Давай перепишем историю

Асе становилось лучше. Она окрепла, стала спускаться к парням. В тот вечер, когда Алекса позвал Чингиз, Матвей и Алиса окончательно решили уехать и прощались с друзьями. События фильма начинали меняться. Ася радовалась, верила, что у неё получилось. Даже больше, у неё не просто получилось, она стала Алексу другом. Они многое обсуждали, придумывали, спорили. — Ну так что, пришли в твоём 2021-м к идеям Маркса? — глаза Тарасова горели, он даже подался вперёд, от нетерпения. — Нет, в 1917-м произойдёт революция, после неё будет стремление к свободе, равенству и братству, но… но потом что-то пошло не по плану. Алекс сник. Но не в духе капитана долго убиваться. — Ты же изменила нашу историю? Значит и мировую мы поменять сможем! Так и проходили их дни. Они говорили о прошлом, будущем и настоящем. Ася делилась знаниями с Алексом, а он с ней. Через несколько недель они думали, что знакомы вечность. Казалось, что путешествие Аси во времени не шутка судьбы, а задумка высших сил. Будто кому-то было очень нужно свести их вместе.

***

В один из дней Ася спустилась в пустой трюм. — Ребята? — Ушли на ярмарку, — Ася развернулась и столкнулась с улыбающимся Алексом. — Сегодня Рождество. — А почему ты не пошёл с ними? — Хотел остаться с тобой, — ответил Алекс, уходя в глубь помещения. — Научу тебя кататься на коньках, — сказал Тарасов с улыбкой и взмахнул перед собой какой-то тканью. Приглядевшись, Ася поняла, что это женская шуба. Как истинный джентльмен Алекс накинул обновку ей на плечи. — Не всё же время тебе прикидываться парнем, — вкрадчиво сказал он, поворачивая девушку к зеркалу, а потом добавил нараспев. — Собира-а-айся!

***

Петербург сиял. Ни один фильм не передаст той красоты, той сочности красок, что была в реальности. Разглядывая праздничное убранство города, Алекс и Ася дошли до канала. — Ну что, готова? — спросил Тарасов, подавая Асе руку. — Теоретически, я даже знаю, что делать, — девушка захохотала. Она уже стояла на льду, поэтому, чтобы удержаться на ногах, схватилась за плечи Алекса и уткнулась лбом в его плечо, пытаясь совладать со смехом. Тарасов любил её смех. Ася будто снимала с себя груз ответственности и сосредоточенности. Черты лица разглаживались. В такие моменты Алексу казалось, что она ещё совсем ребенок, вот только сколько ей лет так спросить и не решался. Наконец девушка насмеялась, но улыбка не покинула её лица. — Ну что, — Ася взглянула на Алекса, — на встречу приключениям? Она оттолкнулась и поехала вперед. Вот только ей наперерез неслись мальчишки. Столкновение было неминуемо. Алекс в один толчок настиг девушку и потянул к себе. — Ты просто коньковая катастрофа, — теперь улыбался уже Тарасов. — Это я катастрофа?! А ну-ка догони! Они дурачились как дети. Ася заражала Алекса своим позитивом. Они смеялись, ходили по ярмарке, смотрели на факиров и клоунов. «Никогда Рождество не было для меня таким праздничным», — думал Алекс. «Это лучший день в моей жизни», — думала Ася. Вслух же они рассказывали про смешные случаи из жизни и сочиняли небылицы про прохожих. А уже к вечеру благодаря Алексу Ася уверенно держалась на коньках. Стащив яблоко с прилавка, Тарасов протянул его Асе, но что-то в её выражении лица его насторожило. Девушка лукаво улыбнулась и потащила его за рукав к мосту. Как только они покинули людное место, Ася вынула руку из-за спины и потрясла перед носом Алекса… кошельком! Алекс опешил. Алекс удивился. А потом, будто очнувшись, выхватил кошелёк и спрятал в свой карман. Подхватив девушку под руку, он увлек её в другой канал, подальше от места преступления. — И как ты… — Я никогда не говорила, что я способная ученица? — Ася улыбалась от уха до уха. — А с виду приличная девушка, — Алекс наигранно нахмурился, но увидев, что улыбка сползает с лица девушки, потрепал её по коротким волосам и воскликнул, — а оказалась просто сокровищем! В эту секунду небо взорвалось тысячей красок. Рождественский салют озарял всё вокруг. — Я никогда не… — начали они одновременно. А потом Алекс послал всё к чертям: сомнения, раздумья, её возраст, чудо её появления. Он никогда ни к кому особо не привязывался, а она… что-то было в ней такое непосредственное, весёлое, но при этом такое уютное… Алекс подумает о будущем потом; сегодня он весь принадлежит ей. Тарасов обнял девушку, которая смотрела на салют так, будто видела его впервые. А когда она недоумённо повернула голову, поцеловал. Нежно, невесомо, словно держал в руках фарфоровую статуэтку. Она ответила на поцелуй не сразу. Сначала Алекс удивился, подумав, что она этого не хотела. Но потом по её неумелым движениям понял: он первый.