Будущее, которого не будет. Принц-Полукровка

На третий день (вернее, ночь) пребывания Поттеров в поместье Гринграсс, они вновь оказались в Большом Зале Хогвартса, где на кафедре, с томом Принца-Полукровки, оказался Дамблдор. И все как-то сразу поняли: теперь он будет единственным чтецом и никаких рокировок более не будет. Старику это очень не нравилось, но спорить он не мог. Глава 6 ЗИГЗАГ МАЛФОЯ — Очень любопытно, — заметил старший представитель данного рода. — Интересно, которого из нас троих? — Ну, судя по… Либо ты, либо Драко, — подумав, сказала Нарцисса. — Интересно, в чём он «заключался»? Но я в любом случае рада, что этого не произойдёт в реальности… Следующие несколько недель Гарри прожил в «Норе», не выходя за пределы сада. — Можно подумать, что вы держали его в плену, а не в гостях, — заметила мадам Боунс, глядя на Уизли. — Но, Амелия, этого не было… — А когда он гостил у вас в другое время? — А квиддич? — Полагаю, вам просто намекнули на то, что хорошо бы сводить туда Гарри. И то — если бы не ваше предубеждение против этой игры, мальчик опять-таки мог туда не попасть. Целыми днями играли в квиддич двое на двое (Гарри и Гермиона против Рона и Джинни; Гермиона играла ужасно, а Джинни — хорошо, так что в целом силы уравнивались), а по вечерам Гарри объедался тройными порциями всяческих вкусностей, которые готовила для него миссис Уизли. — Хоть что-то «было» хотя бы относительно хорошо, — вздохнула Молли. Это были бы мирные, счастливые каникулы, если бы в «Ежедневном пророке» не появлялись чуть ли не каждый день сообщения о загадочных несчастных случаях, о пропавших без вести, а то и погибших волшебниках. Иногда Билл и мистер Уизли приносили новости еще раньше, чем они появлялись в газете. К большому огорчению миссис Уизли, шестнадцатый день рождения Гарри был омрачен зловещими рассказами Римуса Люпина, пришедшего на праздник изможденным и посуровевшим, с сединой в каштановых волосах; одежда у него была еще более рваная и заплатанная, чем обычно. — Не удивительно, я посмотрел — луна как раз накануне пошла на убыль, — вздохнул Ремус. Накануне он принял очередную дозу лекарства и, по мнению Снейпа, она должна была стать последней — и последней точкой во взаимоотношениях Люпина с полной луной — ему предстояло стать самым обычным анимагом. Ему даже удалось превратиться в волка — днём и, хотя волк сохранил немало общего с оборотнем, но были уже серьёзные отличия. — Было еще два-три случая нападения дементоров, — сообщил он, пока миссис Уизли отрезала для него большой кусок именинного торта. — Игоря Каркарова нашли мертвым в какой-то хибарке далеко на севере. Над ней была оставлена Черная Метка. Честно говоря, меня удивляет, что он еще год прожил после того, как сбежал от Пожирателей смерти; Регулус, брат Сириуса, продержался всего несколько дней, если я правильно помню. — Он вообще нисколько не продержался, его не нашли вовсе, — сказал Волдеморт, глядя на означенного Регулуса. — Ну, извините, я в самый день побега уже свёл знакомство с крайне неприятными тварями, — содрогнулся лорд Блэк. — А потом Мунго… — Обязательно напоминать об этом кошмаре? — возмутился старший брат. — Ну, у меня была пара тайников, — хмыкнул тот-кто-ещё-год-прожил-после-побега. — И вообще подозреваю, что меня кто-то сдал бывшим дружкам. — И я даже знаю, кто, — сказал Люциус. — По крайней мере, догадываюсь. Зная тебя… Наверняка это был Долохов или кто-то из его дружков. И «убивали» наверняка они. — Это верно, — хмыкнул Северус. — Ведь был уговор — если кто предаст и… То, даже если Лорд решит лично покарать предателя, то привести к нему жертву должен один из ближайшего окружения оной. — А вас кто должен был привести? — спросил кто-то из слизеринцев. — Люциус. И, соответственно, я должен был либо убить Люциуса, либо привести его к Лорду. Игорь был «закреплён» за Долоховым. — Да-да, — сказала миссис Уизли, нахмурившись, — может быть, лучше поговорим о чем-нибудь дру… — Слыхал про Флориана Фортескью, Римус? — спросил Билл, которому Флер усердно подливала вина. — Того, что содержал… — Кафе-мороженое в Косом переулке? — перебил Гарри, чувствуя неприятную пустоту внутри. — Он меня бесплатно угощал мороженым. Что с ним случилось? — Его уволокли, судя по тому, в каком виде было заведение. — Почему? — спросил Рон. Миссис Уизли предостерегающе взглянула на Билла. — Кто знает? Должно быть, чем-то их разозлил. Хороший он был человек, Флориан. — Скорее, для того, чтобы навести панику, — сказал Люциус. — Владелец одного из самых популярных кафе-мороженых магической Южной Англии… Это могло многих вывести из колеи. Плюс — демонстрация того, что даже простые обыватели не могут чувствовать себя в безопасности… — Кстати о Косом переулке, — заметил мистер Уизли. — Похоже, лавка Олливандера тоже того. — Который делал волшебные палочки? — испуганно спросила Джинни. — Он самый. Магазин стоит пустой. Никаких следов борьбы. Никто не знает, сам он ушел или его похитили. — А волшебные палочки? Как же теперь без них? — Придется обращаться к другим изготовителям, — ответил Люпин. — Но Олливандер был лучшим, и, если он перешел на другую сторону, для нас это не очень хорошо. — Он ОДИН из лучших, — сказала Амелия. — Есть мастера… Но они очень часто отступают от принятого стандарта, кто по мелочам, кто-то серьёзно… А некоторые обслуживают лишь строго определённые круги и не содержат магазинов, как таковых, клиенты сами их находят… И нечего заводиться, Долорес, — одёрнула она бывшую коллегу, — ваша палочка тоже была… Работа Остина Бродли, если не ошибаюсь, его раз в пять лет регулярно штрафовали за то, что он использует не те материалы… На следующий день после этого мрачноватого дня рождения прибыли письма из Хогвартса со списками учебной литературы. Гарри в письме ждал сюрприз: его назначили капитаном команды по квиддичу. — Теперь у тебя равный статус со старостами! — радостно воскликнула Гермиона. — Ты сможешь пользоваться нашей ванной комнатой и так далее! — Мисс Грейнджер?! — Но ведь у капитанов и в самом деле достаточно привилегий, — смутилась девушка. — И я подумала бы о том, что могло бы больше всего заинтересовать друга. — Ого, я помню, у Чарли был такой, — сказал Рон, восхищенно рассматривая капитанский значок. — Гарри, это классно, ты теперь мой капитан… Если, конечно, примешь меня снова в команду, ха-ха! — Что ж, видимо, больше уже нельзя тянуть с походом в Косой переулок, — вздохнула миссис Уизли, просматривая список учебников Рона. — Отправимся в субботу, если только папу опять не вызовут на службу. Без него я с места не сдвинусь. — Мам, ну ты что, серьезно думаешь, что Сама-Знаешь-Кто прячется за книжными полками у «Флориш и Блоттс»? — захихикал Рон. — А Фортескью и Олливандер, по-твоему, просто решили взять отпуск? — немедленно вспыхнула миссис Уизли. — Если правила безопасности кажутся тебе смешными, можешь остаться дома, я сама тебе все куплю! — Нет, я пойду с вами, хочется посмотреть магазин Фреда и Джорджа! — поспешно отозвался Рон. — В таком случае, придержите язык, молодой человек, пока я не решила, что вы еще не доросли, чтоб идти с нами! — отрезала миссис Уизли, схватила свои любимые часы, на которых все девять стрелок по-прежнему показывали смертельную опасность, и кое-как установила их на стопке только что выстиранных полотенец. — И между прочим, к возвращению в Хогвартс это тоже относится! — Неужели ты могла бы не пустить их в школу?! — возмутился Чарльз. — Джинни пришлось бы по всякому, — сказала МакГонагалл. — Согласно закону, пять лет обучения — обязательны. Даже если бы вы захотели перевести мисс Уизли на домашнюю форму обучения с необходимостью… Вам пришлось бы выплатить в Отдел Магического Образования очень большую сумму штрафа и оплачивать те экзамены, которые в школе сдаются бесплатно. А вот Рональд уже сдал СОВ и не обязан возвращаться в школу. Правда, он не смог бы найти хорошую работу… Но это уже его проблемы. Рон недоверчиво оглянулся на Гарри. Его мама тем временем подхватила в охапку бельевую корзину вместе с угрожающе покачивающимися часами и в гневе вылетела из комнаты. — Фу-ты, уже и пошутить нельзя… Но следующие несколько дней Рон был очень осторожен и не позволял себе шуточек по поводу Волдеморта. Настало утро субботы, миссис Уизли больше не накидывалась на своих детей, хотя за завтраком держалась очень напряженно. Билл, который должен был остаться дома с Флер (к большой радости Гермионы и Джинни), протянул Гарри через стол туго набитый мешочек с деньгами. — А мне? — сразу же потребовал Рон, широко раскрыв глаза. — Балда, это же его собственные, — усмехнулся Билл. — Я их взял для тебя из сейфа, Гарри, а то сейчас у посетителей часов пять уходит на то, чтобы получить свое золото. Гоблины из соображений безопасности завинтили все гайки. Два дня назад у Арки Филпотта во время проверки на честность зонд застрял в… В общем, поверь мне, так будет намного проще. — Я ОЧЕНЬ НАДЕЮСЬ, — Джеймс посмотрел на рыжее семейство, — что в реальности ни у кого, кроме Гарри, нет доступа к хранилищам?! — Нет-нет, что вы, лорд Поттер, — замахал рукой Билл. — Правда, до… некоторого времени Альбус был магическим опекуном Гарри и мог выдать доверенность… Но теперь она недействительна в силу целого ряда причин. Меня сейчас больше возмущает реакция Рональда — не думал, что он может быть алчным и завистливым. — Последнее он здесь уже неоднократно демонстрировал, — сказал Чарльз. Рональд покраснел. — Спасибо, Билл, — сказал Гарри, пряча золото в карман. — Он всьегда такой заботливый, — восхищенно промурлыкала Флер, поглаживая Билла по носу. Джинни за спиной у Флер сделала вид, будто ее стошнило прямо в тарелку с кашей. Гарри поперхнулся кукурузными хлопьями, и Рону пришлось похлопать его по спине. День выдался пасмурный. Когда они вышли из дома, натягивая плащи, во дворе их дожидалась спецмашина из Министерства. Гарри однажды уже ездил на такой. — Здорово, что папе снова их дают, — одобрил Рон, удобно развалившись на сиденье. — Словно министерство нуждается в вашем одобрении, — сухо сказал Скримджер. — Наверняка это было бы сделано с единственной целью обеспечения максимальной безопасности одного строго определённого лица, и это не вы, мистер Уизли Машина мягко тронулась с места и покатила прочь от «Норы». Билл и Флер махали вслед из кухонного окна. Рон, Гарри, Гермиона и Джинни с комфортом разместились на широком заднем сиденье. — Ты там не особо привыкай, это только из-за Гарри, — предупредил мистер Уизли через плечо. Они с миссис Уизли сидели впереди, рядом с министерским шофером; переднее сиденье услужливо растянулось, превратившись в некое подобие двухместного диванчика. — Его теперь охраняют по высшему разряду. И в «Дырявом котле» нас тоже встретит усиленная охрана. Гарри промолчал; его совсем не привлекала перспектива ходить по магазинам в сопровождении батальона мракоборцев. Мантия-невидимка припрятана у него в сумке, и если этого достаточно для Дамблдора, должно быть достаточно и для Министерства, хотя, если подумать, вряд ли в Министерстве знают о его мантии. — Приехали, — на удивление скоро объявил шофер, впервые за время поездки заговорив, и остановил машину на Чаринг-Кросс-роуд, у входа в «Дырявый котел». — Я вас тут подожду. Когда примерно вернетесь? — Часа через два, я думаю, — сказал мистер Уизли. — А, прекрасно, он уже здесь! Гарри вслед за мистером Уизли выглянул в окно, и сердце у него радостно забилось. Возле кабачка его не поджидал отряд мракоборцев, зато там виднелась громадная бородатая фигура Рубеуса Хагрида, хогвартского лесничего, в длинной бобровой шубе, расплывшегося в улыбке при виде Гарри и совершенно не замечающего изумленных взглядов проходящих мимо маглов. — Гарри! — прогудел он и сгреб Гарри в сокрушительные объятия, едва тот вылез из машины. — Клювокрыл… то есть я хотел сказать Махаон… Видел бы ты его, Гарри, он так радуется, что снова может полетать на свободе… — Я рад, что ему хорошо, — ответил Гарри, улыбаясь до ушей и потирая ребра. — Мы и не знали, что «охрана» — это ты! — Да, но вот только прежде тебе понадобилась бы охрана для защиты от такого охранника, — рассмеялась Тонкс. — И вообще, я не понимаю, кто только мог додуматься послать за Гарри такую примечательную во всех смыслах личность? — Так я же… — Хагрид, ты, конечно, добрый и никто здесь даже не сомневается, что ты любишь Гарри, но… Привлекать к нему дополнительное внимание не стоило, — сказала девушка. — Точно, совсем как в старые добрые времена, а? Понимаешь, министерские хотели прислать толпу мракоборцев, но Дамблдор сказал, что меня одного хватит, — гордо сообщил Хагрид, выпятив грудь и зацепив большими пальцами за карманы. — Ну что же, в некотором смысле… Это и в самом деле было бы лучше, — сказал Кингсли. Впервые на памяти Гарри в «Дырявом котле» было пусто. Только Том, морщинистый и беззубый хозяин паба, оставался на своем посту. Он с надеждой поднял взгляд, когда они вошли, но не успел сказать и слова, как Хагрид с важным видом произнес: — Нам только пройти, Том, ты же понимаешь — хогвартское дело. Том уныло кивнул и снова стал протирать стаканы. — Во время первой войны многие заведения разорились, — вздохнул Сириус. — Кажется, чтобы помочь Тому… ведь Дырявый Котёл — заведение с древней историей… Ему было разрешено брать плату за проход в Косой переулок, а другие были закрыты, только благодаря этому он и выстоял… А после… Плата была упразднена. Косой переулок изменился. Пестрые сверкающие витрины с выставленными в них книгами заклинаний, котлами и ингредиентами для волшебных зелий были наглухо заклеены плакатами Министерства магии. На большей части этих мрачных темно-фиолетовых плакатов были размещены движущиеся черно-белые фотографии известных Пожирателей смерти, скрывающихся от поимки. С витрины ближайшей аптеки кривила губы в презрительной усмешке Беллатриса Лестрейндж. Несколько окон были заколочены досками, в том числе и витрина кафе-мороженого Флориана Фортескью. Зато по всей улице, как грибы после дождя, высыпали обшарпанного вида лотки и палатки. У ближайшего лотка возле входа в книжный магазин «Флориш и Блоттс» к полосатому тенту был приколот кусок картона с надписью: «Высокоэффективные амулеты против оборотней, дементоров и инферналов». — Ха. Ха. Ха, — только и заметил это официально-всё-ещё-оборотень. — Уверен, владелец никогда в живую не видел никого из них, если в принципе знал об их существовании. Тощенький волшебник бренчал связками серебряных подвесок на цепочках, зазывая прохожих. — Не желаете амулетик для девочки, сударыня? — окликнул он проходившую мимо миссис Уизли и масляно улыбнулся Джинни. — Защитить ее прелестную шейку! — Был бы я сейчас на дежурстве… — проворчал мистер Уизли, сердито глядя на продавца амулетов. — Да, милый, только не надо сейчас никого арестовывать, мы очень спешим, — сказала миссис Уизли, озабоченно просматривая список. — Наверное, для начала следует зайти к мадам Малкин, Гермионе нужна новая парадная мантия, а Рону школьная форма едва достает до щиколоток, и тебе, Гарри, тоже, верно, понадобится новая школьная мантия, ты так вырос… Идемте, все! — Молли, какой смысл всем тащиться к мадам Малкин? — возразил мистер Уизли. — Пусть они трое идут с Хагридом, а мы пока пойдем во «Флориш и Блоттс», купим на всех учебники. — Вполне разумно, — сказал Кингсли. — В любом случае, к Малкин вас всей толпой бы не пропустили, тем более в такое время, там и обычно-то больше пяти человек одновременно не обслуживают. — Ну, не знаю, — нерешительно ответила миссис Уизли. Ей явно хотелось побыстрее закончить покупки, но не хватало духу выпустить из-под надзора часть своего стада. — Хагрид, как ты думаешь? — Не переживай, Молли, со мной не пропадут! — успокоил ее Хагрид, беззаботно махнув ручищей размером с крышку от мусорного бака. — Разве только в бочке с навозом, — рассмеялись многие, вспомнив одну из глав второй книги. Хагрид смутился, но потом тоже посмеялся над своей былой неуклюжестью — после того, как он сравнялся ростом просто с высокими людьми, а мадам Максим дополнительно посадила жениха на диету в его движениях появилось больше… даже определённой грации и он меньше травмировал окружающих. Миссис Уизли смотрела с сомнением, но все-таки согласилась разделить силы. Сама она вместе с мужем и Джинни поспешила в книжный магазин «Флориш и Блоттс», а Гарри, Рон, Гермиона и Хагрид отправились к мадам Малкин. Гарри заметил, что у многих прохожих был такой же затравленный, встревоженный вид, как и у миссис Уизли. Люди больше не останавливались поболтать друг с другом, держались тесными группами, торопливо делали покупки, не отвлекаясь от своей задачи, и явно старались не ходить по одному. — Вполне даже разумно, — сказал Сириус. — Наверное, все вместе мы туда не влезем, — сказал Хагрид, остановившись у входа в заведение мадам Малкин и нагибаясь, чтобы заглянуть в окно. — Я лучше посторожу снаружи, идет? — Ну вот — а если там были бы Пожиратели? — схватилась за сердце Молли. — Надо было идти всем вместе, тогда хотя бы Артур смог бы сопровождать ребят, или я! — Да, разделиться можно было бы иначе или заранее наставить Хагрида так, чтобы он втискивался в магазин, — сказал Доулиш. Так что Гарри, Рон и Гермиона вошли в лавку втроем. На первый взгляд помещение казалось пустым, но не успела дверь за ними закрыться, как из-за стойки с парадными мантиями в синих и зеленых блестках донесся знакомый голос: — Уже не ребенок, если ты случайно не заметила, мама. Я прекрасно могу сам купить все, что мне нужно. Кто-то прищелкнул языком, и Гарри узнал голос мадам Малкин: — Ну что ты, милый, твоя мама совершенно права, сейчас никому не стоит ходить в одиночку, и дело тут вовсе не в возрасте… — Просто я очень беспокоюсь за тебя, сынок, а в данной ситуации тревога усилилась бы многократно, — сказала Нарцисса. — В Хогвартсе за тобой бы присматривал Северус, причём я более, чем уверена, что он бы сделал это и без моих мольб, но… Я к тому времени «потеряла» мужа и боялась, что ещё и с сыном что-то случится… — Мам, всё в порядке, — Драко и Люциус обняли женщину с двух сторон, даже Уизли изобразили нечто, вроде улыбки при виде семейной идиллии Малфоев. — Куда булавками тычете! Поосторожней, пожалуйста! Из-за стойки показался мальчик-подросток с бледным лицом, заостренным подбородком и светлыми, почти белыми волосами, одетый в красивую темно-зеленую мантию, у которой подол и рукава были подколоты булавками. Он подошел к зеркалу и стал себя рассматривать; прошло с полминуты, пока он заметил отражение Гарри, Рона и Гермионы у себя за плечом. Его светло-серые глаза сощурились. — Если тебя удивляет, мама, что это за вонь, так сюда только что вошла грязнокровка, — произнес Драко Малфой. — А вот за это слово я бы тебе дома устроила, — сказала леди Малфой. — Безусловно, в магазине скандал не стала бы поднимать… — Хммм, — промычал чтец, качая головой, отчего многие насторожились. — Ну-ка, что за выражения у меня в магазине? — воскликнула мадам Малкин, выбегая из-за вешалки с сантиметром и волшебной палочкой в руках. — И попрошу не размахивать здесь волшебными палочками! — прибавила она, взглянув в сторону двери, так как Гарри и Рон уже выхватили свои палочки и нацелили их на Малфоя. Гермиона, стоявшая чуть позади, зашептала: — Не надо, не связывайтесь, честное слово, не стоит он того… — Ага, как будто вы посмеете колдовать, когда не в школе, — издевался Малфой. — Кто это тебе глаз подбил, Грэйнджер? Я хочу послать ему цветы! — Довольно! — резко одернула его мадам Малкин, оглядываясь в поисках поддержки. — Мадам… прошу вас… Из-за вешалки неспешной походкой вышла Нарцисса Малфой. — Уберите это немедленно! — холодно приказала она Гарри и Рону. — Если вы еще раз нападете на моего сына, я добьюсь, чтобы этот поступок стал последним в вашей жизни. — Да ну? — сказал Гарри, отступая на шаг и глядя прямо в ухоженное надменное лицо, несмотря на бледность так похожее на лицо ее сестры. Гарри был теперь с ней одного роста. — А что вы сделаете, натравите на нас своих дружков, Пожирателей смерти? Мадам Малкин взвизгнула и схватилась за сердце: — Как можно говорить такие вещи… рискованные обвинения… Да уберите, пожалуйста, волшебные палочки! Но Гарри не опустил палочку. Нарцисса Малфой гадко улыбнулась: — Я вижу, будучи любимчиком Дамблдора, ты воображаешь, что тебе все нипочем, Гарри Поттер. Но Дамблдор не всегда будет рядом, чтобы защитить тебя. Гарри с насмешкой огляделся по сторонам. — Ой, смотрите, его здесь нет! Чего же вы ждете, пользуйтесь случаем! Может, для вас подберут двухместную камеру в Азкабане, будете сидеть вместе со своим бездарным мужем! Малфой сделал движение, как будто хотел кинуться на Гарри, но споткнулся, наступив на подол слишком длинной мантии. Рон громко захохотал. — Не смей так разговаривать с моей мамой, Поттер! — прорычал Малфой. — Ничего страшного, Драко. — Нарцисса удержала сына, положив ему на плечо руку с тонкими белыми пальцами. — Я думаю, Поттер встретится со своим обожаемым Сириусом раньше, чем я с Люциусом. — Леди Малфой? — многие — в первую очередь ученики означенной аристократки посмотрели на неё. Та смутилась, но повернулась к Гарри. — Простите, мастер Поттер, но не скажете ли вы, почему данная — не спорю, крайне безобразная сцена — всё же не нарушает правил магического поведения? Прошу вас, я это объясняла на уроках. — Независимо от того, что бы там ни сказал мастер Малфой, — Гарри кивнул вечному оппоненту, — я должен был держать себя в руках и не проявлять столь открыто агрессию в общественном месте, что в моём случае тем более недопустимо, что я принадлежу к роду, не уступающему роду Малфоев по своему происхождению. Допустив несколько… крайне безобразных намёков в адрес аристократки, тем более, аристократки, которая персонально передо мной не была ни в чём виновной — у меня были только основания подозревать леди Малфой в том, что она поддерживает… — мальчик бросил взгляд в сторону Тёмного Лорда, — на том основании, что она замужем за Пожирателем Смерти и… но не было никаких доказательств этого. Позволив себе подобную… бестактность, я создал ситуацию, при которой леди Малфой также могла ответить столь же приятным для меня высказыванием. И — я прошу леди и лорда Малфой, а также Драко, поверить, что теперь я… — У нас в этом нет ни малейших сомнений. Также я хотела бы добавить от себя: безусловно, мы с Люциусом не могли не знать о существующих между вами и Драко конфликте, но не знали, что и он также совершал поступки, спровоцировавшие данный конфликт, он представлял всё так, словно вы беспричинно нападали на него, а он получал все травмы исключительно при самообороне. И - в данных обстоятельствах могло сказаться нервное напряжение... У Блэков - а я урождённая Блэк - порой случается такое, что при сильном стрессе - а я полагаю, что присутствующие здесь женщины согласятся, что угроза, нависшая над ребёнком, не могла не привести к оному - даже этикет вылетает из головы. Достаточно малейшего толчка... Беллатрис оттого и обезумела в конечном итоге. — Гарри отвел назад волшебную палочку. — Гарри, не надо! — взмолилась Гермиона, повиснув у него на руке. — Опомнись… тебе нельзя… у тебя будут такие неприятности… Мадам Малкин, потоптавшись на месте, решила сделать вид, будто ничего не происходит — видимо, надеясь, что тогда ничего и не произойдет. Она наклонилась к Малфою, все еще злобно сверкавшему глазами в сторону Гарри. — По-моему, левый рукав нужно еще немножечко укоротить, милый, дай-ка я сейчас… — Ай! — заорал Малфой и вырвал руку. — Смотри, куда булавки втыкаешь, женщина! Мама, я, пожалуй, не возьму эти тряпки… Он стащил мантию через голову и швырнул на пол к ногам мадам Малкин. — Ты прав, Драко, — сказала Нарцисса, презрительно взглянув на Гермиону. — Когда я вижу, какое отребье здесь обслуживают… Пойдем лучше к «Твилфитту и Таттингу». С этими словами парочка гордо покинула магазин. Малфой по дороге к выходу постарался как можно сильнее задеть Рона плечом. — Ну и ну! — воскликнула мадам Малкин, подняв с пола мантию и проводя над нею волшебной палочкой на манер пылесоса, чтобы счистить пыль. Она что-то расстроено бормотала все время, пока примеряла новые мантии Рону и Гарри, чуть было не продала Гермионе мужскую парадную мантию вместо женской и в конце концов выпроводила их из магазина с поклонами, явно радуясь, что наконец избавилась от сомнительных посетителей. — Все купили? — бодро спросил Хагрид, когда они снова оказались рядом с ним. — Вроде все, — ответил Гарри. — Ты видел Малфоев? — Видел, — равнодушно ответил Хагрид. — На тебя что, заклятье наложили? — удивилась Молли. — Простите, Люциус, но, полагаю, вы не станете спорить, что и без… ваше семейство светлым назвать невозможно… — Безусловно, — кивнул лорд Малфой, выговаривавший жене за несостоявшуюся вспышку. — И уж Хагриду-то это должно было быть известно, он мог помнить ещё моего отца… …Затем двинулись дальше в поисках магазина «Всевозможные волшебные вредилки», принадлежавшего Фреду и Джорджу, причем миссис Уизли каждые две минуты поглядывала на часы. — Времени у нас не так уж много, — говорила миссис Уизли. — Только заглянем, и сразу к машине. Должно быть, уже почти пришли. Дом девяносто два… девяносто четыре… — Вот это да! — воскликнул Рон, остановившись как вкопанный. Среди тусклых, залепленных министерскими плакатами витрин соседних магазинов лавочка Фреда и Джорджа била по глазам, словно фейерверк. Случайные прохожие долго еще оглядывались на их витрину, а кое-кто даже останавливался, словно зачарованный, не в силах отвести от нее глаз. Витрина слева от входа сверкала невероятным разнообразием товаров, которые подскакивали, вертелись, светились, прыгали и пищали. Даже больно было смотреть на эту пестроту. Витрину справа целиком закрывал гигантский плакат, темно-фиолетовый, как и плакаты от Министерства, но на нем пылали гигантские ярко-желтые буквы: Почему так всех волнует Тот-Кого-Нельзя-Назвать? Лучше пусть народ волнует Тот-Кто-Умеет-В-Кишках-Застревать! Он хитер, он шустер! От него с давних пор У всей страны запор! Многие школьники рассмеялись, но большинство взрослых смотрели на близнецов с явным испугом и крайней степенью неодобрения. — Да, — согласился Фред, — и стих нескладный, и время для такого рода рекламы, очень мягко говоря, не то… Доигрались бы мы с ТАКИМИ шуточками… — Очень хорошо, что вы всё это понимаете, — простонала Молли, находящаяся в полуобморочном состоянии. Они с Артуром исчезли из Зала… и через несколько минут вернулись — женщина явно получила стопку Успокоительного. Пока её не было, Снейп придумал наказание для двух своих Учеников. — Вы мне составите максимально полный список всех своих изобретений — как уже сделанных, так и тех, которые у вас были только в головах — и к каждому из них напишете рекламу в стихах. И придумаете стихи для своего рекламного щита. Пока я не останусь этим доволен, к практической части наших занятий вы допущены не будете! А также представите мне эссе — каждый своё! — не короче двух футов, почему подобное… творчество было, как вы сами только что признали, крайне неуместным в данной ситуации. Надеюсь, вы поняли? — Будет сделано, Мастер, — дуэтом ответили Умники и было ясно: задание они выполнят в кратчайшие сроки, какие только окажутся возможными при заданном объёме. — Как бы их не заставили писать стихи к каждому из тех зелий, с которыми мы работаем, — шепнул Гарри Терри Бут. — Подозреваю, без этого их не допустят к экзамену, — отозвался Блейз также тихо. Снейп ничего не сказал, но так посмотрел в том направлении, что стало ясно: несмотря на то, что зельевар сидел очень далеко, а мальчики переговаривались очень тихо, так, что сами едва слышали друг друга, но Наставник их расслышал и действительно задумал именно данную подлость — и не факт, что данные литературные экзерсисы угрожали исключительно близнецам. Гарри засмеялся. Рядом с ним послышался приглушенный стон. Он оглянулся и увидел, что миссис Уизли, онемев, не сводит глаз с плаката. Губы у нее шевелились, беззвучно повторяя: «Он хитер, он шустер». — Их же убьют в собственных постелях! — прошептала она. — Не убьют! — заверил Рон, хохоча, как и Гарри. — Вот это блеск! Они с Гарри первыми вошли в магазин, который был битком набит покупателями. Гарри не сразу смог пробиться к полкам. Он стал озираться по сторонам, рассматривать ящики и коробки, наваленные до потолка. Среди них были и Забастовочные завтраки, разработанные близнецами в их последний, так и не законченный учебный год в Хогвартсе. Гарри заметил, что самым большим спросом пользовались Кровопролитные конфеты — на полке осталась только одна помятая коробка. Стояли целые контейнеры шуточных волшебных палочек — самые дешевые при взмахе просто превращались в резиновых цыплят или в пару боксерских трусов, а самые дорогие модели колотили незадачливого пользователя по голове. Лежали в коробках усовершенствованные перья для письма: самопишущие перья, перья говорящие и перья со встроенной проверкой орфографии. — Класс! — заперешёптывались школьники, в первую очередь — младшекурсники, среди которых было немало таких, которых было в пору посылать на дополнительные занятия по чистописанию. — Вот бы нам такие! У вас есть?! А говорящие перья что говорят? Самопишущие — стандартные или тоже с выкрутасами? Сколько такие будут стоить? Можно это уже купить? Близнецы запереглядывались с испугом — они пока научились зачаровывать перья только для того, чтобы они сами писали под диктовку, не более того, на дальнейшие издевательства над материалом у них почти не оставалось времени. — Пока работаете над стихами, можете подумать и на эту тему, — сказал Снейп. — Этим я разрешаю вам торговать в свободное время. Ну и фальшивые палочки — те, которые не зачарованы на членовредительство, — уточнил он. — Какое там членовредительство! — сказал Джордж. — Безусловно, у нас есть парочка палочек для… неприятных типов, которых хотелось бы проучить, а остальные — так, подзатыльник, не сильнее, могут уколоть в мягкое место, тоже не больно, и то если неправильно их брать, а при правильном использовании можно даже пару лёгких заклинаний использовать… В толпе наметился просвет, и Гарри протолкался к прилавку, где несколько восхищенных десятилеток разглядывали крошечного деревянного человечка, который медленно поднимался по ступенькам к маленькой, но совсем как настоящей виселице. Все это было установлено на коробке с надписью: «Висельник многоразового использования. Если ты колдуешь с ошибками, он закачается в петле!» Зал покатился от смеха — причём смеялись даже взрослые и по их лицам было заметно, что и они купили бы такой сувенир. — «Патентованные чары — грезы наяву»… Это Гермиона протиснулась к застекленному шкафчику у самого прилавка и принялась зачитывать вслух инструкцию на обратной стороне коробки, крышка которой была украшена цветным изображением молодого красавца и млеющей от счастья девушки на палубе пиратского корабля. — «Одно простое заклинание, и вы погружаетесь в высококачественную, сверхреалистическую грезу наяву продолжительностью тридцать минут, что позволяет удобно уместить ее в стандартный школьный урок практически незаметно для сторонних наблюдателей (возможные побочные эффекты: отсутствующее выражение лица и незначительное слюнотечение). Не продается лицам до шестнадцати». Знаешь что, — сказала Гермиона, оглянувшись на Гарри, — на самом деле это потрясающий уровень магии! — Если бы не слова относительно школьных уроков… Неужели вы настолько талантливы, что… Разве это не ментальная магия? — Немного есть, — кивнул Снейп, подумав. — Но, подозреваю, к этим чарам должно прилагаться зелье… Если вы этого ещё не придумали — после того, как я вас допущу к практике, займётесь этим. — …Как жизнь, Гарри? — Они пожали друг другу руки. — А что это у тебя с глазом, Гермиона? — Ваш дерущийся телескоп, — ответила она печально. — Тьфу ты, я и забыл про них, — сказал Фред. — Вот, держи. Он вытащил из кармана тюбик и протянул ей. Гермиона осторожно отвинтила крышечку и выдавила чуть-чуть жирной желтой пасты. — Намажь, и все, через час синяк сойдет, — сказал Фред. — Нам пришлось отыскать приличное средство от синяков, мы ведь почти всю продукцию испытываем на себе. — ПОЧТИ ВСЮ?! — возмутилась Молли. — Ту, которая предусмотрена для людей, — сказал Джордж. — Плюс… Есть некоторые заморочки, но таких у нас один предмет из тридцати. Гермиона явно нервничала. — Она точно безопасная? — Конечно, — успокоил ее Фред. — Смею тебя заверить — с друзьями мы этим шутить точно не стали бы, — сказал он. — Ну, если честно… Драко мы бы подсунули что-нибудь такое, что у него синяк распространился на всё лицо — в той реальности! — но тут не тот случай. — Пошли, Гарри, устроим тебе экскурсию. Гарри оставил Гермиону смазывать синяк и пошел за Фредом в глубь магазина. Там он увидел стеллаж, где были выставлены карточные фокусы и фокусы с веревочкой. — Это у маглов вместо волшебства! — весело пояснил Фред, указывая на фокусы. — Для чудиков вроде нашего папы, которые с ума сходят по разным магловским штучкам. Доходу от них немного, но спрос довольно устойчивый, удачная новинка… — Да, таких чудаков достаточно много, если честно, — признал Кингсли. — Я бы, наверное, тоже полюбопытствовал. Но в принципе описание магазинчика и продукции… Я бы поменял исключительно дурацкий слоган. Второй близнец с жаром пожал руку Гарри. — Осматриваешь достопримечательности? Пошли в другой зал, Гарри, там мы делаем действительно большие деньги. Эй, ты, еще что-нибудь сунешь в карман, заплатишь не только галеонами! — грозно прибавил он, обращаясь к маленькому мальчику, который поспешно выдернул руку из контейнера с надписью: «Съедобные Черные Метки — всякого стошнит!» — ДЖОРДЖ! — Мам, этого не было и не будет! — Ещё по футу к каждому эссе. — Надеюсь, больше у них не будет ничего… на эту тему, иначе Мастеру придётся зачитывать эссе, объёмом с эти книги, — пробурчала Джинни. Близнецы, судя по их лицам, думали на ту же тему. Джордж отвел в сторону занавеску рядом с магловскими фокусами, и перед Гарри открылась другая комната, потемнее и попросторнее. Упаковки товаров на полках здесь были более сдержанных тонов. — Мы только недавно начали выпускать более серьезные товары, — сообщил Фред. — Забавно это получилось… — Ты не поверишь, как много народу, даже среди министерских работников, не умеют выполнить приличные Щитовые чары, — сказал Джордж — Они, правда, у тебя не учились, Гарри! — Это возмутительно! — начала Амбридж. — Но, к сожалению, соответствует действительности, — сказал Скримджер. — Большинство не-авроров не-мракоборцев не считают целесообразным тратить своё внимание и время на изучение Щитов и в результате очень много жертв наблюдается именно по этой причине. — Это точно… Ну вот, мы решили, что будет весело пустить в продажу Шляпы-щиты. Ну, типа, подначишь своего приятеля навести на тебя порчу, когда на тебе такая шляпа, и любуйся, какая у него будет физиономия после того, как его заклятие от тебя отскочит. И вдруг — хоп! Министерство заказывает пятьсот штук наших шляп для своих сотрудников! И до сих пор мы получаем массовые заказы. — И мы теперь расширяем ассортимент. Выпускаем Плащи-щиты, Перчатки-щиты… Ясное дело, от непростительных заклятий они не шибко помогут, но от мелких и средних заклинаний, разной там порчи и сглаза… — А потом мы решили вообще углубиться в область защиты от Темных искусств, это же просто денежная жила! — азартно подхватил Джордж. — Классная штука! Вот, посмотри, Порошок мгновенной тьмы, импортируем из Перу. Очень удобно, если нужно срочно от кого-нибудь удрать. — Значит, так, молодые люди, — Скримджер посмотрел на рыжиков. — Я не знаю, что там будет с этими Грёзами… Но я буду просить Мастера Снейпа предоставить вам возможность поработать над этой защитной одеждой, она и в самом деле не помешала бы нашим людям. Если вам для этого что-то нужно, предоставим. Такие умы нам нужны. — А наши Отвлекающие обманки прямо-таки улетают с полок, гляди. — Фред показал на ряды причудливых черных предметов, напоминающих по форме автомобильный клаксон. Они и в самом деле толкались, пытаясь спрыгнуть с полки и спрятаться. — Незаметно бросаешь на землю такую штуковину, она отбегает в сторонку и там издает громкие звуки — отличное отвлекающее средство в случае чего. У Скримджера и Невыразимца был такой вид, словно они были готовы завалить близнецов таким количеством заказов, что тем пришлось бы создавать целую артель для их выполнения, а сами парни призадумались, сколько у них на это уйдёт времени, учитывая занятия у Снейпа — теории тоже было много… И Контракт не расторгнешь — ни по его условиям, да и желания такого не возникало. — Думаю, эти двое в нашей семье со временем будут самыми успешными, — заметил Чарльз, обращаясь к Биллу и Перси, те кивнули. — Зря мама их столько времени пилила…. Джордж ушел за занавеску обслуживать покупателей, а Фред повел Гарри в основной зал, где Гермиона и Джинни все еще разглядывали коробки с Патентованными грезами. — Интересно, они все одинаковые или разные? — спросила Ромильда Вейн. — Их ещё нет, — сказал Фред. — И, боюсь, появятся в лучшем случае через год. — Девчонки, вы еще не видали нашу спецпродукцию «Чудо-ведьма»? — осведомился Фред. — Прошу за мной, дамы… У окна они увидели целую выставку ядовито-розовых флакончиков, вокруг которых, возбужденно хихикая, собралась стайка девочек. Гермиона и Джинни опасливо попятились. — Прошу, прошу! — гордо произнес Фред. — Только у нас — лучший выбор любовных напитков! Джинни скептически изогнула бровь: — А они действуют? — Само собой! Продолжительность до двадцати четырех часов, срок действия зависит от веса мальчика… — И степени привлекательности девочки, — закончил Джордж, неожиданно появляясь рядом с ними. — Но своей сестре мы их продавать не будем, — прибавил он, внезапно посуровев. — У нее, говорят, и без того штук пять поклонников. — Не слушай Рона, он все врет, — хладнокровно ответила Джинни и, наклонившись над прилавком, сняла с полки маленькую розовую баночку. — А это что? — Гарантированный десятисекундный прыщевыводитель, — сказал Фред. — Отлично действует также на волдыри и угри, но ты не отвлекайся от темы. Правда или нет, что ты сейчас встречаешься с парнем по имени Дин Томас? — Да, встречаюсь. И когда мы с ним виделись в прошлый раз, он определенно был в одном экземпляре, а не в пяти. Ой, а это кто такие? Джинни показала на клетку, по дну которой с тоненьким писком перекатывались розовые и лиловые пушистые шарики. — Карликовые пушистики, — ответил Джордж. — У нас их с руками отрывают, прямо не успеваем разводить. А что у тебя с Майклом Корнером? — Я его бросила, он был жуткий зануда, — Джинни просунула палец между прутьями клетки, и карликовые пушистики мигом столпились вокруг него. — До чего же миленькие! — Да, они лапочки, — снисходительно согласился Фред. — Но не слишком ли ты торопишься, меняешь парней, как перчатки? Джинни повернулась к брату, уперев руки в бока. Ее грозное выражение вдруг так напомнило миссис Уизли, что Гарри даже удивился, как это Фред не струсил. — Тебя это не касается! А ты, будь добр, — сердито прибавила она, обращаясь к Рону, который только что возник за плечом Джорджа, нагруженный покупками, — не рассказывай братцам сказки обо мне! — Ну, этих сказок больше не будет абсолютно точно, — хмыкнул некий слизеринец с оливковым цветом лица, обнимая жертву братской болтливости. — Меня она точно ни на кого больше не променяет, верно, Джин? — Куда я от вас денусь, — пискнула девушка, но было заметно, что ей нравится такое собственническое заявление Блейза. Миссис Уизли пошла смотреть карликовых пушистиков, и перед Гарри, Роном и Гермионой на мгновение открылся ничем не заслоненный вид из окна. По улице шагал Драко Малфой — один, без матери. Проходя мимо «Всевозможных волшебных вредилок», он оглянулся через плечо. В следующую секунду он дошел до края окна и скрылся из виду. — Интересно, куда подевалась его мамочка? — протянул Гарри, нахмурившись. — Похоже, он от нее удрал, — сказал Рон. — С чего бы это? — удивилась Гермиона. Гарри промолчал, он напряженно думал. Нарцисса Малфой так просто не выпустила бы драгоценного сыночка из поля зрения. Малфою нужно было очень постараться, чтобы ускользнуть из ее когтей. У Гарри, который хорошо знал Малфоя и терпеть его не мог, не было ни малейшего сомнения, что все это неспроста. — Думаю, не так уж и хорошо вы знали нашего сына, — сказал Люциус. — Но с последней частью высказывания согласен — если он получил задание, то должен был хотя бы изображать определённого рода деятельность, во избежание… Во избежание. Он огляделся по сторонам. Миссис Уизли и Джинни склонились над карликовыми пушистиками. Мистер Уизли с восторгом рассматривал колоду крапленых магловских игральных карт. Фред и Джордж были заняты с покупателями. По ту сторону стекла Хагрид стоял к ним спиной, озирая улицу. — Давайте сюда, быстро! — предложил Гарри, вытаскивая из сумки мантию-невидимку. — Ох, ну я не знаю, Гарри… — Гермиона неуверенно оглянулась на миссис Уизли. — Давай! — сказал Рон. Поколебавшись еще секунду, Гермиона нырнула под мантию к Гарри и Рону. Никто не заметил, как они исчезли, все были слишком увлечены изделиями Фреда и Джорджа. Гарри, Рон и Гермиона поскорее протиснулись к выходу, но, когда они выскочили на улицу, Малфоя уже не было видно, словно у него тоже была мантия-невидимка. — Он шел в ту сторону, — как можно тише прошептал Гарри, чтобы не услышал Хагрид, что-то напевающий себе под нос. — За ним! Они припустили по улице, глядя то направо, то налево, заглядывая в окна и двери магазинов, пока Гермиона не показала вперед: — Вон он, кажется! Поворачивает за угол! — Точно, — прошептал Рон. Малфой, оглядевшись по сторонам, юркнул в Лютный переулок. — Скорее, а то уйдет, — прошипел Гарри, ускоряя шаг. — У нас ноги видно! — встревожилась Гермиона. Мантия хлопала у них вокруг щиколоток, прятаться под ней втроем в последнее время стало намного труднее. — Ещё бы, — покачал головой Джеймс. — Кое-кто забыл в своё время сообщить Гарри заклинание, благодаря которому эту мантию можно было расширять и удлинять. — А это возможно? — Да. Альбусу эти чары были хорошо известны. Правда, на эту конкретную мантию-невидимку они работали не в полную силу, но, тем не менее… — Но привычка шпионить за школьными недругами до добра точно не доведёт, — покачал головой Сириус. — Это ты по собственному опыту знаешь? — спросила его невеста. Сириус сник. — Плевать, — нетерпеливо отмахнулся Гарри. — Скорей! Но Лютный переулок, отведенный под магазины Темных искусств, казался совершенно пустым. Друзья заглядывали во все окна, но в лавках не было видно покупателей. Гарри подумал, что в эти опасные и подозрительные времена никому не хочется выдавать себя, покупая предметы, связанные с Темными искусствами. Гермиона больно ущипнула его за руку. — Ай! — Ш-ш! Смотри! Вот куда он зашел! — шепнула она на ухо Гарри. Они поравнялись с единственным из здешних магазинчиков, где Гарри однажды побывал. Это была лавка «Горбин и Бэрк», предлагавшая широкий ассортимент весьма зловещих предметов. Там, среди витрин с черепами и старинными бутылями, спиной к окну стоял Драко Малфой. Его наполовину заслонял тот самый здоровенный черный шкаф, в котором когда-то Гарри прятался от Малфоя с его папочкой. Малфой оживленно размахивал руками — видимо, что-то с увлечением говорил. Напротив Малфоя стоял владелец лавки, мистер Горбин, сутулый человечек с маслянистыми волосами. У него было странное выражение лица — недовольное и в то же время испуганное. — Вот бы услышать, о чем они говорят! — сказала Гермиона. — Это можно! — взволнованно зашептал Рон. — Погодите-ка… Фу, черт! В руках у него осталось несколько коробок из магазина, и когда он открывал большую из них, несколько других упали. — Смотрите — Удлинители ушей! — Фантастика! — сказала Гермиона, глядя, как Рон разматывает длинные шнуры телесного цвета и подсовывает их под дверь. — Ой, хоть бы на дверь не было наложено Заклятие недосягаемости… — Нет, там чисто! — радостно сообщил Рон. — Слушайте! Все трое склонились над концами шнуров, из которых отчетливо раздался голос Малфоя, как будто включили радио. — Вы знаете, как починить эту вещь? — Возможно, — сказал Горбин. По его голосу ясно чувствовалось, что он не хочет брать на себя никаких обязательств. — Но для этого мне нужно ее осмотреть. Почему бы вам не доставить ее сюда, в магазин? — Не могу, — ответил Малфой. — Вещь должна оставаться на месте. Вы мне только скажите, что надо делать. Гарри увидел, как Горбин нервно облизал губы. — Заочно я могу сказать одно: работа эта трудная, может быть даже невыполнимая. Я ничего не могу гарантировать. — Не можете? — переспросил Малфой, и Гарри, не глядя, по одному его тону понял, что он презрительно кривит губы. — Может быть, вот это придаст вам уверенности. Он шагнул к Горбину и совсем скрылся за шкафом. Гарри, Рон и Гермиона переступили вбок, чтобы не терять его из виду, но смогли разглядеть только Горбина. Вид у него был насмерть перепуганный. — Скажешь хоть кому-нибудь, — произнес Малфой, — будешь жестоко наказан. Знаешь Фенрира Сивого? Он старый друг нашей семьи, будет заходить к тебе время от времени, проверять, занимаешься ли ты этой проблемой. — Нет никакой необходимости… — Это мне решать! — отрезал Малфой. — Ну, я пошел. И не забудь, береги вот это, мне потом понадобится. — Может быть, вы хотели бы забрать прямо сейчас? — Нет, конечно, дурак, как я эту штуку потащу? Держи у себя, только не продавай никому. — Ни в коем случае… сэр. Горбин поклонился так же низко, как когда-то на глазах Гарри кланялся Люциусу Малфою. — Никому ни слова, Горбин, в том числе и моей матери, ясно? — Разумеется, разумеется, — забормотал Горбин, снова кланяясь. Громко звякнул дверной колокольчик, и Малфой вышел из лавки, очень довольный собой. Он прошел так близко от Гарри, Рона и Гермионы, что мантия затрепетала, хлопая их по коленям. В магазинчике Горбин словно застыл на месте, его льстивая улыбка испарилась, вид у него был встревоженный. — И с каких это пор Фенрир стал вашим другом? — Фадж посмотрел на Люциуса. Тот посмотрел на сына и пожал плечами. — Оборотни работали на Лорда, — кивок в сторону означенного типа. — В частности, нам с Фенриром часто приходилось работать в одной связке, но мы друг друга едва терпели. — И что все это значило? — шепотом спросил Рон, сматывая Удлинители ушей. — Не знаю, — ответил Гарри, напряженно размышляя. — Он хочет что-то починить… И что-то еще просил для него придержать… Вы не видели, на что он показывал, когда сказал «вот это»? — Нет, он был за шкафом… — Стойте здесь, мальчики, — прошептала Гермиона. — А ты куда? Но Гермиона уже выскользнула из-под мантии. Она погляделась в стеклянную витрину, поправила волосы и вошла в лавку. Снова звякнул колокольчик. Рон торопливо подсунул под дверь Удлинители ушей, один шнур протянул Гарри. — Вы с ума сошли, мисс Грейнджер?! Заходить в такую лавку, в одиночку?! И вы её туда пустили?! — Простите, — Гарри развёл руками. — Она туда ещё не заходила, эти события не произошли и не произойдут. Но вы же уже знаете, насколько Гермиона настырная и как сложно её остановить, если ей что взбредёт в голову! — Здравствуйте, ужасная погода сегодня, правда? — весело сказала Гермиона хозяину. Горбин не ответил, только подозрительно покосился на нее. Жизнерадостно напевая, Гермиона прошлась перед выставленными в витринах предметами. — Это ожерелье продается? — спросила она, остановившись у застекленного прилавка. — Если у вас найдется полторы тысячи галеонов, — холодно ответил Горбин. — Ой, нет… Это для меня дороговато. — Гермиона пошла дальше. — А этот… м-м… очаровательный череп? — Шестнадцать галеонов. — Значит, он продается? Вы его не… держите для кого-нибудь? Горбин прищурился, внимательно глядя на нее. У Гарри появилось крайне неприятное ощущение, что владелец лавки отлично понимает, чего добивается Гермиона. По-видимому, Гермиона тоже поняла, что прокололась. Она вдруг решила пойти напролом. — Видите ли, м-м… тот мальчик, который только что здесь был, Драко Малфой, он мой друг, я хотела купить ему подарок ко дню рождения, но если он уже что-то здесь заказал, я, конечно, не хочу подарить ему такую же вещь… ну, и вот… По мнению Гарри, история была не ахти, и Горбин, видимо, думал так же. — Прочь! — свирепо произнес он. — Вон отсюда! — На будущее, мисс Грейнджер, — Люциус посмотрел на девушку. — Безусловно, если вам придётся и наяву общаться с Горбином — он только кажется дураком, но в действительности… Он всегда чувствует любую фальшь, обмануть его может только взрослый многоопытный маг, поднаторевший как в светлых, так и в тёмных искусствах. Плюс — он всегда точно знает, кто перед ним — маглорожденный, полукровка или чистокровный колдун и ни за что не поверит, что Драко мог подружиться с лицом… не своего круга, простите мне данное выражение. — Буду знать. Гермиона не стала дожидаться повторного приглашения и поспешила к двери. Горбин шел за ней по пятам. Когда колокольчик прозвенел в очередной раз, Горбин захлопнул за Гермионой дверь и повесил на нее табличку «Закрыто». — Что делать… — Рон набросил на Гермиону мантию-невидимку. — Попробовать стоило, но ты уж очень неприкрыто… — Прекрасно, в следующий раз ты мне покажешь, как это делается, мастер маскировки! — огрызнулась она. — Да, дипломатия явно не ваш конёк, — хмыкнула Августа, качая головой. Рон и Гермиона препирались всю обратную дорогу к «Всевозможным волшебным вредилкам». Там им пришлось умолкнуть, чтобы незаметно пробраться мимо встревоженных миссис Уизли и Хагрида: их отсутствие явно заметили. Оказавшись в магазине, Гарри сорвал с себя и друзей мантию-невидимку, затолкал ее в сумку, и все трое принялись уверять миссис Уизли, набросившуюся на них с упреками, будто они все это время пробыли в задней комнате — она, наверное, просто плохо искала.