Дай мне немного времени...

      — Алекс, нам нужно серьёзно поговорить.       Я никогда раньше не видел ее такой серьёзной. На меня смотрели чуть опухшие и покрасневшие, от недавно пролитых слез, изумрудные глаза. Даже сейчас я вижу, как она сдерживается, чтобы взять и не разрыдаться прямо при мне. Что довело ее до такого состояния?       — Что случилось?       — Ничего, все... в порядке, просто выслушай меня, — она механически сгибала пальцы и бегала взглядом по полу.       Она думает, что я слепой или тупой? Я же вижу, что что-то не так, а играть... Она не умеет. Слишком искренняя. К чему ей лгать мне сейчас?       — Что ты скрываешь? Ты же знаешь: я слишком хорошо изучил тебя и вижу, что ничего не в порядке.       — Алекс, ты можешь заткнуться и выслушать меня?! Хоть раз, – переходя на крик ответила мисс Харрис. Ее голос дрогнул в конце, сорвался, как лопнувшая струна.       Жестом девушка указала на кресло напротив нее. Я молча подошел к нему сзади и, облокотясь на спинку руками, стал изучать ее. Я понимал, что она собирается с силами, чтобы открыть мне тревожащее ее.       — Я внимательно слушаю.       Ее лицо освещал лунный свет, попадающий в кабинет из-за довольно больших окон, отец не любил тьму и при планировке дома договорился, чтобы все окна были больше обычных. Девушка сидела и разминала пальцы, это происходит каждый раз, когда она чем-то взволнована. И вот она наконец перевела свой взгляд на меня:       — Прости, но я не люблю тебя. Нам нужно расстаться...       Одна фраза, всего одна фраза для того, чтобы перестало биться сердце. Это даже немного забавно. Люди годами разрабатывают планы по ликвидации того или иного человека и даже они не всегда приводят к смерти, а тут всего одна фраза способна лишить человека жизни, ведь смысл жить, когда тот, кого ты любишь всем сердцем, тот, ради которого ты готов пожертвовать всем и даже своей чертовой жизнью, говорит тебе такое? Из моей груди вырвался нервный смешок:       — Плохая шутка, стоит преподать тебе пару уроков в стендапе, станешь комиком не хуже меня.       Я отказывался верить в происходящее, единственное объяснение которое возникло в моей голове: это розыгрыш, шутка, пранк, называйте как угодно. Все это неправда, сейчас сюда ворвутся Сэм и Рэйчел и крикнут: "Ха! Дурачок, ты попался!" Но никто не ворвался. Агата все так же смотрела на меня, ее лицо не выражало совершенно ничего.       — Алекс, это правда. Мы с тобой совершенно разные, наши отношения ни к чему не приведут, лучше прекратить их сейчас, чтобы никому не было больно.       "Совершенно разные.... Ни к чему не приведут.... Не было больно..." да что, черт побери, она такое несет?!       — Не было больно? Не было больно, говоришь?! А что если мне сейчас больно?! Что если я люблю тебя и не хочу отпускать? Я не узнаю тебя. Ты лжешь мне и сама себе, но зачем, что ты пытаешься утаить?       — Если ты действительно любишь меня, то отпустишь. И да, ты прав. Я действительно от тебя что-то утаиваю.       Не так давно я сказал, что знаю ее, но и она успела изучить меня. Харрис знает, что я не буду удерживать ее силой.       — Я встречалась за твоей спиной с другим парнем и влюбилась в него. И снова удар в сердце. Оно уже остановилось, но она продолжает вонзать в него свой острый нож.       — Кто он?       — Кристофер. Прости меня за то, что дала ложную надежду, за то что предала, за то, что была с тобой, а представляла его.       Удар за ударом. От сердца осталось одно лишь название, на деле это кровоточащий кусок мяса. Она намеренно делает мне больно, хочет, чтобы я разочаровался в ней, но этого не будет. Как я могу разочароваться в своей маленькой мисс Харрис, в этом храбром котенке, готовом пойти на все ради своих друзей? И все же: почему мою грудь разрывает от боли?       Из ее глаз полились слезы, слезы от ошибки, что она сейчас совершает. А ведь просто могла бы рассказать всю правду, вместе мы бы со всем справились, но она привыкла делать все сама, самостоятельная девочка. Я подошел ближе, сел перед ней на корточки и протянул руку, чтобы смахнуть слезы с ее покрытых веснушками щек.       — Помнишь мои слова? "Совсем неважно, будешь ты со мной или с кем-то другим, главное, чтобы ты была счастлива. А если ты хочешь, чтобы был счастлив я, просто дари миру и мне свою улыбку, ведь ты такая красивая, когда улыбаешься." Я не стану удерживать тебя, если ты любишь другого, но я уверен, что это не так. И все же я желаю тебе с ним счастья, мой маленький котенок. А теперь мне нужно побыть одному.       Агата подняла на меня глаза, полные слез. Я почувствовал в них ту боль, что она сейчас испытывает, а в ответ она почувствовала мою. Она встала с кресла и, обхватывая руками и прижимая к себе, села рядом со мной.       — Прости меня... Прости, прости, но я не могу ничего с этим сделать. Я.. И вдруг она резко вскочила и выбежала из комнаты.       — Все ее слова – ложь. Я знаю, что она все еще любит меня, чувствую это. Я обязан выяснить то, что сейчас происходит. Ради нее, нет, ради нас.       Это был отчаянный шепот, что отражался от стен пустой без нее комнаты.

***

      Очередной бессмысленный день. Настроиться на работу никак не выходило: по крыше предательски стучали капли дождя, свет от лампы слишком яркий, что засвечивает экран ноутбука. Бесила любая мелочь, что попадалась на глаза. Бесила гнетущая тишина, ведь раньше меня хотя бы сопровождал звук перелистывающихся страниц.       Когда мне приходилось задерживаться в кабинете, Она приходила и, удобно расположившись в кресле, читала книгу из моей библиотеки. Если в ней встречался какой-то веселый момент, она зачитывала его вслух, отвлекая меня от дел, и мы вместе смеялись над ним...       На экране смартфона горело время: полночь. Одним нажатием кнопки я выключил ноут, не сохранив то, на что потратил несколько последних часов. Хотя кого я обманываю, все, что я смог сделать, это написать несколько предложений.       Легким движением я разблокировал телефон и зашел в мессенджер, в наш диалог. Немного пролистнув, я наткнулся на тот самый день, в который все закончилось или началось что-то новое?

***

      День начинался прекрасно, я только прилетел из Норвегии, куда мне пришлось отправиться по рабочим делам, сел в свою машину и уже направлялся домой, как мне пришло голосовое сообщение:       — Доброе утро! Я надеюсь, что ты не забыл заехать забрать платье Оливии. Ей уже не терпится пойти с нами завтра в театр, — радостно говорила девушка.       За рулем проблематично печатать, поэтому в ответ я, так же как и она, записал ей голосовое.       — Фааан, каттен, а я ведь действительно забыл. Понимаешь, Фредерик загонял меня за эти пару дней, что у меня просто вылетело из головы. Давайте перенесем на несколько дней наш совместный поход. Все, чего я сейчас хочу: приехать, завалиться с тобой в нашу постель и проваляться так вместе все выходные. Я так многого прошу? Неужели твой любимый швед не заслужил хотя бы капельку отдыха, каттен?       Ответа долго не поступало, я уже начал беспокоиться, как неожиданно телефон завибрировал, давая сигнал о новом сообщении.       — Да, заслужил. Слушай, нам нужно будет поговорить — ответила девушка. В ее голосе я уловил нотки... страха или это была грусть? Я не мог не поинтересоваться:       — С тобой все в порядке? Может, мама устроила тебе взбучку за отмененный спектакль?       — Алекс, все нормально. Просто знай, я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, дорогая, скоро буду💙.

***

      — К черту! — вырвалось из моей груди.       Я подхватил телефон и со всей силы кинул в ближайшую стену. Как и ожидалось, экран разлетелся на сотни кусочков, а на стене остался небольшой след.       На шум прибежала Рэйчел. Девушка застала меня сидящим на полу в окружении разбросанных документов, в руке лежал разбитый телефон раз за разом произносивший ее: "Просто знай, я люблю тебя." Из глаз текли слезы, я не мог сдерживать их, Рэй не впервые видит меня таким. Именно она днями и ночами успокаивала меня после смерти отца. Теперь она снова помогает излечить мое разбитое сердце своими объятиями.       — Рэй... почему, почему это произошло? Все было нормально, так как все могло так резко изменится... что я сделал не так?       Она лишь вытирала мои слезы и крепко обнимала. В какой-то момент я услышал ее тихий голос, нарушивший гнетущую тишину.       — Она запуталась, я вижу это по ее глазам. Агата все еще любит тебя, но и Кристофер ей не безразличен. Я хочу помочь ей, но она закрывается, так же как закрылась от тебя. Мне больно видеть вас такими, но я ничего не могу сделать. Прости меня, — она прошептала последнюю фразу, а я услышал в них не меньше боли, чем чувствовал сам.       — Тсс, ты то уж точно ни в чем не виновата. Вечно берешь на себя чужие грехи. Я тебе обещаю, что выясню, что здесь, черт возьми, происходит и все будут счастливы! — теперь уже я вытирал ее слезы.       Мы разошлись под утро, все вспоминали, как мы были детьми, когда все было так просто...

***

      — Привет, я зайду?       На пороге стоял опрятно одетый в костюм синего цвета рыжий парень, тот самый, что лишил меня возможности просыпаться каждое утро в компании любимой женщины. Позади него был припаркован представительский черный седан, взятый в аренду на время пребывая в Швеции. Хоть мы с Агатой и закончили отношения, отказываться о слиянии бизнесов никто не собирался, поэтому ей пришлось ненадолго задержаться на моей родине.       — Я думаю, что в этом нет необходимости. Твоя дорогая невеста и Рэйчел отправились по магазинам, присмотреть что-то к предстоящей помолвке, так что...       Дверь практически закрылась, когда в нее вцепилась мужская рука, останавливая меня.       — А кто сказал, что я приехал к ней? Мне нужно поговорить с вами, мистер Нильсен.       "Хм, он приехал ко мне, но зачем? Хочет что-то вынюхать, получить мое благословение или просто позлорадствовать? Так или иначе все же стоит его пригласить, он может случайно проболтаться и выложить свой план".       Я с трудом натянул на лицо улыбку и жестом пригласил его внутрь.       Расположиться мы решили в зале, в котором когда-то Агата чуть не отравила наших дорогих гостей, а ее будущий супруг чуть не пристрелил подругу моего детства.       — Наверное, странно вернуться сюда?       — Да, очень. В тот день я последний раз видел брата. Вот, прошло уже полгода, а он так и не объявился. Я понимаю, что он принес так много горя Агате, похитил вас да и вообще ужасный человек, но он мой брат. Я хочу найти его и помочь, хочу, чтобы он прошёл курс лечения и все было как раньше.       "Этот придурок сейчас серьезно? Он хочет принять Эдварда в семью?"       Я не смог сдержать свою злость и высказал ему все, что тревожило меня.       — А ты подумал о ней или тебе совершенно плевать? Он разрушил ее семью: из-за него умерла Аннет, из-за него Чарльз слетел с катушек, а его дети уехали из страны. Ах да, ее также подозревали в убийстве, и ей пришлось довериться совершенно незнакомым людям, которые потом стали для нее семьёй. Мы ее семья! А ты забрал ее у меня, забрал мою Харрис. Так вот, я не верю ей, не верю, что она вдруг взяла и полюбила тебя. Я все еще являюсь ей другом и не позволю такому, как ты, испортить ей жизнь, которая только стала налаживаться.       Я нервно стал прохаживаться по комнате, ожидая, что британец хоть как-то отреагирует на мои высказывания, но он просто спокойно сидел и попивал свое кофе. Когда кружка со звоном приземлилась на стол, он спокойно ответил:       — Алекс, я понимаю, что с таким чувством собственной важности, как у тебя, сложно поверить в то, что девушка может предпочесть кого-то кроме тебя, но это так. Смирись Мы любим друг друга, она согласилась стать моей женой и я пришел убедиться, что ты не сорвешь нашу свадьбу.       — Для тебя я Александр! — вырвалось из моей груди. — А твои слова — чушь!       "Похоже этот идиот и правда верит в то, что Агата любит его, но я же знаю, что это не так и докопаюсь до истины".       Меня бесил его спокойный тон, он был уверен в каждом слове, что произносит. Но этой уверенности я не увидел в словах девушки, там, в моем кабинете. Похоже, что кто-то водит его за нос.       — Точно, у меня есть для тебя кое-что.       Британец достал из своей черной кожаной сумки какой-то документ и положил его передо мной на прозрачный стол.       — Вот, читай.       В документе говорилось о том, что при заключении брака между Агатой Харрис и Кристофером Кадоганом половина компании Сильвер-Харрис переходит Кадогану, а половина компании K.D.Gan. в свою очередь перешла бы под владение мисс Харрис.       В графе "Подпись" стояла, как я когда-то сказал девушке, "красивая закорючка", выведенная ее рукой.       Не в силах себя больше сдерживать, я подошел в плотную к Кристоферу и прижал к ближайшей стене.       — И как ты заставил ее это подписать? Отвечай!       Его рот вытянулся в улыбку. Он просто смеялся мне прямо в лицо и не скрывал этого.       — Что? Больно осознавать, что она больше не твоя? Ты должен смириться, —с самовлюбленной улыбкой хмыкнул тот. — Агата сама предложила подписать этот договор, чтобы показать: наши бизнесы ни на что не влияют и она выходит за меня, потому что любит.       — Сама...       Я аккуратно опустил его на пол. Он прошёлся рукой по появившимся на одежде складках и оправил галстук.       — Да, сама.       Кристофер подошел к креслу, поднял с него свою сумку и, сунув в нее документ, направился к выходу кинув мне напоследок:       — Ты говоришь, что вы с ней все еще друзья и не знаешь об этом? — он явно старался надавить на кровоточащую в сердце рану. — Да что ты вообще знаешь о ней? Подумай об этом на досуге.

***

      Очередная бессонная ночь. И вновь я смотрю в потолок, ведь Она снова с ним, снова с человеком отравляющем ее же жизнь. Я был бы рад думать, что это не так, что это лишь мои фантазии, но, к сожалению, я не глуп и не слеп. Свежий воздух, заполнивший всю комнату, придает ясность мыслям.       Каждый раз, когда Она покидает мой дом, на ночь я оставляю окно на распашку, чтобы утром, как только подъедет такси или черный седан, спуститься вниз, как ни в чем не бывало выпить утреннюю чашку кофе и сказать Ей: "Доброе утро".       Ночи я провожу в воспоминаниях, с Ней. Вот мы дурачимся в парке развлечений, Она знает, что я ненавижу высоту и быструю езду, и все равно тащит меня на американские горки ведь: "Ты же Александр Нильсен! Рыцарь, не знающий страха!"       А вот мы уже на катке, все смеются надо мной, т.к. в свои 25 лет я так и не научился кататься на коньках, а Она просто подошла, обняла и сказала, что у меня все получится. Мне так не хватает Ее. Не хватает музыки, в которую превращался Ее радостный смех, заполняя все пространство вокруг, а еще того недовольного сморщившегося носика, когда ей что-то не нравилось.       Она изменилась. Вечно в себе, вечно размышляет о чем-то. Теперь мы видимся лишь за завтраками и деловыми встречами, но даже они проходят в молчании. Она пытается есть, пытается вслушаться в отчеты о проделанной работе. Именно "пытается", ведь больше трети порции или выступления, девушка просто не способна осилить.       Но как-то раз наши взгляды встретились. На меня смотрели пустые глаза, потерявшие смысл жизни, полные грусти и разочарования:       — Зачем ты солгала мне? Я же вижу твои страдания, вижу, что не безразличен тебе, — я буквально молил ее взглядом ответить. — Агата, я все еще люблю тебя, несмотря на ту боль, что ты пыталась мне причинить. "Когда я была с тобой, думала о нем." Ты знаешь, что лишь полностью растоптав мое сердце, получится добиться того, что я отпущу тебя. Но даже так, я не могу этого сделать, не могу ненавидеть тебя. Я питаю ненависть лишь к себе, к тому, что не могу помочь тебе, что из-за меня ты стала такой.       — Алекс, помоги мне. Твоя маленькая девочка с головой окунулась в грязь и не может сама из нее выбраться. Я не знаю, что делать. На одной чаше весов находишься ты и трупы моих друзей, нет, не друзей, моей семьи, а с другой стоит — он, монстр, что хочет отнять у меня вас. Я вынуждена играть по его правилам, чтобы с вами все было в порядке, но так больше не могу. Спаси меня....       — Я спасу тебя, расправлюсь со всеми, кто хочет или уже причинил тебе боль. Мы справимся со всем этим, только если будем вместе.       В жизни мы лишь молча смотрели друг на друга, зато в моем сознании мы вели диалог: я находил ответы на свои вопросы в ее глазах, а в ответ она искала помощи в моих. Будто мы не были ни за каким столом, будто она обнимала меня и плакалась в плечо, изливая свои проблемы. Нас прервал голос Оливии и мы разорвали контакт.       При каждой нашей встрече, я изучаю ее: теперь она носит лишь свитера полностью скрывающие руки, а когда выпадает возможность увидеть ее в футболке, в глаза бросаются синяки на плечах, которые она тут же прикрывает и исчезает в своей комнате. Эти синяки от ладоней, не мужских, — так бы я засадил Кадогана до конца его дней — а от Ее тонких, изящных пальцев.       Когда мы сидим за столом, я вижу, как в ее ладони впиваются ухоженные ногти. Причем впиваются так сильно, что на них остаются красные полукруглые следы, но все это происходит на коленях, чтобы никто не заметил этого. В это время на лице англичанки играет натянутая улыбка, будто бы все прекрасно, но я слишком хорошо знаю ее.       "Что же ты делаешь с собой, каттен? Зачем калечишь себя?"       Она перестала следить за собой так, как раньше: лицо в основном было опухшим, а после возвращения от Кристофера еще и красным в области глаз.       В один из дней, я лежал в своей кровати, но тут ко мне в комнату постучали. Я знал, что это Она, ведь больше никого доме не было: Оливия и Рэйчел остались у семейства Линд. Я вскочил с кровати и подбежал к двери.       — Алекс, открой, пожалуйста... - тихий шепот дошел до моих ушей.       За дверью, шатаясь, стояла полуголая девушка. И, наконец, я увидел полную картину: ее тело было покрыто синяками и ссадинами.       — Пожалуйста, помоги... - не договорив, она начала спускаться на пол.       Мне удалось подхватить ее почти у самой земли. Удобно расположив на своих руках, я отнес девушку в ее комнату, аккуратно уложил на кровать и прикрыл одеялом. На прощание оставил легкий поцелуй в голову и уже собирался уходить, как услышал тихое:       — Нет, пожалуйста, не уходи. Мне страшно, я не хочу снова остаться одна.       — Я никогда не оставлю тебя, просто не смогу. Даже с того света достану, — я горько усмехнулся, вспоминая наши словесные перепалки. — Спи спокойно, мой маленький котенок, все будет хорошо, я обещаю тебе.       Чтобы ей было спокойнее, я лег рядом. Она вцепилась в меня, как утопающий цепляется за спасательный круг. Сейчас именно я был ее спасательным кругом и все равно не мог помочь ей. Эту ночь мы провели вместе. Она быстро заснула в моих объятиях, а я не смог этого сделать. Все изучал ее покалеченное собой же тело, не мог насладиться запахом ее духов, который практически выветрился из моей одежды. Все смотрел на ее улыбку и просто наслаждался моментом: мы были вместе, хоть и не так долго, как хотелось.       Утром я аккуратно выпутался из ее объятий, поцеловал на прощание и спокойно ушел в свою комнату. На завтрак спустилась та самая девушка, в которую я влюбился почти полгода назад в Англии: ее глаза светились от счастья, а на лице играла улыбка.       — Доброе утро, почему такая счастливая? — поинтересовался я у девушки.       — Доброе, даже не знаю... Просто проснулась с хорошим настроением, — ответила англичанка.       Как я и думал: она не помнит, что происходило прошлой ночью. Приступы лунатизма... они такие. Главное, что я помню все: каждую мелочь, каждое касание, каждый вздох, каждое слово. И уже никогда не смогу забыть.       — Сам-то чего такой довольный? — вывела меня из своих мыслей девушка.       Не придумав ничего оригинального, я просто ответил.       — Да так, выспался.

***

      — Алекс, 7 утра! Какого черта ты так рано звонишь, — послышалось из телефонной трубки. У меня совсем вылетело из головы, что в Швеции другой часовой пояс: Солнце встает на час позже, чем в Англии, где сейчас находился наш начинающий детектив.       — Доброе, Сэмми. Как спалось? — стараясь хоть немного исправить ситуацию спросил я, но это не сильно помогло.       — Нильсен, ты позвонил так рано, чтобы узнать, как мне спалось? Выкладывай, что тебе нужно! — Сэм, не отличался терпением, поэтому, не медля, я рассказал ему о своих опасениях насчет семейки Кадоган.       — Хахах, да ты с дуба рухнул! Я видел ее, она счастлива выйти за Кристофера, а ты просто все еще не отпустил ее. Ну, конечно, бросить самого Александра Нильсена можно лишь под дулом пистолета. Поумерь свою ревность иначе...       — Нет, лучше ты сейчас меня внимательно послушай, — не дав ему договорить, перебил я. — Не стал бы я просто так звонить тебе с утра пораньше, чтобы повеселить. На кону стоит счастье девушки, которая когда-то была тебе не безразлична. У тебя два варианта: помочь мне или я все сделаю сам! Но только потом не жалуйся, если тебе придётся вытаскивать меня из тюрьмы! Ну так что?       На другом конце провода повисло молчание. Через минуту бывший полицейский все же ответил мне, хоть в его голосе и слышалось сомнение.       — Я посмотрю, что можно сделать с этим. Отправлю своих людей на слежку, а сам наведаюсь в их компанию, если что-то узнаю, кину тебе на почту. И да, Алекс, будь осторожен.       — И ты, Сэм. На связи, — я впервые столько времени спустя назвал его не малышом: не до игр, когда она в опасности.

***

      Уже пару недель мы жили в Англии, в одной из квартир, что достались Агате в наследство от тетушки. Девушка любезно решила нас приютить. Рэйчел помогала ей с подготовкой к свадьбе, а я разбирался с делами по бизнесу. От Сэма давно не было вестей, но в один поздний вечер я, наконец, услышал долгожданный звонок.       — Нет времени на приветствия. Срочно приезжай по адресу, что я скинул тебе по СМС. Я выяснил что происходит, — его голос был обеспокоенным.       Я же даже не успел ответить, как вызов сбросили.       Сэм не обманул, на смартфон действительно пришел адрес. Я накинул свое привычное пальто и выскочил из квартиры, предупредив девушек, что вернусь очень поздно.       Пробитие по картам показало, что место встречи — это кафе, располагавшееся недалеко от агентства нашего японского друга. Приехав на место, Сэма я не обнаружил. На телефонные звонки не поступало ответа, и вот тут я начал серьёзно беспокоится. Не мог же просто так пропасть один из лучших детективов, которых я знаю, причем именно в тот момент, когда он добыл нужную мне информацию.       Вдруг в кафе вошла девушка, лицо которой я точно где-то видел, но не мог вспомнить имени. В ее руках была толстая папка, на которой было написано: в.д. Элизабет Войт, тут меня осенило.       "Точно! Сэм же знакомил нас с ней пару месяцев назад. Представил ее просто коллегой по работе, но я уверен в том, что у них служебный роман. Думаю, она не откажется показать мне его рабочее место".       И я был прав. У Лиз память лучше чем у меня, поэтому она меня сразу узнала. После нескольких вызовов "Милому" она убедила меня в том, что что-то действительно произошло, а так же любезно согласилась сопроводить меня на место, где в последний раз видела его.       Это был небольшой кабинет в темных оттенках, большую часть комнаты занимал огромный письменный стол. На нем лежали стопки бумаг, ноутбук и куча стикеров. На ноутбуке горело одно непрочитанное сообщение, отправителем которого была компания... K.D.Gun? Видимо, малыш Сэмми все же смог пробраться в офис Кадоганов, но это им не слишком понравилось, поэтому его решили убрать.       — Черт, Сэм, я же просил быть тебя осторожным! — пронеслось в моей голове.       В сообщении был лишь набор непонятных мне букв и подпись: "Ты же у нас криптограф, так реши эту головоломку, в ней спасение твоих друзей. P.s. твой Ожуфю" Очевидно, что письмо было адресовано нашей маленькой мисс Харрис.       "Спасение друзей?" Это о нас? Но какая нам опасность грозит? Так, нужно сосредоточиться на буквах: что же скрыто в этом шифре? Думай, Нильсен, думай! Ожуфю... где я слышал это имя? Месть! В самолете с помощью шифра Цезаря Агата смогла расшифровать имя, может здесь тоже он. Всего полчаса и передо мной лежит готовый документ – брачный договор, тот самый, что показывал мне Кристофер.       "Агата сама предложила мне подписать этот договор." Ложь, ей не было бы смысла тогда зашифровывать его. Пожалуй, пришло время мне самому наведаться в офис Кадоганов.

***

      Вот я уже в машине напротив его офиса. Перед этим я, конечно же, убедился в том, что Кристофер тут не появится: Рэйчел сказала мне, что Агата как раз уехала к нему. Единственный раз, когда меня радует то, что она поехала к этому придурку.       И я со спокойной душой направился к главному входу. Офис компании K.D.Gun был не слишком велик: одиноко стоящее здание в 5 этажей на окраине города. Разговорившись с одной из секретарш, я выяснил, что, к моему удивлению, Кристофер Кадоган появляется там каждый день, и в данный момент он сидит в своём кресле.       Вернее уже сидел. Прямо на моих глазах он вышел из кабинета и попрощавшись с персоналом направился к запасному выходу. Меня он не узнал, небольшой грим сделал свое дело. Я направился к лифту, чтобы проследить за ним и тут, о чудо, снова наткнулся на него!       — Всем здравствуйте. Эйприл, я буду в своем кабинете, принесите мне отчет о проделанной работе.       — Сэр, он уже в вашем кабинете. Вы так быстро вернулись.       — В каком смысле? Я только приехал. Вы, должно быть, заработались...       "Если Кристофер только приехал, тогда кто только что ушёл через запасной выход? Фан, это был его близнец!"       Я пулей вылетел из офисов к своей машине. Мне повезло, машина Эдварда только начала выезжать с парковки, я направился за ней следом. Через какое-то время седан остановился на другом конце города у придорожного кафе с большими прозрачными окнами, так что у людей, сидящих около них, можно было рассмотреть ступни. Как раз за таким столиком я увидел знакомые пепельные кудри.       Может, это все же Кристофер решил встретиться с будущей женой? — пронеслась в моей голове призрачная надежда.       Как по часам телефон завибрировал. На него пришло сообщение, от Кристофера Кадогана.       – Привет. Прости, что отвлекаю, просто я не могу найти Агату. Ты случайно не с ней?       Пазл сложился полностью: Агата соврала Рэйчел, что поехала на встречу с Кристофером, ведь на самом деле она поехала сюда, и прямо сейчас к ней направлялся монстр, шантажирующий девушку смертью друзей.       Кристофер действительно был ни в чем не виновен, я даже верю в то, что он думает, что Агата выходит за него из-за взаимной любви. Но все это лишь часть плана, плана психопата, которому было мало смерти Аннет, сошедшего с ума Чарльза. Эдвард не закончил свою месть, и то было лишь началом.       Я видел как его рука опустилась на бедро девушки, видел как она начала подниматься все выше и видел страх в ее глазах, но не мог вмешаться. Вместе с ним в забегаловку вошел один из охранников, в машине сидело еще двое. Если я что-то предприниму, Она может пострадать.       Агата резко сбросила его руку и, вытирая слезы, побежала к выходу. На улице ее уже ждало такси.       Итак, что мы имеем: психопат, который домогается и грозит смертью друзей, т.е. нас, моей девушке и единственный выход избежать этого: выйти за его братца, который не в курсе плана Эдварда, лишить Агату всего, что у нее есть. А теперь главный вопрос: как вытащить ее из этого кошмара наяву?

***

      Вот он, день "Х". Сегодня все закончится, раз и навсегда.       Она так прекрасна: белое кружевное платье, что так подчёркивает ее великолепную фигуру, прическа, над которой явно поработала Рэйчел, идущая с ней под руку, в ее же руках красуется великолепный букет белых лилий, подчеркивающий чистоту ее души.       Церковь украшена цветами, вокруг множество людей, все со стороны жениха, ведь у девушки кроме нас никого не осталось. Ева и Эллиа отправились на поиски отца брюнетки, а Элиза и Данте отказались приехать из-за предстоящих родов. Сэм так и не объявился, я пытался выяснить где он, но безуспешно.       Для всех присутствующих Агата самая счастливая девушка на свете, но лишь я один вижу правду: по ее виску стекает капля пота, щеки намокли от недавно пролитых слез, тонкие изящные пальцы, что не так давно оставили синяки на ее плечах, дрожат от страха. Шаг за шагом она все ближе к цели, но в тоже время идет она все медленнее. Дорогой жених просто сияет: черный костюм, галстук, не хватает только белого коня под руку.       "Прости меня, каттен. Не так я представлял твою свадьбу. Я не допущу того, чтобы ты продолжала быть марионеткой в грязных лапах Эдварда, что стоит сейчас у стены и наблюдает за этим. Я бы сказал, что выйдешь замуж ты лишь по любви, но не могу быть в этом уверен".       Вот она уже у алтаря, смотрит на Кристофера, что читает свадебную клятву.       "Давай, мисс Харрис, ты должна быть сильной, ради меня. Подпиши эти бумаги и все закончится. Я люблю тебя".       Будто услышав мои слова, девушка окинула взглядом зал, поправляя выпавшие из-за уха пряди волос. Ее изумрудные глаза остановились на последнем ряду, на мне.       Я попросил Рэйчел сказать ей, что не смогу присутствовать "из-за боли в все еще кровоточащем сердце" и это правда, но я не мог бросить ее на растерзание семейке Кадоган.       Агата явно не ожидала увидеть меня. Я просто смотрел в ее зеленые глаза, а она — в мои. Это снова повторялось:       — Ты же сказал, что не сможешь придти.       — Я и не смог, тебе кажется, что я здесь. Я лишь призрак в твоем сознании, отпусти меня.       — Нет, нет, нет, я не могу этого сделать, ведь я все еще люблю тебя!       — Я знаю, каттен, я знаю, я тоже люблю тебя, всем своим сердцем. Сделай это ради меня: закончи то, что начала.       Прошло всего несколько секунд, но время для нас будто остановилось. Не было ничего: ни музыки, что играл приглашенный оркестр, ни людей, что обсуждали значение этого брака, ни-че-го. Лишь я и она. Я встал, подошел к ней и, обняв, сказал:       — Все будет хорошо, верь мне.       Конечно, это все было в наших сознаниях, но я знал, что она почувствовала это.       — Кристофер, мне плохо. Я сейчас вернусь. Никуда не уходи, — и девушка выбежала на улицу, а я направился за ней.

***

      — Алекс, не оставляй меня... Прошу... Не отпускай больше!       — Никогда, katten. Никогда.       Мы снова вместе. Она вновь в моих крепких объятиях, и так не хочется ее отпускать. Но сейчас не время для нежностей, нужно закончить то, что мы начали. Я поцеловал девушку в лоб и неохотно выпутался из ее объятий, хоть она немного и сопротивлялась.       Я обернулся назад, недалеко от нас выжидающе стояла Рэйчел с косметичкой в руках. Мой кивок дал ей понять, что пришло время приступить к работе.       — Агата, послушай меня сейчас внимательно, пожалуйста. Ты должна вернуться к алтарю и подписать брачный договор.       Лицо девушки, что пару секунд назад светилось от счастья, в одно мгновение перекосило: улыбка пропала, а в глазах вновь появился страх.       — Что...? Я надеюсь, что мне просто показалось. Ты хочешь, чтобы я вышла за Кристофера после всего что сейчас было? Ты с ними...       Я прервал девушку, чтобы она не сказала того, о чем потом будет жалеть.       — Нет, я не с ними. Я бы с радостью рассказал тебе свой план, но к сожалению у нас нет времени. Ты должна довериться мне, все будет хорошо, просто сделай, как я тебя прошу, ладно?       — Я верю тебе, всегда верила, — ответила мне любовь всей моей жизни.       Рэйчел уже закончила с поправкой макияжа, и они уже вместе направлялись в церковь, когда я одним движением руки остановил, сбежавшую из под венца англичанку, и притянул к себе для поцелуя. Им я хотел показать ей, что наша любовь никуда не исчезла, что эта разлука лишь укрепила ее, и в конце все обязательно будет хорошо. Такой нежный, сладкий и короткий поцелуй, в котором и заключалось самое главное.

***

      Ну вот и все, документ подписан, брак заключен. Твой выход Александр Нильсен.       Я поднялся и, не обращая внимания на присутствующих гостей, подошел прямо к алтарю, у которого стояла Агата и близнецы Кадоган. Мой выход явно произвел фрурор: куча охранников подняли на меня дуло пистолета, хорошо, что за три дня до сего мероприятия я предупредил полицию. Она любезно оказала мне помощь притворившись гостями со стороны англичанки. Вооружённую охрану тут же повязали, а мое представление только начиналось.       Я без зазрения совести подошел к священику и забрал договор, что только что подписали возлюбленные.       — Нильсен, что ты творишь! Ты же обещал, что не будешь вмешиваться! – кричал на меня Кристофер.       — Может и обещал, если бы свадьба была законной и по любви, а это совсем не так. Спроси у своего братца, что стоит рядом с тобой.       Кристофер повернулся и наконец узнал в телохранителе невесты своего брата. Его лицо скривилось от ужаса: он начал догадываться о том, что произошло и что происходило все это время.       — Дамы и господа, пожалуйста, без паники! Сейчас вы видите воссоединение семьи, хоть и таким образом. Теперь прошу уделить мне немножко внимания, — все взгляды были устремлены на меня. На глазах у всех я разорвал в клочья злополучный контракт.       — Нет! Что ты наделал?! — закричал Эдвард. Парень уже доставал пистолет, как вдруг сзади к нему подбежали и вырубили одной из множества стоящих в церкви ваз.       — Как же я давно хотел это сделать! — послышался радостный голос старого друга.       — Сэмми, малыш! Как я рад тебя видеть! — вырвалось из моей груди. На щеке бывшего полицейского красовался сине-фиолетовый синяк, а из губы сочилась кровь. Рядом с ним стояла Элизабет, что не так давно помогла мне разобраться со всем этим. Я попросил ее во время церемонии осмотреть все комнаты в церкви и, как я и ожидал, Сэм был в одной из них.       — Наверное вам интересно, почему же я порвал брачный договор? А я вам отвечу: он был недействителен. Законы Англии запрещают двоебрачие, а наша невеста уже пару дней является миссис Нильсен-Харрис. Священик, вы можете проверить ее паспорт. Кроме того, — я обвел взглядом всех пришедших, — церемонию нельзя считать законной: невесту принудил к этому человек, который скрывался от полиции на протяжении 3 месяцев. Эдвард Кадоган угрожал моей супруге расправой ее родных и близких. А еще и похитил моего любимого детектива Сэмюэля Маккото. Офицер, вы можете увести его.       — Агата, так все это правда? Ты вышла за меня лишь потому, что тебе угрожал мой брат? — в его глазах читалась досада. — Но почему ты не сказала обо всем мне, я мог бы помочь!       — Кристофер, я не хотела тебя впутывать в это. Прости, что играла твоими чувствами, но у меня не было другого выбора. Ты очень хороший, добрый, заботливый и обязательно найдёшь девушку, что полюбит тебя всем сердцем, но это буду не я. Мое уже отдано другому, — англичанка перевела свой взгляд на меня.       Я подошел ближе и, приобняв ее за плечи, обернулся к ребятам.       — Кошмар закончился, пора вернуться домой, — она посмотрела на меня своими ожившими зелеными глазами. — К нам домой.

***

      Наша "семья" вновь вместе. Сэм ведет машину, в этот раз я не стал с ним спорить о том, кто будет за рулем, Рэйчел сидит рядом с ним на переднем, а я и Агата расположились на заднем. Девушка лежала на моих коленях, ее изумрудные глаза смотрели прямо в мои.       — О чем думаешь, миссис Нильсен? — спросил я у нее.       А с переднего сидения послышался голос Рэйчел, которая всматривалась через зеркало заднего вида в мое лицо.       — А тут кстати поподробнее, когда она успела стать твоей женой?       — Ну...

***

За три дня до свадьбы.

      — Рэйч, мне нужна твоя помощь, — девушка с удивлением рассматривала меня, не понимая к чему я веду. Только что я ей рассказал о всем, что выяснил о браке Агаты и Кристофера. — Ты должна стащить у нее паспорт.       — Но, Алекс, это незаконно! Нас могут посадить.       — Если никто и даже она не будут знать об этом, ничего страшного не произойдёт. Тебе надо побыть смелой ради нее! — я многозначительно посмотрел на девушку в надежде, что она согласится помочь мне.       — Уф, ладно, Нильсен! Но это последний раз когда я тебе помогаю. Что я должна сделать?

***

      — Так вот где в тот день был мой паспорт! Я уж думала, что потеряла его вот вы... — Агата потянулась руками к моему лицу, но я перехватил ее кисти и легонько поцеловал маленький носик, что так забавно хмурился возможно впервые за несколько месяцев.       — Если хочешь, мы можем сейчас заехать и развестись. Так уж и быть, я не буду отсуживать у тебя твой только что приобретенный бизнес, хотя... — девушка поднялась и впилась в мои губы жадным поцелуем. Я так отвык от ее прикосновений, но теперь мы вместе и больше никто и никогда нас не разлучит.       — Думал так просто избавишься от меня? Ну уж нет, дорогой супруг, тебе придётся исполнить свой супружеский долг, охранять и оберегать меня от опасностей.       — С честью выполню все это, но предлагаю начать с брачной ночи, что так пока и не состоялась...       — Алекс, мы все еще здесь! – кидая в меня свою сумку с переднего сидения, крикнула Рэйчел.       — Ауч, ладно, я подожду пока мы приедем домой.       Агата положила голову на мое плечо и в моих нежных объятиях начала засыпать, а я все не мог нарадоваться тому, что она здесь, со мной. И все у нас будет хорошо.