Верный своей королеве

Пираты прыгали за борт корабля, а матросы поднимали мечи и кричали в знак победы. Киллиан вытер кровь с лезвия, тоже начиная кричать. Морские воры, как крысы, поплыли в сторону своего горящего судна, пока люди королевы избавлялись от тех, кто стоял до конца. Робин отстранил от себя Реджину, заглядывая в потемневшие глаза. По лицам стекала вода, но глаза и губы продолжали блестеть от света луны. — Миссис Локсли, — словно пробуя на вкус новое прозвище, проговорил Робин. — Мой король, — так же тихо улыбнулась Реджина, ведь титул теперь однозначно поднялся. Робин не стал долго думать, а подхватил королеву на руки, крепко прижимая к себе. Её грудь вздымалась, дыхание сбилось, а кожа покрылась мурашками от холода. Локсли целовал в шею, а девушка улыбалась. — Стой, — взяла за его щёку, нежно проведя по ней, — давай в переговорную, каюта немного не перенесла эту ночь. — Тогда и переговорная её не перенесёт, — улыбнулся, поворачивая к другому концу палубы. — Избавьтесь от тел этих тварей, а своих похороним на рассвете, как положено, — последнее, что услышала Реджина, когда дверь за парой захлопнулась, а её ягодицы упёрлись в длинный стол. Робин не дал ей прийти в себя после кровавой бойни, а лишь с огромным желанием ворвался в сочные губы. Языки встретились в горячей агонии, пока её пальчики расстегивали пуговки на прилипшей к телу рубахе. Он запустил ладонь в мокрые волосы, насильно оттягивая и не позволяя ей доминировать. Мокрая тряпка вместе с её стоном полетела на пол, а Робин перешёл к требовательным поцелуям в шею, оставляя на ней бордовые пятнышки. — Не так быстро, милый, — сжимала двумя руками его голову, пропуская русые волосы, пока грудь быстро поднималась, а предательские стоны срывались с губ. — Я слишком тебя хочу! — разорвал на ней рубашку и пуговицы жилетки, откидывая их в сторону. — Но сначала, — немного отстранился, поймав на себе карие глаза, — позвольте вашу ручку, миссис Локсли, — взял её запястье, оставляя на нём лёгкий поцелуй. Пара секунд, и на безымянном пальчике оказалось колечко из дорогого белого золота, с большим, но аккуратным, голубым камешком в середине, и такими же камнями поменьше по бокам. — Господи, — подняла ручку, разглядывая колечко, — оно прекрасное! — улыбнулась и впилась в его губы поцелуем. — Оно принадлежало моей семье и матери, — шептал в ушко томным голосом, укладывая спиной на деревянный стол, смахивая все принадлежности с дерева. — Так вот, что она тебе дала перед отплытием, — улыбнулась Реджина, соприкасаясь позвоночником с поверхностью. — Теперь оно в руках самой прекрасной девушки, — прильнул языком к ложбинке между грудей, а руками начал стягивать мокрые штаны, пока королева ловила ртом воздух. — Робин, — простонала, выгибаясь в спине, когда тот развёл длинные ножки руками. — Моя девочка, — пододвинул к себе за колени и опустился ртом прямо в эпицентр возбуждения. — Ненавижу, ах… когда ты так делаешь… — стонала, чувствуя его дыхание на горящей от желания точке. — Сладкая, — провёл языком по всей полости, зная, как она сходит с ума от таких манипуляций. — Ты мне обещал месяц после свадьбы, я не хочу сейчас всё закончить, — извивалась в его руках королева, громко всхлипывая. — А я и не говорил, что это конец! Его язык стремительно продлевал ощущения, слизывая соки, пока сразу три пальца до конца вошли в подготовленное лоно. Робин разрывал девушку на куски, добавляя агонии в её крики. Резко, быстро, возбуждающе. Он хотел её больше всего на свете и всё никак не мог поверить, что этот прекрасный цветок теперь его до конца жизни. Губы всасывали комок нервов, приводя к финишу. Тело сотряслось и плотно обхватило пальцы внутри, а мокрые волосы прилипли к шее, пока прогиб в спине стал чересчур сильным, а колени норовились свестись воедино. — Робин, — простонала его имя, что стало слишком возбуждающе, и кончила ему на пальцы, расслабленно падая на стол. Она начала тянуть его за плечи, быстро вторгаясь в рот проворным языком. Это было незабываемо: её голое мокрое тело на столе, щёки красные, а волосы влажные и прилипшие к шее. Она пахла лесом и яблоком, а веки забирали блеск карих глаз. — Сделай так, чтобы я запомнила эту ночь, — прошипела в его губы, руками оттягивая его штаны. Робин послушался и резко прижал её руки по обе стороны от головы. Рывок на себя, его возбуждение оказывается между королевских ног, а зубы яростно оттягивают нижнюю губу. Такой большой, напряжённый, её… Его синие вены на руках выступали, а Реджина изнемогала от желания, тихо шепча что-то в ухо, посасывая мочку. Грубый толчок, и он с силой заполнил пространство. — О да! — выгнулась в спине и закричала на всю комнату, но Локсли, не останавливаясь, начал врезаться в неё, совершая постыдные шлепки. Мышцы на спине напряглись, руки со всей силы притягивали ближе и вдавливали в шершавую поверхность. Со стола полетели все карты, скрепки, циркуль и компас, разбиваясь о пол. Она стонала, кричала его имя, и это было самое возбуждающее. Стол шатался и скрипел, заглушая шумом дыхание. — Ммм, глубже… — задыхалась от жара. Локсли отпустил руки и сдавил ими возбуждённую грудь, продолжая со шлепками и рыком вдалбливаться в девушку. Тела покрылись потом, комната наполнилась запахом секса, но им было всё равно. Девушка руками обхватила плечи, царапая их, а ногами торс, позволяя глубже входить. Тела дрожали, но никто не хотел прерывать эту пытку. — Реджина, — прорычал он имя на ухо, как её стенки сжались и плотно обхватили член, а острые зубки впились в мужское плечо, заглушая крик. Они кончили одновременно, продолжая тяжело дышать и целоваться. Он быстро вышел с её всхлипом и поднялся на ноги. Стянул её бёдра со стола и впечатал в своё тело. Пару минут они целовались, абсолютно забыв обо всём. Она зарывалась в волосы, оттягивая их, а он гладил ягодицы, оставляя на них красные следы. Реджине удалось повернуть Робина так, чтобы он упёрся в стол. Карие глаза раскрылись, и он обомлел от того, что прочитал в них. Хитрая улыбка тронула её губы, и девушка начала опускаться вниз дорожкой поцелуев, затрагивая все чувствительные точки своего лучника. Она опустилась на колени и облизнула пересохшие губы, когда его огромный член оказался на уровне рта. — Чертовка, — прошипел Локсли, посмотрев на девушку, что удобнее устроилась и взяла напряжённый орган руками. — Господи, РЕДЖИНА! — закричал, упираясь руками в столешницу, и сильно сжал её. Она невинно подняла глаза, полностью сводя Робина с ума от такого зрительного контакта. Ротик раскрылся, и она медленно начала всасывать, языком обводя по всей длине. Толчки головой становились всё интенсивней и интенсивней, добиваясь желаемого охрипшего рыка. Он сошёл с ума и схватил рукой за голову, помогая сильнее заглатывать и стонать. Карие всегда были подняты, что ещё больше подвело к грани. Он добавлял темпа, а она не возмущалась, стараясь полностью заглотить. Кульминация была слишком близко, и Робин за волосы отстранил от себя девушку. — Возьми меня, — прошептала, сглатывая комок в горле. — Сумасшедшая! Схватил её за руку, громко впечатывая в дверь грудью. Он поднял её руки и завёл за спину, а Реджина ахнула от грубого удара грудью о холодную поверхность. Локсли коленом развёл её ноги и одним движением вошёл, слушая блаженный всхлип. Губы покрывали красными отметинами шею, пока его торс снова вбивался в горячие складки. Он знал, что может сделать больно, но Реджина только громче от этого стонала, машинально вырываясь всем телом. На запястьях появились красные отметины, а его губы прикусывали аккуратные плечики. Девушка прищурила глаза, забывая дышать в темп, и потеряла голову, почувствовав на своём клиторе стимуляцию его руки. Влага стекала по внутренней стороне бедра, пока лучник грубо брал её, растягивая, как только можно. Её попка выгнулась, за что получила шлепок на обе стороны, и сокрушительный оргазм обрушился на обоих с громким криком и рычанием. — Локсли… — прошептала, содрогаясь и падая, но его руки снова развернули к себе лицом и подняли тело, впечатывая спиной в ту же дверь. — Хочу, чтобы ты не могла ходить, — на этих словах ворвался снова, уже покрывая поддающуюся ощущениям королеву поцелуями на груди. — Господи! — руками зарылась в его волосы, сдавлено дыша в макушку и покусывая губы. Это было невероятно. Он попросту не давал отдохнуть, беря с каждым разом с новой силой, заставляя её голосовые связки разрываться от крика. То, как работали его мышцы, когда лучник находился на грани, как её стенки обхватывали член, как соки стекали по ногам, как скрипели половицы и не держали ноги от конвульсий, было бесценно. Он прижал рукой её шею, глубоко дыша и входя вовнутрь. Реджина открыла глаза и рот, гоняя воздух. Её глаза во время секса не сравнить ни с чем, а его острые скулы Реджина видит не часто. Когда голову срывает, королева замечает, как сильно он держится, чтобы не причинить боль. — Милый! — закричала, царапая его шею и прогибаясь в спине, когда Локсли резко вышел, не завершив начатое. Он удобнее ухватил своего ангела под бёдра, боясь, что свалится с ног, и понёс на небольшой диванчик. Вещи с него полетели на пол, оставляя голую обивку, а подушка попала прямо под спину Реджины, из-за чего она застонала, ведь угол сменился. Робин опустил её тело на мягкую поверхность, но так же быстро вошёл, наращивая темп. Бедра напряглись, его палец лёг на клитор, разминая его, а девушка задыхалась и иногда срывалась на шёпот от того, что голос садился в самый неподходящий момент. Мокрая не только из-за дождя. Казалось, что от тел исходит в прямом смысле пар, когда он в последний раз ворвался во всю длину и вместе с её криком кончил. Они обессиленно лежали друг на друге, не двигаясь минуты две. Робин нашёл в себе силы выйти из горячих складок и поцеловал в пересохшие губы, что начинали краснеть и бешено глотать воздух. Красные щёки, пышные ресницы, тело в багровых пятнах, а его в царапинах. Даже бой не сравнится с этой ночью, что забрала абсолютно все силы. Локсли нашёл на тумбе графин с водой и протянул стакан Реджине. Она болезненно привстала, зашипев от ощущений, и взяла дрожащей рукой стакан. Сухое горло смочилось жидкостью, и девушка благодарно кивнула, расплываясь в улыбке. — Это было нечто! — заявила, когда лучник лёг рядом, накрывая первым попавшимся пледом. Её голова опустилась на сильную грудь, а его пальцы начали гулять по спине, поглаживая её. Реджина рисовала ноготком узоры, и ровно дышала, вслушиваясь в звуки бьющихся о борт волн. — Прости меня, — поцеловал в лоб Локсли. — Издеваешься? Эта лучшая ночь в моей жизни, — прижалась сильнее, целуя его в грудь. — Ну, судя по всему, уже утро, — услышал её сдавленный стон. — Не такой ты представляла себе свадьбу, так ведь, — провёл по спине, пересчитывая позвонки. — Это точно, — задумчиво прошептала Миллс. — Зелина и мама меня убьют, — подавила смешок, расплываясь в улыбке, — хотя, если Зелина доберётся первая, будет хуже. — Теперь они до тебя не доберутся, ты моя жена, — поцеловал её руку с колечком. — Странный статус, кому скажешь, не поверят, — закрыла глаза, вдыхая его запах. — Ну, эта ночь далеко не та, которую мы будем рассказывать детям. — Надеюсь, сын не узнает, как на втором месяце его появления в животе, папочка оттрахал мамочку, — засмеялась, абсолютно не стесняясь своих слов. — Господи, — улыбнулся, находя её животик, — это мы точно ему не расскажем. Ветер задувал в окно, волны создавали ощущение качки, а им просто было хорошо друг с другом. Робин разглядывал колечко на аккуратной кисти, а Реджина смеялась его выражению лица. — И что дальше? — удобнее устроилась на нём, заглядывая в голубые глаза. — Ну… — томно протянул, оставляя поцелуй на пальчиках поочерёдно, — ты моя жена, мы победим в войне, народ узнает о том, что у королевы появится сын, через семь месяцев родишь принца, а ещё через год или два принцессу, которых я научу стрелять из лука. — Ого! — улыбнулась королева. — Приостанови желания, дорогой, я не собираюсь, как собака, вынашивать каждый год. — А я разве говорил о годах? — скорчил рожицу, завлекая в поцелуй. — Дурак! — ударила его кулачком, целуя место удара. — Что уж поделать, я такой. — А если серьёзно, — глаза приобрели друге выражение, — Робин, мы приплывём уже завтра, и нам стоит как можно скорее наступать, иначе Леопольд разнюхает всё раньше. — За тебя воюют два сильнейших королевства, а ты переживаешь, — поймал в карих глазах испуг. — Не забудь, что за него тоже одно, да и армия севера колоссальных размеров. Мы пойдём на замок, что будет сложно. Летучие обезьяны с Оз ступят за ворота первыми, а феи из Нетландии помогут в полётах. Помимо этого у нас бойцы трёх королевств. — Ну и что ты переживаешь? — убрал выпавшую прядь волос за ушко, не отрываясь от своей королевы. — Этого мало, нам нужна помощь… — И кого же? — Румпельштильцхена, — прошептала она, прислоняясь ухом к сердцу и засыпая под размеренный стук.