Пожалуйста, исчезни.

      Иногда хочется просто забыть какого-то человека. Взять и содрать воспоминания о нём. Каждый раз, вспоминая, что их связывало, становилось тоскливо и обидно. От поступков его когда-то лучшего друга. Всё это привели к худшему концу. Для них обоих. К горлу подступил тошнотворный ком тоски, переходящий колотой болью в груди. Он лишь шмыгает носом, подавляя эмоции. Кайл совершенно не хотел впадать в дерьмовое состояние, в котором не редко пребывал Стэн. Он не винит того в этом, однако...он ведь мог стараться ради их дружбы? Хотя бы ради самого себя. Его мнение было простым на счёт людей, жалеющие себя - слишком примитивные. И опять его голову занимали нескончаемые мысли о поступках когда-то дорогого человека. Это вызывало чересчур странные чувства, которым он не хотел придавать большое значение и старательно избегал их. Но даже избегая,он не мог избавиться от желания подойти, врезать хорошенько и сказать, что он скучает. Ведь нет ничего лучше, чем физическое проявление чувств и привязанности. Мысли перекатывались от одной к другой и было тяжело понять действительно ли он злиться на Стэна. Он никогда не умел злиться на кого-то,особенно на близких. Может стоило тогда просто.... —...-ейл..чёрт.....Жидяра! — знакомый и такой до противного громкий голос вывел из печальных мыслей, а человек представший перед ним, ещё больше заставил нахмуриться. Кайл показательно хмыкнул, указывая на недовольство от вмешательства Картмана. Хотя любитель жареной курочки всегда был проницательным, лез во всё и ко всем, но при всём этом...действительно делал всё так, как в итоге должно быть. Возможно он даже как-то посодействовал разрыву дружбы между Кайлом и Стэном,хоть и раньше считал их в каком-то смысле идеальной парой. Ведь они «клишированная пара» от друзей к возлюбленным. И сейчас он был слишком близко, что вызвало нескрываемое отвращение у Кайла. Не особо приятно было разглядывать ухмылку Эрика, когда на него обратили внимание. Кожа поблескивала на свету, а волосы, торчащие из под шапки выглядели немного взмокшими. Чертов нарцисс. — Чего тебе на этот раз надо, Картман? — вздохнув спросил Кайл, раскрывая шкафчик, от чего второй насупился и поспешно отшатнулся. — Совсем ничего, Ке-еейл, — пожав плечами хитро протянул Картман, и этот тон никогда никому не нравился, потому что за этим могло последовать что угодно. Вышеупомянутый подросток пожал плечами и осмотрев одноклассника, будто раздумывал сказать ли. Он уже было хотел раскрыть свой рот, вкидывая оскорбление или новую новость их школы, как его прервал своим появлением Кенни, которому Кайл был как никогда рад. — Хей, пацаны! —  улыбка была во все тридцать два зуба, а брови весело вздернуты вверх, показывая его хорошее настроение. Впрочем, как и всегда. Кенни был высоким, чуть выше самого Кайла и конечно же очень худощав, что было спровоцированно его бедностью и проблемами в семье, но это никогда не было проблемой для веселья или баловаться запрещённкоц. — Скоро у Факера в доме тусовка намечается, — начал он засовывая руки в карманы своей оранжевой парки. — И он нас всех приглашает! — с явной гордостью заявляет он и Кайл вопросительно вскидывает бровями, пока Картман пристает к тому с распросами о наличие еды на этом самом намечающимся веселье. Крейг никогда не был серой мышкой и его все хорошо знали, особенно Маки, у которого он по сей день бывает в кабинете и обсуждает его наглое поведение и возможные проблемы в семье. В старшей школе к нему лишь возрос интерес, и не только из-за его натуры, но ещё и благодаря подтянутому телу, а также высокому росту. Да, банально звучит, но это так. Из-за этого он стал ещё более противным человеком, не лишился своей быдловатости, занудства и огромного количества похуизма. Однако и Кайла, и самого Крейга связывало довольно многое, и называть его чужим для себя, он увы и ах, совсем не мог, да и не хотел. — Без меня, пацаны! — хмыкает еврей, смотрит на одноклассников, и, развернувшись, не дождавшись ответа от парней, быстро направился в сторону кабинета, где будет первый урок. А что ему там делать? Там будет много знакомых, в этом доме и с этим человеком, да и тем более его дружки там будут, а в такой обстановке он бы точно не смог нормально напиться и расслабиться. — Кайл, не будь таким дерьмом. — ну конечно Кенни не отстанет. МакКормик понимал, что это не его дело, что все зависит только от Кайла, но он не мог больше смотреть на этот сплошной кусок дерьма, застрявший в прошлом и не в состоянии решить проблему простым разговором. Он слишком упрям и не пойдет на это, его приходиться подталкивать к действиям,но даже это Кайл игнорирует. — Я думаю, что тебе просто стоит выпить и подцепить горячего парня. Я уже устал смотреть, как ты страдаешь от недотраха, — с усмешкой все наступал Кенни, не спеша шагая рядом с Кайлом, а где-то сзади плелся и жиртрест на своих коротеньких и полных ножках, успевший где-то подцепить Баттерса, с которым и вёл сейчас беседу. — Иисусе, — вздыхает он и в раздражении потирает переносицу, желая, чтобы от него прямо сейчас отстали. — Чувак, отъебись, мне там нечего делать. Рядом идущий блондин вздыхает, но на все сто уверен, что тот все равно явится на это веселье. Это было очевидно. Кайл был таким дерьмом, что никогда не признается в чем-то, посчитав это слабостью, но Кенни почти что видел того насквозь, потому и был уверен в том, что его давний друг точно будет на тусовке. Ну, а Брофловски и вправду пойдёт, хоть и вслух он этого не вкинет никогда. А что ещё делать? Он хоть с Кенни там будет. И вообще удивительно, что Эрика тоже пригласили, он точно сожрёт всю еду там, а это было бы не выгодно Такеру. Да и Крейг не относился к ним с особой теплотой. И Кайл понимал, что здесь явно что-то не так.

***

— Не собираешься есть? — заговорил Кенни, плюхнувшись напротив Кайла и складывая руки на столе, тут же утыкая в них свое лицо и кидая голодный взгляд на порцию одноклассника. Брофловски просто вздыхает и двигает поднос со своим обедом другу, а тот в свою очередь с восторженном воплем радушно принимает еду и доброту от Кайла. Кенни начинает с жадностью уплетать его обед, пока его друг опять находился в своих раздумьях, от которых и был потерян весь интерес к пище. — Аппетита нет. — спокойно, но немного запоздало отвечает он и поспешно уводит взгляд от Кенни. — Что ж, понятно. — пробурчал МакКормик. Он всегда волнуется за друзей… Даже за Картмана, когда такое имеет место быть, ведь он не часто попадал в такие ситуации и не был в различных депрессия и горестях, он как раз был тем кто предоставлял остальным букет этих возможностей, крайне не хороших. Кенни был готов каждому за тебя надрать зад. Хоть у него и своеобразное чувство юмора, но при этом он самый добрый человек во всем городе. — Так это все ещё из-за.. — начал было Кенни, но его резко перебили. — Заткнись…— почти рычит кудрявый смотря на друга, отчего второй лишь усмехнулся и пожал плечами, продолжая есть. — Кеейл, — противно протягивает пришедший Картман. — Что, паршивец Марш не отсосал тебе? — с такой же усмешкой спросил он, и, усевшись рядом с Кенни, принялся за свой обед. — Завали, жиртрест. — бурчит куда-то в свою парку МакКормик, не отвлекаясь от поедания чужого обеда. — Ах ты бедняцкая жопа! Променял меня на какую-то еду, так ещё и этого жида, — расстроенно завопил Картман, показав своим пальцем в сторону так называемого жида Кайла, который тут же нахмурил брови, в то время как Кенни лишь пожал плечами. Кайл же предпочёл только наблюдать за друзьями и слабо улыбаться, но поспешно прикрыл рот рукой, стараясь скрыть, что наслаждается данным конфликтом. — Ты бы поступил так же. — протянув это, Кенни нагло стащил пару картофелей у Картмана, и тот тут же насупился, но ничего говорить не стал. — Слушай, жид, — прочистив горло начал Картман и мельком взглянул на Кайла, что тяжело вздохнул понимая, что его сейчас ждёт. — Не будь такой ревнивой бабой, Марш просто нашёл себе подружку. — пожал плечами он и продолжил есть. Однако от данных слов легче совершенно не стало, и он почувствовал, как в груди, что-то защемило, но виду он не подал. Кайл попросту сжал руку под столом в кулак и увёл взгляд, при этом хмыкнув в ответ. Но дальше гул в столовой лишь стал причиной головной боли, а спор между Кенни и Картманом вызывал раздражение. Ему хотелось поскорее закрыть уши и спрятаться где нибудь, в самом тихом месте, где его нигде и никогда не найдут. Не выдержав такого давления со всех сторон и подступающей тошнотворной тоски, он резко вскочил с места, и, подхватив свой рюкзак, без каких-либо слов направился на выход из столовой. Его не волновал короткий окрик Кенни и последовавший смех Картмана, который сказал, что кажется у Кайл ПМС и ему нужно сменить прокладку. Но его волновало лишь то, что он чувствовал взгляд того, кого избегает уже долгое время. По окончанию всех уроков он просто поскорее ретировался домой. У него не было желания видеть лицо того человека, которому он так доверял и кем так дорожил. Промелькнувшая мысль вызвала в нём странные и тёплые чувства, которые быстро сменились тоской и обидой. Кайл сел на кафельный пол в ванной и прижал коленки к груди, желая спрятаться от всего в этом мире. — Дерьмо, — шипит зло он и до боли впивается ногтями в коленки. Он будет отрицать значимость Стэна в его жизни. Как бы то ни было, но он не хотел признавать то, что тот был ему настолько дорог, что появившиеся подружка в его жизни могла все разрушить и надломить то доверие, что было между ними столько лет. Раньше он не придавал этому такое значение и ему было не важно есть ли у Марша девчонка или нет, но постепенно, и с каждым годом, эта самая девчонка... Перешла все границы, и в Кайле зародилась ненависть к Тестабургер. Пальцы сжались сильнее на коленях, но он не обращал внимания и продолжал думать, и кипеть от нарастающей в нем злобы. Однако вскоре прийдя в себя, он зашипел от жжения и отдернул руки. Лишь шум воды теперь заполнял надоедающую, но такую привычную для него тишину. Найдя в себе силы, парень с тяжёлым вздохом поднимается с пола, и, разочарованный данным днём плетется в свою комнату, перед этим не забыв выключить воду, а то ещё влетит от родителей. Открыв дверь, он идёт прямиком к своей кровати. В комнате царил полумрак, хоть на улице ещё и был только вечер, но тёмные шторки закрывали свет, не давая ему просочиться сюда. Он совершенно не понимал, когда успел перенять эту дерьмовую депрессию от Стэна и это вечное нытье. Кайл не понимал, когда успел стать таким дерьмом и видеть во всем одно дерьмо. Обессилено упав на кровать прямо в грязной одежде, он закрывает глаза и моментально засыпает, не думая больше ни о чём. Обычно он думает перед тем, как уснуть, но видимо не сегодня.