Выпадая из окна

Локи привычным движением поправляет опасно накренившуюся подставку с ножами. Находчивый брат, конечно, решил оставить ее прямо над холодильником, и теперь при каждом открытии дверцы ножи сдвигаются на несколько сантиметров вперед, грозясь однажды обрушиться на недальновидную светлую макушку. Локи беззвучно вздыхает. Сколько там прошло времени с тех пор, как мидгардцы в очередной раз одержали победу над инопланетными захватчиками? Месяц, два, больше? Иногда Локи кажется, что он застрял во временной петле. Каждый день в пугающе мельчайших подробностях напоминает ему предыдущий. Локи страшно подумать, что когда-нибудь он свыкнется с этой унылой обыденностью, сольется с ней, позабыв о том, что и у него когда-то был выбор. А может, это и есть Хель? Видеть, как брат чахнет изо дня в день, упиваясь горем — похоже ли это на одну из изобретательных пыток старшей сестрицы? Если бы Локи мог поежиться, он бы так и сделал. Тор щелкает пультом — в вечернем сумраке стены то вспыхивают яркими красками, отражая свет от плазменной панели, то вновь становятся чернильно-черными. Но едва Локи успевает заинтересоваться интервью на каком-то около-научном канале о существовании пришельцев, экран неожиданно гаснет. Тор шумно выдыхает и зарывается носом в ладони. Короткий всхлип, раздавшийся вдруг в тишине, кажется Локи почти оглушающим.

***

Тем временем банки из-под пива все множатся. Локи нервно притопывает носком ботинка и прожигает брата, потянувшегося за открывашкой, раздраженным взглядом. Увы, его недовольство даже при жизни не могло уберечь Тора от бредовых идей, а сейчас… Сейчас Локи вынужден молчать, и это сводит с ума. Из гостиной доносится короткий писк. «Входящий звонок от абонента…» Повторное пищание, и сообщение улетает в голосовую почту. — Тор? Тор вздрагивает и замирает на секунду, будто пытаясь понять, мог ли Старк с его навороченными технологиями, обеспокоенный несколькими пропущенными звонками, переместиться прямо сюда, в квартиру. Как-никак, после всего случившегося Мстители старались держаться друг друга. Все, кроме, пожалуй, самого Тора. — Как ты, приятель? — Тор раздумывает несколько секунд, а затем отставляет бутылку и поднимается из-за стола. Встрепенувшись, Локи взволнованно следит за перемещениями брата, ощущая, как в глубине души затаивается надежда. Неужто передумал? — Ты не отвечаешь на звонки, — продолжает тем временем вещать автоответчик. — И мы, честно сказать, начинаем немного беспокоиться. А ведь некоторым из нас стрессы, вообще-то, противопоказаны. — Тони усмехается, но как-то… странно. Не успевает Локи зацепиться эту за резкую смену интонации, как Тони вновь подает голос: — Ты просто… Просто помни, что что бы там у тебя не случилось, мы… Сообщение обрывается неестественно резко. Локи ошарашенно смотрит на обрезанный провод, болтающийся у пола, и чувствует, как внутри что-то обрывается. Громко и, похоже, навсегда. Тор преспокойно возвращается на кухню и снова открывает холодильник. Локи медленно выдыхает. — Ну ладно. Хватит. Щелчок — и цветастая баночка открывается с характерным шипением. — Ты понимаешь, что ты так угробишь себя? Не можешь сам себе помочь, так позволь хотя бы это сделать другим. Тор запрокидывает голову, прикладываясь к прохладной поверхности горлышка. Пьет жадно, не различая ни сладковатого вкуса, ни запаха. И все ради короткого полузабытия, после которого боль станет только сильнее. — Я сказал, СТОП! Его крик сливается со скрежетом алюминиевой упаковки. Тор вздрагивает и резво подскакивает со стула, как юная дева, заметившая в дворцовой кухне мышь. Локи это ненадолго поднимает настроение. А потом до него доходит. — Локи?.. — после короткой паузы вопрошает Тор у пустой комнаты. Медленно, с удивительной для себя осторожностью он протягивает руку к скукожившейся, словно испуганный ежик, баночке, из которой еще капает недопитое пиво. Локи опускается на стул и закрывает ладонями лицо. Боги милосердные, что же он натворил?

***

Валькирия скептически хмурится и поворачивает банку серебристым дном вверх. — Уверена, тут должно быть логическое объяснение. — Это был он. Я уверен, — произносит Тор, и непонятно, кого он в этот момент пытается убедить — Валькирию или себя самого. — Никто, кроме него, не способен на такое. — Разве в Асгарде помимо Локи больше нет колдунов? Магов, машинально поправляет ее Локи, тем не менее, благодарный за попытки образумить брата. Вот только если Тор загорелся какой-то идеей, призывать его к благоразумию — дело бесполезное. Тор быстро подтверждает его опасения: — Есть, да только… Я чувствую, что это он. Понимаешь? Валькирия смотрит в его щенячие глаза, и на ее лице отражается жалость. — Знаешь, я думаю, тебе все же надо проспаться, — осторожно проговаривает она. — А потом, на трезвую голову… — О чем ты? — хмурится Тор. — Когда ты последний раз высыпался? Брови Тора удивленно изламываются. — Или ел — нормально, а не эти твои чипсы? — Она опускает локти на стол и понижает голос. — Ты посмотри, на тебе лица нет. — Ты думаешь, я тронулся?! — Я думаю, — веско произносит Валькирия. — Что тебе нужно отдохнуть. — Точно, — поддакивает Локи. — И стараться не зацикливаться на одной проблеме. — Да! — И самое главное, как бы это ни было тяжело, — Валькирия щелкает пальцем по банке, и та отлетает к стене, — меньше пить. Локи согласно прикрывает глаза. Лицо Тора темнеет. — Ладно, — его голос пронизывают холодные рычащие нотки. — Раз ты не желаешь помогать… — Тор, я, правда… — Уходи. Валькирия обращает на него долгий взгляд. А потом молча встает из-за стола и идет к двери. Локи так же молча смотрит ей вслед. Он ожидал от нее большего. Дверь захлопывается, а Тор еще долго сидит, уставившись перед собой. Наконец он вздрагивает, будто очнувшись ото сна, встает на ноги и подбирает с пола пожеваную банку. Разглядывает каждую трещинку на ней так, будто они могут дать ответы на все вопросы, стоит только посмотреть под правильным углом. — Я вытащу тебя, брат, — тихо обещает он. Локи подпирает щеку кулаком. От всей этой картины ему становится еще тоскливее.

***

Проходит несколько мучительно однообразных дней, и Тор наконец выбирается на прогулку. Локи бредет по заснеженной улице, любуясь мигающими огнями гирлянд и яркими игрушками, понатыканными на каждом углу. На брата он принципиально не смотрит: и так ясно, за чем брат выполз в магазин на ночь глядя. Локи останавливается перед прилавком с елочными игрушками. Прежде ему рассказывали о мидгардском христианском празднике, но Локи никогда не доводилось узреть это забавное явление воочию. А было бы неплохо, мелькает в голове задорная мысль. И тут же гаснет, утонув в небытии: брат утягивает Локи вглубь магазина, к другим полкам. Те тоже пышут красками, но Локи лишь брезгливо кривится при виде множества бутылок с разноцветными этикетками. Один взгляд на дрожащие руки Тора — и едва отступившая апатия наваливается на Локи с новой силой. Он не должен чувствовать, но ноющая где-то под сердцем пустота кажется в этот момент невыносимой. *** Когда они возвращаются в квартиру (Локи, в отличие от Тора, даже не пытается называть это место домом), Локи чувствует, что что-то изменилось. Тор выглядит странно встревоженным и будто к чему-то готовится. Внимательно осмотревшись, Локи не замечает ничего подозрительного, но заранее готовится к худшему. Уж слишком хорошо он знает своего брата. Не разуваясь, Тор движется вглубь квартиры. Только сейчас Локи замечает, что брат держит в руках какой-то пакет. — Локи, — зовет Тор. За последнюю неделю это тоже становится обыденным делом. Тор твердо задается целью вытащить Локи с того света — правда, помимо того, чтобы горланить его имя на нетрезвую голову, пока ничего больше не придумал. Локи надеется, что со временем брат оставит эту затею и забудет о нем, но помятая жестяная баночка по-прежнему занимает видное место в гостиной — прямо посреди письменного стола. Тор некоторое время вслушивается в звенящую тишину. — Пожалуйста, брат, если ты слышишь — отзовись. Его слова неприятно царапают Локи там, где у него должно быть сердце. Локи сжимает кулаки, стоя прямо перед Тором. И молчит. — Дай мне хоть что-то. Что угодно. Любой знак. Локи снова опускает глаза на пакет. Пальцы Тора чуть крепче сжимают плотную полиэтиленовую обертку, и Локи снова отмечает, как дрожат руки брата. Тор шмыгает носом и скорбно склоняет голову. — Он убьет меня, — шепчет он, присаживаясь на корточки и разворачивая пакет. Локи готовится к худшему. И, как видно, не зря. В следующую секунду он уже носится по комнате, подыскивая, чем бы прибить непутевого братца. На самом деле, Локи мог бы простить многое. Но что это такое, Тор? Брат невозмутимо раскладывает на полу спиритическую доску и зажигает свечи. — Знаю, выглядит глупо. Но эта вещь может помочь, если у тебя, например, не хватает сил… Связаться со мной. — Тор как будто сам не верит собственным словам. И все же подталкивает доску вперед, туда, где как раз стоит Локи, и впечатывается в нее умоляющим взглядом. Локи качает головой. Как унизительно. — Ну же, — Тор укоризненно оглядывает выгравированные на деревянной дощечке буквы. — Я не смогу помочь, если ты будешь молчать. — …Может, так не работает, — тихо бурчит он. Тор убирает указатель и, словно предвидев молчание Локи, достает вместо него небольшое металлическое кольцо, нанизывает на нитку и подносит к алфавиту. И тут же отдергивает руки: доску вдруг охватывает пламя. Синие языки вздымаются вверх, становясь все больше. За несколько мгновений они обнимают весь алфавит целиком, облизывают деревянные края — те покрываются сажей и чернеют на глазах. Тор подскакивает на ноги. — Так я и знал! Лжец! — выкрикивает он. В ярости пинает доску ногой, но та разлетается по паркету кучкой невесомого пепла. Глаза Тора мечут молнии, а по сжатым кулакам бегут электрические разряды, пока он продолжает кричать в пустоту: — Ты правда думаешь, что это смешно? Нравится смотреть, как мучаюсь? Тишина. — Это очередной способ мести? Мог бы выбрать что-нибудь пооригинальнее… Чем снова инсценировать свою смерть. Тор крутит головой, пытаясь угадать, где спрятался брат. — Локи! А ну выходи, пока я не сжег дом с тобой до кучи. — Наконец он ловит в зеркале знакомый силуэт, прямо позади себя. Тор резко оборачивается, и тут же вздрагивает. Перед ним — голые стены, да письменный стол, похороненный под грудой бутылок. Локи нигде нет. Странное ощущение нереальности происходящего заставляет Тора поежиться. Пальцы правой руки выпрямляются, чтобы призвать секиру, но до этого не доходит. Тор застывает на месте, прикованный взглядом к зеркалу. Локи виновато улыбается, подходит ближе. Кладет руку ему на плечо — но Тор не чувствует ничего, кроме холода, мурашками пробежавшему от загривка к лопаткам. Тор шумно выдыхает — изо рта валит пар, как если бы он оказался в ледяной пустыне Йотунхейма. — Но… Как? — сипло выдыхает он. Не удержавшись, Тор скашивает глаза в сторону, но Локи по-прежнему нет рядом. Тору становится не по себе, к горлу медленно подкатывает тошнота, но он выдавливает из себя окончание вопроса: — Как… ты здесь? Почему не в Вальгалле? Локи скептически изгибает бровь и после короткой паузы тычет пальцем в зеркало. — Что — я? — удивляется Тор. Локи щурится и, подумав, отступает в сторону, выйдя из «поля зрения» Тора. Тор издает странный скрипящий звук, будто хочет его остановить, но потом передумывает. Он ощущает магические колебания где-то поблизости — значит, Локи ушел не на совсем. Рядом раздается шелест: пепел от уничтоженной Локи доски сначала медленно, а затем все быстрее кружится по полу, складываясь в буквы. Кольцо — Хочешь сказать, — медленно проговаривает Тор, усилием воли собирая мозги в кучку и заставляя их работать. Большим пальцем он неосознанно задевает крупное металлическое кольцо на мизинце, принадлежащее не ему. — …Когда я забрал его с корабля, оно привязало тебя ко мне? Пепел снова приходит в движение. Не оно Ты Тор хмурится: — Не понимаю. Отпусти Тор оглядывается на зеркало. — Скажи, как тебе помочь? Что я должен?.. Локи качает головой. И Тор вдруг все понимает. — Нет, постой, — выдавливает Тор, чувствуя как голос от напряжения начинает скакать, — должен же быть какой-то… Зачем бы ты мне давал все эти знаки? Грустная улыбка Локи разбивает его последнюю надежду. Никаких знаков не было. Только глупая надежда на то, что все, как обычно, можно исправить и вернуть на круги своя. Локи склоняет голову к плечу и что-то бормочет. Тор не может разобрать слов, но ему хочется верить, что брат пытается его утешить. И Тор продолжает стоять, не в силах сдвинуться с места или сказать хоть что-то. Никогда еще он не чувствовал себя таким потерянным. Тор до рези в глазах всматривается в знакомые острые черты лица, яркие глаза и вновь очищенный от пыли и царапин любимый зеленый костюм брата. Тор переводит взгляд на свое отражение: растянутая, замызганная толстовка, осунувшееся, небритое лицо. Рядом с Локи, пышущим подобающим Асгарду величием, Тор смотрится особенно жалко. И его вдруг бросает в дрожь от мысли, что Локи выглядит живее него. Тор шумно выдыхает и смиренно опускает голову, чтобы брат не видел, как его глаза наполняются влагой. — Что я должен делать?

***

Тор в последний раз оглядывает выгравированные на золоте инициалы. Не дожидаясь, пока в груди снова начнет колоть, он бросает кольцо в огонь. Яркая, подсвеченная золотом нить, соединявшая их запястья, вспыхивает и разлетается искрами. Ну, вот и все. Сзади раздается тихий вздох. — Спасибо. Странно видеть искреннюю улыбку Локи. Тор всегда думал, что это редкое явление затерялось еще где-то во временах их юношества, не выдержав тяжелых испытаний взросления. — Как же я без тебя? — горько выдыхает Тор. Локи пожимает плечами и не удерживается от усмешки: — Скучно. Зато безопасно. Тор молчит. Не знает, что сказать: слишком много слов крутится на языке — а попрощаться можно лишь раз. Но Локи и тут приходит на помощь: шагнув вперед, он молча заключает его в объятья. Тора уже не удивляет, что вместо неосязаемого холода под пальцами оказываются вполне себе реальные доспехи. Захлебнувшись, он сжимает чужие плечи так сильно, как только может — но очень скоро они вновь превращаются в бесплотную дымку. Локи отступает на несколько шагов. — Прощай, брат. Разбежавшись, он прыгает в распахнутое окно навстречу чернеющему небу. Тор выходит на балкон и задирает голову. Впервые за долгое время тучи, сгрудившиеся над Нью-Йорком, рассеиваются. Тор вдыхает полной грудью свежий морозный воздух, глядя, как на чистом небе загораются первые звезды. И не может им не улыбнуться.

***

Локи бежит вперед, не в силах сдержать рвущийся из горла смех. Ощущение свободы накрывает с головой — Локи упивается им и не может поверить своему счастью. Словно целая Вселенная вдруг оказалась у его ног. Локи смотрит вниз, на улицы, машины и людей, которые кажутся отсюда такими крошечными. Подумав, он опускается пониже и теперь вышагивает на уровне верхних этажей высоток. Куда бы отправиться сначала?.. Из одного из окон, мимо которого проходит Локи, слышится смех. Локи заинтересованно приостанавливается и заглядывает в чью-то квартиру. Обычная новогодняя суета: двое мидгардцев наряжают елку, а третье малолетнее недоразумение прыгает рядом и портит им жизнь. Локи склоняет голову вбок, рассматривая маску ребенка. Железный человек. Что ж, почему нет? Локи привычно растягивает губы в ухмылке. Теперь он знает, кого из смертных «осчастливит» неожиданными подарками в первую очередь. Развернувшись на пятках, Локи направляется в сторону базы Мстителей.