Tell me, is my love an illusion?

На второй день после вести о приезде Кейт, Диан всё ещё боялся хотя бы заметить её. И, наперекор всем его страхам, с начала занятий он замечает её любимого и необычного цвета волосы, что струились по спине волнами. Понимая, что в этом мире к нему нет никаких сожалений, он снова начал мучать себя кучей вопросов. К примеру, "Что если мы встретимся лоб в лоб?" или "Что делать, если она меня заметит?". Бывали даже мысли, что она просто его проигнорирует, и это ещё больше перекрывало кислород парню. Дышать в здании университета теперь было очень тяжело. Если раньше он как-то абстрагировался от воспоминаний разными прогулками со сверстниками, то сейчас постоянная тревога не давала расслабиться. Это заметили однокурсники, и поэтому оставили его. Не потому что понимали чувства парня, а потому что им не было до него дела с таким настроением. Откровенно говоря, им тут всем его проблемы по боку. Учитывая, что они общаются с ним просто из-за его авторитета, никто даже толком не спрашивал, как у Ричардса дела. Сам парень всё прекрасно осознавал, но хотел с кем-то просто так разговаривать, чтобы отвлечься. Насчёт случайной встречи с новой студенткой в отделе живописи, Диан прекрасно решил, что не будет выдавать свою панику всеми способами, которые только можно предложить. Он твёрдо принял решение, что она не должна об этом знать, ведь той наверняка наплевать на его чувства. И из-за этого решения, доза таблеток возросла больше допустимого. Хотелось сделать всё, чтобы заглушить бешеное сердцебиение и подступающую панику. Родителям он всё ещё не рассказал про приступ на лестнице, о чём сожалел, ведь обещал ничего не утаивать. Мать очень беспокоится за своего сына также, как и отец, и даже предлагала пройти лечение в специальном месте в специальной атмосфере. Но парень наотрез отказывался, называя это пустой тратой средств. Уж лучше покупать новые материалы для ателье, чем оплачивать лечение в психиатрии. У него и так уже есть психолог, который выписал эти таблетки. Приёмы к нему зависят от периодичности заболевания и расписания врача. Диана вызывают на короткие беседы про приём таблеток, частоту панических атак и причину всего этого. О последнем Ричардс молчал и заменял настоящую причину ложью про какую-то травму, что хорошо отпечаталась в голове. Как ни в чём не бывало, врач после бесед быстро отпускал парня и продолжал работать. Нет, он был ответственным работником и тоже предлагал лечение, просто Диан уже не знал, кому доверять и психолог чувствовал это. Но спрашивать не стал, не тревожа бедного парнишку. Ричардс шёл с перерыва из библиотеки в другую аудиторию. И на его пути из-за угла выскочила серебристая макушка, ударяясь лицом прямо в грудь парня. Листы, что были в руках у девушки, разлетелись по полу, а сама обладательница этих бумаг тяжело вздохнула. — Простите за... — девушка подняла голову и удивлённо уставилась на парня своими распахнутыми голубыми глазами. Что ж, сам Диан также не ожидал такой встречи, вглядываясь в человека перед ним полными шока глазами, — ... столкновение, — Кейт опустила взор, но парень продолжал наблюдать. Неожиданно обеспокоенный голос сменился на холодный тон, когда Купер сказала: — Давно не виделись. Мурашки табуном пробежали по телу парня, отчего тот тряхнул плечами. Сердце начало ускорять темп, во рту стало неприятно сухо и хотелось выпить целую бутылку воды, что продавалась в столовой. Руки немного задрожали и Диан искренне не понимал, что с ним творится. Поэтому выдав короткое "Угу" он ринулся к следующему этажу, совершенно забыв помочь девушке с разбросанными бумагами. "— Что происходит? — думал Диан, забегая в аудиторию и находя свободное место, усаживаясь, — Отчего такое быстрое сердцебиение? Паники вроде нет... Это из-за неожиданной встречи? Из-за прежних чувств? — в безысходности, парень больно стягивал черные волосы на голове, — Чёрт, почему я так бессилен со своими воспоминаниями". Остаток учебного дня прошёл в удвоенном беспокойстве и хотелось даже сбежать с лекций к лучшему другу и рассказать всё и обо всём, не думая о последствиях. Но именно эти мысли всё ещё удерживали его в учебном здании, и он послушно выполнял все задания. А после всех занятий, он валился с ног, явно перегруженный своими тревогами. Быстро доехав до дома, парень заказал в одном из продуктовых магазинов доставку нужных товаров. А затем, в "Всё для шитья" также сделав заказ, уселся на диван в гостиной. В большой квартире было очень пусто, не смотря на большое количество шкафов и стеллажей со всем, чем только можно было. Снять квартиру Диан хотел сам, хотел устроиться куда-нибудь и сам зарабатывать на жизнь. Но родители были против, так как его состояние нельзя было ухудшать недосыпом или стрессом на работе. Поэтому они уговорили его упорно учиться и не волноваться за жильё. Хотя мать в самом начале была категорически против отпускать сына жить отдельно, боялась, что представится момент, когда парень не сможет сам добраться до таблеток и успокоиться. Но Диан, по крайней мере сейчас, был ещё не в таком состоянии, что не может позаботиться о себе. Поэтому ему пришлось уговаривать родителей, также, как и они его. Чтобы рассеять тревоги минувшего дня, парень решил вновь провести время со своей гитарой. Работать над эскизами сейчас не получалось совсем. Мысли, заполнившие голову, не давали место другим, более важным для учёбы. А спектр эмоций, который он не испытывал за последние три года, и вовсе сбивал с толку. Пройдя в комнату, он уселся на кровать, предварительно взяв инструмент. Напевая незамысловатую песню, он тихонько дотрагивался до струн, что воспроизводили нужную мелодию. Уходя в свой мир благодаря музыке, он сопровождал свой путь своими песнями. Никому не рассказывал об этом, потому что в песнях таились его бессмысленные сожаления и нескончаемые потоки раздумий о прошлом. И несмотря на содержание песен, после их исполнения становилось легче. Намного легче. И когда Диан возвращался в реальность, дышать было легче. Его занятие прервалось звонком в дверь. Продукты привезли. Ну, не совсем продукты. Для среднестатистического студента полуфабрикаты являлись продуктами и брюнет был одним из таких, хоть и мог сам готовить. Забрав свои пакеты, Диан поставил их на столешницу и принялся распаковывать. Раздумывая о завтрашних планах, парень несколько раз принял решение окунуться в работу с головой, чтобы чувствам после столкновения не было и возможности снова проявиться. В глубине души он прекрасно осознавал, как похорошела Кейт, но эти мысли нужно было отгонять тысячными потоками ветра или заменять другими. Перекинув внимание на разные упаковки, брюнет продолжал аккуратно убирать их в шкафчик над столешницей. Когда пакет опустел, сложив его, Ричардс направился в ванную. Стоя под холодными струями воды, уже сильно поднадоевшие мысли воспроизводились со скоростью света. Все страхи начали выплёскиваться в лицо, говоря о ничтожном существовании Диана. Чёрные пряди неприятно липли ко лбу и пришлось задрать голову, одновременно приглаживая пятерней волосы. Холодная вода мгновенно ударила по закрытым глазам. Мысли о том, что он слабак и не может никак смириться с безответными чувствами, пожирали его разум, не оставляя даже крошечных крупиц. Это не давало ясно мыслить и в голову полезли "Наверняка у неё уже была целая куча ухажёров", "Зачем ей сдался я, если есть другие", "Со мной явно много проблем". И то, что девушке абсолютно плевать на него не осталось в стороне, ведь это явно подтверждало сегодняшняя неожиданная встреча. Она спокойно живёт, учится на факультете живописи и это то, что Диан заметил только сейчас. У неё новые увлечения, а это значит, что и новые предпочтения. И это ранит ещё сильнее, чем её холодный тон с утра. "Почему я не могу её возненавидеть, если она принесла мне столько боли?" "Почему я не могу проявлять то же хладнокровие, что и она?". А ответ совсем прост. Всё из-за бесконечной надежды, что буквально держала за шиворот и не давала совершить необдуманные действия с крыши здания. Надежда, что всё изменится. Что всё наладится. Что приёмы к психиатру закончатся. Что панические атаки прекратятся, кошмары не будут наведываться по ночам и неприятные флешбеки исчезнут, как будто их и не было. Слишком бессмысленно надеяться на такое количество просьб, но он надеялся. Надеялся, что три года томительных ожиданий не прошли зря. Выходя из душа, Диан понял, что на этот раз гитара не смогла полностью отвлечь его. А всё из-за встречи, что перевернула распорядок тревог и мыслей, умножив их. Даже звонок лучшему другу уже не казался спасением, ведь в любую секунду Ричардс может отвлечься на свои проблемы и упустить то, что скажет Леон. И это пугало, ведь выдавать себя по всяким косвенным признакам не хотелось от слова совсем. Да и в принципе, звонить сейчас не хотелось от эмоциональной перегрузки. Поэтому, завалившись на кровать, в уже надетой одежде для сна, брюнет потихоньку перебирал планы на завтра. Материалы из "Всё для шитья" будут после обеда. Как раз никаких лекций в это время, что уже радовало, потому что каждый день парень зависал в университете чуть ли не до позднего вечера. Нужно немного поработать над воплощением в реальность своих эскизов, что уже давно были прикреплены к пробковой доске над письменным столом. Половину из них нужно показать родителям и возможно они согласятся с ними. Другую половину ждёт множество доработок, но затем тот же путь, что и первую половину. Потом парень раздумывал о том, где лучше сделать домашние задания: дома или сразу в университете на перерыве в библиотеке. Мысленно согласившись со вторым, утреннее столкновение четко представилось перед глазами. Но теперь перед взором находились только большие голубые глаза. И только сейчас, конкретно вспоминая именно глаза, Диан заметил крупицу волнения, когда обладательница этих очей увидела, с кем столкнулась. И Ричардс не понимал, что это означало. Подступающую ненависть или... А другого варианта и быть не может, вспоминая ссору три года назад. Хотя, ссорой это даже не назовёшь... Быстро отгоняя мысли и о глазах, и о событиях трехлетней давности, Диан укрылся одеялом с головой, утопая щекой в подушке. Наутро он об этом даже не вспомнил.