Wingardium Leviosa!

Глава практически не вычитана. Кто хочет помочь, очень жду в личку! В доме Драко было очень много нутеллы. Гарри вздохнул, осторожно взмахнув палочкой, чтобы все исчезло. Закружившиеся в воздухе банки, бутылки, контейнеры чуть не сбили его с ног. Кто бы мог подумать, что фундук содержится в таком количестве продуктов? Но он никогда не простит себе, если что-то пропустит. Он не собирался нести ответственность, если вдруг со Скорпиусом что-то случится. Приведя всё в порядок и убедившись, что в доме не осталось даже намёка на фундук, Гарри аппарировал на Гриммо. - Хозяин Гарри? - Привет, Кричер. Не мог бы ты мне помочь? Мне нужно, чтобы отсюда убрали весь фундук, а также всё, что есть в этом списке. Он получил от Гермионы полный список аллергенов Скорпиуса, решив, что абсолютно все их нужно убрать из дома, если они не хотят его потерять Старый эльф взял список и кивнул. - Кричер всё сделает. - Отлично. Спасибо. Сейчас я должен отправиться за Тедди. Какое-то время он побудет здесь один. Проследи, чтобы он держался подальше от опасных мест, как только ты закончишь убирать из дома всё, что есть в этом списке, хорошо? Кричер определённо знал, куда нельзя пускать мальчика, поэтому быстро кивнул. - Да, хозяин Гарри. - Великолепно. Спасибо, - Гарри высыпал немного порошка в камин и шагнул внутрь.

*****

- Войдите, - тихо пробормотал Драко всё ещё сидя рядом с кроватью Скорпиуса. Он крепко сжимал руками маленькую ладошку, пытаясь её согреть. Тихо вздохнув, Гарри вошёл в палату. - Он всё ещё без сознания? Драко слегка подпрыгнул от голоса Гарри, рука Скорпиуса выскользнула из его рук и с глухим стуком упала на кровать. Драко предполагал, что это будет медсестра, которая придёт посмотреть на них и неохотно проверит жизненные показатели Скорпиуса. - Гарри, - он раздражённо вздохнул от облегчения, снова сжимая ладошку сына. - Драко, - Гарри подошёл, накрыл ладонью руку мальчика и вздохнул. Он опустился на край кровати. - Как он? - Ничего не изменилось с твоего ухода. Он только слегка потеплел, - блондин пожал плечами, растрёпанные волосы упали на серебристые глаза, а большим пальцем он погладил руку Скорпиуса. Драко ни разу не пошевелился с тех пор, как Гарри ушёл, отказываясь уходить на случай, если Скорпиус проснётся или медсестра попытается проклясть беззащитного мальчика. - Хорошо, - Гарри протянул руку и отвёл чёлку Драко в сторону. - Как ты сам, любимый? Драко слегка подался навстречу прикосновению, а затем с раздражением откинулся на спинку стула: - Измучен. Беспокоюсь за своего ребёнка, который в настоящее время находится на между жизнью и смертью, - он покачал головой, наклоняясь вперёд, чтобы положить руку на лоб Скорпиуса и поцеловать его в щеку. - Я волнуюсь, - последовал почти неслышный ответ. - Я знаю. Тедди в таком же состоянии. Я попытался его успокоить, и теперь он с Кричером. Луна говорит, что пришлёт к нам несколько ртутных муфт. Видимо, они отлично подходят для заживления ран. Но я почему-то сомневаюсь, что они вообще существуют, - Гарри вздохнул, поправляя очки, и потёр переносицу. - Гермиона говорит, что такими темпами к вечеру с ним всё будет в порядке. - Кто знает, что с ним? - Гарри вздохнул, Драко с тоской уставился на прядь светлых волос и закрытые глаза. Он прекрасно помнил, что глаза у его сына ярко-серебристого цвета с лёгким оттенком драгоценной синевы. Его ребёнок, Скорпиус... его сын. - О, Скорпиус, - его руки мелко задрожали. - Пожалуйста, очнись..., - Драко прижался лбом к краю кровати. Гарри поёрзал на кровати, положив голову Драко себе на колени. Он нежно погладил любимого по волосам, утешая. - Поговори со мной, - пробормотал он. - Расскажи мне, чем ты занимался в своей жизни. В конце концов, я не видел тебя после войны. И, может быть, у нас появятся идеи для размышлений. - Вообще-то, мы уже занимались сексом и признались, что любим друг друга, как чёртовы хаффлпаффцы, и мой сын, кажется, уже видит в тебе второго папу, - Драко взглянул на собеседника сквозь чёлку. - Мы что, всегда всё делаем наоборот, Поттер? - Да, это так, - Гарри ухмыльнулся. - В моей жизни не было ничего даже отдалённо напоминающего нормальную жизнь, так что, полагаю, я никогда и не ожидал, что моя личная жизнь будет чем-то отличаться. Так скажи мне, куда подевались твои родители? Выражение лица Драко изменилось, он повернул голову, белокурые пряди закрыли глаза, плечи слегка напряглись. Он приобнял Скорпиуса. - Ты всегда так прямолинеен, Поттер? - он многозначительная помолчал. - Моя мама ушла, а отец... Давай я просто скажу, что он тоже ушёл. Гарри выдохнул. - Хорошо... Мне жаль. Я перед ней в долгу... действительно большом долгу. - За этим она точно вернётся, - пробормотал Драко. - Она жива, Поттер, что бы ты там не надумал... - он снова опустил голову на руки. - Просто... ушла. Я точно ничего не слышал от нее ни в день свадьбы, ни после рождения Скорпиуса, ни тогда, когда мне озвучили диагноз. Она даже ни разу не поздравила меня с днём рождения. Гарри уставился на него. - Это смешно. С чего бы им...? Куда бы они подевались? Вы все казались такими... - Гарри беспомощно развёл руками. Драко пожал плечами и тихо вздохнул. - Ты видел то, что предназначалось общественности, Гарри. По крайней мере, я лишь частично, - он подчеркнул это слово, сморщив нос, - ненавистен волшебному населению. - С другой стороны, мои мать и отец... Некоторые люди верили, что меня заставили стать Пожирателем Смерти, - он дал себе минутку собраться с мыслями. - И кто лучше "заставит" меня стать рабом, чем добрые мамочка и папочка? - Это не причина для того, чтобы бросить тебя. Я не для того держал их подальше от чертова Азкабана, чтобы они поступили таким образом. Скорпиус даже не знает их? Драко заправил выбившуюся прядь за ухо и краем глаза взглянул на Гарри. - Он встречался с ней... однажды. - Не похоже, что это была очень приятная встреча, - Гарри протянул руку и погладил его по щеке. - Просто расскажи мне всю историю, ладно? После я расскажу все, что ты захочешь. Драко не нужно было спрашивать, что имел в виду брюнет, когда упомянул "тот день". Он вздохнул, почти с благодарностью откликаясь на прикосновение. Его губы шевельнулись, а рука нежно поглаживала ладошку Скорпиуса в такт словам. Он очень тихо начал рассказывать Гарри о втором дне рождения Скорпиуса, который пришёлся на седьмую годовщину смерти Волдеморта - он запнулся на имени, но продолжил. Семь, конечно же, было "магическим числом", которое заставило Нарциссу Малфой, урождённую Блэк, почувствовать необходимость восстановить утраченные после войны связи с сыном. И одним туманным утром у дверей Малфой-мэнора возникли две женщины, и они были потрясены, когда дверь им открыл худенький светловолосый мальчик с большими серебристыми глазами. Конечно, Нарцисса взбесилась (Драко хрипло рассмеялся над собственными словами, он никогда бы не подумал, что они могут ассоциироваться с его матерью), промчалась мимо мальчика и, сорвавшись на крик, потребовала сообщить, когда "её драгоценный сын произвёл на свет потомство, и почему она не была приглашена на бал по случаю рождения ребёнка. А также, почему ей не позволили спланировать первый день рождения ее внука! Драко сбежал по лестнице, напуганный до кончиков волос визгом, который эхом разносился по Поместью и указал ей на дверь после тщетных попыток объяснить, что он отсылал матери приглашение в Поместье по случаю рождения Скорпиуса и на празднование его первого года жизни, но не получил ответа. Нарцисса продолжала кричать о незаконнорождённом ребёнке и что-то сбивчивое о том, что его никогда не учили тому, чему должны были в этой проклятой школе, и что его отец должен был учить его лучше. И к тому времени, когда расстроенные домашние эльфы выпроводили бывшую хозяйку из дома, Скорпиус был в слезах. Гарри поднял Драко, усаживаясь на его место и устраивая его у себя на коленях. - Прости, - прошептал он, обнимая его. - Я никогда не думал, что они отдалятся от тебя... Драко моргнул от внезапной перемены позы, его рука всё ещё крепко сжимала Скорпиуса. Он покачал головой. - А как насчёт твоей личной жизни, Поттер? Гарри нахмурился, нежно уткнувшись носом в малфоевское плечо. - У меня нет никакой личной жизни. Гермиона и Рон поженились вскоре после войны, а пару лет спустя у них родился Хьюго, и остальные Уизли тоже устраивают свою жизнь. У меня не было и половины тех любовников, о которых так любит писать Пророк, так что... У меня есть Уизли, Тедди... и у меня есть моя работа. Драко закатил глаза. - Ты знаешь, что я имел в виду, Поттер, - он отвесил партнёру лёгкий подзатыльник. - До Хогвартса. На что это было похоже... - он несколько раз попытался деликатно подобрать слова, прежде чем сдаться с горьким вздохом. - Без родителей? Гарри поморщился. - Я... Я жил со своими тётей и дядей Дурслями. Петунья была сестрой моей мамы, и они не совсем ладили. У Дурслей был сын моего возраста, Дадли, - Гарри слегка улыбнулся, вспомнив поросячий хвостик, который получил мальчик-мамонт в ту ночь, когда Гарри впервые узнал о своём происхождении. - Всё... могло быть хуже. Драко пожал плечами. - Насколько плохо это могло обернуться для Золотого мальчика, надежды Волшебного мира? Я имею в виду, это не могло быть совсем ужасно, - он повернулся лицом к Гарри, всё ещё крепко сжимая руку Скорпиуса. - Не похоже, чтобы с тобой жестоко обращались или что-то в этом роде. В серебристых глазах плескалась твердая вера в то, что он был прав, и что Золотой мальчик Гриффиндора прожил великолепную жизнь до того, как попал в Хогвартс, до того, как встретил Драко у мадам Малкин. - Я... Ну... - Гарри отвёл взгляд. - Это только предположения. Дядя Вернон на самом деле никогда... не бил меня. Честно. Драко застыл, пытаясь поймать взгляд изумрудных глаз. - Гарри, - его голос был твёрдым. - Скажи мне правду. Над тобой издевались? Гарри вздохнул, наконец встретившись взглядом с Драко. В конце концов, он же сам сказал, что Драко может спрашивать о чём угодно. - Я бы не назвал это жестоким обращением... Правильным словом, вероятно, будет пренебрегали, - он издал короткий, невесёлый смешок. - Но я определённо был нежеланный. Драко вздрогнул - он кожей почувствовал покалывание. Магия рвалась наружу. - Что они с тобой делали? - он стиснул зубы при мысли о том, что кто-то посмел причинить боль дорогому для него человеку. - На самом деле они ничего такого не делали... ну я так полагаю. Дадли постоянно пытался достать меня, но он всегда был задницей, - Гарри дотронулся до своих очков, вспомнив, как Гермиона чинила их во время той самой первой поездки в Хогвартс-экспрессе. - Всегда бил меня по лицу, он и его друзья, пока я не научился быстро бегать. Но потом..., - он покачал головой, опуская взгляд. - Ты не захочешь этого слышать, Драко. Тёплая рука неожиданно схватила Гарри за подбородок, грубо дёрнув его голову вверх. Серебряные глаза с яростью впились в изумрудные. - Ты скажешь мне прямо сейчас, Гарри Поттер, - он крепче сжал заросший щетиной подбородок. - Что они с тобой сделали? - Я... Они запирали меня в чулане под лестницей каждую ночь. В течение одиннадцати лет это была моя спальня. У меня было... - Гарри сглотнул. - У меня была пара маленьких игрушечных солдатиков, с которыми я играл, я стащил их из второй спальни Дадли в качестве подарка себе на день рождения, когда мне было семь. Меня не пускали наверх, если только им не надо было что-нибудь почистить. Однажды, в день рождения Дадли, он и несколько его друзей съели слишком много торта и мороженого, а потом они все... Ну, в итоге я полночи потратила на уборку этого чёртова туалета. - А потом была ночь, когда когда со мной случилось кое-что... необычное. Однажды в школе я убегал от Дадли и его дружков, меня заставили запрыгнуть за мусорные баки, я хотел спрятаться, но оказался на крыше. Получил месячное наказание после уроков и целую неделю не ужинал. Стоит учесть, что именно я готовил большую часть блюд, особенно по праздникам. В глазах Гарри было отсутствующее выражение, как будто он смотрел сквозь Драко. - А потом, когда я, наконец, узнал, что я волшебник... Мне всегда говорили, что мои родители погибли в автокатастрофе, и мне повезло, что они вообще позволили мне остаться с ними и носить поношенную одежду Дадли. Они отдали мне вторую спальню Дадли. И мне запихивали еду под эту кошачью дверцу, которую они сделали в двери... И на окнах были решётки... Драко резко притянул его голову ближе и впился в губы жёстким поцелуем, а затем его губы заскользили по щекам, векам, - везде, куда он мог дотянуться. - У тебя больше такого не будет. Я клянусь могилой своего отца, что не допущу, чтобы что-то подобное повторилось. Эти глупые "Дурсли" могут гнить в аду, мне всё равно. - Они думали, что я ненормальный, - пробормотал Гарри. - Тётя Петуния всегда называла маму и папу уродами. И я был уродом. Раньше я мечтал о разных вещах, фантастических вещах. Летающие мотоциклы и все такое, но если я когда-либо упоминал о них... - Гарри покачал головой. - Я даже не знаю, где Дурсли сейчас. Их забрали незадолго до моего семнадцатилетия для их же собственной защиты, а потом... Я просто больше никогда их не видел. - Ты не урод, Гарри, - Драко нежно гладил поттеровское лицо. - Ты удивительный, умный, спортивный, щедрый, потрясающе красивый и..., - он слегка покачал головой, тёплая, любящая улыбка тронула его губы. - Самый храбрый, справедливый, бескорыстный человек из всех, кого я знаю, - в глазах Драко плескалось море эмоций. - И я люблю тебя таким, какой ты есть, Гарри Джеймс Поттер. Он слегка наклонил голову, чтобы прижаться губами к губам возлюбленного. - И ты никогда не был для меня уродом. - Ты уверен в этом? Вся эта история с тем, что я дважды пережил смертельное проклятие, тебя не волнует? - уточнил Гарри, запустив руку в волосы Драко. - Множество людей были бы слегка обеспокоены данным фактом. - Тёмная метка. Тёмный Лорд, - Малфой прижался к Гарри, его глаза слегка затуманились. - Помнишь? - Это не значит, что с тобой что-то не так, - Гарри нежно провёл рукой по спине Драко. - Я люблю тебя, Драко. Малфой медленно обнял Гарри и расслабился, прижавшись к поттеровской груди. - Мм, я думаю, ты слегка заблуждаешься,- он запечатлел поцелуй в уголке рта. - Но ты все равно меня любишь? Это очень плохо, Поттер. А вдруг я сумасшедший, - он уткнулся носом в шею Гарри, напряжённо вздохнув. - Никогда не знаешь наверняка. Я мог быть одержимым, и со мной могло быть много других неприятных вещей, но ты, кажется, всё ещё любишь меня, - Гарри положил подбородок на макушку Драко, его тон стал серьёзным. - Послушай меня, Драко. Я говорил обо всём этом с целителями разума; мне пришлось это сделать после случая с тем брошенным мальчиком... Он был сквибом, и его чистокровные родители не могли этого вынести. Они скрывали это почти одиннадцать лет, но когда пришло время письма из Хогвартса, оно так и не пришло... - Мы нашли ухо, - прошептал он. - Эта лужа крови и красные капли на стене, и это ухо на полу. Потому что этим родителям было просто стыдно иметь ненормального ребёнка. И я не мог этого вынести. Они отправили меня к целителям и не позволили вернуться к работе, пока я полностью не выздоровел. Так что это уже не беспокоит меня так сильно, как раньше. Я не десятилетний ребёнок, живущий в чулане. И не семнадцатилетний подросток, спасающий свою жизнь. Точно так же, как ты не перепуганный семнадцатилетний парень, у которого в доме сумасшедший, или шестнадцатилетний мальчишка с невыполнимым заданием. - Нет, - это слово шокировало их обоих, Драко резко отодвинулся, встал и принялся расхаживать по комнате, сцепив руки за спиной. - Послушай меня, Гарри Джеймс Поттер. Через несколько мгновений он остановился перед креслом, положив руки на спинку, и резко наклонился вперёд, прищурив глаза и поджав губы. - Для меня не имеет значения, какого ты роста, лысый, толстый, обладающий сильной магией или совсем без магии, бедный или глупый! Боже, мне так повезло, что ты не относишься ни к одному из этих описаний. Я люблю тебя таким, какой ты есть. И я буду повторять это столько раз, сколько понадобится. Он слегка дёрнул спинку стула, отчего тот заскрипел. - Мне всё равно, подвергался ли ты насилию или же с тобой обращались как с грёбаным принцем, потому что это не имеет значения. Что действительно важно, так это то, что происходит сейчас. И именно этому мне пришлось научиться. И это было чертовски трудно. Всё, что сейчас имеет значение, это то, что я пытаюсь остаться человеком в этой чёртовой больнице с её глупыми жестокими медсестрами и ужасной едой. Я просто хочу снова оказаться в твоих объятиях, потому что тебе я могу доверять, и мой сын, Гарри. Я здесь ради Скорпиуса, и ты тоже. Мы здесь, потому что всего в двух шагах от нас лежит маленький пятилетний ребенок, который нуждается в нашей помощи, потому что он умирает. И союз двух самых могущественных волшебников нашего времени вкупе с самой яркой ведьмой означает, что мы должны найти выход. И это прямо сейчас доказывает мне, что ты не сумасшедший. Ты заботишься обо мне, и ты заботишься о моем сыне, даже не потрудившись осудить нас, встретив в том маггловском парке. Вот оно, доказательство того, что ты Гарри Джеймс Поттер, глупый гриффиндорец, игрок в квиддич и аврор с удивительными способностями. Это доказательство того, почему я могу сказать, что люблю тебя, и не хочу разбивать свое холодное как камень сердце, Поттер! К тому времени, как Драко закончил, грудь его тяжело вздымалась, а глаза цвета ртути полыхали от ярких эмоций. Любовь, отвращение к Дурслям, сарказм и обычное малфоевское ехидство в сочетании с заботой и преданностью отца больному и умирающему пятилетнему ребёнку. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Гарри воспользовался этой паузой, притягивая Драко к себе, впиваясь пальцами в его предплечья, а губами в податливый рот. Это был отчаянный поцелуй, требовательный и причиняющий боль. И собственнический. Драко растворился в поцелуе, страстно прижимаясь в ответ, неловко обхватив Гарри ногами и издав тихий стон, сердце болезненно колотилось в груди. Гарри скользнул руками вниз, обхватил колени Драко и силой усадил к себе на колени. Он углубил поцелуй, скользнув ласкающим языком между малфоевскими губами. Драко тихо охнул, приземлившись на поттеровские бёдра, его собственное тело мгновенно отреагировало на тёплые, горячие губы, и гулкое биение сердца в груди Гарри. Он запутался пальцами в непослушных чёрных вихрах, дыхание участилось, а собственное сердце бешено заколотилось. Гарри прервал поцелуй только тогда, когда дышать стало уже нечем. - Я люблю тебя, - прошептал он. - Сейчас - вот что важно. Теперь я люблю тебя и этого мальчика. И я собираюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы защитить вас обоих. Глаза Драко были прикрыты, грудь вздымалась, а руки скользили по волосам Гарри, по его лицу, выводя маленькие узоры на шее. - Тебе лучше, Пот... Гарри? - он облизнул припухшие от поцелуя губы, прижавшись лбом ко лбу партнёра. - Я не думаю, что смогу справиться с пятилетним ребёнком, если у меня будет разбито сердце, - Драко тихо усмехнулся. - Я тоже вряд ли смогу жить с разбитым сердцем", - тихо вздохнул Гарри и легонько поцеловал его в нос. Драко покрыл поцелуями нос и губы Гарри. - Я люблю тебя, шрамоголовый. Даже ты это знаешь. - Да, я знаю это, - поттеровские губы изогнулись в усмешке. - Придурок слизеринский. Драко крепко поцеловал его. - Мм, но тебе же это нравится. Ты всегда любил змей, не отрицай этого, - его голова склонилась на плечо Гарри, гибкое тело прижалось к нему, и он зевнул. Гарри опустил взгляд, нежно провёл пальцами по волосам своего возлюбленного и прошипел что-то на парселтанге. Драко невольно застонал, вжимаясь в Гарри. Как бы ни хотелось ему прошипеть что-нибудь ещё в ответ на подобную реакцию, Гарри просто тихо усмехнулся. - Тебе это нравится, да? - Ты невыносим, Гарри, - пробормотал Драко, покраснев от собственной реакции и на мгновение прикрыв глаза, прислушался к уверенному биению кардиомонитора, работающего в такт сердцебиению Скорпиуса, и этот звук вернул его к реальности. - Я ни в чем не собираюсь признаваться. Гарри прошипел - Я люблю тебя, - и скользнул рукой вниз, чтобы запустить пальцы под брюки Драко. Дрожь пробежала по телу Драко, обжигая его до кончиков пальцев. Собираясь возразить, Драко замер, почувствовав чьи-то пальцы на поясе брюк. - Не здесь, Гарри, - выдохнул он, и его грудь сдавило. - Не тогда, когда нам нужно сосредоточиться на Скорпиусе. - Драко наклонился вперёд, целомудренно прижимаясь губами к губам Поттера, наслаждаясь теплом, которое всегда излучал Гарри. - Он может проснуться в любой момент. - Я знаю, - он наклонился к Драко и снова прошипел: - Попытайся запомнить, как это звучит, - попросил он. Драко закатил свои ртутного цвета глаза, откидывая голову на плечо Гарри, гибкие мускулистые руки надёжно обвились вокруг его шеи. - Мы слишком много хотим, не так ли? - Это означает "я люблю тебя", - объяснил Гарри. - Поэтому, когда я в следующий раз окажусь внутри тебя, прошиплю это тебе на ухо и сведу тебя с ума, я хочу, чтобы ты понял, что я имею ввиду. Блондин приподнял светлую бровь, тихо застонав. - А кто тебе сказал, что я позволю тебе снова оказаться внутри, Гарри? - Ну на самом деле именно тот факт, что ты сейчас чертовски жесток ко мне, - Гарри широко улыбнулся. - И ещё я знаю, что мне нужно сделать, чтобы научить тебя послушанию - всего лишь пару раз укусить. - Ты ужасный любовник, ты знаешь об этом? - Драко вздохнул, поворачиваясь, стараясь как можно сильнее вжаться в Гарри, и прислонился спиной к его груди, обняв себя за талию. Его глаза закрылись. - Дразнишься, - пробормотал Гарри, нежно утыкаясь носом в белокурую макушку. - А теперь иди и поспи. Я разбужу тебя, если что-то изменится. Драко раздражённо мотнул головой. - Мне не двенадцать, Гарри, мне не нужно спать, когда мой сын лежит в больнице в состоянии, близком к коматозному. - Ты устал, - заметил Гарри, нежно поглаживая Драко по груди. - И ты можешь доверять мне. Я разбужу тебя, любимый. Драко качнулся вперёд, уткнувшись носом в плечо Гарри, глаза его закрылись сами по себе. - Вообще-то я отец, а не просто придурок, который отказывается спать, потому что... - Драко, - перебил Гарри, забавляясь. - Я знаю. Просто поспи немного. Ты же не хочешь быть уставшим, когда проснется этот неугомонный сорванец. Невысказанное "если" повисло в воздухе. Драко раздражённо вздохнул, закрывая глаза. Усталость и изнеможение медленно проступали на его заострённом лице - сегодняшний день всё-таки взял своё. - Отлично... глупый гриффиндорец. - Спокойной ночи, слизеринский засранец, - Гарри прижался щекой к волосам Драко, краем глаза наблюдая за Скорпиусом. - Люблю тебя. Драко отключился, еле слышно пробормотав те же слова. Он свернулся калачиком, положив голову на плечо брюнета. Драко крепко спал впервые с тех пор, как Скорпиуса поместили эту дурацкую больницу. Тепло кожи Гарри чувствовалось даже сквозь тонкий слой одежды, а его присутствие успокаивало и позволяло блондину спокойно спать. Драко никогда не был так благодарен за эти несколько часов отдыха.