Часть 1
2 января 2021 г., 03:55
Мондштадт, обычный как всегда день… Казалось так на первый взгляд, если бы не одно но.
Дилюк сейчас не в городе и не в винокурне. Он сидит у могильного камня, далеко от Мондштадта, чуть ли не на границе с землями Ли Юэ , где аккуратно выгравировано имя «Кэйя Олберич-Рангвиндр», а под именем, фраза, которую Дилюк слышал чаще всего, замечая нахального капитана Ордо Фавониус в своей таверне: «Слушать жалобы – это тоже часть работы рыцаря». Как на зло, улыбающийся, на могильном камне, смотрит оттуда на винодела, который уже не впервые пришел сюда, который проводит здесь не первые свои сутки, который… единственный смотрит за его могилой.
– Здравствуй, Кэйя, – проговорил как всегда, садясь у могильного камня Дилюк, и огладил по краям тот чертов мрамор, на котором так аккуратно и так схоже с жизнью, было изображено лицо его брата, – ты же простил меня за тот день.. правда? – совесть, за слова сказанные в «тот самый» день, поедала изнутри, и «те самые слова» не выходят с головы.
Невольно по щекам красноволосого начали стекать слёзы, которые он сразу вытер рукавом.
«Тот самый день»
На улице лил сильнейший дождь, таверна в такую погоду зарабатывает немного больше, так как людей внезапно застает ливень, и где же ещё можно провести хорошо время, как не в таверне, где всегда есть вино высшего качества и чуть ли не на любой вкус? Верно, в городе свободы такого места больше нет нигде.
На горище таверны, во время этого самого ливня, были два брата, только проснувшихся после бурной ночи.
– Ну что, почётный рыцарь Ордо Фавониус, как вам утро? Ничего не болит? – будто с насмешкой спрашивает красноволосый, смотря на то, как Кэйя старается сохранять спокойное выражение лица, пока садиться на кровать.
– Всё в порядке, – надменным тоном отвечает синеволосый парень, чем начинает злить своего «брата».
– Я же вижу что ничего не в порядке, – отрезает Рангвиндр, и несмотря на «всё хорошо» всё равно ищет где-то закатившуюся бутылку с водой и болеутоляющее, припрятанное где-то в тумбе.
Кэйя все же принимает от сводного лекарства и ложится обратно, ожидая пока боль хотя бы немного спадёт. Дилюк, не сказав больше ни слова, быстро оделся, и спустился вниз, помогая бармену за стойкой справиться с наплывом людей.
Кэйя всё ещё лежал в кровати. Подниматься было ужасно лень, да и состояние его после ночи с братом было не из лучших. Тело болело, и на талии и бедрах были многочисленные ожоги, от того, что брат не контролировал свою силу, в то время как жестко входил в него. Как их стоны ночью заполняли всю комнатушку на горище. Как их языки сплетались в диком танце, пока Дилюк был глубоко внутри синеволосого. И как после всего, аккуратно всё вытирает, зацеловывая каждый оставленный им ожог.
Но вот когда ночь сменяется утром, Дилюк становится будто иным человеком. Его холод и безразличность возвращаются к нему. Да и вообще, он как будто забывает все произошедшее.
Вот только после каждой такой ночи, Кэйя всё помнит. Всё до малейшей детали.
Наконец переборов свою боль, парень поднимается. Низ живота и поясницу всё ещё тянет, благо после болеутоляющего не так сильно всё болело. Вещи были раскиданы по полу, и каждый раз поднимая их с пола, было сильнейшее желание упасть. Просто упасть и не подняться больше, как минимум до вечера точно. Все же, нужно перебороть себя. Джинн будет не в восторге если он не придет в штаб на работу.
Парень делает глубокий вдох и поднимает очередную свою вещь, садясь на кровать и одевая вещи уже сидя.
Окинув комнату взглядом, проверяя, ничего ли тот не забыл, выходит, спускаясь вниз.
– Уже проснулся, соня? – услышал спустившийся Кэйя от Дилюка, протирающего бокалы за барной стойкой.
– Конечно, любимый братик, – немного дерзит в ответ, – я сегодня буду поздно, пожелаешь мне удачи?
– Да катись ты к чёрту, можешь даже не возвращаться, – говорит красноволосый, провожая спину своего «братца к выходу» взглядом
Для Дилюка это уже было как повседневность, вот так язвить своему сводному брату. Ведь, как ему казалось, это совсем никак не отображается на и так холодном Кэйе, что было совсем не так.
Каждое колкое слово протыкало его сердце, и это не оставалось бесследным.
Уже в штабе Ордо Фавониус:
– Кэйя! – зовет Джинн со своего кабинета, на что парень поднимается, и старается не показать свою боль.
– Добрый день, командир Джинн, чем могу быть полезен? – скорее всего, Джин была единственной, с кем Кэйя сдерживал свою надменность.
– У меня есть для тебя поручение, говорят, рядом со Спрингвейлом опять разбушевались волки. Будь добр, разузнай, что там произошло.
– Будет выполнено, – ответил Кэйя, выходя с кабинета Джинн, и идя к себе.
Закрыв дверь в кабинет, неизвестно почему, но сползает по ней, держась руками за голову и сильно сжимая пряди волос, чуть ли не вырывая их.
«Успокойся, успокойся Кэйя, чего же ты? Всё ведь хорошо. Давай, вдох и выдох…» – кое как успокоившись, парень записывает в своём журнале о том, куда направляется на задание, и выходит со Штаба.
« Думаю, добраться до места назначения гораздо проще будет на планере» – прокручивает в голове, забивая что погода не совсем таки и лётная.
Стоя на краю, Кэйя прыгает, сразу же открывая планер. Ветер немного сносит его в сторону, от чего управлять им сложнее, и половину задуманного пути пропарить не удалось. Приходится доплывать. Одежда бы в любом случае промокла, так что он ладе не обратил внимания, что вода с него стекала сильнее, чем лил дождь.
Ещё раз собравшись с мыслями, тот оглянулся. К Спрингвейлу идти было недалеко, лишь 2-3 минуты спокойной ходьбы потому не раздумывая он сразу отправился туда.
Заходя в посёлок больше всего удивило, что ни в одном из окон не горят свечи, будто все исчезли. Начав рассматривать всё внимательнее, он наконец увидел, что на многих домах огромные следы от когтей. «Но ведь Рэйзор и стая дали обещание этого не делать. Выходит это не они? Если это и волк, то он ростом с человеком…» – сейчас парень не знал о чем думать, как в один момент почувствовал сильнейшую боль по всей спине, перед этим не услышав даже шороха…
Тем же временем, Дилюк все ещё работал в таверне. Дождь всё никак не заканчивался, а за окном становилось всё темнее. Несмотря на то, что винодел отправил своего брата к черту, он всё равно переживает за него, пусть и показывает это совсем иначе. Показывает это всё, будто безразличие, но знает, что все не так.
Спустя еще промежуток времени
На улице уже и вправду поздно, и по времени Кэйя должен был бы вернуться. Несмотря на то, что он мог приходить и позже, но что-то не давало Дилюку покоя. Потому, оставив таверну на сотрудников, он смело идёт, что бы разузнать, куда же пропал его любимый и обожаемый братишка, что бы забрать того домой.
Придя в штаб Ордо Фавониус, все кабинеты, кроме кабинета Кэйи были закрыты. Пройдя внутрь, Рангвиндр вроде не заметил ничего странного, и подойдя к столу лишь лист, с красиво написанным «Спрингвейл».
«Спрингвейл значит» – подумал про себя красноволосый, вышел из кабинета, направляясь туда, где скорее всего может быть его брат.
Чтобы быстрее добраться, было сразу решено полететь с края Мондшафдта. Несмотря на плохую погоду, Дилюк отлично управлял планером, наверное потому у него получилось долететь до противоположного берега, и сразу направиться в городок. Двуручный меч был наготове, но когда тот осмотрел город, сразу понял, что здесь был кто-то посторонний, и даже не волки Мондшафдта.
Обойдя очередной дом, он кинул взгляд на землю.
– Кэйя…? – спросил будто сам у себя Дилюк, чувствуя, как ладони разжимаются и меч падает на траву, практически без звука.
Проходит несколько секунд, парень все ещё старается все понять, но ничего не получается, он падает на колени, и подползает к телу умершего как можно ближе.
– Кэйя… эй, Кэйя! – красноволосый переворачивает тело брата к себе лицом, и его глаза лишь сильнее заполняются слезами, когда тот полностью понимает, что да… Это его брат.
– Эй, Кэйя, милый, братик, очнись ну же! – руки были уже испачканы в крови от огромных рваных ран.
Лицо ледяного мечника тоже было в крови, но от рук его сводного брата, который оглаживал каждую щеку, оставляя на ней поцелуи.
– Н-ну же….. К-кэйя… прошу тебя, – больше красноволосый не сдержался, и прокричал во весь голос, наверное, настолько сильно, что услышано было до самой гавани Ли Юэ.
Этот крик был символом того, что самое дорогое было утеряно, боль проходила от этого через всё тело. Каждый, кто смог услышать эту боль, скорее всего, задрожал от того, насколько сильно он был пропитан отчаянием….
Следующим утром, капитан Джинн узнала от Дилюка о смерти Кэйи. Носитель двуручного меча настоял о том, чтобы самому выбрать место для захоронения, и ему было разрешено, как самому близкому, для умершего. Всё время когда он говорил с Джинн, у него удалось сдержаться, но только тот зашел к себе в таверну, его сразу подкосило, он упал прямо у двери и обеспокоенные рабочие помогли ему подняться, помогли хоть немного успокоиться.
30 ноября
– Здравствуй, братишка, – начинает Дилюк, в очередной раз приходя на могилу к самому близкому для себя человеку, – у тебя сегодня же день рождение.. Ты не забыл, ведь так? – спрашивает будто у пустоты парень.
Он сел рядом с могильным камнем, облокотившись о него.
– А я вот.. Я принес тебе твоего любимого вина… Та самая «полуденная смерть» не менял рецепт специально для тебя, а ещё фруктовые шашлычки.. Ты же любишь их, помню ты часто мог есть их на перерывах.
Красноволосый говорил с могильным камнем очень долго, и в какой-то момент, даже уснул, сквозь сон, почувствовав, как его голову погладила рука… Такая родная для него рука, хотелось схватить… Схватить и больше не отпустить, больше не говорить плохих слов в его сторону, и просто обнять прижав к себе.
– Если бы ты был жив… – тихо прошептал парень, и как будто услышал в ответ «я всё еще с тобой..»…
