Твоя любовь, и приступы удушья

— Ну солнышко… Не прогоняй меня.— повернув деву лицом к той, говорила Купер. В ее глаза было страшно смотреть… ведь ничего хорошего они не выражали. Старшая стала поглаживать молодую по щеке, переходя на ее нежную шею. Сердце ушло в пятки, девушка прекрасно понимала чего от нее хотят. В голове всплывали обрывки из детства, детского дома. Кузнецова оцепенела, она не знала что ей делать, ведь даже убежать от Купер она не сможет, её состояние не позволяло этого сделать. Ком стал в горле, она лишь судорожно открывала рот думая что-то сказать или возразить, но на языке ни единого слова, которое можно было внятно сказать. Блондинка встряхнула головой чтобы привести мысли в порядок, а после дернулась от прикосновений девушки и попыталась убрать ее руку. — Пожалуйста. Не нужно. — дрожащим голосом произнесла она, в миг её храбрость улетучилась, остался только страх. — Тшш, малыш не бойся меня. — от ее голоса над ухом, только мурашки по коже… как бы она не старалась быть нежной, Эго коротко - стриженной проигрывает чувствам. Убрав пряди волос, которые заслоняли шею девы та нежно прикоснулся к девственной коже своими влажными губами, оставляя нежеланный ею поцелуй. Дыхание сбилось, а сердце бешено колотилось, слёзы стали выступать, а внутри всё сжалось. — Пожалуйста. Ну должно же быть в вас что-то человечное. — дрожащим голосом обращалась к гостье девушка, пытаясь оттолкнуть ее и всячески мешать всем действиям. — Я тебе не Петрова. Я добиваюсь чего хочу… Потом ей жаловаться будешь. — с некой похабностью выразилась брюнетка приподняв её за талию на свои руки так, что могла бы наблюдать за её испуганными глазками которые нервно бегали. — Нет, прошу! Оставь меня в покое. — слёзы выступили и потекли по щекам, девушка со всех сил что у неё остались била кулаками той по груди пытаясь выкрутиться из цепких рук, Бэлла стала рыдать и задыхаться от собственных всхлипов. Старшая невозмутимо донесла ее до самой ближайшей кровати, и повалив её туда нависла сверху испуганной особы… Смахнув с ее щек слезки, стала стягивать с девы футболку которую надела на нее Петрова. Костья была груба, от ее прикосновений становилось тошно… Она как зверь стала терзать её тело, оставляя на нем отметины которые в дальнейшем превратятся в синяки… Только хотела стянуть с девушки трусики, как услышала знакомый гул шин и глушение мотора… Взгляд сменился на более злой, так как ей помешали… Кинув Бэлль в лицо футболку грозно прорычала: — Одевайся, и не дай Боже ты что-то скажешь ей. Я тебя выебу так, что ты стоять не сможешь. — цокнув зубами, девушка покинула комнатку. Блондинка даже не одев футболку в истерике уткнулась лицом в подушку. Мысль о том что её могли изнасиловать снова, заставляла девушку рыдать ещё сильнее. Ей хотелось закрыться в ванной и тереть губкой свою кожу до красноты, чтобы смыть с себя все эти грязные поцелуи, что оставили на ее теле. Зайдя в дом уставшая Анастасия положила те вещи, что просила дева, на тумбу в прихожей. — Кузнечик, я привезла то что ты проси… — но не успев договорить, она лицезрела пред собой растрёпанную подружку, которая ждала ее в гостиной. —Что ты тут потеряла..? — нахмурившись задала вопрос брюнетка. — Да так, документы привез тебе. Уже уезжаю. — кинув папку с файлами, она поспешила удалится из помещения. — Ты чего такая злая? Никто не даёт, да? — прокричала с комнаты Настя, как говорится в шутку… Да вот только в ответ одно тихое сопение. Ведь всё могло получиться, пришла бы хозяйка чуть позже. Осознав что она нигде не видела Бэллу, кареглазая поспешила подняться дальше… Когда ступеньки стали скрипеть, что означало начало второго этажа, девушка услышала приглушённые всхлипы которые доносились из дальней комнаты… — Бэлла, ты тут? — открывая скрипучую дверь спрашивает она. Но девушка ничего не ответила, ей было слишком плохо сейчас. Она даже не смущалась того что она лежит в одном нижнем белье перед недавней знакомой, ей было всё равно она была слишком подавлена мыслями о том, что если бы Настя вовремя не приехала, она могла быть жестоко изнасилована. Войдя в комнату старшая ошалела, застыв на пару минут… Но быстро опомнившись подскочила к кровати на которой плакала малая. — Бэлль.. — стала тараторить девушка, смотря на всю эту картину и слыша в ответ лишь всхлипы… Подтянув ее к себе, она усадила хрупкую на колени и стала её всячески успокаивать, догадывалась что происходило здесь и почему Купер так поспешно удалилась…— Бельчонок, это Костья?.. — смотря на багровые и свежие следы на коже спрашивает она. Мелкая обняв Настю за шею судорожно замотала головой. Уткнувшись лицом в плечо, та вспомнила угрозы Купер, заикаясь произнесла: — Н-нет. — но после этих слов ещё сильнее заплакала, безысходность угнетала деву, и боялась, что если Петрова всё поймет, то в следующий раз ее подруга точно не упустит шанса довести дело до конца. — Все не бойся, я больше не оставлю тебя.- Будто маленького ребенка успокаивает старшая, гладя ее по голове так нежно и аккуратно… Сейчас злость закипала в жилах Насти, от чего венка на шее стала пульсировать.. Она всей душой начала ненавидеть свою подругу, так как поняла в чем тут дело, тупой только не догадается. Бэлла точно не скажет, ведь Каспер умеет запугивать людей… Но как та могла так не осторожно поступить с засосами? Она серьезно думала что Петрова не увидит их? — Н-не гов-ори ей нич-его. — заикаясь говорила голубоглазая и ещё сильнее обняла шею старшей. Сейчас та буквально была её спасителем, ведь если бы не приехала раньше, она даже и представить не могла чтобы было. Успокаивающие поглаживания по голове, дали почувствовать девушке, что теперь она в безопасности и вскоре та смогла успокоиться. Для себя Анастасия пообещала, что Купер получит по заслугам, но для Бэлль это останется в тайне, дабы ещё больше не пугать девочку. — Ну вот. Вытерли слёзки и молодцы. — улыбнувшись сказала она и не отпуская Кузнецову взяла большую красную футболку.— Тебе не холодно? Может давай я помогу тебе одеть футболку. — на улице не лето, а сколько дева пролежала в сырой комнате без одежды неизвестно. Девушка молча кивнула, но она не хотела отпускать теплую шею Насти, всё ещё она не совсем отошла от шока. Но по телу пробежали стаи мурашек от нахлынувшего холода, поэтому та ещё сильнее прижалась к гсильной груди.. вдыхая аромат, который заметила только сейчас. От Насти пахнет холодной мятой и дорогим табаком. Смирившись с тем что на ее руках маленькое, испуганное дитё которое ее не отпустит, Петрова обхватила её своими сильными руками и стала греть своим телом как переносная батарея. Что бы отвлечь деву от плохих мыслей, она принялась рассказывать о том что съездила к ней домой и забрала то что нужно… Что привезла ей маленький, но вкусный подарок… А сама наслаждалась её присутствием… Когда она рядом, чёрствая душа плывет, а грусть и приступы удушья отступают… Она как панацея для больного… Как самый сильный антибиотик, позволяющий притупить болезнь на некоторое время. Бэлла уже окончательно успокоилась, и даже согрелась от теплоты Анастасии Егоровны. Она слушала всё то что ей рассказывают, слушала ее дыхание и сердцебиение. По телу шли мурашки от каждого прикосновения к ней, страх отступил, а на его место пришло умиротворение. — Хочешь я сейчас сделаю нам чай и возьму то что купила, думаю ты такое любишь. И мы посмотрим какой-нибудь фильм… ну или просто поговорим по душам. — предложила брюнетка склонившись над милой девушкой. — Угу. — промычала девушка и чуть отстранившись от той, посмотрела на нее заплаканными глазками. Но потом снова прислонилась к ее плечу. Через несколько минут дева сидела на том же кухонном стуле что и обычно, а Настя принесла её лук со стрелами, записную книжку и пачку сладких киндеров. Старшая надеялась что это поднимет девочке настроение в эти тяжелые дни. — Мой лук! — та аккуратно взяла белоснежное оружие на котором были высечены резные узоры. Девушка значительно обрадовалась не только луку, но и киндерам. Детё. — Слушай... А какие у тебя отношения с родителями? —  сразу вспомнив, что когда она ездила домой, то не обнаружила там никого… Все уехали и оставили свою дочь не пойми где… И просто покинули дом… Как выяснилось позже, они даже не ищут Бэлль. Отпив немного чая, девушка немного помрачнела в лице. — У меня нет родителей, только бабушка. — с ноткой грусти сказала девушка. Её родители давно покинули этот мир, а девушку и её сестру после их смерти отдали на опекунство бабушке.. Вернее вначале в дом малютки, затем их забрала пенсионерка. После этих слов девушка поджала губы и сделала непроизвольный жест руками. Теперь Петрову еще больше грызла совесть за то что она сделала по своей неосторожности. Немного задумавшись, старшая стала смотреть в одну точку и думать над тем что делать дальше… — Бабушки в доме не было…ключи мне дала соседка, она сказала что больше в этом доме никто не живет…что правоохранительные органы признали тебя мертвой. Ну, мне так сказала соседка. — все так же смотря в стену говорила брюнетка. — Конечно, что там никто не живёт, ведь я же здесь. Нам с сестрой достался этот дом после смерти родителей, а когда нам исполнилось 18 бабушка съехала. — совершенно спокойно говорила девушка, но была в её голосе нотка усталости, её клонило в сон. — Насть..? Я хочу спать. — впервые Кузнецова сама чего-то попросила, она за сегодня сильно вымоталась. — Пойдем я тебя уложу. — хоть какая-то победа была… Маленькая, но была… Бэлла стала чуть-чуть доверять ей и это не могло не радовать… Принеся деву в «её» комнатку, Анастасия удобно умостила место и накрыла юную теплым пледом. — Отдыхай. — кареглазая чмокнула её в щёчку и потушив свет поспешила удалиться… *** Лёжа в горячей ванне Кузнецова прокручивала все события в голове которые произошли за последнее время в её жизни. Находясь в доме у Насти почти две с половиной недели, девушка заметила, что после того ужасного вечера когда она потеряла сознание, она сильно изменилась. Хотя, быть может она и раньше была такой и со всеми? Из головы девушки не выходила фраза Купер: «ты первая кто остался в живых.». Значит ли это, что Анастасия убивала или это просто образное высказывание? А если это вовсе не преувеличение, а действительно явный факт, быть может всё-таки Петрова и причастна к смерти её сестры?.. Но вот не стыковка. Настя говорила про каких-то людей, но девушка не помнила что конкретно, ей совершенно тогда не хотелось слушать и слышать. «Почему я ей доверяю?» — задала сама себе вопрос она. А ведь действительно, почему? Возможно причиной является то, что в последнее время старшая сильно заботиться о ней и пытается искупить свою вину таким образом.. Но тогда что натолкнуло, довести её до бессознательного состояния? Действие алкоголя? Или возможно она психически не уравновешена? «Эх, Анастасия Егоровна, какая же ты всё-таки загадочная личность. » — подумала девушка смотря в одну точку. Смыв с себя все мысли горячим душем, та обернувшись в полотенце, покинула ванную комнату. Настя разбиралась с какими-то бумагами в гостиной пока ее мозг начинал закипать, но услышав что дверь ванной комнаты открылась, та перевела взгляд туда откуда звуки и мило улыбнулась… С неких пор она привыкла к тому что в доме живет Бэлла. И с прошедшей неделей чувства окончательно растворили холодный айсберг в душе старшей. Настя утопала во влюбленности к ней. Буквально пялив на девушку, которая только вышла из ванны, Настя жадно закусила губу… — Кхм, есть предпочтения на вечер? — фраза которая стала тригерной. — Пока никаких. У тебя есть предложения? — вытирая волосы полотенцем говорила малая, параллельно смотря в зеркало. — Есть одно. Если мы поспешим до заката, то успеем в одно очень красивое место.— сворачивая в рулон ненужные листки отвечает она. — Заинтриговала. Я пошла собираться. — сказала девушка и чуть улыбнувшись, вальяжно прошла в свою комнату чтобы переодеться и привести себя в порядок. Вторая тоже не стала терять время, и прихватив с собой вино, два бокала и киндеры сложила набор для идеального свидания в корзинку. — Это должно мне помочь… — смотрев на все это под нос бубнела та. Спустя незначительное количество времени, Кузнецова вышла из комнаты в широкой футболке Насти, которую стырила по-тихому из шкафа, волосы непривычно без хвостика, спадают на лицо. — Все, погнали. — подхватив под руку Настю, заявила малая. *** Лес, лес… густой лес и больше ничего… Но вот среди густых и мощных ветвей деревьев, показалось поле в котором красовался маленький, заброшенный домик… На вид хиленький и не очень аккуратненький… Приглушив мотор, старшая прихватив все необходимое, стала идти по засыпающему полю крепко держа девушку за руку. Старые, прогнившие ступеньки, которые могут провалиться под весом двух тел, но осторожно добредя до последнего этажа, молодым людям открылся прекрасный вид на заходящее солнце. —Мы на месте. — Умеешь удивлять. — с ноткой восхищения произнесла малая. Завороженно глядя на закат, та даже чуть приоткрыла рот от восторга, но тут же расплылась в широкой улыбке. В голубых глазах тонуло красное солнце, а в волосах переливались последние лучи тающего заката. — Знаешь. смотря на закат солнца меня преследует непонятно чувство будто после него ничего нет… Накрывает непонятная апатия… Становится страшно что после ухода солнца, все перестанет существовать, а землю покроет густой мрак… — отпив красного, терпкого вина размышляла малая, изредка наблюдая уже не за карими глазами, за глазами где смешались разнообразные цвета. — Для кого мрак, а для кого повод искать глазами созвездие большой медведицы в небе, и ждать падающую звезду чтобы загадать желание. — как-то задумчиво произнесла девушка напротив, держа в руках бокал красного полусладкого. Бэлла ухмыльнулась с её слов в который раз убеждаясь, какое не стандартное мышление у Анастасии, вроде и такая грозная, но размышляет о созвездиях и душе. — Бэлль, я не просто так позвала тебя сюда… — немного отрывисто начала Настя, поставив бокал на свежевыглаженную скатерть… — и я не знаю как ты отнесёшься к моим словам дальше… Я хочу что бы ты раз и навсегда знала. — она взяла деву за её холодную ручку, а глаза стали метаться в нервном направлении… Младшая замерла в ожидании, её сердце бешено колотилось и сама Бэлль даже не знала от чего, то ли от повышенного градуса в её организме, то ли от градуса ситуации, что становилась жарче с каждым моментом когда Анастасия приближалась к ней, что-то неуверенно говоря. — В общем, я влюбилась в тебя… Ты просто свела меня с ума. — так же нервничая произносила брюнетка, ожидая хоть маленького звука от девушки… Ее рука иногда сжимала хрупкие пальчики Бэлль… Петрова нервничала как маленький ребёнок… Ее слова чуть ли не впервые звучали искренне и завораживающе.