видеть знакомые лица! — плакса Миртл радостно кружила над ванной, приветствуя Драко. — Не взаимно, — коротко ответил Малфой, погружаясь в воду. В последнее время он зачастил в гости к призраку. Не хотелось признавать, но это единственное место, где аристократ чувствовал себя спокойно. — Да ладно тебе, мы же друзья, — хихикнула девочка, подлетая ближе. — Думай как хочешь. Только предупреди меня, если кто-нибудь зайдет сюда. — Конечно, конечно. Плакса осмотрела Драко, замечая покраснения уже на затылке. — Выглядишь все хуже и хуже. — И без тебя знаю, — у Драко свободный край ногтей уже давно розового цвета из-за крови под ними. — И что думаешь делать? — Не знаю, — волшебник измученно вздохнул, смотря на свою ладонь под водой. — Думаю рассказать матери об этом. Может она уговорит отца на таблетки. — А чего раньше так не сделал? — Ты не понимаешь. Отец захочет отослать меня куда подальше от Поттера. Или запрет дома на долгое время. Я с ума сойду. Но чем дольше я тяну, тем меньше мне эти исходы кажутся ужасными. Уж лучше так, чем страдать ежесекундно здесь. — Ну да, думаю, ты прав.

***

Драко все же связался с Нарциссой. Та волновалась, кричала и даже плакала, но, вроде как, суть проблемы поняла. Остается только надеяться, что ее разговор с отцом пройдет успешно. Это признание даже успокоило Драко. Так или иначе, но его страдания наконец закончатся. Стоило чуть расслабиться, как Малфоя схватили за плечо и прижали к стене. Драко широко распахнул глаза от удивления и увидел Поттера. Как он так подкрался? Его же нигде по близости не было. — Как ты тут появился?! — чуть не закричал Драко. Паника подступала. Он же только только приблизился на шаг к выздоровлению. — Магия, — неоднозначно ответил Поттер и ухмыльнулся. От этого его выражения лица Малфой вздрогнул. — Ч-чего тебе от меня нужно? — Драко нервно сглотнул и уставился в до чертиков красивые глаза очкарика, вцепившись в плечо, почти протыкая одежду и кожу ногтями. — Отзови дело Клювокрыла, — Поттер будто в душу смотрел. У Малфоя кончики ушей покраснели. — Что? — аристократ все еще не пришел в себя. Да и как, когда все тело ужасно чешется. — Я сказал: "Отзови дело Клювокрыла". Его могут казнить, понимаешь? — И что с того? Эта курица чуть не лишила меня руки. С чего мне спасать его жизнь? — кое-как собравшись с мыслями, Драко все же вступил в разговор. — Не притворяйся дураком, это жалкая царапина. Да и ты сам на него полез, — Поттер опустил взгляд на руку и заметил, как Малфой вцепился в нее. — Давай, покажи, какая там травма, если все так серьезно! — Еще чего! Отвали от меня! — Драко начал брыкаться. Поттер схватил аристократа за больную руку, задирая рукав, заодно отрывая пуговицу. — Нет! — Драко залился от стыда краской, пытаясь оттолкнуть Поттера свободной рукой. Безуспешно, из-за жуткой усталости ему сил еле на ходьбу хватает. — Это еще что такое? — Поттер изрядно удивился. Не это он ожидал увидеть. — Почему у тебя вся рука в крови? Она опухла? Гарри задрал рукав выше, пытаясь найти границу этого покраснения. Позже он обратил внимание на шею аристократа. Тоже красная. — Чего? — Поттер приподнял бровь. Малфой весь трясся, но очкарик все равно не отстранялся. Наоборот, залез под рубашку и поднял ее. На теле почти не было бледных участков. Много где виднелись свежие коросты. Поттер, честно говоря, растерялся. А, увидев мокрые глаза Малфоя, и вовсе потерял дар речи, покрываясь мурашками. — Это крапивница, Поттер! — Драко ударил мальчика-который-выжил по плечу кулаком, пытаясь успокоиться. — Шрамоголовый идиот, отойди от меня, не трогай! — волшебник на секунду прикусил губу, чтобы не разрыдаться от стыда. — Пожалуйста, никогда не подходи ко мне больше. Пожалуйста... Гарри прежде не слышал подобных слов от аристократа, да еще в такой жалобной интонации. Он ослабил хватку и сделал пару шагов назад. — Я... я придумаю что-нибудь, но взамен, прошу тебя, никогда больше не связывайся со мной. Я так... я так больше не могу... — голос Драко сбивался из-за всхлипов. Не дождавшись ответа, он побежал в сторону подземелий. Гарри простоял в ступоре минут пять, пытаясь переварить случившееся. Что с ним? Почему он так странно себя ведет? И что это еще за крапивница?

***

— Действительно странно, — пожала плечами Герм, выслушав друга. — Я себя на мгновение злодеем почувствовал, — Гарри сидел в кресле, обняв колени руками. — Может у этого придурка любовная аллергия? — Рон лениво перевернул страницу газеты. — Это еще что такое? — М? — Уизли оторвал взгляд от новостей и посмотрел на друзей. Те явно были заинтересованы. — Ну, это болезнь многих чистокровных. Когда они влюбляются, то все тело покрывается зудящими пятнами. И это не прекращается, пока чувства не станут взаимными. Ну или не исчезнут. — Почему я об этом в первый раз слышу? — чтобы Грейнджер что-то не знала? Вау. — Ну, об этом не особо распространяются. Да и почти все чистокровки сидят на таблетках, подавляющих эмоции, так что... не знаю, в общем. — А почему он тогда их не принимает? — Да там вроде сильные побочки у подростков, их начинают с двадцати двух примерно принимать. — Ого, Рон, а у тебя такое было? — Гарри отобрал у друга газету. — Неа, но у моего кузена было. Его тогда еще отвергли, он пролежал в реанимации месяца три. — Жесть. — Ага. Да и поделом этому хорьку. Кто его такого в ответ полюбит? Сам виноват. Гарри на секунду задумался над вопросом Рона. У него в момент покраснели уши, а в мыслях промелькнул образ плачущего Малфоя. Да, хорек — подонок, но до чего красивый. Особенно когда не огрызается... Но это не отменяет того, что он моральный урод. — И в кого он умудрился влюбиться? — задумался Гарри. — А ты не понял? — взгляд Гермионы будто так и говорил: "Ты идиот?" — Нет...? — В тебя он влюбился, — фыркнул Рон. — Чего?! — Гарри вскочил с кресла и отошел от друзей. — Фигню не несите, а. — Так он же тебя умолял к нему не приближаться. Да и чесался весь тоже при тебе. Сложи два плюс два. Мальчик-который-выжил приземлился на пуф и уставился в потолок. Слишком много информации. Ему нужно все обдумать.