***
- Ты можешь мне нормально объяснить, что за бред в твоей голове! С какого перепуга ты вообще решил, что приносишь несчастья? - кричала на него Целительница, а рядом стоял Вэнь Нин, кивая в подтверждение слов сестры. - Так как Вэй Усянь вернул ему сознание, что было достаточно легко, учитывая какой силой он обладает, то Цюнлинь тоже подключился к сестре в миссии по добыванию ответов. —Вэнь Цин, да как ты не понимаешь. Я темный заклинатель. Тем более меня все считают мертвым. В самом деле я и есть прославленное "Призрачное бедствие". Вы всегда будете в опасности со мной. - Если мне не изменяет память, а она мне не изменяет! То ты говорил, что вокруг горы стоит барьер, который никого не пускает, кроме тех, кому ты сам разрешил войти. Так что хватит нести чушь, Вэй Усянь. И скажи правду! В самом деле, я была той кто вырезала тебе ядро, и ты думаешь, я не пойму причины по которой ты сходишь с ума!? - Сестра...может не стоит так давить на господина Вэя. - попытался успокоить свою разошедшуюся сестру, Вэнь Нин. - Ну нет уж. Говори! - буквально приказала целительница. - Говорить! Хорошо! Я Бог Смерти, Вэнь Цин! Я пресловутый Бог Смерти... - горько проговорил Вэй Ин. - Я не могу приносить что-либо хорошее. Вокруг меня всегда будет смерть. - Да что ты несешь, Вэй Усянь! - от сказанного, Вэнь Цин пришла в крайнюю степень ярости. - Если ты думал провести меня таким нелепым образом..! - Я говорю правду! Да ты сама подумай! Да будь я хоть трижды темным заклинателем, разве мог бы я полностью очистить гору от энергии злобы! Разве мог бы я, без проблем вернуть сознание Вэнь Нину. Разве смог бы я уничтожать армии, не причиняя им ни физического, ни духовного вреда? - Не успел Вэй Усянь опомниться, как уже был обездвижен с помощю игл Вэнь Цин. - Я сама проверю, что мог, а что не мог. Вэнь Нин перенеси его на кровать. - отдала приказ Вэнь Цин - Это невозможно... - пораженно выдохнула целитель, наконец-то снимая с Вэй Усяня оцепенение. - У тебя сформировано темное ядро. Буквально по всем твоим каналам где раньше циркулировала светлая Ци, теперь проходит темная. Она полностю поддерживает твой организм, не давая тебе умереть, буквально делает тебя бессмертным! - Теперь ты мне веришь? - невесело усмехнулся Вэй Ин. - Как это произошло? - кивнув, спросила Вэнь Цин. - Когда я спустился с горы после операции, меня поймал Вэнь Чао со своей свитой. Они сбросили меня с горы Луаньцзан. Я бы разбился насмерть, но мне повезло зацепиться за край уступа. Удержаться то я не удержался, но отделался только переломами. Соответственно мое присутствие привлекло темную энергию, а на ее зов, как я понял, пришло оно. - Оно? - Это был уже не Бог, скорее какая-то демоническая сущность, почти полностью лишившаяся разума. - Что ты имеешь в виду, говоря почти? Разве такое возможно? - Вэнь Цин была очень озадачена. Она еще никогда не слышала о чем-то подобном. И страшно вообще представить, что это "нечто" было тем, что обитало на этой проклятой горе. - То и имею. С одной стороны его мысли были бессвязны. И опережая твой вопрос, да оно общалось со мной мысленно. Но в том то и дело, что только с одной. Я пытался с ним общаться, но я мало что понял. Основным было то, что оно по каким-то причинам не хочет выходить наружу. Будто само себя заперло. Оно не отвечало на вопрос почему. Говорило, что не знает. А потом со мной начала говорить темная энергия. Она спросила хочу ли я жить, хочу ли защитить семью, отомстить. И когда я ответил — да. Меня будто пронзило тысяча игл. Это было невыносимо. Буквально до сумасшествия. Перед глазами стали мелькать картинки. Воспоминания прошлых богов и озлобленных душ находящихся в кургане, сплетались в одну кучу вместе с моими. Я не знаю выбрался бы я от туда, если бы не Лань Чжань. - Что? Причем здесь второй нефрит? - сказать, что Вэнь Цин была удивлена, это не сказать ничего. - Он играл призыв, расспрашивал души, не видели ли они меня. Он был совершенно в другом месте, но я все равно слышал его мелодию. А потом пришли души дяди Цзян и Мадам Юй. Она кричала и ругалась на меня за то, что я не могу справиться с какими-то воспоминаниями, а дядя Цзян улыбался подбадривающей улыбкой и говорил, что я справлюсь, должен справиться. Вместе с мелодией Лань Чжаня, они показали мне путь к свету, буквально вытаскивая меня из пучины боли. Если бы не они, то скорее всего я стал бы таким же, как и то нечто. После я провел еще три месяца, пытаясь научиться контролировать доставшуюся мне силу. Но если честно, я сейчас думаю,что лучше бы я умер еще тогда... - Идиот! - Из пучины мыслей его выдернул смачный подзатыльник. Да, у Вэнь Цин тяжелая рука. - Ты действительно еще тогда мозгами повредился! - не успел он отойти от одного, как сразу же за ним прилетел другой такой же мощный удар. - Кто сказал, что если ты получил силу Бога Смерти, то ты приносишь одни несчастья, и смерть!? Умереть он вздумал, как же! Смотри на меня! Нет! - Вэнь Цин с силой дернула его за руку и потащила на выход из пещеры, ткнув пальцем в работающих людей. - Все мы, все мы живы только благодаря тебе! И ты еще смеешь утверждать, что ты приносишь только смерть!? Смотри на этих людей! Они счастливы только благодаря тебе! Смотри на этого ребенка! — Она ткнула пальцем в, резвящегося и путающегося под ногами, А-Юаня. — Он уже считает тебя чуть ли не отцом! Ты его спас, не я! Ты спас всех этих людей. Ты! Бог Смерти спас всех нас! И ты обеспечил спокойствие жителям Илин. Все они были готовы тебе помочь, когда я умоляла тебя спасти А-Нина! Вэй Усянь все что ты надумал — бред собачий и ничего более! Так что, хочешь ты того или нет, а мы остаемся! И я ни хочу ничего слышать более! - вздернув подбородок, целительница покинула Вэй Усяня, оставив его размышлять над её словами. Вэнь Нин, осмотрев Вэй Ина, тоже пошел вслед за сестрой. А сам Вэй Усянь, все еще замерев, прокручивал слова Вэнь Цин.***
Вот так и получилось, что у подножья горы Луаньцзан сформировалась небольшая деревушка, где выращивали редис. Сам он постепенно стал освобождать гору от завала трупов. Отделил определенный край ущелья, и с помощью контроля мертвецов, стал постепенно сжигать трупы, даруя им успокоение души. И вскоре гора начала покрываться травой. То здесь, то там всходили маленькие зеленые листочки. А еще пуще прежнего стала цвести Хаганбана, причем самых разных цветов, что очень нравилось Вэй Усяню.