Обречённые любить

Несколько дней после этого разговора обстановка в покоях супругов была напряженная. Сначала Кеманкеш обиделся, его сильно задели слова Кесем. «Если я раб, то мне не место на одном ложе с Госпожой». Он стал спать на тахте. Но быстро остыл: «А на что ты надеялся? Ты же знал сразу, что так будет. Ты полюбил сильную гордую женщину, а не распутную девку, которая бросится в объятья любого по зову грешной плоти. Пол мира у её ног и неужели ты думал, что она рискнет променять свою власть, свое положение на какого-то янычара? Почему ты считаешь, что достоин её любви?». Отныне Кеманкеш пытался вести себя так как это было в самом начале их знакомства: смиренно, холодно, отстраненно. Это одновременно радовало и расстраивало Кесем. Радовало, потому что она сумела остановить это сумасшествие, которое затягивало все сильнее и сильнее. Расстраивало, потому что она потеряла свою опору, своего Кеманкеша. Он больше не был ей даже другом. Иногда она думала что если вся эта ситуация с браком и Мурадом разрешится без кровопролития, они смогут вернуться к прежним отношениям. Но в душе понимала, что это уже невозможно. Посмотрев однажды на него как на мужчину, по-другому воспринимать не могла. За последнюю неделю Кесем окрепла от своего недуга и чувствовала себя заметно лучше, за что в душе благодарила Кеманкеша. Несмотря на все напряжение между ними, он продолжал четко выполнять предписания лекарей. Как-то утром вместе с едой в покои принесли шикарное темно-зеленое платье, украшенное шитьем, с подчеркивающим талию корсетом и шелковыми нижними юбками. К платью прилагались туфли и украшения с изумрудами: колье, серьги и аккуратная диадема. — Что это? Вы часом не ошиблись покоями? — Нет, Госпожа. Это велел принести Повелитель. Сегодня вечером вы приглашены во дворец на ужин. — Этого еще не хватало! Как наложница какая-то. Унесите все! — Шах сказал, что если вы будете противиться, вам же хуже будет. У него для вас есть выгодное предложение. — Кесем нахмурилось, а вдруг и правда что-то важное? — Если вам все еще интересно моё мнение, Султанша, идти к этому негодяю опасно. — выразил беспокойство Кеманкеш. — Ума не приложу, чего он добивается. Надо бы узнать. К тому же выбора у меня, похоже, нет. Вечером она облачилась во все, что ей прислал Сефи и стала ждать. На Кеманкеше лица не было, предчувствие ему подсказывало, что шах зовет Кесем не чай пить. — Откажитесь от этой идеи пока не поздно! — молил мужчина. — Я пойду и точка. Мое решение не обсуждается. Кесем привели в красиво украшенный арабесками и хрустальными канделябрами зал. Посередине стоял стол с разнообразными яствами. — Присаживайтесь, Кесем Султан, будьте моей гостьей. — Лучше сразу скажи, что тебе от меня надо, персидская гиена! — Зачем же так грубо? Я ведь по-доброму. Слышал, что вы болели сильно, но слава Аллаху, поправились. Я не в чем вам не отказываю, ни в еде, ни в крове, не в лекарях. Вы гостите у меня в комфортных условиях, грех обижаться. — Ты вызвал меня сюда поговорить о том, как я живу в твоем сарае? Я пленница и хоть золотом осыпь, мне будет тошно. — А ведь могу и осыпать! — Что ты мелешь? Какого черта тебе надо? — Со дня нашего знакомства я не могу забыть тебя, Кесем Султан. Ты настолько дерзкая и одновременно притягательная, что мне хочется взять эту неприступную крепость. — Совсем ошалел, бешеный шайтан?! Ты ж мне в сыновья годишься! — Я предлагаю тебе занять почетное место в моем гареме со всеми привилегиями. Будешь жить как королева. Взамен я сохраню жизнь твоему сыну, когда настанет день. — Еще неизвестно кто кого одолеет, нечестивец! Пугать меня вздумал? Да я лучше вены себе вскрою, чем на одну кровать с тобой лягу. К тому же, может ты забыл, что сам выдал меня замуж три недели назад? — Как выдал, так и разведу. Или что, думаешь, что твой Паша лучше меня в постели? — Пес безродный, гиена огненная, да отсохнет твой поганый язык. Как ты смеешь себя сравнивать с моим мужем? Как смеешь бросаться такими грязными сравнениями? Ты и волоса его не стоишь. — Влюбленная женщина страшна в гневе. Ты не оставляешь другого выбора, как сделать тебя вдовой. — Да ты…! Только тронь его! Я перегрызу тебе глотку! Обрушу всю Персию на твою голову, мразь! — Что же, вижу, что наш разговор не задался. Стража, уведите! В это время Кеманкеш не находил себе места. Он прокручивал самые страшные варианты: его любимая уже мертва, её лапает шах или он отдал Кесем на забаву какому-нибудь мерзкому типу. В отчаянии он стал бить ногами дверь до физического изнеможения и истощения душевных сил. Когда Султанша вернулась целой и невредимой, Кеманкеш в порыве чувств крепко обнял её. Все его обиды и сомнения вмиг рассеялись. Он слишком любил эту женщину и никто, включая ее саму, не мог этого изменить.