Лисий бог

Льдистым днем друг к другу прильнем, Вместе пойдем ко дну. Брат-свиристель, позови нам метель, Злую лесную луну. — Обед для самого красивого графического дизайнера, который опять забыл поесть. Опустив на небольшой, с передней перегородкой стол прозрачный бокс и бумажный стакан с карамельным капучино, Кирилл поскреб коротко стриженый затылок Ильзата и поцеловал его в щеку. — Мм, Кирилл Анатольевич, я уже говорил, что ты замечательный? — отозвался Ильзат, отвернувшись от экрана, и лукаво улыбнулся, сверкая ямочками на щеках. — Кофе … роллы… хочешь жаркий секс сегодня вечером? Кирилл присел на край стола, вклинив колено между широко расставленных ног Ильзата, и усмехнулся. — Раз секс на столе начальника маркетингового отдела в обеденный перерыв ты проигнорировал, то да, сладенький, вечером придется отработать. — Опять сверхурочно пахать, да что ж такое, — притворно возмутился Ильзат, а потом подкатился в своем кресле на колесиках ближе так, что почти уткнулся носом в ширинку своего бойфренда. Кирилл нервно сглотнул, но быстро взял себя в руки и осклабился. В голубых глазах поднялся шторм. — Ничего-ничего, ты же крепкий мальчик. Можем начать прямо в машине. — Зима на дворе, холодно. Замучаешь меня прямо на морозе? — опустил Ильзат глаза долу, а потом расхохотался с любовью глядя на Кирилла. — Все, брысь, мне работать надо. Если свободен, забери у курьера мой костюм на корпоративный маскарад. Вот-вот подъедет. — Без проблем, — Кирилл снова почесал его затылок, прекрасно отдавая себе отчет, как заводит касаться ежика волос руками и вгрызаться зубами. — Кстати, твой нач свой обед с Марио не пропустил. — На то Денчик и нач, который живет с главным начем, а мне надо арбайтен-пахатен. Не хочу сидеть тут до вечера, пока вы тусите. Все-все, иди, скушай за меня рафаэлку. Я еще полтора часика посижу и зайду к тебе, — пользуясь тем, что в офисе никого не осталось, Ильзат привстал, влажно поцеловал Кирилла и плюхнулся обратно в кресло, хватая стаканчик кофе. — И в пакет не заглядывай. Это сюрприз. — Красный кэтсьют? — спросил не хотевший его отпускать Кирилл. — Или ты даешь мне работать, или спишь в кладовке до конца праздников, раз уж мы договорились провести их вместе. — Ты туда ко мне придешь, соскучившись, а там веревки… — склонившись, прошептал Кирилл Ильзату на ухо, чувствуя, как тот передернул плечами от набежавших мурашек. — Иди! Ну! Сейчас же! Иначе я нарисую тебя на чертовой подарочной этикетке. Голым, — припечатал Ильзат, и Кирилл ретировался, пообещав проявить все свойственное ему мужество и не залезть в курьерский пакет. Шорохом сов укрыться от псов – Им не заметить нас. Хвостом к хвосту, вдвоем в пустоту, Снова, в который раз. Доковыляв по хоть и чищенной, но местами заледенелой дорожке до украшенной пышным венком двери, Ильзат покрепче ухватился за подставленный локоть Кирилла и чертыхнулся. — Не пойму, что стучит громче: твои зубы или подошвочки этих миленьких сабо, — сказал Кирилл, нажав на дверной звонок три раза. — Ты вообще только маску нацепил. Так нечестно! — огрызнулся Ильзат. В тонюсеньком шелке на голое тело было изрядно холодно, и даже надетое сверху пальто не спасало. — Я Призрак оперы, малыш. И давно работаю в Центр Инкорпорейтед, чтобы знать: костюмы важны первые минут сорок. Потом начинает действовать вишневая наливка Фернандесов-Черышевых, — Кирилл лучезарно улыбнулся и ущипнул его за голое бедро. — Но тебе идет. Очень. Подняв взгляд, Ильзат увидел, как по его лицу пробежала тень, и низ живота отозвался тупой болью резкого возбуждения. Несмотря на веселый, легкий нрав и ласковое, любящее сердце, Кирилл умел бывать пугающе властным. Дверь распахнулась, и на крыльце появились раскрасневшиеся Марио и Денис. — Наконец-то! Почти все уже собрались, — воскликнул Денис. — Где вас носило? — Простите, мне пришлось похищать свою принцессу у зеркала, — ответил Кирилл, за что сразу же получил болезненный тычок. — Взаимно, Затик. Спеши за мной, дыши со мной, Узнай мою свободу, Иди, не стой, на запах мой, Испей меня, как воду. Стоя у большой, изящно наряженной ели, Ильзат поглощал сладкие канапе, запивая их шампанским, и смотрел, как улюлюкала большая часть коллег, пока начальник отдела компьютерной безопасности, Виктор Михайлович, и юное дарование из техподдержки, Ваня, переплелись руками и ногами, играя в твистер. Тихо подошедший сзади Кирилл положил руку на бедро Ильзата и несильно сжал. — Тебе идет, — выдохнул он ему на ухо, и Ильзат обернулся, приподнимая голову. — Ты уже говорил. Кирилл поднял черную, украшенную камнями Swarovski маску на лоб и, положив руку на его шею, слабо давя на кадык, поцеловал в губы, толкаясь языком вглубь. У Ильзата перехватило дыхание, и подкосились ноги. Он ухватился за Кирилла, покачнувшись на высоких сабо, и неосторожно прикусил его губу. Вишневый вкус наливки смешался с солоноватым привкусом свежей крови. — Хочу тебя. — Что? — Хочу тебя… сейчас… — горячий шепот обжег ухо. — Идем. Как зелена в глазах глубина, Будет на дне тепло. Как уголь, черно мое кимоно, Твое, как снег, бело. Захлопнув дверь гостевой спальни, Кирилл обошел замершего Ильзата по кругу. — Знаешь, что сводит меня с ума? — он приблизился и посмотрел в черные, подведенные золотой подводкой глаза. — Что? — Будучи таким… таким колким, местами жестким, категоричным и язвительным, стоит начать играть с тобой в кошки-мышки, так ты сразу падаешь на спинку, поднимая лапки. Такой вольный и такой покорный. Я словно волк голодный, все не наемся. Ильзат, что ты со мной делаешь? Подойдя вплотную, Кирилл впился в его губы, стягивая шелк с красивых, загорелых плеч. Ильзат, отвечая на поцелуй, вытянул рубашку из брюк и принялся за ремень, чувствуя, что член Кирилла так же налит, как и его собственный. — Отпустишь когда-нибудь волосы? — спросил Кирилл, крепко сжимая ладонь на задней поверхности шеи. — Хочешь оттащить меня за них на кровать, злой волчара? — прошипел Ильзат, облизывая его кадык, и прикусил шею сбоку. — Хочу тебя. Любого, — глухо выдохнул Кирилл и, подхватив на руки, уложил на кровать. Красный шелк сбился, открывая голое тело, и только узел на пояснице давил на спину, заставляя прогибаться и развести ноги шире. Скинув рубашку, Кирилл скользнул на постель и облизал внутреннюю поверхность бедра, прикусывая. Ильзат сдавленно застонал, кусая губы. — Можешь кричать, там музыка. Все пьяны. Никто не услышит, — сказал Кирилл и принялся вылизывать все открытые участки кожи. Вид смуглого, блестящего от слюны юноши на кровавого цвета ткани заставил Кирилла нетерпеливо скинуть брюки с бельем и приставить головку к узкому входу, но он остановился. — Смазки нет. — Не может быть, — Ильзат облизал пересохшие губы. — У них везде есть… в ванной должна быть. — Я возьму. — Нет. Позволь мне. И… подожди минут пять. Выпутавшись из кимоно, Ильзат ушел в ванную на не слушающихся ногах. Порыскав по ящикам, он едва сдержал победный клич, сжимая в трясущейся руке полупустой тюбик лубриканта. Выдавив часть на пальцы, Ильзат наклонился, упираясь свободной рукой в столешницу тумбы и, смазав вход, ввел внутрь один палец. Тело тут же сжалось, отзываясь на проникновение. Частый секс давно нивелировал боль от подготовки, поэтому, Ильзат добавил второй палец и почти сразу третий, давясь собственными стонами. Внутри было горячо, член дернулся, живот подвело. Он двинул бедрами назад, насаживаясь на собственные пальцы, и закусил до острой боли губу, чтобы не застонать в голос. Он тянул и давил, пытался войти глубже, растянуть сильнее. Спустя еще несколько движений Ильзат вытащил пальцы и потряс головой. Когда он вышел из ванной, Кирилл лежал, чувствуя прохладу шелка спиной, и медленно себя поглаживал. Шагая к кровати под пристальным взглядом, Ильзат провел кончиком языка по верхней губе. Кирилл застонал и сжал свой член. Ильзат был так невероятно красив: распаленный, подрагивающий, но с четкой решимостью в глазах, под которыми разлился кирпичный румянец на щеках. Ильзат забрался сверху и оседлал его бедра, и Кирилл приподнялся, чтобы опрокинуть его на спину, но он с силой нажал на его плечи, вынуждая лечь обратно. Взгляд упал на пристегнутую к поясу кимоно маску. Ильзат потянулся к ней, одновременно проезжаясь по члену Кирилла, и надев, выпрямился. — Помоги мне, — попросил он, приподнимаясь. Кирилл придержал себя рукой, утыкаясь в него, и распахнул глаза, чувствуя, как головка свободно входит в горячее нутро. Стенки плотно охватывали большой, пульсирующий член, принимая. Короткие ногти царапали грудь. Ильзат извивался, стонал и скалился, но Кирилл не видел за маской его лица. Только черные глаза горели огнем, пока он насаживался на него до основания и снова приподнимался, вырывая громкие пошлые крики. Их будто охватили разряды электричества. Волоски на коже встали дыбом. Пахло озоном, вишней, потом и предэякулятом, который капал с члена Ильзата на Кириллову грудь. Кириллу чудилось, что лисий дух кицунэ и правда, завладел Ильзатом в эту ночь. А может он всегда им был? Сорвав маску с любимого человека, Кирилл, садясь, крепко прижал его к себе и стал целовать, двигая бедрами навстречу. Ильзат закричал в его рот. Темп нарастал, он почти терял сознание, но сильные руки не давали скользнуть за грань, хотя когда, надавив на и так горевшее, растянутое кольцо мышц, Кирилл к собственному члену добавил указательный палец, Ильзат выпрыснулся на их животы, кончая и разбиваясь на миллиард малюсеньких атомов, не в силах собраться вновь. Кирилл спихнул его с себя на постель, ставя на колени и локти, и, встав сзади, ворвался в горячность и узость нутра вновь. Ильзат закричал, и он закрыл ему рот рукой, а после чуть сместил на горло, слегка давя. Возбуждение снова накрыло удушливой волной. Ильзату хотелось, чтобы Кирилл отпустил его, перестав терзать, но в тоже время желал, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Всхлипнув, Ильзат второй раз забился в оргазменной судороге, и Кирилл пришел за ним следом, выплескиваясь жемчугом на золото поясницы. Искры ночей все горячей, Плавится хрупкий наст, Занялся мох, но наш лисий бог – Он не оставит нас. Легонько хлопнув дверцей, Кирилл обошел машину и поднял на руки дремлющего на пассажирском сидении Ильзата. Тот лишь сонно обхватил его шею руками и уткнулся носом в ключицу. В доме стояла тишина — все собаки мирно коротали ночь в вольерах. Отнеся Ильзата в спальню, Кирилл снял с него кимоно, неудобные, натеревшие ноги сабо и укрыл одеялом. А после устроился рядом, вглядываясь в каждую черточку. — Затик… мне нужно спросить кое-что важное, — Кириллу не хотелось его будить, но ждать до утра было невмоготу. — Слушаю, — ответил Ильзат, приоткрыв один глаз. — Я, честно, завтра хотел предложить, красиво так, с ключами, но… — Кирилл немного запнулся, собираясь с мыслями, но продолжил. — Может, ты уже переедешь ко мне жить? И так ведь почти каждую ночь здесь. — Мм, хочешь иметь доступ к моей заднице двадцать четыре часа семь дней в неделю, плут? — усмехнулся Ильзат, и Кирилл напряженно замер. — Нет, я… Ильзат, я люблю тебя и хочу жить с тобой в одном доме, только и всего. — Эй, расслабься, — все еще веселясь, ответил Ильзат, но распахнув глаза, увидел выражение лица Кирилла и посерьезнел. — Кир, прости. Конечно, я перееду, — сверкнув ямочками, он поднялся на руках и поцеловал его в щеку. — Я ведь тоже тебя люблю. А сейчас, иди ко мне. Я очень хочу спать. И моя задница тоже. — Лисий бог, — сказал потолку Кирилл, словно выругался, но нырнул под одеяло и хмыкнул, касаясь горячего, еще влажного от геля колечка мышц пальцем. — Набирайтесь сил со своей задницей, у нас еще десять дней выходных. — Можно мне передумать? — сжался в комок Ильзат и захихикал. — Нет. — Ну ла-а-адно. Эх. Жизнь моя, жестянка. Прямо волку в логово угодил. — Зато здесь кормят вкусно. — И трахают прекрасно, — Ильзат зевнул и закинул на Кирилла руку и ногу. — С Новым Годом, с новым счастьем, со мной, в общем. И засопел. Поцеловав его в лоб, Кирилл закрыл глаза и, недолго думая, согласился, что Ильзат — то еще счастье, конечно, но главное, что его. Танцуй со мной, играй со мной, Узнай мою свободу, По грудь в снегу к тебе бегу, Чтоб пить тебя, как воду.