Пообещай мне рассвет

      Меня грубо втолкнули в какой-то подвал. Я повалился на каменный пол, скуля от боли. Две стрелы попали в ноги, третья застряла в ребрах, а четвертая впилась в живот. Любой другой скончался бы на месте, но не я. Несмотря ни на что, сработал вампирский дар живучести, правда, от дикой боли это меня нисколько не избавило. Отодвинув Кловиса подальше, я принялся вытаскивать стрелы, выплёвывая сквозь зубы шипение вперемешку с ругательствами на весь ненавистный человеческий род. Оправдывая мои ожидания, наконечники были выполнены из чистого серебра. Окажись я чистокровным вампиром, уже испустил бы дух, но, к счастью, благодаря человеческой крови до моей смерти было еще очень и очень далеко. Закинув извлечённые стрелы под стоящую здесь кровать, я растянулся на полу, ожидая регенерации. В тишине было слышно моё прерывистое дыхание и горестные причитания Кловиса.       Вскоре меня зазнобило, а перед глазами поплыл туман. Растворяясь в небытии, услышал скрежет железной двери и встревоженный голос Густава, визгливо объяснявший кому-то, что некоему хозяину ни в коем случае нельзя узнать об этом инциденте и что наёмные охотники за нечистью — сущие твари. Это было первое и единственное, в чём я с ним согласился.       Спустя несколько часов я очнулся, стал тщательно изучать то место, где меня держали. Ничего особенного — каморка, забранная крепкой решеткой. Больше всего место походило на тюрьму, но с некоторой претензией на комфорт. Вместо темноты и сырых, покрытых плесенью стен, как бывало в подобных случаях, меня ожидало сухое и тёплое помещение, я даже чувствовал мягкий приглушённый свет, исходящий от многочисленных магических, никогда не затухающих факелов на стенах узкого коридора, вдоль которого располагались моя и другие каморки, где, вероятно, когда-то держали других узников. В моей камере стояла металлическая кровать с полным комплектом постельных принадлежностей и ширма в углу, за которой, как я догадался, помещались необходимые удобства.       Мне подобное «гостеприимство» пришлось не по вкусу. Вскочив с кровати, я попробовал раздвинуть решётку руками. Учитывая мою нечеловеческую силу, это должно было получиться без проблем, но не тут-то было. Возможно, решётка была слишком прочной, а возможно, мои руки оказались слишком слабыми после воздействия той дряни, которая лишила меня сознания, или же причина заключалась в том, что я ещё не окончательно регенерировал после четырёх стрел, выпущенных в меня одновременно. Покружив по комнате, я произнес пару заклинаний, но никакого видимого эффекта не добился. Зарычав от досады, отступил и присел на кровать. Внезапно послышался скрежет, будто отпирали железную дверь, а затем шаги. Кто-то направлялся в мою сторону. Я вновь вскочил с места, догадываясь о личности визитёра и горя непреодолимым желанием немедленно выцарапать ему глаза.  — Вижу, ты уже пришёл в себя. Замечательно! — я чувствовал, что этот человек меня раздражает всё больше.  — Что тебе нужно от меня? — мой голос был спокоен.  — Мне? От тебя? — мужчина засмеялся. — Что мне, добропорядочному благочестивому человеку может быть надо от такой безбожной твари, как ты?  — Да ясно же что, Ри, мозги ему нужны! Своих-то нет! — дракончик уселся мне плечо.  — Заткни свою мухоловку, а то посажу его в отдельную клетку. С волкодавами! — злобно проговорил человек.       Кловис испуганно спрятался за мою спину.  — Я занимаюсь тем, что доставляю вампирам пищу и иногда другие вещи, а взамен они не трогают меня и мою семью. Вчера мне поступил заказ на тебя! И вот чудо — ты как овечка сам пришёл ко мне в руки, и даже выслеживать тебя не пришлось! Вот оклемаешься за три–четыре дня, доставлю тебя к твоим любящим родственникам! — в голосе мужчины слышалась издёвка. — Что ты такого сделал, что твоя собственная раса хочет твоей смерти?  — Я же говорю, мозгов ему не хватает. Думает, что те вампиры будут всегда честно выполнять свою часть договора… — не удержался от комментария дракончик, сердито пыхтя у меня за спиной.       Вместо ответа я бросился на решётку, чувствуя, как ярость накрывает меня с головой. Я настолько ненавидел стоявшего передо мной человеческого выродка, что готов был разорвать его голыми руками! К несчастью, не получилось. Неожиданно прутья словно полыхнули огнем, и я отлетел к противоположной стене, скуля и дуя на обожжённые ладони.  — Забыл сказать! — оживился Густав. — На решётке магия, которая будет обращать весь твой гнев, направленный на меня, против тебя самого. Так что злиться настоятельно не рекомендую, а если будешь упрямиться и буйствовать, применю усыпляющее заклинание.       Пока я обдумывал услышанное, моё место занял Кловис. Пролетев сквозь прутья, он вцепился обидчику в волосы, обзывая плешивым недоумком, грязной крысой и многим другим. С трудом оторвав дракончика от головы, Густав зашвырнул его обратно за решетку, пригрозив, что после ещё одной подобной выходки точно скормит его волкодавам. Пришлось протянуть руку и схватить дракончика за крыло, поскольку он снова рвался в бой, ничуть не испугавшись угрозы. Я чувствовал злость этого человека и то, что он непроизвольно почесал неожиданно образовавшуюся плешь и ушел, напоследок громко хлопнув железной дверью, послужило мне некоторым утешением. Обернувшись ко мне, Кловис гордо продемонстрировал приличные клоки волос, зажатые в каждой лапке. Погладив дракончика по голове, я серьёзно задумался над своей дальнейшей судьбой.       Я быстро восстановил силы после ран, но довольно долгое время лежал в постели, не двигаясь и ни с кем не разговаривая. Абсолютная беспомощность и очевидная ненависть людей лишили меня интереса ко всему происходящему. Я даже не реагировал на появление Густава, который поначалу разговаривал со мной, а потом приходил и молча стоял возле решетке.       Видимо, моё состояние сильно его беспокоило, потому что однажды дверь камеры открылась, и ко мне втолкнули девушку. Сначала не обратил на нее внимания, но через некоторое время почувствовал чей-то леденящий страх. Я встал и ощутил энергетический след испуганно прижимающийся к решетке незнакомки и Кловиса, который ходил вокруг, сосредоточенно изучая новенькую.  — Ты кто? — спросил я, усаживаясь на кровати.       Ответа не последовало. Более того, казалось, ещё немного и девушка попросту упадет в обморок. Мне это не нравилось, я встал и, приблизившись, протянул руку, желая оказать поддержку, если она вдруг лишится чувств. В ответ незнакомку стала бить крупная дрожь.  — Ты что? Не бойся, тут тебя никто не съест! — пошутил я и улыбнулся, желая приободрить.       Почему-то результат этой шутки был прямо противоположным. Коротко всхлипнув, девушка сползла на пол. Пришлось поднять и отнести её на кровать. Внезапно незнакомка открыла глаза. Я присел рядом и снова улыбнулся. Она замерла, подобно статуе, пока я осторожно ощупывал её лицо, таким образом разглядывая её. Девушка была очень и очень хороша, только слишком худа и испуганна. А еще на тонких руках чувствовались следы многочисленных синяков. Я вопросительно поднял брови.  — Я — девственница! — пролепетала незнакомка.       Несмотря на трагизм ситуации, я рассмеялся. Слишком неуместным было это высказывание.  — И что? — понизив голос, наклонился к девушке. — Ты хочешь, чтоб я исправил эту проблему? Ты уж меня извини, но я слеп и вряд ли смогу воздать заслуженные почести твоей красоте! -Но вы же вампир! — незнакомка порозовела от смущения. — А вампирам нужна кровь девственниц, чтобы восстановить силы. Вот меня и…       Смутившись, она замолчала, а я удивленно почесал голову.       Вот так новость! Получается, этот Густав всерьез решил обеспечить меня столь ценным продуктом!       Даже Кловис впал в ступор от услышанного, застыв неподвижным столбиком на краю кровати.  — Если я не пригожусь, Густав пригрозил, что затравит меня собаками! — окончательно добила меня девушка. — А я хочу домой к бабушке и дедушке!  — Слушай, может вместо того, чтобы рассказывать нам всякие страшилки, лучше назовешь своё имя? — не выдержал Кловис.       В ответ незнакомка икнула и уставилась на него круглыми от удивления глазами.  — Он… Он разговаривает?!  — Ой, мамочки! — дракончик сложил крылья и свалился на пол, хохоча как сумасшедший. — Только не говорите мне, что я для неё большая неожиданность! Вот уж не больше, чем она для нас! Тоже мне, ходячий завтрак! Ха-ха-ха!       Слушая жизнерадостного Кловиса, я сначала скромно улыбался, но потом не выдержал и присоединился к его заразительному хохоту. Спустя мгновение девушка смеялась вместе с нами.       До вечера мы шутили, рассказывали друг другу различные байки, в общем, веселились, как могли. Несмотря на первоначальный испуг, Энни оказалась жизнерадостной и общительной. Во избежание лишних вопросов со стороны Густава, мы придумали способ ввести его в заблуждение: я слегка прокусил палец и аккуратно нарисовал на шее Энни две точки, окончательно убедив девушку в том, что никто не станет пить ее кровь. Таким образом, проблема «пригодности подарка» была решена. Взамен я попросил девушку, чтобы та потребовала себе томатный сок как можно в больших количествах, якобы для скорейшего восстановления крови в организме.       Наш план сработал, и в течение следующей недели я с удовольствием опивался любимым соком, а моя «несчастная жертва» отсыпалась и набиралась сил, избавляясь от бледного и истощенного вида, в котором попала в клетку. Но рано или поздно все хорошее заканчивается. Закончились и мои спокойные дни.